Анатолий Неелов. Жизнь очень короткая штука и я выбираю радоваться жизни, а не накапливать

Анатолий Голубовский



Анатолий Неелов. Художественный руковолитель театра Черный Квадрат. Бизнес-тренер. Создатель метода сценической импровизации. Автор… впрочем, регалии и заслуги подробно перечислены на сайте Черного Квадрата.
Муж и отец. Очень интересный собеседник. Очень.


-В детстве вы действительно хотели стать военным или это легенда?

-Была такая мечта. Во-первых, Советский Союз был страной военизированной, во-вторых, это было почетно, в-третьих, я занимался спортом. И потом, когда мечтаешь стать военным, планируешь ведь стать не солдатом, а генералом. Ты о себе хорошего мнения, думаешь, что обязательно им станешь, потому что ты ведь умный, много читаешь… А еще у тебя иллюзия благодаря фильмам. А уж фильмов-мифов о войне, которые вешали детям лапшу на уши, в Союзе было предостаточно. Понятно, вряд ли бы я стал военным, поскольку служить в Советской Армии мне довелось, а после увиденного там скотства и махрового идиотизма, желание служить исчезло.
А театр возник случайно…

-Был какой-то переломный момент от армии к театру?

-Нет. Когда был ребенком, часто выстраивал стратегии. У меня была мечта стать портным, закройщиком, моделировать одежду. Нравилось заниматься, как это назвали бы сейчас, флористикой, потому что мне нравились цветы. Была куча увлечений, и до 9-го класса определиться было трудно. А потом я попал в студию к Черкову и уже там окончательно сформировалось желание занимать театром, стать режиссером.

-То есть, в каком возрасте?

-В 15 лет.

-Иногда люди рождаются взрослыми и с детства знают, чего хотят и как к этому идти. У вас метания и поиски присутствовали...

-Родители не настаивали, чтобы я был кем-то определенным. Мама говорила «ты должен быть начальником», потому что у начальника больше свободы. Учитывая, что мы жили в тесной квартире, с кучей неудобств, толпой людей и животных, свобода для меня была некой доминантой. То есть, я хотел стать кем угодно, лишь бы обладать свободой.
Так сложились обстоятельства, что я стал жить один в отдельной квартире после 33 лет, так что свобода обладает для меня высоким уровнем ценности.

-Свобода территории, личное пространство...

-Да. Я всегда был с кем-то. Самое мучительное, что испытывал в армии — вокруг всегда люди. 200, 300 человек. Строем в столовую, строем на работу, строем на учения. Вокруг всегда море людей и ты не принадлежишь себе. Все понемногу общаются, но разговоры-то — деньги да женщины, и все, а я видел мир куда более объемным, чем мои сослуживцы. И страдал от невозможности побыть одному. Я никогда не мучился от одиночества, как мучается большинство людей. Я вижу, как это у них происходит, но для меня уединение всегда было роскошью, поэтому побыть наедине с самим собой для меня очень ценно. Когда учился — в школе, понятно, вокруг постоянно кто-то есть. Домой придешь — папа, мама, сестра, попугай, опять не уединишься… Да и сейчас те минуты, когда я могу побыть один, для меня очень дороги.

-Это как-то корреспондируется с тем, что вы женились в достаточно серьезном возрасте?

-Нет. Для меня было очень важно найти женщину, которая примет меня таким, какой я есть и не будет пытаться меня переделать. Во-вторых, чтобы у нее не было коммуникативного спер*отоксикоза: «разговаривай со мной, общайся со мной». Я могу прийти домой, жена будет занята своими делами, она не будет меня трогать, молчать и час, и полтора, и не испытывать при этом мучительного дискомфорта. Каждый занят своим делом, потом за ужином можем прекрасно пообщаться, а потом снова заниматься своими делами. И никто не лезет в личное пространство другого и при этом я не испытываю никаких негативных чувств. Ощущение гармонии. Это очень важно.



-То есть, извините за тавтологию, вы достаточно самодостаточные люди.

-Да. При этом нам очень комфортно друг с другом. Никто не напрягает другого.

-А что вообще для вас семья? Что вы хотели в ней найти и нашли ли?

