Печальная сага "Озера Звёзд" Страница 2 из 3



Тёмные времена
Помимо африканских этносов в Средние века до берегов Ньясы сумели добраться и арабы. Они довольно рано освоились на восточном побережье Африки, но из-за муссонов не могли проплыть за Кабо Дельгадо — мыс в Индийском океане. Однако случайный шторм в 1147 году отнес стихийно их лодки вниз к устью Замбези. Тогда арабские купцы стали пробираться по реке вглубь страны и, вознося хвалы Аллаху за нежданную удачу, меняли у вождей ткани и бисер на слоновую кость, золото, амбру и панцири черепах.
Африканские товары в то время пользовались сумасшедшим успехом в Пекине. Спрос на эти вещи был так велик, что до 1430 года регулярные флоты китайских джонок приплывали каждый год в арабские порты Восточной Африки специально для того, чтобы забирать их. Только когда этот удалённый рынок рухнул, арабы снова переключили внимание на свой самый успешный и проверенный товар — рабов. И началась темная глава в истории озера.
У арабов-работорговцев был отличный союзник — народ малави (яо), до сих пор живущий вдоль озера. Это были воинственные люди, которые изначально занимали территории рядом с рекой Ровумой, но в середине XV века, когда на них напали многочисленные племена маква, малави родственными группами двинулись на юг, пока не уткнулись в гигантское озеро. Это была Ньяса. Тут они осели, c фантастической резвостью оcвоились и вскоре стали помогать арабам торговать рабами.
Амарави встретили их как почетных гостей, но малави не спешили отвечать благодарностью, вместо этого они напали на радушных хозяев и объявили подвластным себе, как разбойничьим вождям, весь юго-восточный берег озера вместе с местным населением. Арабы были поражены такой то ли наглостью, то ли решительностью и наняли представителей племени своими агентами. Как своих агентов они обеспечили их кремниевым оружием, порохом и тканью. Малави перешли в ислам, переняли арабский стиль одежды, научились пользоваться оружием и тут случилось самое неожиданное: они стали захватывать нанявших их арабов и продавать их самих как рабов на рынках Занзибара и Пембы. Так ловкачи разжились деньгами и начали позиционировать себя аристократами — даже сейчас малави выделяются резко среди других африканцев своими подчеркнуто белыми робами и расшитыми исламскими шапочками.
Однажды кто-то из племени акафула, населявшего берега Ньясы с V в. до н. э., выдолбил в дереве глубокое отверстие и рискнул пуститься на этом предмете в плавание. Так акафула открыли для себя каноэ, которые и сейчас служат здесь главными транспортным средством рыбаков. Фото автора



Конечно, не обошлась история Ньясы и без европейцев. Ранние португальские отряды рассматривали себя как солдат Христа, но со временем их религиозное рвение было замещено заинтересованностью в приобретении слоновой кости, драгоценных металлов и рабов. В этот регион они пришли, когда искали сокровища, оставленные, по легендам, племенами банту в Мономотапе (в настоящее время это территория Зимбабве).
В 1616 году португалец Диего Симоиш Мадейра (Diego Simoes Madeira) напал на серебряные родники Шиковы и с помощью грамотного использования лести и угроз убедил императора Мономотапы уступить их королю Португалии. Нахождение рудников значило, что африканская легенда относительно невиданного богатства региона вот-вот могла подтвердиться. Требовалось поскорее доставить эти новости к королевскому двору Лиссабона. И тогда Диего Мадейра обратился к своему другу — сеньору Гаспару Бокарро (Gaspar Bocarro), торговцу из Замбези, с просьбой перевезти серебро и карту рудников в Лиссабон.
Бокарро был отчаянным человеком и не побоялся один отправиться в путь через весь континент. Он вышел с серебром из Тете 16 марта 1616 года и с того дня отмечал и описывал в специальном журнале свой маршрут, по которому в случае чего можно было бы пройти еще раз. Но образцам серебра так и не суждено было достигнуть королевского двора, так как в то время арабы закрыли Красное море для португальских кораблей, но зато в результате смелой экспедиции Бокарро появилось первое письменное свидетельство об озере Ньяса.
Помимо арабов, португальцев и малави в истории озера также промелькнёт небезызвестный «вождь воинов» Шака Зулу (Shaka Zulu) — военный гений и гроза Южной Африки. Он рано начал убивать людей и потом вошёл во вкус, ему хотелось подчинять себе народы и завоёвывать новые земли. Его войско было непобедимо: солдаты пользовались короткими колющими ассегаиш (assegais) вместо громоздких копий, имели при себе щиты из бычьей кожи и были знатоками техники ближнего боя.
Они были непобедимы на своей земле и, завоевав африканский юг, двинулись покорять центр континента. Но в 1819 году один из генералов Шака — Звангендаба покинул войско и бежал с остатками своего клана ангони. Эти парни были опасны, как раненные леопарды. Они решительно пробивались через Свазиленд и Зимбабве, и одно шаткое царство за другим падали под их силой.
Оказавшись на берегах Ньясы, ангони принялись терроризировать амарави, сжигая деревни и жестоко убивая людей. Никто не выживал после их рейдов, кроме разве что детей, которые могли быть взяты в армию, и женщин, которые превращались в наложниц. Как большие хищные птицы, агони расселились рядом с озером, пировали на костях и каждый год вновь отправлялись в кровавый рейд, чтобы поджигать дома и грабить людей.
Это мы по кадрам сюжет просмотрели, но, если сложить всё в одно, станет понятно, что на протяжении столетий озеро Ньяса было эпицентром насилия, страха и жестокости. Не было счастья на берегах великой воды. Исправить положение поклялся сэр Дэвид Ливингстон. В утро 17 сентября 1859 года он остановился у озера, набрал полные руки песка, дал ему проскользнуть между пальцами, опустил руку в воду, поднял к небу лицо, на котором отображалась решительность, и пообещал освободить эту землю от рабства, войн и страданий.
Но этого не случилось. После того как Ливингстон рассказал о Ньясе и окрестных землях широкой публике, Британия объявила этот край своим протекторатом, и в 1891 году ей присвоили имя Ньясаленд. 6 июля 1964 года после многочисленных восстаний, арестов «борцов за свободу» и введения чрезвычайного положения Ньясаленд был провозглашен независимым государством под названием Малави в составе Британского Содружества. Но тут уже начинается другая история — политическая история одной из стран, окружающих ныне озеро, её мы расскажем в другой раз.
Плод баобаба. Фото автора



