Пора строить свой город Страница 1 из 2

Филипп Гриценко и Роман Иноземцев вернулись на Дальний Восток из Москвы и Санкт-Петербурга, чтобы построить в чистом поле, без дорог и коммуникаций, кластер «Деревня Омми»: с фермерскими хозяйствами, туристическими услугами, школами, медцентрами, жилыми домами и, в перспективе, киностудией. Роману 30 лет, Филиппу — 24. Они осваивают грант в 60 млн рублей, сотрудничают с «Роснефтью» и заводом ОКБ Сухого, приглашены выступать на Восточном экономическом форуме и ставят задачу объединить фермеров по всему ДФО.

— Я знаю, что вы жили в больших городах. Чем вы там занимались и почему когда-то уехали туда?

Филипп: Ну как… Ездил в Москву просто пожить. Был и компьютерщиком, и системным администратором на киностудии, занимался графикой, титрами. Потом узнал про дальневосточный гектар и подумал: «Надо рвать когти снова на Дальний Восток».

Роман: У меня было большое путешествие, которое охватывало всю Россию, последние четыре года мы с командой пробыли в Питере. Организовывали pop-up проекты (тематический сбор на одной площадке на короткий срок: «ресторанный день», день уличных театров и т.д. — Прим.авт.), некоммерческие фестивали, мероприятия на развитие творческого потенциала и на объединение людей, чтобы они начинали делать что-то вместе. И получилось так, что мы попали в Тверскую область к фермеру Попову, которому помогли раскрутиться. И я подумал, что пора делать что-то свое. А поскольку прописка у меня была на Дальнем Востоке, полгода назад я вернулся домой.







— Но вы же для чего-то уехали когда-то из Комсомольска-на-Амуре в большие города. Наверняка были карьерные мечты в них остаться?

Оба: Нет-нет, не было.

Р: Когда ты понимаешь, что большой город — это конвейер людских ресурсов, в нем уже не хочется оставаться. Есть тип людей, которые понимают, что пора строить свой город и жить не за счет друг друга, пытаясь что-то навязать другим и к чему-то их принудить.

— Что вы знали о сельском хозяйстве, когда вернулись из Москвы и Петербурга?

Р: Как о работе, о земле и лопате? Выращивали экологичную еду. Я под Новый год засадил весь подоконник зеленью, петрушкой, салатами.

— Нет, одно дело петрушку на подоконнике растить, и совсем другое — приехать на землю и понять, что здесь могут в таком-то году вырасти помидоры, кабачки, апельсины…

Р: Ничего подобного, это не разные вещи. Прошлой весной мы поехали в Приморье и посадили много разных культур, в том числе азиатские бобовые, фасоль, маш, нут, кабачки — все на свете. Внедрили туда принципы органического земледелия и осенью собрали урожай больше, чем местные, которые 30 лет выращивают там овощи. Мульчировать нужно, и все будет хорошо, не надо никакого автоматического полива. Задержка влаги должна быть в почве. Мои родители никогда не занимались огородом, я всю жизнь жил в городе. Но когда ты ешь невкусную магазинную еду, то хочется вырастить что-то свое, потребление чего будет по-другому влиять на тебя. Еды можно вырастить много, она растет сама, главное — обеспечить ей солнце и биологическую защиту.

— Вы получили на проект «Деревня Омми» грант в 60 млн рублей. Как вам это удалось?

Ф: Знаете, сколько пришлось услышать насмешек от чиновников и в лицо, и за спиной? «Да зачем тебе это надо, у тебя ж это все позабирают, ты еще молодой, иди гуляй».







Когда пошел получать 150 кубометров леса, которые полагаются каждому сельскому жителю раз в 25 лет бесплатно, мне сказали: «Плати». Месяц я так бегал. Потом написал два письма в веб-приемную президента России. В первом рассказал, какой у нас тут беспредел, во втором отправил проект. Президент молчал еще месяц. А потом позвонили из правительства края, попросили прийти через неделю, на встрече сказали: «Вот тебе грант, только письма никакие не пиши. Стройся, сажай, делай, что хочешь». А лес мне бесплатно и вырубили, и доставили, и нашли технику. Почему, блин, без Путина у нас никто не желает работать — я не понимаю. Единственные из чиновников, кто пошел навстречу просто так и сразу, — администрация Амурского района, где мы и взяли эти 25 га.

— А какие еще средства участвуют в проекте, помимо гранта?

Ф: Средства наших партнеров. Мы с Ромой бегали по компаниям, стучались в каждую дверь. Сейчас с нами сотрудничают «Роснефть», Амурский судостроительный завод, Комсомольский-на-Амуре авиазавод (ОКБ Сухого. — Прим. авт.). И мелкие компании по упаковке, магазинчики, ресторанчики и так далее. В некоторых из них меня давно знают, другим я показывал презентацию проекта будущей деревни. 16 сентября начнет строиться первая пекарня. С авиазаводом мы заключили договор о том, что к 2018 году они начнут присылать к нам на отдых летчиков-испытателей с семьями, и они уже спрашивают, чем нам помочь, как сделать нам рекламу. Нам предлагает помощь деньгами Минстрой Хабаровского края, мы поедем разговаривать с ними в сентябре, как посчитаем нужную сумму.

— Если не брать в расчет насмешки чиновников, то вы рассказываете очень простую историю. Написал письмо Путину — получил бюджетные деньги. Сделать такое на самом деле проще, чем кажется перед началом, или это вам так повезло?

Ф: Я не стану вам врать, что это было просто. Вот сейчас надо кое-что поехать снять на камеру — нету денег. Но нашли и поехали. Когда ты начал что-то у себя в голове планировать — трудно это или нет, но ты сделаешь по-любому. Просто все боятся начать. А получить сам гектар проще простого: оставляешь заявку, выбираешь участок и оформляешь его.

— Вы хотите, чтобы в «Деревню Омми» приезжали не только фермеры, но и туристы. Вы знакомы с громкими туристическими проектами на Дальнем Востоке, которые провалились? Горнолыжная база «Натальино» в Амурской области никак не достроится, игорная зона в Приморье почти достроена, но не привлекает российских посетителей (а только иностранцев из Азии). Почему вы уверены, что ваш туристический кластер заработает?

Ф: Меньше надо красть денег, вот и все.

Р: Их вообще не надо красть. Их надо распределять грамотно. Мы тут проанализировали с Филиппом опыт Дальнего Востока и поняли, что на развитие туризма из бюджета выделяется очень много, но мало людей способны что-то делать. Они даже брендинг территории не могут провести. А мы знаем, как устроить фестиваль и собрать людей в честь какого-то события, и нам поможет этот опыт.

И потом, классическая иерархическая структура управления проектами уже не работает. У нас будет модель территориального общественного самоуправления (ТОС). Первыми координаторами, каждый по своему направлению, станут сами пользователи гектаров, они же организаторы производственной цепочки. Команду управленцев мы будем формировать с нуля, выстроим их снизу вверх по широте кругозора и компетенций, а через временные интервалы от 3 до 6 месяцев будет происходить ротация с нижних на верхние ступени и наоборот. В результате система будет обновляться и пополняться компетентными управленцами, которые будут учиться друг у друга.


  • 93
  • 12/10/2016


Поделись



Подпишись



Смотрите также