Прерванный полёт Белого капитана Страница 1 из 2

Это была его последняя командировка, совсем последняя. Он так решил, а слово у него было твёрдое всегда. Он жил по принципу: «Мужик сказал, мужик сделал». Он и дочери заявил перед отъездом: «Окс» (она была для него всем – и сыном, и дочерью, поэтому полушутливо он назвал её мужским вариантом имени), это моя последняя Африка». Было это полгода назад.

Может быть, потому, что это была «последняя Африка», он и согласился лететь в тот рейс – в непогоду и в преддверии ливня. Он очень любил небо, не мог жить без него, и отказаться от ещё одного полёта, может быть, прощального, не смог. Полугодовая командировка закончилась, через несколько дней они должны были улететь на Родину, а пока сидели в гостинице в ожидании расчёта. Впереди была жизнь «на земле» – в августе ему исполнилось бы шестьдесят, а в этом возрасте медкомиссию проходить уже очень непросто. И он не смог отказаться от предложения слетать ещё раз. А полёт и в самом деле оказался последним: самолёт задел макушку дерева, упал на землю и загорелся. Не сгорел лишь потому, что тропический ливень был такой силы, что огонь погас…





Небо зовёт

Это сейчас мальчишки мечтают стать менеджерами или олигархами, чтобы кататься на белых яхтах и жить в Майаями. Или иметь свой автосервис и «рассекать» по улицам города на крутом внедорожнике, пугая огромными размерами окружающих. Послевоенные мальчишки мечтали о подвигах и славе – они выросли в другой среде, когда чтили тех, кто воевал, кто трудился в поте лица, кто в мирное время считался героем. Владимир Курбатов родился в Кемерово, его отец был шахтёром, а он захотел стать лётчиком – чтобы оторваться от земли. И стал им. Не сразу, а пройдя достаточно сложный путь: он успел поработать учеником на фабрике, отслужить в армии, получить рабочую специальность и квалификацию, и лишь потом поступил в лётное училище. Его сверстники уже семьи завели, а он пошёл учиться. Точней – отправился в путь за мечтой: подняться в небо.

Он так и шёл всю жизнь за мечтой, осваивая профессию и достигая вершин мастерства. Последнюю профессиональную отметку «Пилот 7000» он получил в 1996 году: профессионалы знают, что цифра эта – свидетельство мастерства и опыта. Вы себе можете представить, что это такое – семь тысяч часов в воздухе? А после этого Владимир летал ещё 15 лет! Он самостоятельно выучил английский язык, когда потребовалось отправляться за границу, а это тоже непросто – знать язык на должном уровне.

После училища он был вторым пилотом на «Аннушке» (так ласково пилоты зовут двукрылый самолёт «АН-2»), потом летал на АН-24, осваивал новый АН-28. Должен был стать командиром авиалайнера Ту-134, самостоятельно сдал экзамены в Московском центре подготовке пилотов, но…



В эпоху перемен

Судьба распорядилась по-своему. Началась перестройка, и авиация стала дорогим удовольствием для государства. Нищающий народ не мог летать по взметнувшимся на билеты ценам, рейсы стали сокращаться, а подоспевшая приватизация довершила начатое. «Высвобождавшиеся» самолёты стали продаваться в Африку и другие страны «третьего мира» (на западе своих хватало). А за самолётами потянулись и лётчики: ведь им нужно было где-то зарабатывать на жизнь…

Курбатов стал одним из первых, кто отправился в Африку. Тогда это было официально – предприятие заключало договоры, и экипажи отправлялись в командировку в разные страны – Анголу, Конго, Алжир, Южно-Африканскую республику. Осваивали континент. Курбатов летал много – в первый раз он отправился в Африку в 1994 году, так что его «африканский» стаж перевалил за полтора десятилетия.

Сейчас много говорят о том, что в Африке часто происходят аварии и гибнут наши экипажи. А почему падают самолёты и гибнут люди? Причин много. Одна из основных – самолёты отслужили свой срок. Отсюда – нехватка запчастей, ненадлежащее обслуживание. Вторая – условия полётов. Аэродром в Африке – это зачастую просто посадочная площадка где-нибудь в джунглях или в горах, без надлежащей навигации, с короткой взлётной полосой. Нужна высшая квалификация, чтобы летать в таких условиях. Добавьте сюда климатические условия: жара, ветра, другая топонимика. У нас бывают ливневые дожди, но это ничто с дождями африканскими. Тропический ливень – это сплошная стена воды, сквозь которую ничего не видно и сквозь которую нужно прорываться как сквозь настоящую преграду. Добавьте сюда ветра, которые с лёгкостью валят деревья в джунглях…

  • 370
  • 04/07/2015


Поделись



Подпишись



Смотрите также

Новое