Что ограничивают ограничивающие убеждения

Поделиться



Что такое ограничивающие убеждения? И почему так важно нам это знать? И что они вообще ограничивают и для чего они нам нужны?

Ограничивающие убеждения – это сидящие в нас убеждения и отношение к окружающему миру и себе, которые определяют наши действия, поступки, поведение и мировоззрение. Они как правило выборочны и ограничивают наши действия и наше мировосприятие.

Ограничивающие убеждения потому и называет ограничивающими, что они нас ограничивают и загоняют в определенные рамки.

Ограничивающие убеждения складываются в целую систему, которая включает в себя: накопленный опыт как личный так и других людей, мнения, смысл, мотивы и другое.

Ограничивающие убеждения – это набор некоторых программ, которые действуют по строго определенным алгоритмам и выполняют возложенную на них функцию.





Функции ограничивающих убеждений

1. Информационный фильтр. Фильтруют, поступаемую в мозг информацию, выбирают только ту информацию, которая соответствует имеющимся убеждениям.

2. Демотивация. Демотивируют нас, подсовывают нам аргументы, которые убеждают нас ничего не делать, ничего не менять или делать в соответствии со своими убеждениями.

3. Формируют личность. Определяют наши действия, влияют на наш характер, систему ценностей, поведение.

4. Определяют выбор. Оказывают решающее действие на выбор в различных жизненных ситуациях.

Откуда берутся ограничивающие убеждения

1. Личный опыт.

2. Убеждения ваших родителей.

3. Убеждения ближайшего окружения: других членов семьи, друзей, коллег, единомышленников.

4. Убеждения социума, той среды, того ментального пространства в котором вы живете: город, регион, страна.

Механизм работы ограничивающих убеждений

1. Наличие убеждения. Есть убеждение. Например: «счастье – это вымысел», «человек не может быть счастлив», «я не счастлив, потому что у меня нет денег», «мое счастье зависит от чего-то или от кого-то, но не от меня самого».

2. Фильтр. Ваше сознание начинает фильтровать вашу реальность в соответствии с вашими убеждениями. Вы начинаете видеть все в сером цвете, вы видите не тех людей, которые счастливы, а которым также плохо, как и вам. Даже если вы видите счастливого улыбающегося человека, вас он либо начинает раздражать, либо вы начинаете недоумевать: «тут жить не на что, а он улыбается». Вы видите вокруг только бедных людей и стараетесь быть в обществе таких же как и вы.

3. Подстройка. Ваше подсознание начинает подстраивать вашу реальность под это убеждение. Оно простраивает границы вашей реальности в соответствии с вашими убеждениями. И за эти границы вы выйти не можете. Вам также плохо, как и всем, кого вы видите. Все бедные и я бедный. Богатые живут в другом мире, не моем мире. Мир начинает отражать ваше внутренне состояние, построенное согласно вашим убеждениям.

4. Вторичные выгоды. Вам не выгодно что-то менять в себе, потому что придется менять и свои убеждения. Выгодно оставаться в той зоне комфорта, которую вы уже создали. Вы не идете туда, где лучше, вам важно, чтобы не стало хуже.

5. Действия. Ваши действия становятся бездействием. У вас нет мотивации что-то менять в себе и в своей жизни.

6. Медленное разрушение. В итоге, ваше подавленное состояние начинает угнетать ваш организм. У вас нет денег на качественное питание, на лечебные процедуры для своего организма и он медленно стареет и приходит в негодность. У вас нет денег на достойный отдых и ваша нервная система постепенно истощается. Вы устали так жить, но убеждения заставляют вас жить именно так, как вы живете. Вы хотите что-то изменить, но не можете, потому что ваши убеждения содержат в себе программу «человек не может быть счастлив».





 

Ограничивающие убеждения и деньги

Ограничивающие убеждения в контексте денег мешают нам иметь столько денег, сколько мы хотим иметь. Примеры: «я не могу быть богатым», «деньги – это зло», «большие деньги – большие проблемы» и т.д.

Ограничивающие убеждения и партнерские отношения

В партнерских отношениях ограничивающие убеждения не дают нам возможности построения гармоничных отношений. Примеры: «я выбираю не тех мужчин/женщин», «мне не везет в отношениях», «я не могу быть счастливой» и др.

 

Ограничивающие убеждения и здоровье

В отношении здоровья, ограничивающие убеждения мешают нам иметь то тело, которые мы хотим. Примеры: «я толстая, потому что в нашем роду все толстые», «у меня нет силы воли», «это не излечимо» и др.

Ограничивающие убеждения и цели

Ограничивающие убеждения мешают нам ставить цели и их достигать. Например: «я не ставлю себе больших целей, потому что они все равно не достижимы», «это нереально», «я не смогу» и др.

Одной из основных причин наших жизненных неудач являются именно ограничивающие убеждения, с которыми мы отождествляемся и делаем их своей собственной реальностью.

Что делать?

Найти в себе ограничивающие убеждения и заменить их на ресурсные, которые помогут вам сделать жизнь такой, какой вы хотите. Ресурсные убеждения – помогают, а ограничивающие убеждения – ограничивают и мешают.опубликовано 

 

© Олег Астапенков

 

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //d-ao.info/ru/chto-ogranichivayut-ogranichivayushchie-ubezhdeniya

Принять то, что мы не можем изменить

Поделиться



Признаки полноценной и гармоничной личности, сформулированные классиком современного психоанализа Нэнси Мак-Вильямс.

16 признаков психического здоровья

1. Способность любить

Способность вовлекаться в отношения, открываться Другому человеку. Любить его таким, какой он есть: со всеми недостатками и достоинствами. Без идеализации и обесценивания. Это способность отдавать, а не брать. Это касается и родительской любви к детям, и партнерской любви между мужчиной и женщиной.





 

2. Способность работать

 

Это касается не только профессии. Это в первую очередь о способности создавать и творить то, что ценно для человека, семьи, общества. Людям важно осознавать, что то, что они делают, имеет смысл и значение и для Других. Это способность привносить в мир что-то новое, творческий потенциал. Подростки часто испытывают сложность в этом.

 

3. Способность играть

 

Здесь речь идет как о прямом смысле «игры» у детей, так и о способности взрослых людей «играть» словами, символами. Это возможность использовать метафоры, иносказания, юмор, символизировать свой опыт и получать от этого удовольствие.

Молодые животные часто играют, используя телесный контакт, и это важно для их развития. При этом если животным не позволить играть один день, то на следующий день они будут играть с двойным усердием.

Ученые проводят аналогию с людьми и делают вывод, что возможно, гиперактивность у детей — это следствие недостатка игры.

Кроме того, в современном обществе наблюдается общая тенденция к тому, что мы перестаем играть. Наши игры из «активных» превращаются в «отстраненно-наблюдательные». Мы все меньше сами танцуем, поем, занимаемся спортом, все больше наблюдая за тем, как это делают другие. Интересно, какие это несет последствия для психического здоровья?..





 

4. Безопасные отношения

К сожалению, нередко люди, обращающиеся в психотерапию, состоят в насильственных, угрожающих, зависимых — одним словом, нездоровых отношениях.

Джон Боулби описал три типа привязанности:

  • нормальную,
  • тревожную (сложно выносить одиночество, поэтому человек «прилипает» к значимому объекту),
  • избегающую (человек может легко отпустить Другого, но при этом остается с колоссальной тревогой внутри).
 

Впоследствии выделился еще один тип привязанности — дезорганизованный (D-тип): люди с этим типом привязанности часто реагируют на ухаживающего за ними человека как на источник одновременно тепла и страха.

Это свойственно людям с пограничным уровнем личностной организации, и часто наблюдается после насилия или отвержения в детстве. Такие люди «прилипают» к объекту привязанности и одновременно «кусают» его.

К сожалению, нарушения привязанности — весьма распространенное явление. Но хорошая новость в том, что тип привязанности можно изменить. Как правило, для этого хорошо подходит психотерапия (от двух и более лет). Но возможно изменение типа привязанности и при наличии стабильных, безопасных, длительных (более 5 лет) отношений с партнером.

 

5. Автономия

 

У людей, обращающихся в психотерапию, часто отмечается ее недостаток (но огромный потенциал, раз они в терапию все-таки пришли). Люди делают не то, чего на самом деле хотят. Они даже не успевают «выбрать» (прислушаться к себе), чего же им хотеть.

При этом иллюзорно автономия может смещаться на другие области жизни. Например, пациенты, страдающие от анорексии, зачастую пытаются контролировать хоть что-то, что им кажется доступным, выбирая при этом вместо своих желаний собственный вес.

6. Постоянство себя и объекта

 

Это способность оставаться в контакте со всеми сторонами собственного Я: как хорошими, так и плохими, как приятными, так и не вызывающими бурной радости.

Это также способность чувствовать конфликты и при этом не расщепляться.

Это контакт между ребенком, которым я был, тем, кто я есть сейчас, и той личностью, которой я буду через 10 лет.

Это способность учитывать и интегрировать все, что дано природой и то, что я в себе сумел развить. Одним из нарушений этого пункта может быть «нападение» на собственное тело, когда оно бессознательно не воспринимается, как часть себя. Оно становится чем-то отдельным, что можно заставить голодать или резать и.т.п.

 

7. Способность восстанавливается после стресса

 

Если у человека достаточно силы Эго, то, когда он сталкивается со стрессами, он не заболевает, не использует для выхода из него только одну ригидную защиту, не срывается. Он способен самым лучшим способом адаптироваться к новой ситуации.

 

8. Реалистичная и надежная самооценка

 

Многие люди нереалистично и при этом слишком жестко оценивают себя, обладают критикующим суровым Супер-Эго.

