Камера Эйнштейна: как один фотограф изображает время Страница 1 из 4

Адам Мадьяр — компьютерный гик, бросивший университет, фотограф-самоучка, Руб Голдберг высоких технологий, путешественник по миру и художник-концептуалист с растущим мировым признанием. Но никто не мог предположить, что он может быть еще и террористом, до того утра, пока он не спустился на станцию метро Юнион-Сквер в Нью-Йорке.

В то время Мадьяр был погружен в долговременный проект на стыке технологий и искусства под названием Stainless («Безупречные»), создавая изображения высокого разрешения из проезжающих поездов и пассажиров, используя сложное, написанное им самим программное обеспечение и доработанную промышленную фотокамеру. Техника сканирования, которую он разработал — объединение тысяч кадров шириной в пиксель в одно изображение — позволяет ему заставать пассажиров врасплох, пока они с шумом и лязгом летят сквозь темные тоннели метро, фиксируя их в призрачных изображениях, наполненных деталями, которые не может запечатлеть ни одна обычная камера.





Мадьяр установил свой обычный набор устройств — камеру, сканер, вольтметры, синие и черные кабели, батарею, штатив, ноутбук — и ждал, пока поезд не выкатится на платформу. Чего он не ожидал, так это бдительности переживших 11 сентября ньюйоркцев, некоторые из которых пожаловались в полицию на человека с длинными волосами, имеющего при себе нечто, что выглядело как наспех собранное оборудование для слежки. Прошло немного времени, прежде чем к нему подошел сотрудник транспортной полиции.
— Что вы делаете? — спросил он.
— Сканирую поезда, — ответил Мадьяр.
Полицейский отвел Мадьяра в комнату в недрах станции Юнион-Сквер, куда вызвал пару офицеров в штатском, чтобы те его допросили. Они исследовали его оборудование, внимательно просмотрели его цифровые файлы. «Скажите нам, на кого вы работаете?» — последовал от них вопрос.
Как только Мадьяр убедил их, что не изучает метро в незаконных целях, что он художник (в этом помог его веб-сайт, на котором были примеры его работ), полиция согласилась на штраф в 25 долларов за нарушение правила о запрете использования штатива на станции, и отпустила его восвояси.



Из серии Stainless, Нью-Йорк, 2010. Напечатанные работы имеют длину более 2,5 метров.

Это был не первый раз, когда Адаму Мадьяру пришлось объяснять свою работу заинтригованным наблюдателям. Родившийся в 1972 году в Венгрии, Мадьяр начал фотографировать, когда ему было сильно за двадцать, блуждая по улицам азиатских городов и делая фотографии индийских уличных торговцев, монахов-индуистов и гималайских студентов. Его работа быстро прошла развитие от общепринятой документальной фотографии до сюрреалистических, радикально экспериментальных изображений, которые отражают его увлечение находить новые и необычные способы использования цифровых технологий. Инженер-самоучка и программист, который собрал свой первый компьютер, еще будучи подростком, Мадьяр делает свои снимки, используя некоторые из самых продвинутых в мире фотографических устройств, доработанные с помощью программ, которые он пишет сам. Дополнительный код, также его авторства, убирает почти все искажения, или шум, из полученных с камеры данных, выдавая изображения невероятной четкости.

В растущем количестве фотографического и видео-искусства, созданного за последний десяток лет, Мадьяр изгибает привычные представления времени и расстояния, растягивая миллисекунды на минуты, схватывая мгновения в разрешении, которое невооруженный взгляд никогда не смог бы воспринять. Его искусство берет начало в таких разных источниках, как Альберт Эйнштейн, дзен-буддизм и даже сериал 60-х годов «Сумеречная зона». Сами изображения — гладкие серебристые вагоны метро, серьезные пассажиры, затерявшиеся в собственных внутренних мирах — красивы и элегантны, но также вызывают чувство тревоги. «Мгновения, которые я снимаю, бессмысленны, в них нет истории, и если возможно уловить суть, квинтэссенцию бытия, то запечатлевается, наверно, всё», — говорит Мадьяр в одном из многих загадочных комментариев о своей работе, которые отражают и ее гипнотическую тягу, и ее неуловимость. Возникает чувство, будто вступаешь в другое измерение, занимая место между неподвижностью и движением в мире искаженного времени, где не работают законы физики.

