Танцуй

Танцуй Танцуй, если хочется плакать, включай погромче, доставай ключи, закрывай на три вздоха дверь, начиная ступать негромко, шатко по шагу… Впрочем лучше покричи, помолчи, потанцуй, измерь беглый пульс прямо в танце, в волне, в плену движенья. Генератор ритма, бессилья, хрипа сегодня ты, все что билось внутри живое извне теперь уже, и чуть дышит, звучит на частотах завтрашней пустоты. Эти танцы взахлёб, и без стопа. Давай, лавируй между строк… Остынь, отдышись, отдохни, прими -
для кого-то ты запертый воздух подвала, сырость, ты - грибок, полынь, тесный кокон, дырявый мир. Жги, танцуй без транскрипций, искри, отбивай ступнями, ешь свой стон, глотай, запивая слюной, пока в окнах пусто, не смотри, я помню, как под глотками внезапно, тайно, вдруг захочется табака, глубоко, глубже легких, под кожей, что под рубашкой, -
в свежевырытой скважине, в узком свище души, закури впервые, сегодня можно, танцуй с затяжкой. Сделай паузу дыма, закашляйся, отдышись… Выходи во двор, на мост, карниз; на большую сцену, закрывай глаза, танцуй, выгибайся до крика вен, щелкай пальцами, злись, будь смелой и откровенной, сняты тормоза… Ты взлетаешь, и вот он…крен… …И опять ты танцуешь, танцуешь, танцуешь, …пляшешь, красной лентою ужится, стелется коридор, знаешь, Канны снова в этом году не наши, постарели актеры, камеры, свихнувшийся режиссер… Очень худо - валяйся в брейке, кричи: ”фотограф!” Твое тело, - чуть скомканный, но все же негрязный лист. Ты теперь сама себе, девочка, хореограф, ты теперь сама себе, милая, альпинист…