-Я хотел найти доверие. Это во-первых. Во-вторых, я хотел найти в семье любовь. Как бы это странно ни звучало. Любовь, когда ты счастлив, оттого, что рядом с тобой другой человек и он не является ни проблемой, ни задачей, а наоборот, сам является решением всех проблем и задач. И от этого возникает ощущение внутренней радости. Причем радость такая — не яркая радость праздника, а тихая, спокойная, уютная. Когда чувствуешь себя счастливым. Когда дома — ты дома. А не на войне, как это часто бывает в семьях.

-Семья вас изменила?

-Да. Я стал спокойнее. Что бы не происходило на работе, у меня есть куда вернуться. Где хо-ро-шо.

-А что вы вкладываете в понятие «счастье»?

-У меня есть очень четкая концепция. Она выглядит так. Во-первых: счастья, как такового, не существует. Счастье — это иллюзия. Существует радость, которую мы испытываем. И сумма радостей дает нам ощущение счастья. Чем больше радости я испытываю, тем счастливее живу. Во-вторых: существуют круги внимания — большой, средний и малый. Малый круг — это мои взаимоотношения с самим собой. И для того, чтобы испытывать радость относительно самого себя, надо научиться любить себя таким, какой ты есть. Если ты собой недоволен, если сам себя не любишь, то испытывать радость не сможешь. Будет постоянно присутствовать внутренний дискомфорт. Не надо себе врать. Ложь самому себе ведет к психическим отклонениям. Ты должен понимать, что не идеален. Знать свои сильные и слабые стороны, недостатки и достоинства. Но принимать себя с удовольствием таким, какой есть. Без этого круга внимания жить в радости невозможно. Второй или средний круг — близкие люди. Жена, родители, дети. Те люди, с которыми ты общаешься постоянно. Уметь любить других людей. Принимать их такими, какие они есть. Точно так же видеть их недостатки и достоинства и не вести с ними войну. Либо ты принимаешь человека, либо нет. Не нужно никого переделывать. Третий круг — ты и социум. Насколько ты нужен этому обществу, этой стране, этим людям. И соответственно всех этих людей надо любить такими, какие они есть. Принцип один и тот же. Если ты живешь в любви к себе, близким, к стране, то у тебя есть радость. И эта сумма радостей дает ощущение счастья. Да, бывают сложности, накладки, раздражающие факторы, но они всегда на периферии. Твое сердце, душа защищены любовью, как щитом. Меня обижают, мне хамят, грубят. Это правительство и эта страна меня травмируют по полной программе, но я все равно люблю все это таким, какое оно есть и не собираюсь никуда отсюда уезжать. Поэтому я чувствую себя счастливее, чем те, кто пускают в душу ненависть и неврастению. Это делать, я считаю, не нужно.
Я ответил на вопрос?

-Да. Более чем. Единственный момент: «я не собираюсь уезжать из этой страны». Отъезд из страны, я думаю, не всегда связан с ненавистью к ней. Просто человек понимает, что он может полнее реализоваться в другом месте

-Вопрос ведь не в «уехал — не уехал». У меня есть возможность уехать в Америку, есть ресурсы, опять-таки сестра замужем за обеспеченным американцем. Я могу ничего не делать, играть в гольф, качаться в кресле-качалке и писать книгу по театру. Но мне это скучно. Есть такое понятие, как творчество. Если человек не занимается творчеством — не, важно, что он делает — шьет костюмы, стрижет головы, играет в футбол, — то его жизнь гниет. И все. Поэтому, если человек может найти эти ощущения, эти цели в другой стране, то вопрос не в границах. Слава Богу, наличие интернета и сегодняшних технологий показывают, что земной шар стал довольно маленьким. Скукожился по сравнению с тем, каким был 200-300 лет назад.

-Намерение создать театр пришло в начале 90-х?

-Раньше. В 88-89-м, когда служил в армии, уже мечтал, что будет театр-студия. Но я тогда не обладал ни опытом, ни знанием, как это сделать. Была чистая мечта и ничего кроме. Параллельно учился в институте и читал много специальной литературы, причем и по театру, и по маркетингу, и по менеджменту, чтобы понять, как это можно сделать. Мне нравится формулировка «хочешь, чтобы было сделано хорошо — сделай сам».
Официальные украинские театры для меня были скучны и неинтересны — и по материалу, и по способу игры. Я видел фальшь и ложь. Есть абсолютный слух, когда музыкант слышит оттенки звука, которые я, к примеру, не улавливаю, а у меня чувство органики и правды на сцене — я вижу: фальшивит актер или нет. Ощущаю физиологически. Как стекло об стекло. Так что тот театр, который был, меня абсолютно не удовлетворял. Я ездил на спектакли в Москву — выезжал в пятницу вечером, в субботу-воскресенье смотрел четыре спектакля — дневной плюс вечерний, возвращался в Киев и шел в институт. Ночевал на вокзале или у друзей. Пересидеть одну ночь на Ленинградском вокзале было не проблемно — там меня уже знали))

-Почему на Ленинградском?

