Александр Олешко: Я привык идти на страх. Страница 1 из 2

Анатолий Голубовский

Саша Олешко — актер театра «Черный Квадрат», артистичный гештальт-терапевт с криминалистическим прошлым. Разговор наш протекал не слишком линейно. Поначалу было желание придать ему большее благообразие, но потом решил, что пусть будет так. Это же Олешко.






-Где родился-вырос?

-В Киеве. 21.06.1985 года. Рос в Киеве, но проводил много времени у бабушки в Чернигове.
-Вынужденно или добровольно?

-По мере взросления больше хотелось оставаться с телеком, приставками. Киев был милее, чем природа
-Как в жизни появилась криминалистика?

-По нужде.
-То есть, природных наклонностей не было?

-В детстве читал детективы. Было интересно. Но поначалу я хотел изучать не криминалистику, а юриспруденцию. Родители у меня простые, без высшего образования. С деньгами было туго. Хотелось что-то поменять
-Тебя в детстве гнобили?

-Кто?
-Сверстники

-Не могу сказать, что был затравленным, но дрался часто. Был изгоем. Не один, просто класс был разделен на задротов и тех, кто курил и бухал
-Мощный критерий

-Ну, вот так. Не то, чтобы уж совсем только по этим двум признакам, но да, они были важны. Я общался с теми, кто не курил и не бухал. Спортом, правда, тоже не занимались и не интересовались. Но книги, игры — да
-Откуда появился интерес к психологии?

-Да он был с детства. В общем-то, нравились три направления: юриспруденция, журналистика и психология. Психология нравилась в общем. А потом начал учиться и выяснилось, что не хочу быть юристом и криминалистика мне ближе — я получил все семь уровней допуска, у меня был красный диплом…
-Какой «изюм» зацепил тебя в этом деле?

-Это интересно: выезжаешь на место преступления, начинаешь искать следы и сравнивать — отпечатки, поддельная печать или нет… Потом принял решение уйти.
-Почему?

-Я смотрел на людей, которые достигли максимума и понимал, что если пойду по этой дорожке, то приду в эту точку — начальник отдела, департамента — и все. Дальше — ничего. И меня это не устраивало. Я не хотел оказаться на месте этого человека. А если так — то зачем вообще мне это нужно?
И, проработав совсем немного, ушел. А недоюрист, бывший милиционер, на рынке никому не нужен. После того, как уволился, долго не мог найти работу. Родители помогали, поддерживали, но я понимал, что в теплой квартире с полным холодильником у меня пропадает мотивация. Хоть и отправлял по сто резюме в день и ездил на собеседования, но все было не то — опыта нет, того нет, сего нет. Спустя некоторое время ушел от родителей, потому как больше сидеть у них на шее просто не мог. Собрал чемоданчик — и свалил. У меня было немного денег — месяц заплатить за жилье. Снимал с полубомжами комнатуху на Позняках в получасе ходьбы от метро. Было весело. Просыпаешься утром — а на кухне две собаки порезанные. Хозяин почему-то решил их ночью приручить, а они потом решили убежать. Через окно. И все в кровище.
-Тот исторический монолог на «плотах» основан на реальных событиях, без художественного преувеличения?

-Один в один. Еду я ставил только в специальных судочках, чтобы запах не проходил. А когда открывал холодильник, нужно было сначала сделать шаг назад, потому что из него вырывался такой штынк, что глаза слезились. Можно было не увидеть еду. В общем, достаточно жесткие условия.
Сначала работал в холодных продажах «Желтых страниц». Они открыли интернет-отдел, делали свой сайт. Потом ушел
-Что не устроило?

-Выгорело все. Нужно было продавать ежемесячно одно и то же, я не очень верил в продукт, хотя и делал самый большой оборот. А тут кризис, 2008, мне предлагают место в компании, которая начинала заниматься контекстной рекламой Google. В ней тогда было семь человек.
Пришел на должность менеджера по продажам, через три или четыре месяца стал начальником отдела, через год — коммерческим директором, потом два года был генеральным. Когда уходил, в компании уже работало больше ста человек. И это был самый крупный партнер Google в СНГ.
-А здесь что было не так?

