Уровень дофамина и способность учиться на своих ошибках Страница 1 из 3

Каждый из нас сталкивался с такой же проблемой, когда нам сложно признавать собственные ошибки, сложно учиться на ошибках, поэтому вы постоянно наступаете на одни и те же грабли. 

Способность учиться на собственном опыте — полезнейшая адаптация, позволяющая людям и животным менять свое поведение в зависимости от обстоятельств. Полностью врожденные, не зависящие от обучения поведенческие реакции хороши только в том случае, если одно и то же решение в какой-то стандартной ситуации всегда является оптимальным.

Дофаминовая и префронтальная системы тесно связаны между собой. Поэтому неудивительно, что дофамин играет важную роль в процессах запоминания. Мы обожаем искать взаимосвязи между событиями и это неудивительно – это человеческое свойство помогало выжить нашим предкам.

Дофаминовые нейроны запрограммированы искать причинно-следственные связи, но иногда они находят последовательность там, где ее на самом деле нет. У нас может возникать два типа ошибок: ошибка первого рода — ложное срабатывание (при избытке дофамина) и ошибка второго рода — пропуск события (при недостатке дофамина).

Дофаминовые наркоманы и пациенты с болезнью Паркинсона, которые сидят на дофаминовых агонистах, часто становятся заядлыми игроками (или одержимыми какой-то идеей). Их мозг думает, что нашел формулу выигрыша, дофамин зашкаливает, деньги тают. Это ошибка первого типа — ложное срабатывание. Или, например, человек переедает и стремительно набирает вес. Когда ему говорят, что нужно меньше есть, он только кивает, но продолжает есть. Почему? Это ошибка второго рода  - пропуск события, человек не учится на своем опыте, такие ошибки типичны для низкого уровня дофамина.





©Kate MacDowell

Дофамин и способность учиться на опыте: дофаминовый кнут.

В 70-х гг. исследования и обширный анализ физиологической роли нигростриатной дофаминергической системы показал, что управление психомоторными процессами на уровне стриатума увязывается теснейшим образом с обменом дофамина. Были получены данные, указывающие на существенную роль в мозговой деятельности восходящих мезокортикальных дофаминергических проекций.

Согласно общепринятой на данный момент точке зрения, мезокортикальная и мезолимбическая системы вовлечены в механизмы памяти и обучения. Префронтальная кора обрабатывает информацию по принципу «сигнал-шум», подавляя шум и усиливая сигнал и в этом ей помогает дофамин (выделяя главное с помощью эмоций). Дофамин изменяет соотношение сигнал/шум в воспринимаемой информации. То есть то, насколько мы точны в определении образов. 

Если вы ошибаетесь, то уровень дофамина падает. И это падение заставляет вас почувствовать себя хуже и взяться за исправление ситуации. Если дофамин после ошибки не упал, то эта ошибка вас ничему не научит. Говоря иначе, при высокой чувствительностью к дофамину, при снижении его выделения самочувствие человека резко снизится, что заставит в будущем избегать аналогичных проблем или, говоря проще, он постоянно учится на своих ошибках. Если рецепторы дофамины обладают низкой чувствительностью, то его самочувствие снизиться значительно меньше и обучения не произойдет (мол, ну ошибся — ничего страшного! будь позитивнее! =)).

Ученые уверены, что при низкой концентрации дофамина (чувствительности рецепторов) люди существенно хуже могут использовать опыт своих ошибок и редко делают правильные выводы. Передняя поясничная кора (ППК), задействована в определении ошибок. ППК помогает обеспечивать связь между тем, что мы знаем, и тем, что чувствуем. Она также помогает запоминать, чему дофаминовые клетки только что обучились, чтобы быстро адаптировать ожидания к новым условиям.





Вентральная область покрышки (ventral tegmental area, VTA) — ключевой компонент «системы вознаграждения» (также известной как «система внутреннего подкрепления») в мозге млекопитающих. Примерно 55–65% нейронов VTA — это дофаминовые (дофаминэргические) нейроны, передающие сигналы другим нейронам при помощи нейромедиатора дофамина. Дофамин играет в мозге роль «вещества удовольствия». 

Дофаминовые сигналы из VTA поступают в префронтальную кору, где происходят сознательные психические процессы, в гиппокамп, управляющий запоминанием (это может быть связано с обучением на положительном опыте), в прилежащее ядро (nucleus accumbens), которое можно назвать «главным центром удовольствия» и которое отвечает за мотивацию, привязанности и зависимости, а также в другие «эмоциональные» отделы мозга, такие как миндалина (amygdala).

Дофаминовые нейроны VTA активируются в ответ на положительные стимулы (информацию о которых они получают от других отделов мозга, в том числе от коры), а также на условные стимулы, предвещающие награду. Например, если животное знает, что после звукового сигнала ему дают что-нибудь вкусненькое, дофаминовые нейроны VTA будут возбуждаться в ответ на звуковой сигнал.

Сама же награда («безусловный стимул») активирует их в зависимости от своей предсказуемости: неожиданная награда вызывает сильную активацию, но если животное точно знает, что угощение всегда появляется после звонка, то нейроны энергично ответят только на звонок, а на саму награду отреагируют слабее или не отреагируют вовсе. 

Ну а если после звонка положенная награда не появится, активность дофаминовых нейронов VTA отобразит разочарование, опустившись ниже базового («спокойного») уровня (ошибка, дофаминовый кнут). Если мы ошибаемся, то мозг не получает дофамина, «щекочущего» центры удовольствия, что у большинства людей запускает механизм активации D2-рецепторов и принуждает не совершать подобных действий. Более того – записывает информацию об ошибке в память надежно.

Таким образом, работа этих нейронов кодирует не хорошие новости как таковые, а, скорее, степень их соответствия ожиданиям, «ошибку предсказания награды» (reward prediction error, RPE). Этот механизм мешает нам радоваться привычным, стандартным достижениям — но не мешает огорчаться, когда ожидаемая награда вдруг ускользает из рук. 

  • 11
  • 19/09/2016

Не забудьте подписаться!

Категории