-Он был более комфортным — удобные мягкие сидения. А киевский был более загаженным.
Я видел, что в Москве есть хорошее в театре, а у нас нет. И понимал, что имеет смысл делать это. Тем более, что не Москвой единой. Мне нравились английский и французский театры, была возможность, поскольку я уже варился в этой кухне, смотреть кассетные записи с Авиньонского фестиваля, которые привозили знакомые. И я понимал, каким должен быть театр. Понимал, что для того, чтобы он стал таким, его нужно делать самому.
Но — так и не получилось. То что имеется на данный момент — жалкое подобие моей мечты.

-Есть шанс приблизиться к мечте?

-Я работаю над этим каждый день, насколько это возможно. Это во-первых. А во-вторых, есть такое понятие — ресурсоемкость. Будут деньги и помещение — я сделаю лучше. А так — приходилось всё делать с нуля.

-Это было начало 90-х?

-Да

-То есть, когда все валилось и все разбегались

-А тогда ничего и не получилось. Десять лет я работал практически впустую. Все началось с двухтысячных.

-Десять лет

-Десять лет. С 91-го до 2000-го Черный Квадрат существовал как народный театр при базе ДК

-То есть, на общественных началах?

-Практически да. Как кружок самодеятельности. И я понимал, что актеров надо воспитывать самому. Это сейчас я некоторыми из них могу гордиться, а на тот момент… Десять лет я учил других и одновременно учился сам. Преподавал в Киево-Могилянской бизнес-школе и, пользуясь тем, что преподаю, посещал лекции по маркетингу, менеджменту, бизнес-администрированию. Некоторые лекции я прослушивал по 2-3 раза, пока не разбирался в сути вопроса.

-Кстати, о дипломах. Практические навыки и умения человека далеко не всегда корреспондируются с количеством дипломов и сертификатов в рамочке. Как вы относитесь к нашему «верхнему» образованию, в том числе и театральному?

-От человека зависит. Некоторым людям, как например, в моем случае, нужно образование для того, чтобы не изобретать велосипед. Очень многие бизнес-решения я взял не в театральной, а в экономической среде. Например, мы первыми начали продавать билеты онлайн, тогда этого не делал никто в Украине.

-Что это дало экономически?

-Дало возможность не тащится за билетом через весь город, а спокойно купить и распечатать, не отходя от компьютера

-Удобство

-Да. Комфорт. Это очень важный фактор, приблизивший театр к зрителю. Сейчас это делают все. Мы были первыми. Есть много вещей в театре, которые мы сделали первыми и которые потом копировали все остальные.

-Не запатентовано...

-У меня креатива много. Я не иностранец, который, родив одну идею, пытается на ней нажиться. Зачем? Жизнь очень короткая штука и я выбираю радоваться жизни, а не накапливать…

-Если постоянно не придумывать — человек деградирует

-Да. Наша жизнь и появление человека в этом мире само по себе бессмысленно. Цель и смысл жизни отсутствуют

-Важен процесс?

-Нет. Не процесс. Важно, что ты оставишь после себя в этом мире. Ты пришел, пожрал, поспал, потр*хался — и выбыл из него. А на фи*а ты приходил, если после тебя ничего не осталось? Что ты привнес? Чем сделал мир лучше? Что подарил этому миру? Причем, я не говорю сейчас о хорошем или плохом, черном или белом. Мне иногда даже импонируют злодеи, которые, что-то разрушая, созидали. Как у Гете: «Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»

-Вернемся чуть назад. Все-таки десять лет работы практически впустую. Была уверенность или надежда, или какое другое состояние?