-Я не был собственником компании. И в какой-то момент понял, что держат меня в ней только деньги: я достиг потолка и перестал развиваться. А когда не развиваешься — деградируешь. Как только появляется мысль «ой, опять идти на эту работу» — пора уходить.
Мне предложили другой проект, и я ушел.




-Вернемся к психологии

-Ааа) Когда я был на должности генерального, была закрыта пирамида Маслоу — деньги, жилье. Вспомнил о своих увлечениях и интересах. Чтобы отвлечься от работы, танцевал аргентинское танго. Но помнил и о психологии. Собирался поступать в Драгоманова. Однако быть психологом-теоретиком не хотел. Те знания, которые там давали, меня не слишком вдохновляли. И тут мой друг Виктор предлагает вариант с гештальт-терапией. Дескать, тоже психология, но на 90% практическая. Пошел — попробовал — понравилось. Я не планировал быть гештальт-терапевтом. Видел себя топовым управленцем, но никак не терапевтом. Это было сделано для себя, как этап развития. Произошло это три года назад.
-То есть, примерно в одно время с приходом в Черный Квадрат?

-Да. Уже не помню, куда раньше, примерно в одно время.
-Если с психологией понятно, реализация детской мечты и все такое, то как быть с театром? Вроде бы он не входил в круг твоих интересов?

-Там очень любопытно получилось. Я по жизни привык ориентироваться на чувство. Я его называю «зов». Когда не могу понять и объяснить, но меня «зовет», я иду.
-То есть, доверяешь своей интуиции?

-Можно сказать и так. Так вот. Как-то я вел занятие по биоэнергетике — как ее чувствовать, управлять ею. Есть такой метод Бронникова, я сертифицированный преподаватель этого метода. Это что-то вроде цигуна. На одно из занятий пришли люди, которые раньше работали в театре — Дима Малков и Сережа Гнатюк с женой. Сергей — бывший партнер Кляцкина по КИЧ. Сейчас он совладелец Pandora Studio — крупнейшей фотостудии Украины. У меня была возможность посмотреть, как они жили, как быстро мыслили и реагировали на события, как они доставали из себя юмор, как умели завести толпу. Такого качества жизни и таких взаимоотношений я нигде не видел. Разве что в фильмах. Мне это было интересно, меня тянуло к ним. Образовалась общая тусовка, но потом мы разошлись своими путями.
И я вспомнил о Черном Квадрате, потому что давно хотел посмотреть поступление. А тут еще сотрудник поступил в ЧК и ходил весь такой радостный и рассказывал, как это круто.
Пришел с девушкой — посмотреть, поржать. Посмотрели, поржали. Я поймал себя на мысли, что мне было бы страшно выйти на сцену, рассказать стишок, станцевать. А это нехорошо — из-за этого страха я не живу полноценной жизнью. Такой вот инсайт. Я думал: «Саша, вот ты сейчас генеральный директор рекламного агентства, зарабатываешь приличные деньги, и тебе страшно. Какой-то студент — может, пятнадцатилетняя девочка — может. А ты — нет. Что за хрень?» И пообещал себе поступить. Потому, что я привык идти на страх. Там, где страх — там энергия.
-Это ты понял в детстве или позже?

-В детстве. За страхом всегда новые перспективы. Новый я. Летом мы с компанией Гнатюка поехали в Болгарию, там одна наша общая знакомая учила меня петь. Потому, что петь я не умею в принципе. С танцами — ладно, все-таки ходил на танго, как-нибудь надеялся пропрыгать. История — кусок взял из жизни, кусок придумал, с анекдотами проблем не было, стихотворение — тоже. Пошел поступать. Поступил. Для меня театр был как глоток свежего воздуха — с Нееловскими лекциями, атмосферой…


  • 2910
  • 01/11/2014


Поделись



Подпишись



Смотрите также