Возможна и обратная ситуация — наоборот завышенная самооценка. Родители восхваляют детей, желая иметь все самое лучшее, в том числе и «лучших» детей. Но такая необоснованная похвала, лишенная в самой своей сути любви и тепла, вселяет в детей чувство пустоты. Они не понимают, кем являются на самом деле, и им кажется, будто никто их в действительности не знает. Они часто действуют, как будто имеют право на особое отношение к себе, хотя по сути не заработали этого.



 

9. Система ценностных ориентаций

 

Важно, чтобы человек понимал этические нормы, их смысл, при этом был гибок в следовании им. В XIX веке говорили о «моральном безумии», что сейчас называют скорее антисоциальным расстройством личности. Это серьезная проблема, связанная с непониманием, нечувствованием человеком различных этических, моральных и ценностных норм и принципов. Хотя в то же время у таких людей могут быть сохранны другие элементы из данного списка.

 

10. Способность выносить накал эмоций

 

Выносить эмоции — значит уметь оставаться с ними, чувствовать их, при этом не действуя под их влиянием. Это также одновременная способность оставаться в контакте и с эмоциями, и с мыслями — своей рациональной частью.

 

11. Рефлексия

 

Способность оставаться эго-дистонным, умение посмотреть на себя как бы со стороны. Люди с рефлексией способны видеть, что именно является их проблемой, и соответственно, обходиться с ней таким образом, чтобы решить ее, максимально эффективно помогая себе.

 

12. Ментализация

 

Обладая этой способностью люди способны понять, что Другие — это совершенно отдельные личности, со своими особенностями, личностной и психологической структурой.

Такие люди также видят разницу между тем, что они чувствуют себя обиженными после чьих-то слов и тем, что на самом деле Другой человек не хотел их обидеть. Обида скорее вызвана их личным, персональным опытом и личностными особенностями.

 

13. Вариативность защитных механизмов и гибкость в их использовании.

14. Баланс между тем, что я делаю для себя и для своего окружения

 

Это про возможность быть собой и заботиться о собственных интересах, учитывая при этом и интересы партнера, с которым есть отношения.

 

15. Чувство витальности

 

Способность быть и чувствовать себя живым. Винникот писал, что человек может нормально функционировать, но при этом быть как будто неживым. О внутренней омертвелости писали многие психиатры и психотерапевты.

 

16. Принятие того, что мы не можем изменить

 

Это способность искренне и честно грустить, испытывать скорбь в связи с тем, что невозможно изменить. Принятие своей ограниченности и оплакивание того, чего бы нам хотелось иметь, но его у нас нет.

Будьте психически здоровы! опубликовано

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: /users/4-econet-market

Татьяна Черниговская: Это не я — это мой мозг

Поделиться



А у меня глаза разве не темные?.. Самые темные...

Как же не темные, когда я и гадаю

про себя всегда на трефовую даму.

Н. В. Гоголь, «Ревизор»





Это не я, это — мой мозг. Таков, похоже, ответ двадцать первого века на вопрос девятнадцатого. До нас эта инновация (не к ночи слово будь помянуто) еще не долетела через океан, но долетит же…

Строго говоря, движение в эту сторону — когда вина за необщепринятые поступки, а то и за весь жизненный сценарий возлагается на разного рода физиологические или даже анатомические особенности — наблюдалось и раньше. Но только с наступлением нового тысячелетия дело дошло до того, чтобы чуть ли не совсем снять ответственность с личности и отдать ее «кислотам», в частности дезоксирибонуклеиновой, так закрученной в спираль, что никакой суд не разберет…

Страдания юного Вертера, тургеневских барышень, лишних людей, рахметовых и франкенштейнов, шариковых и ганнибалов лектеров с молчащими ягнятами — все-все сведем теперь к четырем буквам — А, Г, Т и Ц — из них и текст приговора. Удобно, но стыдно и опасно.

Провидчески десятилетия назад это уловил Иосиф Бродский: «… верх возьмут телепаты, буддисты, спириты, препараты, фрейдисты, неврологи, психопаты… Душу затянут большой вуалью. Объединят нас сплошной спиралью. Воткнут в розетку с этил-моралью. Речь освободят от глагола».

 

Мозг в мире и мир в мозгу

Тема этой статьи выходит за переделы антропологических дискуссий о природе человека и затрагивает кардинальные принципы функционирования сложнейшей из всех сложных систем — нейронной сети.





Речь идет о степени личной независимости от физиологических (если не физико-химических) процессов, детерминированности поведения свойствами мозга и даже генетикой, когда нельзя избежать вопроса о свободе воли как самой сети (может ли она вести себя иначе?), так и субъекта. Последнее имеет принципиальное значение для любых дискуссий о специфике человека и его отличиях от «зомби» или иных виртуальных или реальных систем, претендующих на обладание человеческими способностями.

Вероятно, большинство людей согласится с тем, что отличительной чертой человека является сознание. Дело за небольшим: нет никакого консенсуса относительно определения того, что, собственно, это такое… Термин сознание используется как минимум в двух разных аспектах:

1) как характеристика наличия такового свойства у живых существ,

2) как наличие определенных уровней и состояний сознания.

На самом деле существует много разных смыслов, которые в это вкладываются:

• Сознанием обладает любое чувствующее и реагирующее на внешние раздражители существо. Тогда нужно признать, что им обладают рыбы, креветки и т. д.

• Состояние не во сне и не в коме. Как тогда в этом смысле определять состояние во сне, в гипнозе и т. д.?

• Осознание: мы не только осознающие, мы еще осознаем, что осознаем. Как тогда быть с маленькими детьми? С высокоразвитыми, но не говорящими существами?

• Так называемое What is it когда предлагается представить, каков мир с точки зрения другого сознания — например, летучей мыши с ее эхолокацией или осьминога. Виртуально мыслимые инопланетные существа немногим более непонятны нам в этом смысле, чем любое земное животное.

В современной науке существует весьма широкий спектр типов отношения к проблеме сознания и его естественно-научного изучения — от узкоредукционистских, когда самые сложные и кардинальные для понимания вопросы просто обходятся (и это характерно для большинства экспериментально работающих ученых), до постулирования несводимости этих параллельных «миров» и призыва не искать вообще нейрофизиологические корреляты сознания (и тогда это выход за пределы научной парадигмы или, как минимум, ее естественно-научного блока).

Некоторую надежду на выход из этой ситуации вселяет развитие когнитивистских подходов, мультидисциплинарных по определению. Например, радикальный когнитивист (как он сам себя называет) Виктор Аллахвердов находится в оппозиции к иррационализму и нонкогнитивизму, к взгляду на человека с позиций синтетической теории эволюции, к бихевиоризму и психоанализу — и утверждает, что «признание несводимости познания к поведению, ориентация на описание процессов переработки информации, понимание роли субъективных конструктов в описании мира, акцент на проблемы соотношения сознательного и неосознаваемого» вселяет надежду на некий прорыв и выход из тупика. Он также утверждает, чтосознание — запаздывающая структура, так как мозг осуществляет независимые проверки, выбирая правильные, на его взгляд, гипотезы из разных вариантов, в том числе и ошибочных.

Субъективная реальность, qualia, или феноменальное сознание — едва ли не главная тема в этих дискуссиях. Это подчеркивает и крупнейший современный нейрофизиолог Джеральд Эдельман.





Центральная проблема сознания — как субъективные переживания порождаются физическими явлениями. Об этом написано и продолжает писаться огромное количество статей и книг. Мы видим только то, что знаем. Образы и представления — не копия и даже не сумма физических сигналов, поступающих на наши рецепторы. Их строит наш мозг. Иначе говоря, то, что видится, слышится и осязается, отлично у разных видов животных и у всех них от нас не потому, что различны диапазоны зрения, слуха, обоняния и т. д., а потому что у всех существ свой мозг, который обрабатывает сенсорные сигналы, формируя субъективные (!) образы. Не только у разных видов, но и у разных людей, входящих в один вид, — разные qualia. Надо также подчеркнуть, что наличие субъективной реальности не выявляется бихевиористскими методиками, стало быть, экспериментальная проверка требует специальной ментальной проработки.

В связи с вышесказанным нужно привыкнуть делать серьезные поправки на индивидуальные, этнические, конфессиональные, профессиональные и иные культурные отличия, строившие нейронную сеть и субъективные миры разных людей. Кардинальную важность кросс-культурной (как теперь это называется) специфики мышления описывали Николай Марр, Израиль Франк-Каменецкий, Ольга Фрейденберг, Павел Гуревич, Михаил Стеблин-Каменский…

Мозг — не сумма миллиардов нейронов и их связей, а таковая сумма плюс индивидуальный опыт, который сформировал этот инструмент — наш мозг — и настроил его.

Восприятие — это активное извлечение знаний и конструирование мира. Разные живые системы делают это по-своему, извлекая из мира нужные характеристики (например, магнитные поля или поляризованный свет) и строя специфичные модели мира. Именно наличие субъективного мира и самого субъекта отличает человека от киборга. Пока. Отличие человека состоит и в обладании arbitrium liberum — свободой воли, способностью к добровольному и сознательному выбору и согласию с принимаемым решением — voluntarius consensus.

Все когнитивные процессы — это получение и обработка информации по определенным правилам и алгоритмам. В мозгу есть ментальные репрезентации, обеспечивающие контакт с миром. Это гипотезы высокой степени абстракции, лежащие в основании картины мира, которую нельзя проверить эмпирически, потому что «объективной», «настоящей» картины мира просто нет, или ее знает только Создатель. Сложение мнений статистически приемлемого количества людей ничего не добавляет, так как у них у всех — похожий мозг. Как утверждает Кант, «рассудок не черпает свои законы (a priori) из природы, а предписывает их ей».