-По разному. Когда уже почти собрали труппу, пришел Влад Троицкий и пригласил в «Дах» всех ведущих актеров. Остались двое — Женя Волошенюк и Оксана Брагинец. Пришлось начинать с нуля второй раз. Вот это был момент истины, когда я думал — делать ли новый набор, а ведь уже были потрачены куча сил, времени. Была точка сборки — продолжать или нет. В тот момент я параллельно работал еще и режиссером на ТВ. Но телевидение, все-таки — это средство массовой коммуникации, а не искусство. ТВ всегда вторично и всегда будет заниматься манипуляциями. Что мне, в принципе, не интересно.

-А театр не манипулирует?

-Нет. Можно тогда сказать, что картина, музыка, скульптура тоже манипулируют

-А разве нет?

-Нет. Театр — это единственное место, где ложь узаконена. Все врут. Врет политик своим избирателям, врет мама сыну, начальник — подчиненному, подчиненный, само собой — начальнику. Мир в тотальной, глобальной лжи. Но когда приходишь в театр, то знаешь, что эту пьесу когда-то написали, актеры ее репетировали какое-то время, то есть это неправда. И в этом самое ценное. Именно в том месте, где ложь узаконена, она должна исчезнуть. Актеры должны жить здесь и сейчас. По-честному, по-настоящему, без никакой имитации игры. И тогда театр превращается в тот вид искусства, который не смогут убить ни интернет, ни кинематограф, как бы это сотни лет ни предрекали. Потому что живое человеческое общение на таком уровне живет тысячелетиями и будет жить дальше.



-Что вас мотивировало держаться эти десять лет?

-Любовь. Я люблю то, что я делаю. Я люблю актеров, люблю зрителей, люблю процесс. Когда я говорил о счастье — вот это и имел в виду. И есть еще один момент: «а на что бы я это поменял?» На то, что я не люблю? Да, социально я был бы более обеспеченным, «ездил на Мерседесе», имел бы «домик в Конче-Заспе». А мне это зачем? Не было бы счастья. Той самой радости.

-У вас возникали противоречия с ведущими актерами театра. Но вы умеете договариваться, находить компромиссы

-Да, у меня было множество противоречий. И есть сейчас. В театре я всегда иду на компромиссы. Театр — это вообще клубок компромиссов. Все амбициозны, каждый средний, не говоря уже о том, что хороший, актер, лучше знает «как надо». Поэтому режиссура всегда — поиск компромиссов для того, чтобы сделать спектакль хорошим. Если я, как режиссер, передавлю, а я обладаю такой возможностью, то получу «мертвый» спектакль. Если дам актерам полную свободу, получу «бардачный» спектакль. Хороший спектакль рождается при взаимном уважении и совместном поиске истины. Истиной ведь никто не обладает, она рождается не в голове одного человека, а в сумме точек зрений многих. Тогда она из субъективной превращается в объективную. И то — не для всех

-Вы любите непредсказуемость в своей жизни, в работе?

-Нет. Не люблю. Но она есть, и я ее принимаю

-Но ведь предсказуемый человек как партнер, актер — не всегда интересен

-Да. Чаще всего предсказуемый скучен. Так же, как всегда скучна предсказуемость на сцене. Но предсказуемость для развития бизнеса необходима. Потому, что это уже аналитика, стратегия. А у предсказуемого человека тоже есть свои сильные и слабые стороны. Мне нравиться теория, что мир больше стремится к хаосу, чем к порядку. Поэтому предсказуемость — одна из самых редких вещей. Всё лишь личная точка зрения каждого, потому, что все мы разные. Если человек внимателен к миру, то предсказуемость просто исчезает. Это цинизм — предсказывать что-либо

-Если я внимателен к миру, то предсказуемость исчезает?

-Да. Этот мир ежесекундно переменчив

-Ну, да. Не запрограммируешь

-Совершенно верно. Законы Мерфи никто не отменял. Над ними все смеются, но они железно работают. Да, они работают не каждый раз. И в этом их красота. Вот здесь он не работал. И здесь тоже. Мы уже выстроили теорию, систему. А он — хрясь — и сработал. Мир хаотичен. Природа мира — в движении. Это как форма существования материи.

