«Случайные» убийства неслучайных людей Страница 2 из 3



Авось по-американски
Подобная загадочность окутывает и гибель еще одного американского президента — Авраама Линкольна (Abraham Lincoln, 1809–1865). На первый взгляд все выглядит достаточно просто: сторонник сохранения рабства негров в США — Джон Бут (John Wilkes Booth, 1838–1865) — преисполнен ненависти к президенту, который намеревается с этим рабством покончить. И вот он собирает вокруг себя несколько сторонников и готовит политическое убийство. Причем должен был погибнуть не один Линкольн. По замыслу Бута, 14 апреля 1865 года планировалось уничтожить и вице-президента Эндрю Джонсона (Andrew Johnson, 1808–1875), и госсекретаря Уильяма Сьюарда (William Henry Seward, 1801–1872).
Но в дело вновь вмешались самые неожиданные обстоятельства. У верзилы, которому надлежало убить госсекретаря, пистолет дал осечку, а удар ножом не достиг своей цели. Незадачливый убийца кинулся бежать из дома Сьюарда, так и не выполнив порученной ему миссии. Другой заговорщик перед покушением на вице-президента решил промочить горло для храбрости и в ближайшем баре набрался так, что ни о каком убийстве не могло быть и речи. Но «алкогольная случайность», спасшая Эндрю Джексона, оказалась роковой для Линкольна.
Вечером 14 апреля 1865 года президент с супругой находились в театре Форда (Ford's Theatre) в Вашингтоне на комедии «Мой американский кузен». После начала второго акта охранник, вместо того чтобы находиться у входа в президентскую ложу, решил также спрыснуть горло, чем и воспользовался убийца. Похоже, он был даже уверен в таком странном поведении телохранителя, поскольку весь его план строился на том, что ложа не будет охраняться. Удивительно, но перед посещением театра Линкольн попросил военного министра заменить ему телохранителя — однако эта просьба не была выполнена.
Будучи актером, Джон Бут действовал так, словно играл преступника в скверной пьесе. Сначала он подсматривал за жертвой сквозь замочную скважину. Дождавшись момента, когда зал по ходу комедии взорвется хохотом, он ворвался в ложу и почти в упор выстрелил президенту в голову. Затем с пафосом воскликнул: «Так всегда будет с тиранами!» — и, отбиваясь кинжалом от бросившегося к нему майора Генри Рэтбона (Henry Reed Rathbone, 1837–1911), спрыгнул из ложи в зал с трехметровой высоты. Невероятно, но убийце, который к тому же повредил при падении ногу, удалось благополучно улизнуть из битком набитого театра. Еще более невероятно, но, убегая из Вашингтона, где уже, выражаясь современным языком, был объявлен план «Перехват», Бут назвался своим именем сержанту, охранявшему перекрытый мост — и тот пропустил его. Удача оставила Бута только когда солдаты окружили сарай на ранчо, где он скрывался.
Неизвестно, вышел бы он сдаваться из подожженного сарая или нет — его случайно застрелили через дощатую стену сарая (кто именно стрелял, так и не удалось установить).

Джон Бут, искушаемый дьяволом. Во время гражданской войны Севера и Юга Бут был тайным агентом конфедератов, поставлявшим им лекарства и разведывательную информацию. Иллюстрация: John L. Magee из архива Библиотеки Конгресса США



При убитом был обнаружен дневник. Странно, но суд не обратил на него никакого внимания, и лишь через несколько лет следственная комиссия Конгресса вспомнила об этой важной улике. Однако к тому моменту в дневнике недоставало восемнадцати последних страниц — включая те, где должна была описываться подготовка к убийству Линкольна. Есть и еще один загадочный факт: в день покушения на президента США Бут зачем-то хотел встретиться с вице-президентом (тем самым, на чью жизнь так и не решился совершить покушение киллер-пьяница) и даже передал через секретаря записку: «Не хотелось бы вас беспокоить. Вы дома? Дж. У. Бут».