Магнит, но не для железных
…Вода подбегает к берегу и падает на сушу, тяжёло, медленно, как империя мыслей, и её нельзя ни остановить, ни прочитать пока нельзя, хотя чувствуется, что там великое. И иногда оно прямо тут, в настоящем, вырастает, когда вдруг замысливается загадка абсолютная, в которую ты вписан, и это сложно слегка — разгадывать и быть данным.
Приехать сюда — это уже чудо. До озера звёзд путь через тернии: по Малави сутки или по Мозамбику — почти два дня при лучшем раскладе. Самые выносливые будут вознаграждены: перед путешественниками откроется гигантский водоём, царственный, харизматичный — и только, попробовав из него воду на соль, вы можете понять, что это не море.
Здесь есть на что посмотреть. Лодж Нквичи, предлагающий эко-отдых, расположен на одном из островов, и это отдельное царство. Там блестящие валуны на тропинках, там светлячковые поля, беби-буш мартышки по деревьям вьются, а вечерами постояльцы (люди из разных концов мира) с керосинными фонарями по живому лесу идут на пляж к общему костру, где рассказывают друг другу о своих судьбах, пробуют местные блюда и слушают, как шумит величавое озеро, падая на рельефные валуны тяжёлым и мощным телом.
В часе ходьбы от лоджа стоит огромный баобаб, 29 метров в диаметре, которому больше двух тысяч лет. В местной деревне до сих пор дети охотно едят плоды этого гиганта, а ещё из них делают разные игрушки. Здесь хижины уже типа суахили — прямоугольные с соломенными крышами, в некоторых хижинах есть кровати на ножках и даже кое-какие шкафы. В местной школе удалось застать восемь человек, ни один из которых ни говорил ни по-английски, ни по-португальски. Зато все были в восторге от фотоаппарата, они показывали в объектив кулаки и закатывали глаза, стараясь выглядеть наиболее устрашающе, а потом долго смеялись, увидев свои портреты на экранчике камеры.
Кажется, жизнь около озера теперь течёт размеренно и плавно. Войны между людьми позади и осталась только пожизненная война с собой за выживание в условиях ежедневного контакта с природой, который может заканчиваться только двумя способами: поел, не поел. Правда, сейчас «людям озера» стараются всячески помогать, их берут на работу в лоджи и туристические комплексы, от международных организаций (в основном, английских, немецких и американских) им дарят москитные сетки, лекарства, одежду.
…И всё бы хорошо, и всё бы переложить в воспоминания с лёгкостью, а только уезжать из Ньясы совершенно не хочется, как будто это магнит из воды, интерпретация счастья иная. А всё же садимся в лодку и скользим по целлофану в сторону от заката, а справа от борта валуны рифленые остаются, а справа какая-то рябь на воде и кто-то кричит во весь рот:
— Крокодил! Крокодил!
И мы понимаем, что точно в том месте, где мы вчера ныряли с трубкой, чтобы понаблюдать цихлид, что там голова гигантская движется, и это не рыба какая, а крокодил самый настоящий. Прощальный сюрприз от Ньясы. Незабываемый.
Юна Летц,
ТУТ
Возраст этого баобаба более двух тысяч лет, дети охотно едят его плоды и делают из них игрушки. Фото автора

Добавлено1 в [mergetime]1279445491[/mergetime]
З, Ы(от себя) в тексте есть ляпы.

  • 488
  • 04/07/2015


Поделись



Подпишись



Смотрите также

Новое