-Существует месседж «нужно делать то, что у тебя хорошо получается». Но у меня может хорошо получаться делать одно, а нравится мне делать абсолютно другое

-Я считаю, что это каст*ированный месседж. В психологии есть определение «основной вид деятельности». Человек может ходить на работу, быть, к примеру, программистом, а его душа будет принадлежать коллекции марок. И он лучший в стране филателист, специалист по позднесоветскому периоду. Человек может заниматься несколькими видами деятельности. Но есть основной. И это то, что он выполняет с наибольшим успехом и/или удовольствием. Это не я придумал. Если присутствует успех, но нет удовольствия — это и есть делать то, что лучше всего получается. Но радости при этом нет. Если есть удовольствие, но нет успеха — вы социально не встроены в существующую реальность. Поэтому надо обладать чем-то, что позволяет это совмещать.

-Если ты делаешь то, что не доставляет удовольствия, в какой-то момент становится тошно жить

-Когда ты делаешь то, что не любишь, жизнь гниет. Тем более, что я искренне уверен, что нет такого понятия, как талант. Я часто об этом говорил и продолжаю говорить. Умный человек обладает многим количеством способностей. Уверен, что если бы я таки решил стать не режиссером, а модельером, то добился бы успеха и там. Решил бы стать хирургом, если бы я любил это дело и получал от него удовольствие, то и там добился бы успеха. Фокус в том, что люди на протяжении многих тысяч лет сводят тему одаренности к тому, что у человека есть один талант и способность к чему-то одному. Если человек наделен трудоспособностью, интеллектом, если он не труслив, то он обладает суммой талантов. И он может себя реализовывать в разных видах деятельности.

-По поводу таланта. Есть Де Ниро, Аль Пачино, Янковский, есть, условно — остальные. Есть Месси, Роналду — есть остальные. Они что, просто менее зажаты?

-Я думаю, эти люди могли бы добиться успеха в других областях. Де Ниро мог бы стать шикарным гангстером. Одним из лучших. Может, у него была бы другая жизнь. А может, и нет. Я считаю, что есть такое понятие, как случай. Бог проявляет себя в этом мире в виде случайностей. Я думаю, что если человек ленив и труслив, он не добьется успеха ни в чем, даже если у него есть врожденные качества.

-Многие люди впахивают всю жизнь, но не добиваются ровным счетом ничего

-Значит, делают это глупо. Не думают. А думать надо

-Но это как раз самое сложное и тяжелое

-Да. Я как раз и говорю об интеллекте. Все ведь взаимосвязано. Работать и не думать — это значит и не Жить. Нет интеллекта — нет развития. Но есть интеллект, нет работы — тоже ничего не будет.



-Что бы хотелось изменить в ЧК на данный момент?

-Я не обладаю такой возможностью. Единственное, что я хотел бы изменить — чтобы государство дало бесплатное помещение. Да хотя бы просто не напрягало. Все остальное я сделаю сам. Не хватает ресурсов. Актеры есть, человеческий фактор решаемый, есть зрители. Подарите пространство, чтобы мы аренду не платили, утомляет ведь. Дорого. Ездим по всей Украине на гастроли, и все театры, которым государство дает деньги, наживаются еще и на том, что мы платим им за аренду. А ведь должны зарабатывать на спектаклях. Но на нас идут. Мы имеем аншлаги там, где заполняемость залов на постановках местных спектаклей — треть зала. Зритель может купить билет на любое место, но балкон и бельэтаж они не продают, можно сесть в партере на свободные места. Потому что спектакли плохие. Конечно есть несколько хороших театров в Украине, они относятся к делу и зрителям с любовью, я снимаю перед ними шляпу.
Так что меня для развития интересует только одно — ресурсы. Даже не обязательно деньги. Их мы умеем зарабатывать.

-Вы постоянно упоминаете, что человек должен быть осознанным всегда. А когда к вам пришло понимание этого, это ведь не врожденное?

-Не знаю. Я этот момент не смог словить. Думал уже в школе, не так осознанно, как сейчас, но зачатки, так сказать, зерно в земле, уже было. Считаю, что главный подарок, который мне сделали родители — научили меня читать, развивали и поощряли это. Тысячи прочитанных книг. В пионерском лагере я записывался в библиотеку и читал каждый день. Все ходили играть в футбол, встречались с девочками, я это делал лишь пунктиром, понимая, что в более зрелой жизни получу и лучших девочек и больше удовольствия

-Понимали в подростковом возрасте?