Не удается уклониться от опасного вопроса: почему формальное мышление применимо к реальному миру? Почему мы принимаем как аксиому, что хорошо организованное в рамках наших алгоритмов построение — истинное? Истинное в рамках нашего мышления.

Здесь мы сталкиваемся с парадоксом: мозг находится в мире, а мир находится в мозгу. Поиск субъективного опыта в физическом мире (т. е. в качестве и интенсивности сенсорных стимулов) абсурден: его там нет, так как он строится в мозгу, в отдельном, дополнительном пространстве мозга. Кто смотрит на ментальные репрезентации? Кто их интерпретирует?

Казалось бы, очевиден ответ «я», но… как бы из иного измерения, из другого пространства, изнутри мозга, но не как физического объекта, а как психического субъекта. И ведь мозг ведет (с кем-то) диалог… А кто с кем говорит («не ходила бы ты туда»...)? Раньше бы сказали — правое и левое полушария, как бы две разные личности. Но теперь эта картина стала гораздо более пестрой, а мозг — гораздо «населенней».

Похоже, что тексты нейронной сети читает сама нейронная сеть, в которую мы попались или которой, возможно, являемся… Утешает лишь то, что в нее попался и мир. Или она сама и есть мир. И форма ее, плотность, изящество плетения, гибкость и упругость — живые, и мы можем вывязывать свои узоры, не подчиняясь шаблонам, данным нам a priori — для устойчивости.

А можем ли мы мозгу доверять? Потенциальная его способность поставлять личности не только ложную сенсорную и семантическую информацию, но и неадекватную оценку принадлежности ощущений данному субъекту, хорошо известна из психической патологии. Исследования Вилейанура Рамачандрана показывают, что «убеждение сознания» может их уничтожить, стало быть, способы произвольного, сознательного воздействия даже на такие экстремально-аномальные ощущения есть.

Вопрос, который по-прежнему никуда не уходит: наш мозг — реализация «множества всех множеств, не являющихся членами самих себя» Бертрана Рассела или самодостаточный шедевр, находящийся в рекурсивных отношениях с допускаемой в него личностью, в теле которой он размещен? И что в чем размещено? Что из того мира, который мы воспринимаем и к которому приспосабливаемся, принадлежит ему, а что порождает наш мозг? Это значит, что вопрос о разделении субъекта и объекта остается центральным.

Это было давно осознано крупнейшими умами, например Алексеем Ухтомским, выдающимся отечественным ученым, опередившим свое время почти на век и считавшим, что нет ни субъекта, ни объекта, что мы вовсе не зрители, а участники, и даже что природа наша делаема, то есть ее как бы и нет независимо от нас. В этой связи нужно вспомнить Александра Пятигорского и Мераба Мамардашвили, а также Владимира Зинченко, которые прямо говорили, что бытие и сознание представляют собой континуум и что мышление и существование совпадают.

Ситуацию, где объект исследования не является независимым от наблюдателя, физика пережила давно, когда начала разрабатываться квантовая теория и мир смутил кот Шредингера. Такими сюжетами, нарушающими все привычные представления о пространстве и времени, как принято думать, заселен квантовый мир, в котором все зависит от наличия наблюдателя. В макромире подобных феноменов до последнего времени не наблюдалось. Но это в физике, а в науках, изучающих живые системы, роль наблюдателя — роль мозга — недооценивать не стоит. А значит, аналитическая философия — такой же игрок на этом поле, как нейрофизиология и когнитивная психология.

Строго говоря, сейчас нейронауки и философия сознания прекрасно друг без друга обходятся, можно даже сказать — они друг другу даже мешают, так как вынуждены взаимно друг на друга оглядываться. Надежда на выстраивание между ними моста, призванного преодолеть провал, пока весьма призрачна: современное состояние исследований все еще можно описать как Where-it-happens studies, так как любая самая изощренная техника дает лишь ответ на вопрос, какие зоны в мозгу активны или пассивны во время той или иной деятельности, тогда как хотелось бы получить не «адреса», а объяснения.

В обсуждении вопросов об автономности мозга, поднятых в статьях Эрнста Нагеля, Давид Дубровский настаивает на том, что человек может «оперировать по своей воле некоторым классом своих нейродинамических систем, то есть управлять ими», а из этого следует, что жесткий внутренний детерминизм не очевиден.





Мозг — творец или зеркало?

В 1922 году, задолго до возникновения когнитивной науки, Семен Франк писал:

«Обществоведение отличается той методологической особенностью, что в нем субъект знания в известном отношении совпадает с его объектом. Исследователь муравейника не есть сам участник муравейника, бактериолог принадлежит к другой группе явлений, чем изучаемый им мир микроорганизмов, обществовед же есть сам — сознательно или бессознательно — гражданин, то есть участник изучаемого им общества».

Вспомним в связи с этим и его гениальных предшественников. «Великий Кант научил нас, что время, пространство и причинность во всей своей закономерности и возможности всех своих форм находятся в нашем сознании совершенно независимо от объектов, которые в них являются и составляют их содержание, — писал Артур Шопенгауэр, — или, другими словами, к ним одинаково можно прийти, исходя из субъекта или из объекта; поэтому их можно с равным правом называть как способами созерцания субъекта, так и свойствами объекта, поскольку последний есть объект (у Канта: явление), то есть представление».

Мы знаем, что младенец, рожденный сейчас, генетически мало отличается от рожденного в начале нашей биологической истории. Известно, какие линии оказались тупиковыми, а какие привели к возникновению человека современного типа и разных расовых и этнических групп. Несмотря на неоднозначность отношения к дискуссии о том, продолжается еще или уже завершилась биологическая эволюция человека, следует указать на появление данных, показывающих, что человеческий мозг все еще находится под воздействием адаптивных эволюционных процессов (например, микроцефалин — ген, регулирующий объем мозга, — продолжает адаптивно эволюционировать).

Открытие Джакомо Риззолатти и Майклом Арбибом зеркальных нейронов и вообще зеркальных систем дает совершенно новые данные о возникновении языка и рефлексии как основ сознания человека. Зеркальные системы мозга картируют внешнюю информацию — действия, совершаемые другим существом, необязательно того же вида, но с понятной системой координат и интерпретируемым поведением. Они есть практически во всех отделах мозга человека и активируются, в том числе, при предвидении действия, при сопереживании эмоций или воспоминании о них и т. д. Это показывает, на основе чего развился мозг, готовый для построения моделей сознания, а также для социального обучения и адекватного поведения в социуме. Отсутствие такой способности, наблюдаемое в крайних формах при аутизме и шизофрении, приводит к выпадению человека из общества с самыми тяжелыми экзистенциальными последствиями.

Чрезвычайно важным является и формирование с помощью этих систем надежных механизмов самоидентификации, что нарушается при психической патологии — шизофрении — и также оказывается связанным с функционированием зеркальных систем.

Итак, предельно сложно организованный человеческий мозг — зеркало для мира или сам формирует мир? Важен он миру или только самому индивидууму для обеспечения жизнеспособности? Зачем нам его повторять? Чтобы дублировать что — себя или мир? Чтобы узнать, как работает сам мозг или каковы законы мира в целом? А разве мы можем дублировать то, что организовано сложнее, чем мы даже можем себе вообразить? Создавать модели, чтобы проверить правильность гипотез? — Да, но ведь, например, обучая искусственные нейронные сети, мы узнаем не то, как действует мозг, а то, как происходит обучение! Точно так же, как, обучая приматов человеческому жестовому языку, мы выясняем лишь, до каких пределов их можно доучить, — не более того.

Сейчас ясно, что процессы работы с памятью (запись, считывание, поиск) у человека и компьютера сильно отличаются. В основе организации компьютерной памяти лежит адресация — указание места информации в памяти. Различные виды поиска по содержанию (по ключам, наборам признаков и т. д.) обеспечиваются системой адресных ссылок. Человеческая память также располагает большим набором ключей, позволяющих быстро считывать нужную информацию. Однако, даже если мы получаем сопоставимые результаты, у нас нет никакой уверенности в том, что сами процессы были теми же!

Например, сейчас есть роботы, которые могут компенсировать нарушения движений за счет непрерывного перемоделирования себя в зависимости от ситуации. Следует ли из этого, что у робота теперь есть самосознание и субъективная реальность? Свобода воли для принятия решений о себе?

Исследования Константина Анохина дают нам конкретные сведения о том, что высокая степень сложности процессов памяти отрабатывается природой на животных, стоящих на разных степенях эволюционной лестницы, и наиболее успешные ходы закрепляются генетически. Человек имеет несопоставимо больше степеней свободы выбора алгоритмов как фиксации, так и считывания информации, что на порядок увеличивает уровень сложности. Мозг принято моделировать как классическую физическую систему, которая по определению является вычислительной. Однако очевидно, что это не так, а значит, в будущем, когда такие подходы станут возможными, к моделированию будут, вероятно, подходить в рамках иной научной парадигмы (ср. гипотезу Джона Экклза о том, что для описания функций некоторых структур мозга необходимо привлечение квантовых представлений).

Обозначим свойства психических процессов, которые, на наш взгляд, делают компьютерную метафору совершенно нерелевантной, оглянувшись перед этим на Роджера Пенроуза, писавшего, что сознание не может быть сведено к вычислению, так как живой мозг наделен способностью к пониманию. Что такое понимание? Не фиксация и соотнесение с чем-то, а именно понимание — вопрос не праздный, в первую очередь относительно иных видов интеллекта, не человеческого типа. Согласно Пенроузу, мозг действительно работает, как компьютер, однако этот компьютер отличается настолько невообразимой сложностью, что его имитация не под силу научному осмыслению.

Мозг является конструкцией из мягких и жестких звеньев и включает в себя нисходящие алгоритмы, восходящие процедуры научения и невычисляемые пласты. Это дает нам основания считать, что по крайней мере в обозримое время он не поддастся адекватному моделированию.