Иллюстрация: Currier & Ives из архива Библиотеки Конгресса США



Первый после Густава III
Но если в вышеописанных убийствах всегда находился хотя бы исполнитель, то смерть еще одного «доброго президента» не оставила следствию и этой зацепки. Речь идет об Улофе Пальме (Sven Olof Joachim Palme, 1927–1986), председателе Социал-демократической рабочей партии Швеции и премьер-министре страны в 1969–1976 и в 1982–1986 годах.
И врагов, и друзей у политика хватало с избытком: правые недолюбливали его за то, что он, выходец из высшего общества, предал его интересы, возглавив левую партию; некоторые левые, наоборот, именно по причине социального происхождения часто не доверяли Пальме. Кто-то считал его заносчивым и высокомерным, кому-то не нравилось отсутствие у него чувства юмора. Тем не менее рядовые шведы относились к нему с большой симпатией.
В частности, именно поэтому Пальме не пользовался охраной и частенько ездил на работу общественным транспортом, а то и вовсе добирался пешком, общаясь по дороге с прохожими. Вечером 28 февраля 1986 года Улоф Пальме с женой Лисбет (Anna Lisbet Christina Palme) спокойно направились в кинотеатр «Гранд» на фильм «Братья Моцарт». Убийца, по версии следствия, скорее всего, уже поджидал супругов. Когда толпа, вышедшая после просмотра, начала рассасываться, супруги Пальме, обсуждая кинофильм, направились к метро. Убийца хладнокровно следовал за ними и, когда пара вышла на перекресток, подошел вплотную и трижды выстрелил премьер-министру в спину. После этого убийца бросился прочь, в спасительную темноту. Часы показывали 23.10.
Со слов случайных прохожих удалось установить лишь то, что убийца высокого роста и светловолосый. Также были найдены три пули, попавшие в премьера. Больше никакими вещественными доказательствами следствие не располагало. Не удалось обнаружить даже стреляных гильз, поскольку преступник использовал револьвер. Лишь по тому, что с пуль были удалены все маркировки, позволяющие их идентифицировать, возникло предположение, что действовал профессионал, а не сумасшедший. Ведь политическое убийство в Швеции — вещь немыслимая: последнее произошло более двухсот лет назад, когда на маскараде выстрелом был смертельно ранен король Густав III (Gustav III, 1746–1792).
Буквально на следующий день на месте убийства Пальме выросла гора живых цветов, а по стране прокатились многотысячные митинги памяти. Для шведской полиции расследование стало делом чести, и в том же 1986 году она арестовала предполагаемого убийцу — 33-летнего Виктора Гуннарссона (Victor Gunnarsson, 1953–1993), члена экстремистской группы Европейской рабочей партии. Однако за недостаточностью улик его вскоре пришлось освободить. Отпущенный на свободу Гуннарссон перебрался в США. С тех пор прошли годы, но никаких новых улик, которые позволили бы следствию продвинуться вперед, так и не обнаружилось. Тем временем бывший главный подозреваемый, Гуннарссон, проживавший в Солт-Лейк Сити, погиб при загадочных обстоятельствах. Его квартира была найдена открытой, ничего из ценных вещей и денег не пропало, а спустя некоторое время его труп был найден в пустыне за 120 миль от Солт-Лейк Сити. И снова — никаких зацепок, никаких улик…
Поистине разобраться в том, какова доля объективных и субъективных факторов в гибели известных политиков, порой бывает крайне сложно. Иногда хорошо спланированная акция вполне может быть воспринята как простое невезение, а иногда слепой случай становится источником легенд о коварном заговоре темных сил.

Евгений Щигленко
www.vokrugsveta.ru/telegraph/history/1159/">

Швеция. Один из митингов памяти Улофа Пальме. Существует много версий причин гибели шведского премьера. Так, например, некоторые полагают, что политика застрелили по ошибке, перепутав с наркоторговцем Сигге Седергреном (Sigge Sedergren). Фото (Creative Commons license): Holger Ellgaard

  • 499
  • 04/07/2015


Поделись



Подпишись



Смотрите также

Новое