Уильям Гибсон: Как я написал «Нейроманта»






Уильям Гибсон. Фото: Хуберт Канг

«Нейромант» был написан на заказ. Не представляю, сколько бы лет заняла у меня работа над ним, если б я писал этот роман наудачу. Если бы вы спросили меня об этом по окончанию работы, я бы ответил «10 лет», но возможно, что этого бы просто не случилось. Бывают такие странности на жизненном пути. Вообще, жизненный путь состоит из странностей.

Мне было 34 года, у меня был первый ребёнок, супруга, я недавно получил степень бакалавра искусств по английской литературе. Я опубликовал несколько историй в Omni, глянцевом журнале от издателей Penthouse. Там платили порядка $2000 за рассказ, что довольно много (в сравнении с НФ-журналами, где платили раз в 10 меньше). Omni не оставил мне выбора, и мне пришлось писать больше.

Обналичив первый их чек, я купил наидешёвейший билет до Нью Йорка, чтобы встретиться с таинственным человеком, чья редакторская воля привела к такой неожиданной удаче. Роберт Шекли, забавный и учтивый человек, и писатель, чьим творчеством я восхищался, пригласил меня на обед за счёт Omni и дал мне два совета: я не должен ни в коем случае подписывать контракты на несколько книг, и ни в коем случае не должен покупать «этот большой старый дом». Первому совету я последовал.

После того, как я продал в Omni ещё несколько рассказов, со мной связался Терри Карр, составитель антологий НФ. Терри как-то выпустил в свет ограниченный тираж первых сборников для издательства Ace Books, «Ace SF Specials». Теперь он снова решил это сделать, и он спросил меня, не хочу ли я написать в сборник свой роман? Конечно да, ответил я, приходя в состояние неописуемого страха, в котором я и оставался следующие 18 месяцев, до тех пор, пока я не выдал рукопись (нарушив все сроки годового контракта).

Я опоздал, потому что понятия не имел, как писать роман, но решил, что это может быть мой первый и последний раз. Я сомневался, что кто-либо ещё когда-нибудь предложит мне деньги вперёд в счёт ненаписанной повести. Книга должна была выйти в мягкой обложке, и аванс был более чем скромен. Я представлял себе свой успех таким слабым, что решил — после недружественного приёма, мою книгу прекратят печатать. И затем, романтично желтея на полках магазинов подержанных книг, она дождётся того момента, когда какой-нибудь кружок увлекающихся эзотерикой людей в Париже или Лондоне вдруг наткнётся на неё и сочтёт за отголоски творчества Бестера, Дилэйни или других авторов, на которых я ориентировался в своём творчестве. И это всё, о чём я мечтал, просиживая дни за своей портативной машинкой Hermes 2000.

Но скромные ожидания таят в себе свободу, а страх (более всего, страх никогда не закончить работу) – отличный способ мотивации. И я писал книгу для той воображаемой будущей аудитории, и только для неё. Послание в бутылке. Для меня необходимым было понравиться только этой аудитории, и я использовал всё, что подходило для этой цели, из моего 34-летнего опыта.

По окончанию работы я сидел, уставившись на стопку бумаги, как я теперь делаю каждый раз по окончанию повести, и думал – что же я сейчас такое сделал. Честно говоря, я плохо помню и этот момент, и момент, когда Терри оплачивал мне эту работу. Я помню встречу с Терри через некоторое время после того, как я сдал готовую рукопись. До этого он мне ничего не сообщал, вообще. Он спускался по винтовой лестнице, с верхнего этажа лобби на нижний, в каком-то отеле. Получил ли он мою рукопись? Да, ответил он. «Сойдёт такая?» — спросил я, волнуясь. Он остановился на ступеньках, странно посмотрел на меня, затем улыбнулся: «Да. Я уверен, что сойдёт». И затем продолжил спуск, после чего отправился в бар. Больше я его, наверно, ни разу не встречал.

В жизни бывают такие моменты. Бывает, что некая дружественная сила вдруг помогает нам, каким бы невозможным это не казалось.

Источник: geektimes.ru/post/243773/
  • 505
  • 31/12/2014


Поделись



Подпишись



Смотрите также

Новое