Итак, нерелевантность компьютерной метафоры в ее нынешнем виде определяется следующими свойствами сознания человека:

— Чрезвычайная роль контекста, а значит — возможность множественных трактовок сообщения и событий вообще. Одного этого достаточно, чтобы мир то и дело отражался в кривых зеркалах (в теории коммуникации говорят о коммуникативных ямах или провалах, не в последнюю очередь именно по этой причине). Стоит вспомнить в связи со всем этим биосемиотика и теоретика биологии Якоба Юкскюля с его идеей Umwelt’ов — миров, отдельных для каждого существа и почти непроницаемых для других: «Everything has it's own Umwelt adapted to its specific needs» (у каждого существа свой мир, приспособленный к его существованию) — только высокая организация сознания дает возможность учитывать миры других людей.

— Избыточность и возможность многих путей для поиска одного и того же. Использование разных алгоритмов в разное время без очевидных причин. И нахождение того, что не искали (попутно). Как блуждание по большому (и почти что не своему) дому — на что наткнешься… Пространство знакомо лишь частично, и не очень светло. Спотыкаешься и не туда заходишь… Трудно пройти по одному и тому же маршруту несколько раз, разве что этот маршрут тривиален и автоматизирован. Собственно, если человек настойчиво использует один и тот же маршрут при ментальных операциях, то это говорит о его эпилептоидности (когда тапочки должны стоять только параллельно). И противоположное: если каждый раз пробовать новый маршрут, то тут явно не без шизоидности. И это может привести не только к непродуктивному поиску (поведению), но и к открытиям, так как включаются низкочастотные ассоциативные процессы.

— Неожиданность и непрогнозируемость сопоставляемых объектов или процедур: чем более редкие и «чужие» объекты, тем более эффективным может быть творческий процесс (этим объясняется континуальность «нормы», когда грань между безумием, шизотипическим сознанием и гениальностью определяется внешними координатами — адаптированностью к социуму). Возможна ли, кстати, компьютерная имитация галлюцинаций, когда мозг начинает замещать сенсорные потоки их симуляцией? Ведь мозг видит, слышит и ощущает то, «что хочет и может», а вовсе не то, что есть в «объективном» мире.

— Размытость, неточность, приблизительность описаний, не снижающая эффективности поиска в памяти и построения алгоритма поведения (то, что принято связывать с правополушарным типом сознания). Нельзя не согласиться: то, что просто человеку, сложно компьютеру и наоборот.

— Непредзаданность аристотелевского типа мышления и даже искусственность его для мозга, так как такому типу логики человека надо специально обучать. Множественность типов мышления, определяемых культурой и решаемой задачей (обыденное, научное, религиозное и мышление, используемое в игре, — см. работы кросс-культурных психологов Клода Леви-Стросса, Александра Лурии, Майкла Д. Коула, Пеэтера Тульвисте и т. д.). Заметим, что такая множественность обеспечивается самим мозгом, в частности особенностями его гемисферной функциональной организации.

— Юмор и смех, «карнавал» — свойства психики человека, выполняющие роль «щекотки сердца», когда можно сбросить на время страх и совесть, и «щекотки ума», когда можно нарушить законы разума, здравого смысла и этикета. Психике нужен отдых. Может ли компьютер моделировать юмор? Все, что он может, — требует алгоритма, или сценария, или перестановок. Можно ли таким способом породить смешное, то есть неожиданное? Скорее нет, чем да, но если и да, то что-то простое и потому не очень смешное или — перебором маловероятных вариантов — недекодируемое. Ведь все дело в дозе и в контексте. Законы смешного те же, что и законы поэзии, — неожиданный ракурс, аналогия, необычная точка отсчета.





Да, шахматный суперкомпьютер Deep Blue обыграл Каспарова в шахматы, и человечество испытало шок. Вскоре очнулись: ведь это просто игра, основанная на переборе вариантов (т. е. еще не весь интеллект), да к тому же с несопоставимыми объемами памяти у противников (что вообще некорректно), да к тому же с «натасканностью» искусственного разума на конкретного игрока… Специалисты говорят, что написать программу высокого уровня для игры в нарды, к примеру, — несопоставимо сложнее: кости, господа, кости… Случай то есть.

Однако другой чемпион мира по шахматам Владимир Крамник заметил, что и шахматы слишком сложны для компьютера, так как количество возможных комбинаций представляет собой число с 28 нулями; поскольку алгоритм человеческого мышления таков, что мы можем выбрать направление расчетов, а не перебирать все комбинации, то у нас есть шанс его переиграть. Что утешает. Хотя не надолго, как мы уже видим.

Гонку на скорость мы проиграли давно: скорость работы электронных схем уже в миллионы раз превышает скорость возбуждения нейронов в мозге, при этом электронные схемы демонстрируют высокую точность синхронизации и обработки инструкций, что ни в коей мере не свойственно нейронам.

И что? — А ничего. Пока не видно ни Паскалей, ни Леонардо, ни Шопенгауэров. И не будет видно никогда в этих нулях с единицами, потому что никто еще не сделал никакого прорыва в науке и философии, не говоря об искусстве, с помощью особо хорошо смазанного арифмометра «Феликс». Модельеры интеллектуальных процессов давно осознали, что для создания хоть какого-то подобия человеческого интеллекта нужно «повторить» не только «левополушарного Феликса», но и «правополушарного» Анри Бергсона или не влезающих ни в какие рамки Моцарта и Пушкина. А это — нет, никогда… То, что делает нас людьми, — никакие абиссинцы с шумерами на своих счетах не отложат...

Вернемся к вопросам, поставленным в начале — как нам относиться к детерминированности нашего мышления и поведения нейрональными механизмами, обеспечивающими функционирование нейронной сети в нашем мозге? Есть ли все же прогресс в соотнесении и объяснении данных нейронаук и субъективного опыта, феноменального сознания, психических явлений высокого ранга?

Боюсь, что вопросов будет больше, чем ответов, но сам факт осознания этих проблем как реально существующих должен явиться, как я надеюсь, сигналом для обострения внимания — как у философов, так и — особенно — у экспериментально работающих в нейронауке ученых.

Согласно наиболее известной форме теоремы Курта Геделя, опубликованной в 1931 году в Кенигсберге, формальная система, достаточно мощная, чтобы сочетать в себе формулировки утверждений арифметики и стандартную логику, не может быть одновременно полной и непротиворечивой. Из этого, в частности, следует, что интуицию и понимание невозможно свести к какому бы то ни было набору правил. Этой теоремой Гедель положил начало важнейшему этапу развития философии сознания, а Пенроуз через десятилетия вынес приговор: осознание и понимание как основа человеческого интеллекта являются результатом нейрофизиологических процессов, но их невозможно объяснить в физических, математических и иных научных терминах — и невозможно смоделировать вычислительными средствами.

Специалисты по искусственному интеллекту знают, что пока нам удается моделировать только «левополушарную» вычислительную активность мозга, меж тем как внутри мозга функционирует и нечто вроде «аналогового компьютера», обеспечивающего практически все «правополушарные», интуитивные процессы, нетривиальные ходы и ассоциации — основу творческих прорывов, а значит, жизнь цивилизации и культурную эволюцию. Пенроуз считает, что для отыскания хоть какого-то объяснения феномену сознания нам придется выйти за пределы известной науки. Очень вероятно. И все же ответы на интересующие нас вопросы нам следует искать именно с помощью научных методов — даже если о природе этих будущих методов науки мы имеем смутное представление.





Уже сейчас, однако, появляются все новые и новые свидетельства того, что высшие и именно человеческие психические функции можно изучать нейрофизиологически и находить соответствующие им паттерны активности (мы не ищем больше локусы, а ищем скорее «мелодии», поскольку больше всего нейрональные процессы похожи на джазовые сессии, в которых участвуют временно объединенные структуры мозга). Например, известно, что гиппокамп и лобная кора формируют личную память и возможность перемещаться в ней по шкале времени, размещать на ней события. Более того, было доказано, что гиппокамп отвечает не только за прошлое (воспоминания), но и за будущее или возможное (воображение).

Ну и наконец, в продолжение разговора о детерминированности поведения мозговыми процессами: должны ли мы учитывать индивидуальные особенности мозга, анализируя, к примеру, социально значимые события? Известно, что есть люди импульсивные, склонные к риску, действующие мгновенно, практически не задумываясь над тем, стоит ли вообще совершать данный поступок, или лучше остановиться и подумать, а уж потом принимать решение. А есть осторожные и медленные. Томографические исследования показывают наличие тормозных механизмов в мозгу, включающихся на несколько миллисекунд до принятия решения (нижняя лобная кора, которая посылает сигнал торможения в субталамическое ядро среднего мозга, что останавливает движение, и область, расположенная впереди дополнительной моторной коры, которая отвечает за то, будет ли действие произведено или нет). У всех ли эта сеть работает правильно? Насколько вариативны индивидуальные механизмы?

Обескураживают экспериментальные данные, свидетельствующие о том, что мозг «принимает решение» примерно за несколько секунд до того, как личность это осознает. МРТ может показать, что человек собирается солгать или его решение будет ошибочным. Чрезвычайно важно в этой связи подумать, насколько произвольными, подчиняющимися воле, являются наши действия. Если считать, что сознание — это в первую очередь осознание, то мы опять наталкиваемся на огромный разрыв между хорошо изученным психофизиологией восприятием и фактически никак не изученным осознанием. Вроде бы на этом пути нам должна была бы помочь интроспекция, но, как писал лауреат Нобелевской премии Фрэнсис Крик, последние годы жизни занимавшийся проблемой сознания, интроспекция обманывает нас на каждом шагу.