-Конечно. Я понимал, что если буду развивать интеллект, это все будет. Поэтому везде, где было возможно, я читал. Читал, когда шел по улице, ехал в транспорте. Жил на Троещине. Тогда не было маршруток, садился на конечной в трамвай или троллейбус и сорок минут читал по дороге. Плюс сорок минут на обратном пути. Не было дня, чтобы у меня в сумке не было новой книги. Поэтому, думаю, чтение не только вкусных, но и умных книг, привело к развитию осознанности.

-Вы принимаете себя таким, какой вы есть. А есть ли какие-то черты, которые вам не нравятся и хотелось бы изменить?

-Да, да, да. Я очень ленивый и очень трусливый. Постоянно боюсь и ленюсь. Хотелось бы, чтобы делалось все с легкостью и боялся меньше. Выхожу на сцену — и жуткий адреналин, мысль: «… зачем ты поставил этот спектакль, пусть бы играл Курилко, Данилюк, а я — не надо...». А когда начинаешь играть, зритель страха не видит, а он присутствует всегда.

-А может, дела действительно должны делаться легко. А если идет со скрипом — может знак свыше, что ну его, это не твое?

-Я делаю легко. Просто я не хочу это делать сейчас, а хочу почитать книгу…

-Стоп! А если я не хочу делать, то я делаю без удовольствия?

-Нет. Если я что-то делаю, то делаю с удовольствием. Просто объем того, что я делаю в театре, выходит за рамки здравого смысла. Мне еще нет 50-ти. Но я поставил и принял участие как режиссер почти в сотне спектаклей. Действующих постановок в «Черном Квадрате» — около семидесяти. Из них десяток делал не я. А есть еще те, которые уже не играются. А это все практика и еще раз практика. И из-за этого дико устаешь. Организм уже бунтует чисто физически, поскольку ленишься уже не душой, а только телом. Я быстро старею, у меня много проблем со здоровьем. Мой врач говорит, что обычно такие проблемы у шестидесятилетних.

-В силу образа жизни?

-В силу количества выполняемой работы

-В названиях и содержании спектаклей, которые на данный момент в ротации, присутствует конъюнктура

-Конечно, маркетинг и конъюнктура присутствуют. Мы же бизнес-театр, зритель — наш основной источник дохода. И он голосует ногами. Если не пришел — значит против. Так что в этом вопросе без вариантов. Конъюнктура должна быть. Но должен быть и баланс здравого смысла. Должны быть эксклюзивные спектакли, на которые попсовый зритель не пойдет, а пойдут интеллектуалы, любящие артхаус. Ассортимент магазина, в котором будет продаваться только дорогой коньяк, очень убыточен. Я считаю, что должен быть и коньяк, и вино, и вода — газированная и без газа, и сок. Театр должен обладать широким ассортиментом

-Самый большой страх в жизни

-Раньше это был страх потери зрения. Если останусь без руки, ноги, языка, то все равно смогу заниматься режиссурой. Без зрения это делать тяжело. Сейчас — страх остаться без сына. С появлением ребенка я приобрел ощущение некой продолженности самого себя. Он не будет таким, как я, заставлять его заниматься театром и режиссурой я не собираюсь. Он выберет то, что захочет. И не факт, что я доживу до момента выбора. Так что моя задача — научить его трудолюбию, смелости, любви к чтению и развитию. Все остальное пусть делает сам. А вообще наличие ребенка усилило ощущение счастья.



-Вас раздражают тупые люди?

-Нет. Я даже не испытываю жалости. Просто принимаю. Есть очень милые, обаятельные, интересные тупые люди. С ними приятно иметь дело. Есть злые, агрессивные умные люди. Их хочется обойти. Глупость я принимаю как несостоявшееся развитие, когда испытываешь не жалость, а сожаление. Но при этом принимаешь человека, не испытывая к нему негативных эмоций. Надо любить людей такими, какие они есть. Любить. Не смотря ни на что. Не благодаря, а вопреки. Любимая цитата из «Пикника на обочине» — «Ты должен сделать добро из зла, потому, что его больше не из чего сделать». Если принимаешь эту формулировку, то можешь быть в этом мире счастливым. Мир не идеален. Предъявлять претензии к людям, реальности, времени, стране — признак интеллектуальной неполноценности. Взрослый осознанный человек претензии не предъявляет.

-Со злыми, но интересными людьми все равно приходится общаться. Их много

-Конечно.

