Владимир Скулачёв: старость — болезнь, которую можно лечить Страница 1 из 2

Трудновыговариваемое словосочетание «митохондриальный антиоксидант», или ион Скулачёва SkQ1, — вещество, которое может продлить и улучшить жизнь человека. Этой разработке уже много лет, но именно сейчас её испытывают на человеке.

Её автор, академик РАН, директор НИИ ФХБ имени А. Н. Белозерского МГУ, декан факультета биоинженерии и биоинформатики МГУ Владимир Скулачёв рассказал The Village, научились ли учёные продлевать жизнь и как наука поможет избежать унизительной старости.





О долгой жизни и эликсире молодости

— Правда ли, что с помощью ваших ионов SkQ1 можно замедлить старение?

— Если всё пойдёт хорошо, то в какой-то степени да. Мы воздействуем на стимулятор старения — ядовитые формы кислорода. Они образуются в митохондриях, и с возрастом их уровень возрастает. А наши ионы, такие как митохондриальный антиоксидант SkQ1, обезвреживают ядовитые формы кислорода.

— Как вы пришли к выводу, что воздействовать нужно именно на митохондрии и что именно на них завязан процесс старения?

— Это не мы придумали, а американский учёный Дэнхем Харман — он ещё в 70-е годы выдвинул теорию о том, что старение происходит из-за отравления организма его собственными ядовитыми формами кислорода, которые образуются в митохондриях. Митохондрии служат своего рода тепловой электростанцией клетки. С возрастом в них вырабатывается всё больше ядовитых форм кислорода, которые я называю «самурайским мечом» клетки. Его нужно выбить из «рук» клетки, вознамерившейся себя убить, и тем самым ускорить старение организма. Мы считаем, что старение — это болезнь, которую можно лечить обычными лекарствами.

— И это можно сделать с помощью вашего соединения? Как оно воздействует на клетки?

— Это синтетическое соединение, названное нами SkQ1, которого нет в природе. Оно состоит из двух частей: так называемого иона Скулачёва, или SkQ+, и мощного растительного антиоксиданта пластохинона (Q), соединённых между собой цепочкой углеродных атомов. Соединение заряжено положительно и проникает в митохондрии, потому что это единственный отсек в клетке, внутреннее пространство которого заряжено отрицательно. Так что здесь работает простая физика. А дальше это вещество обезвреживает ядовитые формы кислорода.

— Есть ли уже конкретные подтверждения того, что это действительно работает?

— Мы провели испытания на разных млекопитающих, грибах, растениях и беспозвоночных. Почти везде получили существенное увеличение средней продолжительности жизни при помощи очень небольших количеств SkQ1.

— Существенное — это насколько?

— У разных существ по-разному. У мышей, например, рекорд увеличения продолжительности жизни после препарата — вдвое. Примерно столько же — у рачков, а у дрозофилы — меньше, речь примерно о 15 %. Что касается мышей, то первые опыты мы попросили поставить президента Российского общества геронтологов Владимира Анисимова в Институте онкологии в Петербурге.

Там никогда не было денег, и на содержание вивария средств не хватало, поэтому мыши заражались различными инфекциями и жили недолго. Те животные, которые получали наше вещество, выживали, несмотря на то, что виварий был грязный, в нём плодились инфекции, от которых раньше мыши умерли бы. Кроме того, у этих мышек до самой смерти сохранялась детородная активность. Они и внешне выглядели по-другому. 

Если взять двух мышек одного помёта и одного возраста, то та, которая принимала SkQ1, выглядит действительно молодо: у неё гладкая шерсть, нет сутулости, пышные усы. У второй, напротив, все признаки старости: горб, малоподвижность, проплешины на шерсти, нет усов. 

— А от чего в итоге умерли эти мышки?

— От рака молочной железы. Эти опыты ставили на самках той линии мышей, которые склонны к этой болезни. Кроме того, это тот рак, который устойчив к нашему препарату.





— То есть существуют такие виды рака, на которые SkQ1 всё-таки воздействует?

— Да, но пока это касается только мышей. Исследования на человеке начались полгода назад, и сейчас мы проверяем безопасность препарата. Всего будет три стадии: впереди ещё проверка на эффективность на небольшом количестве людей в короткие сроки и длительная проверка на большом контингенте. Испытания проводятся параллельно в США и в России, в Первой градской больнице, и продлятся они примерно ещё два года.

— И что будет после этого? Препарат поступит в широкую продажу?

— Да, это будет эликсир…

— Эликсир молодости?

— Совершенно верно. Но тут есть большая проблема: медики считают, что старость не лечится, следовательно, не может быть и лекарства от старости. Поэтому Минздрав вряд ли утвердит выпуск «эликсира молодости». Скорее всего, это будет препарат от старческих болезней и мы вообще не будем рекламировать его как лекарство против старения.

Дело в том, что эта область сильно скомпрометирована, в ней столько шарлатанов, которые просто пытаются получить деньги с доверчивых людей. Среди гериатров (специалисты по лечению пожилых больных. — Прим. ред.) даже есть присказка: «Тысячи людей занимались бессмертием, но все они умерли».

Чингисхан тратил огромные деньги, чтобы найти мудрецов, которые продлят ему жизнь, и он умер. Сталин увлекался трудами учёного-геронтолога Александра Богомольца, но, когда тот скончался в 1946 году в возрасте 65 лет, вождь стукнул кулаком по столу и воскликнул: «Обманул, сукин сын!»

Я абсолютно убеждён: мы умираем не потому, что организм износился, а потому, что возникает приказ на смерть, и этот процесс запускается и протекает медленно.

— А у вас не возникает никаких сомнений в том, что вы делаете?

— Цель настолько святая, что, если есть хоть какой-то шанс здесь прорваться, мы должны его использовать. Ведь ужас заключается даже не в самом факте смерти, а в том, что человек умирает унизительно: вчера он был властелином, а сегодня не может ложку ко рту поднести.

— То есть если всё сложится, люди не просто будут жить дольше, но и перестанут болеть?

— Да, мы уже выяснили, что у мышей, получающих SkQ1, реже происходит потеря памяти, снижается риск сердечно-сосудистых заболеваний. Самое главное, что люди будут жить лучше, смогут дольше работать, а это выгодно власти, ведь сейчас старики — огромная обуза для государства.

— Принимать эликсир нужно будет постоянно? И когда начинать — в пожилом возрасте или раньше?

— Принимать его нужно будет беспрерывно, но вот когда начать — хороший вопрос. Мы ставили опыт на дрозофилах и выяснили, что если дать им наше вещество только в течение первой недели жизни (а живут они два месяца), то продолжительность жизни увеличивается. А если начать лечение через месяц, то недельной терапии уже не хватает и приходится лечить мух постоянным добавлением SkQ1 к их пище. Не факт, что человек отреагирует так же, как муха, поэтому мы сейчас бросили все силы на клинические испытания на людях.

— Можно ли уже говорить о том, что это соединение абсолютно безопасно?

— В идеале после начала испытаний на человеке должно пройти два года, но я принимаю SkQ1 уже четыре года — я изобретатель, мне можно — и никаких побочных эффектов не наблюдаю. Достоверно могу сказать, что повышается трудоспособность, появляется больше энергии. Об остальном сложно говорить, учитывая, что мне 81 год.

  • 71
  • 19/09/2016


Поделись



Подпишись



Смотрите также

Новое