Сомнения в самом существовании свободы воли, непосредственно связанной с проблемой осознания, возникали неоднократно, начиная со знаменитого эксперимента со временем Бенджамина Либета, и затем у Саймона Фишера, Дэниэла Вегнера и Марка Халлета. Некоторые исследователи так и пишут: представления о том, что наши осознаваемые мысли порождают действия, подчиняющиеся, таким образом, свободной воле, — ошибочны, и верить в это — все равно что действительно считать, что кролик так и сидит до нужного момента в цилиндре фокусника.

Халлет, например, на основании анализа большого количества специально построенных экспериментов склонен считать, что свобода воли — в чистом виде результат интроспекции.

Иными словами, как я бы это прокомментировала, мозг параллельно с сенсорными ощущениями порождает и ощущение свободы воли, то есть в прямом смысле «морочит нам голову»… Мало того, мозг посылает нам сигнал о «свободе выбора решения» несколько раньше самого (двигательного, к примеру) сигнала, и это нас вводит в заблуждение даже тогда, когда, кажется, срабатывает интроспекция… Приходится также признать, что мозг «позволяет» нашему сознанию получить кое-какую информацию о своей деятельности...

В этой связи нельзя обойти вопрос о самости (ipseity), которая определяется как транспарентность тела, или единство духовного и телесного в человеке. Душа есть форма тела, как писал еще Аристотель и вслед за ним Фома Аквинский. Однако отношение к этому очень различно не только у разных философов и психологов, но и в разных религиях: от полного отрицания самости в буддизме (Махаяна) до трактовки ее как вины (а значит, формирования в результате опыта), как понимал это Лютер. Самость — не вещь в себе, а функция, и она не всегда включается (как и рефлексия). Это значит, что есть некий разрыв между тем, что происходит, — и нашим осознанием этого и оценкой, отнюдь не всегда присутствующими.

Не стоит забывать и о так называемых Minimal Self (первичная моторика и понимание строения своего тела) и Extended Self (осознание себя как личности, со всеми контекстами), а также про особое состояние мозга, так называемый Default Mode — состояние «покоя», когда происходит, в частности, восприятие важных для субъекта сигналов.

Я склонна считать, что показанное в нейрофизиологических экспериментах опережение мозгом сознания ставит под сомнение наличие свободы воли разве что у Minimal Self и никак не затрагивает Extended Self. Отличие человека от других биологических видов, от компьютеров и «зомби» именно и состоит в обладании arbitrium liberum — Свободой Воли, способностью к добровольному и сознательному. «Волевой акт и действие тела, — считает Шопенгауэр, — это не два объективно познанных различных состояния, объединенных связью причинности; они не находятся между собою в отношении причины и действия, нет, они представляют собой одно и то же, но только данное двумя совершенно различными способами — один раз совершенно непосредственно и другой раз в созерцании для рассудка. Действие тела есть не что иное, как объективированный, то есть вступивший в созерцание, акт воли». И далее — «мое тело и моя воля — это одно и то же».

 

Свобода воли и будущее человечества

Итак, понимание и признание свободы воли имеет не только философскую, но и вполне экзистенциальную ценность. Да, возможно, она отсутствует у нейронной сети как таковой, и мозг морочит нам голову — и даже слишком много на себя берет. Но не у личности, принимающей осознанные решения, за которые она несет ответственность! Робот и «зомби» ответственности не несут, другое дело homo sapiens. Иначе вся человеческая цивилизация является насмешкой. Об этом стали размышлять не в двадцать первом веке.

«Воля есть разумное движение, повелевающее чувством и влечением. В какую бы сторону она ни направлялась, она всегда имеет своим спутником разум, некоторым образом следующий за ней по пятам», — писал еще аббат Бернар Клервоский (1090—1153) в своем труде «De Gratia et libero arbitrio» («О благодати и свободе воли»).

Пройдет немного времени, и картирование мозга сможет указать нам, например, на потенциальную опасность некоего человека для социума, а это ставит перед обществом сложные юридические и культурные вопросы, в том числе и о свободе воли и мере ответственности личности за свои поступки.

В США активно обсуждаются планы использования сканирования мозга в судопроизводстве для проверки правдивости показаний, и никто не сомневается, что рано или поздно это произойдет (как вошел в практику анализ ДНК), но это всего лишь еще один вариант детектора лжи, а вот оценка мозга как возможного «виновника» потенциальных преступлений изменит всю систему юриспруденции, если не сказать — всю человеческую культуру.

В общем, будущее обещает быть нескучным… опубликовано 

 

Автор: Татьяна Черниговская

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //www.strana-oz.ru/2013/1/eto-ne-ya---eto-moy-mozg

Желания-Хочу и Желания-Надо

Поделиться



Желать или не желать – вот в чем вопрос!

Жить своими желаниями или не быть рабом своих желаний?

В одних книгах авторы пишут, что нужно жить так, как ты ХОЧЕШЬ, а не так как нужно.

В других книгах говорится: откажись от своих желаний, не будь их рабом!

Так куда бежать? В направлении своих желаний или в обратную сторону? Кто из этих авторов прав? Пишет Алла Рыжкова специально для эконет.ру.





А умеем ли мы желать? Являются ли нашими истинными желаниями те наши «хочу», которые вылазят из нашего «надо»?

Я хочу стать юристом, потому, что так надо (так хотят мои родители, которых я не хочу расстраивать; юристы хорошо зарабатывают, и я хочу быть состоятельным; это уважаемая профессия, а я хочу, чтобы меня уважали).

Но, если вы спросите меня, какую профессия я бы выбрал, будь я свободен и ни от кого, и ни от чего не зависим в своем выборе, а только мог бы выбрать то, чего ХОЧЕТ моя ДУША (мое истинное желание, мое настоящее ХОЧУ), это было бы…

Чтобы это ни было, это было бы просто ХОЧУ, без никаких надо, без никаких объяснений, которые начинаются с «потому что».

Как часто мы не можем отличить наше настоящее ХОЧУ от хочу, потому что надо.

Возможно только одно исключение для «ПОТОМУ ЧТО», (которое и будет подтверждать правило):

— я люблю тебя, ПОТОМУ ЧТО люблю (таковы мои чувства, мои ощущения)

— я хочу этим заниматься, ПОТОМУ ЧТО хочу (таковы мои чувства, мои ощущения)

Сравните:

— я люблю тебя,, потому что ты красивая, умная, нравишься моим друзьям и т.д

— я хочу этим заниматься,  потому что так надо (престижно, денежно, родители будут мной гордиться и т.д.)

Конечно, девушка, которую ты любишь, может быть и умная, и красивая; а работа, которой ты занимаешься, приносить много денег и тешить самолюбие твоих родителей, НО, главное, почему ты с этой девушкой и на этой работе, ПОТОМУ ЧТО, ты этого хочешь.

Ты просто не можешь без этой девушки и этой работы. Ты получаешь любовь, радость, наслаждение от общения с этим человеком, а на работе ты чувствуешь себя творцом и получаешь кайф от самого процесса, а не смотришь на часы с мыслями, когда же это все закончиться.





Не знаю правильно ли, но думаю, что, когда говорят бежать от своих желаний, то именно от тех, за которыми стоит «надо».

Потому как, если у человека нет своих желаний, значит он либо мертв, либо в коме, либо у него тяжелое нарушение работы центральной нервной системы, при котором он уже не может ни желать, ни мечтать.

Потому как, если у человека нет своих собственных желаний, всегда найдутся те, кто с удовольствием навяжет ему свои и обязательно очень понятно и доходчиво объяснит как они важны, нужны, да просто необходимы!, потому что…

А помните поговорку:  «Бойтесь своих желаний, потому что они могут исполниться»?

Какое «потому что» в этой поговорке? Так каких желаний стоит бояться?

 

Автор: Алла Рыжкова, специально для 

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: /users/330161

Омраам Айванхов: Поставьте памятник врагу

Поделиться



Когда мужчины и женщины делают что-то очень хорошее для общества, для страны или даже для всего человечества, им ставят памятники. И это правильно.Тем не менее, я считаю, что те, кому мы должны были бы поставить самые прекрасные памятники, самые красивые статуи, — это наши враги... 





Благодаря им, мы должны становиться более бдительными, более разумными, более терпеливыми, лучше владеть собой. Для того чтобы выдержать создаваемые ими трудности, нам приходится отправляться на поиски внутренних областей мира и света, которые без них мы никогда бы не пытались исследовать.

…Если у вас есть искреннее желание двигаться вперед, вы получите знание и силу, чтобы использовать все препятствия, которые они воздвигают на вашем пути. Эти препятствия станут ступеньками, которые позволят вам подниматься все выше и выше.

Как только вам недостает какой-нибудь мелочи, вы уже готовы начать жаловаться. Почему эта нехватка так легко может омрачить ваш взор?

Солнце встает каждый день. У вас есть свет, воздух, вода, пища. Вы можете видеть, слышать, пробовать, понимать. У вас есть способность общаться с Творцом, со всеми небесными созданиями, с природой, с людьми. Разве этого мало?

О чем вы думаете, вставая поутру? А когда вы занимаетесь своим туалетом? А когда вы видите свою жену, своих детей, о чем вы думаете? Вы, возможно, скажете, что у вас их нет. Допустим, но, выходя из дома, вы все же кого-нибудь встречаете. О чем вы при этом думаете?..

Все существа, живущие рядом с вами, все те, кого вы встречаете, находятся здесь, чтобы принести вам что-то, заставить вас задуматься, сделать более тонкими ваши чувства.

Вместо того, чтобы задерживаться на том, чего вам недостает, научитесь радоваться всем неиссякаемым богатствам жизни, которые вам даны, и вы сами станете более живым.