-Они, пожалуй, доминируют

-Да, иногда бывает. Зависит от коллектива, в котором трудишься. Слава Богу, Квадрат я формирую сам, таких здесь мало.

-Если позовут в политику?

-Нет. Не хочу

-А как же возможность что-то изменить?

-Звали. Приглашали поучаствовать в выборах, даже попасть в киевсовет, понимая, что у меня есть ресурс, который поможет набрать голоса. Я отказался сразу. Даже задумываться не стал. Из ЧК вышли несколько народных депутатов, но политика — слишком беспринципное дело, чтобы зарабатывать на этом деньги.

-Неинтересно или противно?

-Противно. Я работаю с политиками часто и много. И вижу, как политика переделывает порядочных людей в непорядочных. Они мучаются от того, что стали политиками, но уже ничем другим заняться не могут.

-Вопрос спорный. Могут. Но боятся

-Я и говорю — не могут. Почему не могут — это уже другой вопрос.



-Возможность решать судьбы людей — каково это?

-В 25-30 лет, когда я занимался набором в студию, это льстило моему самолюбию и доставляло определенное удовольствие. Сейчас это колоссальный напряг, и если бы кто-то мог провести экзамен и набрать людей без меня, я бы полностью доверился этому человеку, поскольку ощущаю груз ответственности за каждое принятое решение. Это всегда водораздел и другая судьба для человека. Кардинально другая. Не говоря о том, что больше полусотни людей родились просто потому, что их родители пришли в ЧК, познакомились, у кого-то образовались семьи, они разговаривали на одном языке, стали друг другу ближе, чем остальные люди. И когда, к примеру, парнишка сдал экзамен, а после него выходит девушка и я вижу, что они — потенциальная пара, то принимать решение да/нет для меня в такой ситуации сложно. В отличии от тех, кто поступает, я хорошо знаю, что их ожидает. Они — еще нет.

-Но случайного в жизни ничего не бывает

-Нет, все случайно. Вот какой-то спер*атозоид обогнал бы твой — и у твоих родителей родился бы не ты. А их там было очень много

-Это была неслучайная случайность

-Вооот. Как там в «Панда кунг-фу»? «Неслучайности неслучайны, дорогой друг»

-Мы по жизни ищем своих. Свой круг. Это очень важно. Когда, к примеру, ты объясняешь шутку два раза, то или шутка не та, или круг не твой. И когда находишь — это как найти семью

-Да, поэтому Черный Квадрат — это некий клан. Слишком большой для семьи и слишком сцепленный и сжатый на уровне определенных парадигм.

-Тяжело управлять?

-Очень. В прошлом сезоне мы сыграли пятьсот с чем-то спектаклей. Норма академического — 240 при наличии нескольких сотен человек штата. У нас этот объем выполняет десять человек. Поэтому — реально сложно. Но, повторю, единственное, чего не хватает — ресурсов.

-В той жизни, которую выбрали, хотели бы что-то изменить?

-Мне часто задают этот вопрос. И я отвечаю — не задумывался. Начнешь задумываться — а зачем, если все равно не буду этого делать?

-Вы добрый человек?

-Нет

-Как это соотносится с любовью?

-Доброта — это некий синоним слабости. Я осознанный человек. Иногда проявить злость и агрессию более полезно и эффективно по отношению к данному человеку. И это не добро. Это просто интеллектуальная помощь. Хотя со стороны при этом выглядишь очень неприятно. Ну и ладно. Я не добрый и не хочу им быть. Осознанный — да. Это для меня важнее.

-Что для вас успех?

-Ощущение гармонии, когда ты легко и с удовольствием спишь. Столько, сколько тебе нужно. Когда не думаешь, где взять деньги для тех задач и целей, которые тебе нужны. Когда есть люди, которые не могут без тебя жить и люди, без которых не можешь жить ты. Это обязательно взаимно. И когда есть здоровье.

-Что мотивирует двигаться дальше? Сделано много, след оставлен

-Это только начало. А мотивация — если меня завтра не станет, это все должно не развалиться. Поезд должен ехать дальше, даже если машинист выйдет. Более того, поезд сам умеет ставить точки назначения. Чтобы дело приносило пользу людям и спустя годы. И тем, кто в поезде, и тем, кто на него смотрит
  • 8653
  • 22/09/2015

Смотрите также

Новое