«Я научился работать с инструментами, приобрел общее понимание материалов. И я научился объединять разные вещи».


Работа Мадьяра представляет собой плодотворное взаимодействие технологии и искусства, двух дисциплин — одной объективной и математической, а другой полностью субъективной, — которые не всегда воспринимались как гармоничные или вообще совместимые. Тем не менее, они переплелись, и технологические прорывы часто делали возможными новые формы искусства. Пять тысяч лет назад египетские мастера нагревали в печах песок из пустыни, известняк, поташ и медный карбонат, получая синтетический пигмент, известный как «египетский синий», который внес свою лепту в высокореалистичные стилизованные портреты второй и третьей династии.

К пятнадцатому веку краска, замешанная на прозрачных маслах, льняном и масле грецкого ореха, начала заменять непрозрачную, основанную на яичном желтке темперу, наполнив искусство новой яркостью цвета и натурализмом, которые проторили путь таким мастерам Возрождения, как Ян ван Эйк, Тинторетто и Караваджо. Эксперименты девятнадцатого века с чувствительными к свету материалами, способными запечатлеть и стабилизировать изображение, начиная с покрытых серебром и обработанных парами йода медных листов Луи Дагера, привели к изобретению фотографии. В 1950-х стремительные успехи в создании эмульсий и светочувствительности пленки позволили кинорежиссерам вынести свое ремесло на улицу и снимать при минимальном свете, тем самым выдвинув на первый план новую волну натуралистичных фильмов Жана-Люка Годара и других новаторов.

Цифровая фотография, впервые разработанная в 1970-х, дала начало двум типам устройств ввода изображения: обычным цифровым камерам и сканерам. Первые снимают объект целиком за одну экспозицию. Вторые же, по контрасту, захватывают изображение последовательно. Сенсор двигается вдоль объекта, например, распечатанного документа, и фотографирует его строка за строкой, а затем собирает совокупное изображение. Сканеры, программы редактирования изображений и высокоскоростные производственные видео-камеры позволили художникам-концептуалистам вырваться из рамок традиционной фотографии и создавать всё более абстрактные и сюрреалистичные изображения.

Дорис Митч, живущая в северной Калифорнии, сканирует растения, морскую фауну и другие природные объекты в свой старый Mac G4, затем редактирует в Photoshop, создавая потрясающе яркие композиции, которые невозможно получить самыми светочувствительными камерами. Пенелопа Умбрико создает огромные коллажи из изображений, найденных в сети. Ее проект «541 795 солнц (из закатов) на Flickr», созданный в 2006 году, отражает ее увлеченность интернетом и тем, как он подмял под себя другие реальности. Фотограф родом из Латвии Миша Гордин создает пугающие черно-белые составные изображения, такие как его известная серия Crowd («Толпа»), которые вызывают чувство подавленности тоталитарной системой. Гордин однажды написал: «В концептуальной фотографии … идея или видение преобразуются камерой в изображение, связанное с реальностью только моим воображением. Первоначальный процесс похож на написание поэзии. Только после этого он становится более техническим». Мадьяр, поклонник работ Гордина, также создает черно-белые фотографии и видео, пропитанные сходным духом отягощения, хотя его люди связаны не политической системой, а границами собственного восприятия.

Впервые я встретил Мадьяра в его аккуратной двухкомнатной квартире во Фридрихсхайне, облагороженном районе бывшего восточного Берлина. У него длинные, темные волосы, жидкая борода и усы, задумчивый взгляд темных глаз. Он выглядит, как портрет славянского святого эпохи Возрождения или постаревший рок-музыкант, живущий в одном из последних захваченных сквоттерами зданий Берлина.

  • 1340
  • 20/01/2014


Поделись



Подпишись



Смотрите также

Новое