Каждое утро происходит грандиозное событие — восход солнца. Даже если вам трудно рано вставать, даже если вы наполовину спите, стоит при этом присутствовать. Вы скажете, что раз вы сонный, вы ничего от этого не получите. Ошибаетесь. Независимо от вас, вне вашего сознания происходит работа, результаты которой проявятся позже, и вы сами будете этому удивлены.

Понимаем мы это или нет, но все записывается в нас и может выйти на поверхность позже. Вот почему, даже если вы ничего не «понимаете» в том космическом феномене, которым является восход солнца, создайте для себя благоприятные условия: ваши дух, душа, тело обязательно получат некоторые элементы, которые проявятся потом в вас в виде гармонии, мира и света. опубликовано 

 

@ Омраам Микаэль Айванхов

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание - мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.zid.com.ua/rus_creativework/postavte-pamyatnyk-vrahu

Энергетическое строение человека и общества

Поделиться



Роль и место человека как элемента в системе «Общество»

Буквально энергетика человека не связана с биохимическими процессами, происходящими в его  организме. Они предназначены только для производства грубой энергии, позволяющей поддерживать жизнедеятельность физического тела и подобно постоянному аккумулятору его подпитывать. Любому такому телу соответствует копия его энергетической структуры, она то и взаимодействует с другими тонкими уровнями. Название «душа» — есть отдалённое представление об этой структуре, которая гораздо сложнее и многообразнее. Душа лишь в том понимании — как суть человека, в связи с чем и имеет какой-то аналог, но в целом, всё это более сложно.



Энергетика в большом понимании тонких миров — это постоянно функционирующая материя, действующая по другим законам и правилам, но по своей сути являющаяся более развитой и более устойчивой.

Категория принципов взаимодействия тонких энергий представляет собой субстанцию совести. На тонком уровне процессы обмена энергий происходят самонастраивающимся образом. Все инстинкты самосохранения физического тела на данном уровне имеют функциональную управляемость, они корректируются и управляются тонкой энергией.

Отдача и забор энергии на тонком уровне происходят во взаимодействии ментального плана, связанного с рождением или использованием идей, существующих и принятых в данном обществе. Вот такое взаимодействие идей и есть энергетический обмен тонкого плана общества. Тонкие же энергетические уровни человека — это система, позволяющая физическому телу правильно ориентироваться в окружающей среде и несёт в себе основную информацию о функционировании и взаимодействии физического тела с данной окружающей средой.

Процесс постоянного обмена энергиями, их взаимодействие в рамках функционирования физического тела и сосуществование в пределах возможной энергетической зависимости и связи — есть единый закон для всех энергетических взаимодействий.





Самого человека здесь можно представить как подобие некой планетарной системы, состоящей из ядра и периферийных звеньев, действующей автономно, с учётом протекающих процессов как внутри энергетической системы, так и при воздействии на неё извне. Наглядно это может быть выражено в виде шара, имеющего ядро и периферийные звенья, взаимодействующие с внешними энергетическими структурами в виде постоянно меняющихся, разрывающихся и восстанавливающихся энергетических связей, Эта автономность достаточно устойчива и исчезает при разрушении физического тела.

На уровне общества действует система более глобального порядка, в которую каждый член общества входит как отдельная ячейка, как отдельное звено, хотя принципы построения энергетических систем общества и человека единообразны, иначе не было бы построения. Это единообразие вызвано тем, что проживая на определённых территориях, люди взаимодействуют и обмениваются энергией достаточно часто.

Вся система здесь функционирует как общая управляющая, направляющая и координирующая часть. Отдельные же звенья или сам человек входят туда как составной элемент системы, отдающий или забирающий, в силу своего функционирования, часть энергии. Всё это имеет общую направленность в своём развитии и функционировании. Тут нет каких-либо чётких детерминированных связей, ситуация постоянно меняется, что определяется теми задачами, которые решает общество.

Если общество действует в системе согласованных связей — оно процветает, если же нарушается взаимодействие и какая-то одна часть начинает давлеть над другими или использовать энергии больше, чем остальные, то равновесие системы нарушается, происходит её реорганизация, и протекают процессы, направленные на уравновешивание большой части общества. Как правило, энергия здесь имеет относительно устойчивые показатели и в целом меняется незначительно. Более значительное изменение потенциалов общества происходит или в момент его эволюции, т. е. движении на более высокую ступень развития, или в момент его заката, т. е. разрушения.

Тогда происходит разрыв связей, разъединяющий все элементы системы, приводящий её  в состояние хаоса, а при отсутствии центрального управляющего звена происходит её захват или присоединение к другим, более энергоёмким и стабильным системам.

Человеческий интерес (осознанная потребность) — есть своего рода источник энергии, необходимый для существования любого сущего индивида и он срабатывает неотвратимо. Нереализованный интерес в одном виде с неизбежностью реализуется в другом. Здесь момент понимания и роста подсказывает разумное и пропорциональное согласование в потреблении и возвращении энергии, за которой стоит обычная жизнедеятельность человека в виде затрат на существование и получение компенсации.

Роль и место человека как элемента в системе «Общество» двояка:

  • с одной стороны, люди, обладающие знаниями и возможностями в отношении организации системы, пытаются привести её в равновесие;

  • с другой стороны, пассивно относящиеся ко всему происходящему лица, являются элементами, не включёнными в общую систему взаимодействия.

Есть одно условие, направляющее общество к самоорганизации — век системы конкретного общества имеет определённые границы и для изменения того, что происходит, требуется время. Общество должно привести в согласованную систему интересы социальных слоёв и групп, отражающих чаяния большинства его членов, а для этого необходимы структурные изменения.

Отдельные личности имеют значение для данного процесса только в том случае, когда они способны своими действиями вносить коррекцию в систему.





В этом смысле, отдельная личность, действия которой направлены на эту коррекцию, имеют для системы своё значение. Однако, в данной системе есть и элементы, которые в виде отдельных личностей функционируют как агенты чуждой системы и их задачи расходятся с системой действия всего общества и они, эти агенты, служат как бы проводниками потребностей других энергетических систем, других обществ, у них другая ценностная ориентация.

Законы развития общества имеют несколько разновидностей и порядков, зависящих от конкретно складывающихся ситуаций. Это происходит нормально путём постепенных изменений, но при этом необходимы условия относительно равномерного развития всех частей. Когда же условия изменяются и отсутствует возможность равномерного развития, нарушается баланс и становятся реальными возможные катаклизмы и социальные потрясения. Всё зависит от того, что олицетворяют собой власть предержащие? Хотят ли они развивать своё общество или же вопрос стоит только в насильственном захвате энергетических ресурсов? Как этап, эта форма также приемлема, но, как правило, для инициаторов такой формы взаимодействия это заканчивается очень плачевно.

Однажды получив, через определённый период времени обязательно будут созданы условия для возврата, но в момент возврата может возникнуть ситуация, когда количество возвращаемого превысит ту критическую отметку, определяющую в целом возможность этой системы, которая должна что-то отдать.

Если по количеству возвращаемой энергии, последняя превысит то, что система может сделать в тот, другой период, то она разрушается — будь то группа, семья или конкретный человек. Процесс перераспределения и возвращения энергии — есть одна из закономерностей и он, в определённом смысле, неизбежен. И такое возвращение, как и забор энергии,  не поставленный на осмысление, на взвешивание и сознательную оценку каждым — стоит ли ему столько брать и сможет ли он столько же возвратить, а это неизбежно — есть понимание каждым интересов окружающих его людей.

Каждый человек, трудясь на земле, должен иметь возможность делать это лучшим и приемлемым для себя способом, но и сознательно ограничивать себя в претензиях задевать чьи-либо интересы и использовать их или же присваивать чужой труд незаслуженно. Не отнимать и делить, а помогать и развиваться, иногда жёстко заставляя выполнять условия — не унижать себе подобных!!!

Идеи общества просты, вечны и хорошо понятны, но воплотить их в жизнь всегда мешал тот примитивный человеческий эгоизм, ставящий на первое место своё «Я»: я успею..., я сделаю..., я, я, я. Надо отойти к категории «МЫ», тогда что-то будет и для общества в целом!

Ключ к стабильному обществу — согласование хотя бы по минимуму интересов социальных слоёв и групп. Первое и главное — ясная перспектива для каждого своего будущего. Чтобы каждый человек имел возможность трудиться и получать результаты своего труда с остаточной возможностью на собственное развитие, а не только на воспроизводство и существование!

«Надо нам научиться быть людьми, а не персоналом, закручивающим гайки!» — рекомендации свыше. опубликовано  

©Энергоинформационная лаборатория НАСТ России

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.noocosmology.ru/articles-19.html

Периодически Жизнь подкидывает нам шанс

Поделиться



Периодически Жизнь подкидывает нам тот или иной шанс: вот, мол, поезд стоит, а там — человек, именно тот, которого мы (как нам кажется) искали всю жизнь, с которым и интересно, и хочется, и прям энергии хоть отбавляй. А на принятие окончательного решения остается максимум 10 минут.

И тут — в голове куча доводов: мол, а вдруг это не мой вариант… а как же другие… а это ведь несвобода реальная — выбрать что-то одно (или кого-то одного)… а вдруг все пойдет не так, как в начале… а если это — не настоящая любовь… а если денег не хватит… а если тебя выкинут из поезда на полном ходу...





 

Тем временем, тебя ждут и смотрят, мол, хотел же, так давай… а у тебя страх: страх потери себя, потери чего-то важного в жизни.

И вот три минуты до отправления остается… полминуты… Поезд тронулся, но еще можно вскочить на медленном ходу…

Нет, стой, стой, это же безумие…

Поезд с «тем самым человеком», тем временем набрал ход, последний вагон мелькнул на линии горизонта.

