Ожидательное 

Анна Ефремова  Израиль  Нет паролей, молчалив охранник - а чего ты ждал? Фанфар? Объятий?  С бейджиком "Убит на поле брани" в очередь встаём за благодатью.  Муть со дна опять подняли черти - это верно, тьма тьмутараканья...  Жаль, что человек внезапно смертен. Загодя бы знать - обмыли б раны,  чистое исподнее надели, попрощались, выпили бы водки.  Может, скажут там: "Поналетели..." и попросят выложить зачётки.  А в зачётках - неуды сплошные, мы с тобой ведь те ещё студенты:  много врали, очень много пили и в тени пытались отсидеться.  Может, нам ещё там скажут: "Тати, натащили к проходной навозу...".  Или всем воды святой не хватит - будем ртом хватать горячий воздух.  Очередь, смотри, до горизонта, эка им сегодня привалило...  Это, может быть, заезд сезонный? Аж вспотел тот справа, белокрылый.  Пашет, как Ангелина, бедняга, выйти покурить нельзя - конвейер.  Интересно, это должность - ангел? Или так, примазавшийся к двери?  Хорошо, хоть номерки не пишут на ладонях... Чинно, благородно.  Неужели все здесь духом нищи? Глянь, столпотворение у входа.  Грустно что-то. Мысли, словно насморк, - душат, не дают дышать спокойно.  Хочется спросить: "За что же нас-то?" - разве мы кричали: "Все по коням!"?  Разве мы в кого-нибудь стреляли? Разве жгли деревни/книги/души?  Просто мы на поле брани пали.  Грустно здесь. И муторно. И душно.