— Эх, будет о чем поностальгировать: такой шанс профукал в жизни, — думает человек и спокойно возвращается к метро.





Замечено, что портал возможности (шанса) открывается лишь на малое время, и если человек стоит в нерешительности и не использует его под предлогом того, что нужно все взвесить, ко всему подойти (слишком) разумно, шанс забирается, двери закрываются и остается ждать следующего.

И так (у многих) проходит вся жизнь.

Мы стали слишком расчетливы, слишком разумны, забывая, что новая полоса жизни открывается за пределами привычных для нашего ума способов проживания.опубликовано

©Игумен Евмений Перистый
P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.facebook.com/hegumenevmeniy.peristyy/posts/949361048445860

Человек, который меня не предаст

Поделиться



Иду по улице. Навстречу — люди. 

Вместо лиц вижу зеркала. Ощущение, что иду по длинному туннелю с зеркалами на стенах.

Смотрю в одно. В нем я красавица. В другом — толстый синий бегемот. От следующего с ужасом отворачиваюсь: сколько злости и злобы хочет выпрыгнуть на меня. Зато завораживает другое: оно показывает, какой я могу стать, если воплощу все мечты. Оно вдохновляет, дает силы, говорит — смотри на меня, бери пример, ты сможешь! Хочешь, пойдем вместе на вершину?

— Конечно, хочу! — кричу я.





Одни зеркала ничего не отражают. Им все равно. На других столько пыли, что я, не выдерживая, протираю их рукавом, пишет специально для эконет.ру Анна Коробко.

Некоторые отражения выпрыгивают из зеркал и пытаются усесться мне на шею. Они назойливо бубнят вслед, что я делаю не так. Сколько ошибок и неверных действий они насчитали, следуя за мной. Не устают кричать: «Усомнись, обернись! Посмотри на нас!».

Я хочу остановиться и спросить:

— Вы чего ко мне пристали? Вам покоя нет? Я иду. У меня своя дорога. Даже если я в чем-то не права, почему я вам не даю покоя? В чем причина такого неравнодушия и тщательной заботы обо мне?

Почему вот тебе, например, небезразличен мой вес? Я зарабатываю его каждый день путем ограничений и выбора в защиту красоты и здоровья своего тела, а не удовольствием удержания еды в зубах, как крокодил. Что происходит с твоим телом? Почему мое тело для тебя важней?

Зачем ты учишь меня воспитывать моих детей? Твои дети получают все, что ты можешь им дать? Откуда у тебя столько времени на моих детей?

А тебе, почему не все равно, как я разговариваю с моим мужем? Если он выбрал меня, значит, ему хорошо со мной. Почему ты не думаешь о своем муже? Почему мой муж интереснее?

У меня нет времени следить за другими или бояться что-то сказать. Я показываю, что нельзя быть для всех хорошей, как нельзя сразу на два стула упасть. А пересаживание с одного на другой приведет к головокружению. Земля уйдет из-под ног, придется ехать в больницу и радикально что-то менять.

Меня можно обвинить в категоричности суждений. Ведь я несу ответственность за свою жизнь, а тем, кто не может сделать выбор, очень хочется кого-то обвинить.

Когда-то я тоже обвиняла. И не раз. Пока не поняла, что это дорога в никуда. Путь к порезам от осколков разочарований и ожогам от несбыточных мечт. Когда не знаешь, в какое зеркало смотреть, трещат абсолютно все.

Я хочу сказать кричащим из зеркал: это не я, это вы кричите. И почему? От того, что я делаю то, что хочу? Или то, что вы не позволяете себе даже в своих мечтах?

У вас не хватает сил встать и начать что-то делать — или просто пойти рядом в ногу со мной? Я с радостью помогу. Но гораздо легче меня обвинить во всех своих грехах. Сделать из меня чучело, а потом его сжигать. Сжигайте! Мне все равно. Мой караван идет под палящим солнцем. Мои верблюды так много видели, что они могут долго жить без воды. Песок им больше не режет глаза. Они научились ходить по пустыне с помощью внутреннего проводника.

Мне искренне жаль, что вместо того, чтобы что-то в себе менять, вы становитесь одержимыми другими людьми и начинаете воевать. Не со мной. С собственными отражениями. Перекладываете мучительный сценарий на того, кто живет не так, как вы.

Оборачиваюсь. Одно зеркало разбилось. Второе. Вижу осколки. Смотрю в них и вижу фотографии того, как могло бы быть. Мне больно!

Набираю номер Снежной королевы, чтобы она заморозила мое сердце. Ведь для понимания сути вещей нужен ледяной мозг, а не пламя эмоций.

Я не могу нести ледяные глыбы за других людей. Я могу хладнокровно достать зажигалку, осветить суть вещей, попытаться увидеть, где и как они слепили своих снеговиков. Почему они катят их в гору, превращая себя в Сизифа? Ведь причина совсем не во мне. Причина в ледяном беспорядке в их головах.

Нужна помощь – я помогу. С любовью. Нет у меня обид. Сама долго освобождалась от ледяных оков. Я не была собой. Не знала, где мое сердце. Теперь я свободна и могу помочь. Вопрос только — вы попросите?

В каждой атаке я слышу вопль. О помощи. Боль изнутри извивается колючим осколками, врезаясь в тело, толкая на агрессию. Сил терпеть нет. Боль вылетает шаровой молнией и пытается использовать меня как громоотвод.

Мне уже не страшно. Мне смешно. Я привыкла видеть истинные причины таких атак. В их зеркалах я вижу механизм искажения.

Я могу об этом сказать. Но будет ли готов человек с этим что-то сделать? Принять.





Как же больно в себе что-то менять! Но я еще не нашла другого способа рождаться заново. Без сжигания себя дотла. Умирать больно и рождаться новым тоже. Зато новым жить гораздо веселей.

Смотрю в зеркала… Смотрю с любовью. Смеюсь. Пугаюсь и иду дальше. Я знаю, куда иду. А если даже заблужусь — ничего страшного. Я найду и прочувствую свой путь.

Осколки отвлекают внимание, заставляют вздрогнуть, испытать боль, потом зализывать раны. Но я иду дальше. Вокруг есть и другие зеркала, в которые хочется смотреть и наслаждаться: добротой, искренностью и волшебством. В них можно путешествовать, в них можно смотреться часто, чтобы чувствовать мир, покой, радость — и обретать силы идти дальше.

Можно ли перевесить кривое зеркало? Иногда у меня получалось. Но ненадолго. Чаще всего зеркало возвращалось на свое место. Было время, когда я долго висела вниз головой, находясь под наркотическим воздействием чар позитивного мышления. Больно было падать, ведь первой ударялась голова.

Теперь я за объективность, а не позитивную действительность моих мечт. С зеркалами я осознала фатальность.

— Что же мне делать? Как мне жить в зеркальной стране? — задумалась я. — Идти, куда глаза глядят?

Но у меня есть выбор, куда глаза направлять. Жизнь ведь моя. А зеркала всего лишь зеркала.

Смотреть в зеркало и встретить медузу Горгону, после ее взгляда каменеть и переставать наслаждаться жизнью?

А может, закрыть глаза и жить как отшельник в пустыне? Где отражения ни днем, ни ночью не сыскать. Идти исключительно по зову сердца и так выводить свой караван из пустыни?

Или смотреться в зеркало, как Нарцисс, пытаясь полюбить себя? Как же возлюбить ближнего, если сам себя не любишь?

Или обратить свой взор на тех, кто сильнее меня? Кто живет на Олимпе. Кто сам почти сверхчеловек. У Зевса — учиться мощи и управлению. У Афины — быть мудрой и отличным стратегом. У Афродиты — искусству наслаждений. У Дионисия — запредельности. А у Гермеса — умению с легкостью секретные ключи получать.

Конечно же, я за жизнь на Олимпе. Но чтобы туда попасть, иногда нужно пройти по пустыне и понять себя. Позволить себе смотреть с любовью в свое отражение.

Что бы в моей жизни не произошло, есть человек, который меня не предаст. Этот человек — я.

Горгоны тоже важны. Они придают ускорение после ужаса от окаменения. Получается, все зеркала нужны? Все зеркала важны. Они составляют мозаику моей дороги на Олимп.

 

Автор: Анна Коробко, специально для 

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: Анна Коробко

Человек, который меня не предаст

Поделиться



Иду по улице. Навстречу — люди. 

Вместо лиц вижу зеркала. Ощущение, что иду по длинному туннелю с зеркалами на стенах.

Смотрю в одно. В нем я красавица. В другом — толстый синий бегемот. От следующего с ужасом отворачиваюсь: сколько злости и злобы хочет выпрыгнуть на меня. Зато завораживает другое: оно показывает, какой я могу стать, если воплощу все мечты. Оно вдохновляет, дает силы, говорит — смотри на меня, бери пример, ты сможешь! Хочешь, пойдем вместе на вершину?

— Конечно, хочу! — кричу я.





Одни зеркала ничего не отражают. Им все равно. На других столько пыли, что я, не выдерживая, протираю их рукавом, пишет специально для эконет.ру Анна Коробко.

Некоторые отражения выпрыгивают из зеркал и пытаются усесться мне на шею. Они назойливо бубнят вслед, что я делаю не так. Сколько ошибок и неверных действий они насчитали, следуя за мной. Не устают кричать: «Усомнись, обернись! Посмотри на нас!».

Я хочу остановиться и спросить:

— Вы чего ко мне пристали? Вам покоя нет? Я иду. У меня своя дорога. Даже если я в чем-то не права, почему я вам не даю покоя? В чем причина такого неравнодушия и тщательной заботы обо мне?

Почему вот тебе, например, небезразличен мой вес? Я зарабатываю его каждый день путем ограничений и выбора в защиту красоты и здоровья своего тела, а не удовольствием удержания еды в зубах, как крокодил. Что происходит с твоим телом? Почему мое тело для тебя важней?

Зачем ты учишь меня воспитывать моих детей? Твои дети получают все, что ты можешь им дать? Откуда у тебя столько времени на моих детей?

А тебе, почему не все равно, как я разговариваю с моим мужем? Если он выбрал меня, значит, ему хорошо со мной. Почему ты не думаешь о своем муже? Почему мой муж интереснее?

У меня нет времени следить за другими или бояться что-то сказать. Я показываю, что нельзя быть для всех хорошей, как нельзя сразу на два стула упасть. А пересаживание с одного на другой приведет к головокружению. Земля уйдет из-под ног, придется ехать в больницу и радикально что-то менять.

Меня можно обвинить в категоричности суждений. Ведь я несу ответственность за свою жизнь, а тем, кто не может сделать выбор, очень хочется кого-то обвинить.

Когда-то я тоже обвиняла. И не раз. Пока не поняла, что это дорога в никуда. Путь к порезам от осколков разочарований и ожогам от несбыточных мечт. Когда не знаешь, в какое зеркало смотреть, трещат абсолютно все.

Я хочу сказать кричащим из зеркал: это не я, это вы кричите. И почему? От того, что я делаю то, что хочу? Или то, что вы не позволяете себе даже в своих мечтах?

У вас не хватает сил встать и начать что-то делать — или просто пойти рядом в ногу со мной? Я с радостью помогу. Но гораздо легче меня обвинить во всех своих грехах. Сделать из меня чучело, а потом его сжигать. Сжигайте! Мне все равно. Мой караван идет под палящим солнцем. Мои верблюды так много видели, что они могут долго жить без воды. Песок им больше не режет глаза. Они научились ходить по пустыне с помощью внутреннего проводника.

Мне искренне жаль, что вместо того, чтобы что-то в себе менять, вы становитесь одержимыми другими людьми и начинаете воевать. Не со мной. С собственными отражениями. Перекладываете мучительный сценарий на того, кто живет не так, как вы.

Оборачиваюсь. Одно зеркало разбилось. Второе. Вижу осколки. Смотрю в них и вижу фотографии того, как могло бы быть. Мне больно!

Набираю номер Снежной королевы, чтобы она заморозила мое сердце. Ведь для понимания сути вещей нужен ледяной мозг, а не пламя эмоций.

Я не могу нести ледяные глыбы за других людей. Я могу хладнокровно достать зажигалку, осветить суть вещей, попытаться увидеть, где и как они слепили своих снеговиков. Почему они катят их в гору, превращая себя в Сизифа? Ведь причина совсем не во мне. Причина в ледяном беспорядке в их головах.

Нужна помощь – я помогу. С любовью. Нет у меня обид. Сама долго освобождалась от ледяных оков. Я не была собой. Не знала, где мое сердце. Теперь я свободна и могу помочь. Вопрос только — вы попросите?

В каждой атаке я слышу вопль. О помощи. Боль изнутри извивается колючим осколками, врезаясь в тело, толкая на агрессию. Сил терпеть нет. Боль вылетает шаровой молнией и пытается использовать меня как громоотвод.

Мне уже не страшно. Мне смешно. Я привыкла видеть истинные причины таких атак. В их зеркалах я вижу механизм искажения.

Я могу об этом сказать. Но будет ли готов человек с этим что-то сделать? Принять.





Как же больно в себе что-то менять! Но я еще не нашла другого способа рождаться заново. Без сжигания себя дотла. Умирать больно и рождаться новым тоже. Зато новым жить гораздо веселей.

Смотрю в зеркала… Смотрю с любовью. Смеюсь. Пугаюсь и иду дальше. Я знаю, куда иду. А если даже заблужусь — ничего страшного. Я найду и прочувствую свой путь.

Осколки отвлекают внимание, заставляют вздрогнуть, испытать боль, потом зализывать раны. Но я иду дальше. Вокруг есть и другие зеркала, в которые хочется смотреть и наслаждаться: добротой, искренностью и волшебством. В них можно путешествовать, в них можно смотреться часто, чтобы чувствовать мир, покой, радость — и обретать силы идти дальше.

Можно ли перевесить кривое зеркало? Иногда у меня получалось. Но ненадолго. Чаще всего зеркало возвращалось на свое место. Было время, когда я долго висела вниз головой, находясь под наркотическим воздействием чар позитивного мышления. Больно было падать, ведь первой ударялась голова.

Теперь я за объективность, а не позитивную действительность моих мечт. С зеркалами я осознала фатальность.

— Что же мне делать? Как мне жить в зеркальной стране? — задумалась я. — Идти, куда глаза глядят?

Но у меня есть выбор, куда глаза направлять. Жизнь ведь моя. А зеркала всего лишь зеркала.

Смотреть в зеркало и встретить медузу Горгону, после ее взгляда каменеть и переставать наслаждаться жизнью?

А может, закрыть глаза и жить как отшельник в пустыне? Где отражения ни днем, ни ночью не сыскать. Идти исключительно по зову сердца и так выводить свой караван из пустыни?

Или смотреться в зеркало, как Нарцисс, пытаясь полюбить себя? Как же возлюбить ближнего, если сам себя не любишь?

Или обратить свой взор на тех, кто сильнее меня? Кто живет на Олимпе. Кто сам почти сверхчеловек. У Зевса — учиться мощи и управлению. У Афины — быть мудрой и отличным стратегом. У Афродиты — искусству наслаждений. У Дионисия — запредельности. А у Гермеса — умению с легкостью секретные ключи получать.

Конечно же, я за жизнь на Олимпе. Но чтобы туда попасть, иногда нужно пройти по пустыне и понять себя. Позволить себе смотреть с любовью в свое отражение.

Что бы в моей жизни не произошло, есть человек, который меня не предаст. Этот человек — я.

Горгоны тоже важны. Они придают ускорение после ужаса от окаменения. Получается, все зеркала нужны? Все зеркала важны. Они составляют мозаику моей дороги на Олимп.

 

Автор: Анна Коробко, специально для 

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: Анна Коробко

Нормальные дети - это шумные дети

Поделиться



Я перестала злиться на своих детей… Случилось это как-то вдруг и вот уже какое-то время так и есть, да, злость не возникает. Случилось это после того, как я стала постоянно смотреть на своих детей КАК НА ДЕТЕЙ. Раньше это происходило от случая к случаю.

Человек всю жизнь зреет, растет и развивается, большинство взрослых застревают в том или ином психологическом возрасте, вокруг мало интегрированных людей, но откуда у нас такие высокие требования к детям?





Это может показаться глупостью, но если понаблюдать за собой, то можно заметить, что когда мы злимся на детей, мы не видим их как детей, мы видим перед собой свои собственные «образы наших детей», которые сами себе надумали. Или мы видим «маленьких взрослых», которые постоянно не вписываются в нормы поведения, глупы, непоследовательны, нерациональны, не интегрированы, требовательны, жадны, несговорчивы, ревнивы, завистливы, иногда жестоки и грубы, еще неблагодарны и невежливы. Но дело в том, что это и есть характеристики обычного нормального ребенка, личности на этой стадии развития.

Нормальные дети — это шумные дети, дети, которые плачут, приходят жаловаться, потом опять уходят и снова возвращаются рыдая. Играют, бегают, радуются, кричат, потому что не могут говорить тихо, поют, танцуют, злятся, дерутся и постоянно что-то придумывают.

Сегодня мои придумали прыгать со шведской стенки на постеленные на полу подушки. Это вызывало у них дикий восторг!

Они не умеют договариваться, особенно когда дело касается очень личных вещей, толком не умеют делиться, не умеют сдержаться в сложной конфликтной ситуации и не ударить, не закричать на собеседника, который ну никак не понимает по-хорошему! Они не умеют сдержать свою злость на маму, когда та никак не поймет, чего же им надо или делает все вразрез их желаниям.

Они не умеют тихо слушать книжку и не перебивать, не задавать вопросы. Не умеют говорить шепотом, когда кто-то спит. Не умеют доедать до конца то, что им невкусно. Если им невкусно, то им невкусно. Даже если они выпросили себе домашнего питомца, они все равно еще не умеют за ним правильно ухаживать и вовремя кормить. Делают они это от случая к случаю, но если уж делают — с огромной любовью и вниманием, заботой к своему младшему другу!

Им трудно рисовать и не пролить банку с водой, трудно не забывать каждый раз мыть кисточку прежде чем макнуть ее в новый цвет. Зато получаются красивые разводы в баночке с краской, мы как раз сегодня такими любовались. Дети не умеют есть не обляпавшись и не роняя ничего мимо рта. Это будут не дети.

Если дети на вас кричат, это не значит, что они вас не любят или не уважают и не ценят всей вашей заботы. Это просто значит, что они кричат. И слава Богу, что кричат! Кричи громко, малыш, пусть весь мир слышит что ты сейчас недоволен!!!

Иногда я напоминаю себе об их возрасте. Это очень отрезвляет. Я не жду от них того, чего они не в состоянии пока показать. Я принимаю их такими, какие они есть.

Я не учу их каким-то нормам поведения, я даю им возможность быть собой, испытывать разные эмоции, потому что знаю, что если они будут разрешать себе эмоции всего спектра, то эти эмоции в итоге начнут в них смешиваться и тогда они естественным образом вырастут «цивилизованными», «культурными» людьми.

Что им важно на данном этапе, так это быть принятыми, любимыми, быть принятыми разными и всякими, неумелыми и незрелыми.опубликовано

 

Автор: Юлия Твердохлебова

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: knutova.pedagog-vospitatel.ru/index.php/detskaya-psikhologiya/150-normalnye-deti-eto-shumnye-deti