ИНЫЕ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ, ИЛИ ДОЗОР ВОЗВРАЩАЕТСЯ

Опыт художественного прочтения современной фантастики
Перед прочтением рекомендуется ознакомиться с оригиналами

Действие первое

Офис Ночного дозора. В полутемной комнате за столом сидит Гесер. Перед ним на столе – толстая потрепанная книга в серо-зеленой обложке. Входит Городецкий.

Городецкий. Гесер, какого черта! У меня рабочий день, в смысле ночь, закончилась…
Гесер. Ты садись, садись… Кофе налить?
Взмахивает рукой – и на столе появляется чашка кофе.
Городецкий. С сахаром?
Гесер. С сахаром, с сахаром. И с шоколадкой!
Еще раз взмахивает рукой – появляется шоколадка.
Городецкий (сглатывая слюну). Ну, давайте. (Присаживается за стол.) А то мы этих вампиров душили-душили… Совсем обессилил, честное слово.
Гесер.Пей-пей. (Бросив печальный взгляд на книжку, отодвигает ее в сторону.) Вот, между прочим, только закончил изучение последнего отчета от аглицких коллег… Печально, очень печально. Думаю, придется вмешаться.
Городецкий. Что, темные шалят? Или Мерлин воскрес?
Гесер (подозрительно). Погоди, ты что, не читал?
Городецкий (обиженно). А можно подумать, так вы мне секретный отчет и дадите почитать!
Гесер (качая головой). Да, недооценил я твоей… невнимательности. Да он же в свободном доступе на каждом углу лежит!
Городецкий. э-э…
Гесер. Насколько я знаю, Ольга тебе об этом еще сто лет назад рассказывала. Но ты опять пропустил все мимо ушей. Только для тебя, и только в связи с твоим новым заданием – объясняю еще раз. Итак, в Англии жизнь магов и волшебников протекает несколько иным образом. Как – ты узнаешь из этой книги.
Ибо наши коллеги с Туманного Альбиона полагают своим долгом широко информировать общественность, в том числе и немагическую, о жизни колдунов и волшебников. Конечно же, несколько иносказательно. Таким образом, они убивают сразу нескольких зайцев: соблюдают (тьфу!) демократические принципы, ищут и инициируют молодых магов и поддерживают контакт с иностранными коллегами. А госпожа Джоан Роулинг – их нынешний PR менеджер.
Городецкий. Какая блин Роулинг? Какой менеджер?
Гесер. Да… беда. Городецкий, ты что, даже кино про Гарри Поттера никогда не смотрел?
Городецкий. Не-а.
Гесер. Ну, так и книгу прочти, и кино посмотри – и как можно скорее. Это тебе будет необходимо в ближайшее время.
Городецкий. Опять в Англию отправите? А как же там их дозоры?
Гесер. Да нет там никаких дозоров! У них, видишь ли, демократическое устройство! Все равны, никто никого не контролирует, магическое сообщество опирается на сознательность и социальную ответственность каждого!
И никаких лишних бюрократических структур. Прикинь, вот уроды… Думаешь, зря мы столько лет держали железный занавес?
Городецкий. Да… А в Эдинбурге?
Гесер. Что в Эдинбурге? А Эдинбург уже лет двести у нас в аренде. По бартеру – в обмен на Бобруйск, Крыжополь и Урюпинск. Кстати, еще надо выяснить, чего они там забыли… ну, этим позже займемся. А так у них никаких дозоров нет. Одно на всех Министерство магии, да и то вон (кивает головой на книгу, лежащую на столе) совсем деградировало.
Городецкий (с ужасом в голосе). Нет дозоров? Министерство магии??? (Вдруг, поморщившись, меняет тему.) Так что, и железный занавес, значит – тоже Вы?
Гесер. Ну а ты как думал, дорогой? В этой стране без меня ничего никогда не делалось. Впрочем, об этом тоже позже. Как ты думаешь, зачем я тебя вызвал?
Городецкий (мрачным голосом). Как обычно: чтобы сообщить пренеприятнейшее известие…
Гесер. Ну, что-то в этом роде. Тебя ждут великие дела!
Городецкий (поперхнувшись кофе). Опя-ять?
Гесер (передразнивая Городецкого). Опя-ать! Сам дров наломал, сам и убирать будешь!
Городецкий. Каких дров?
Гесер. Каких-каких? Кто в Эдинбурге всех этих мертвяков развоплощать вздумал чохом, со старшими товарищами не посоветовавшись? Решил, что самый умный? Самый сильный? Ну так слушай: развоплощаться хотели далеко не все. Были там товарищи, которых существование на шестом слое вполне устраивало – а главное, они полагали, что так значительно лучше, чем никак. Некоторые, самые умные и сильные, заранее приняли меры на случай, если … появится вот такой вот энтузиаст, вроде тебя.
Городецкий. Ну, и что же это за скотина такая?
Гесер. Древний черный маг, известный потомкам под именем Кощея Бессмертного. Ты чего лыбишься?
Городецкий (усмехаясь). А бабы-яги там не было?
Гесер (ласково). Дурак ты, Городецкий, ой, дурак! Мерлина встретил – небось не лыбился? А Кощей – так ему смешно! Между прочим, я бы предпочел, чтобы воскрес Мерлин. С ним хоть дело можно было иметь, все-таки когда-то он был Светлым. А Кощей – это воплощенное зло, к тому же практически бессмертное.
Дверь отворяется, в комнату мягко, по-кошачьи, входит Завулон
Гесер. Ты как всегда вовремя!
Завулон. Ай, здравствуй, дорогой! Как таки дела?
Гесер (мрачно). Дела как сажа бела, Темный!
Завулон. Дорогой, ну ты же сам знаешь, это только, так сказать, должность у меня темная, а сущность светлая, добрая, справедливая. Я ж за мир во всем мире глотку врагу перегрызу (облизывается) с удовольствием!
Городецкий. Гесер, какого черта вы тут комедию ломаете?
Завулон. Так-так, а молодой человек, похоже, не в курсе? Опять будем использовать мальчика в темную?
Гесер. Да какая в ж… разница – в темную, в светлую… Да и потом, ты опять передергиваешь – я ж просто ничего ему объяснить до конца не успел.
Завулон. Ну да, ну да. Так ты продолжай, а я пока послушаю.
Гесер. Ну, продолжим. Итак, на чем мы остановились? Кощей Бессмертный собрал вокруг себя множество мертвых магов, и за некоторое время до развоплощения слил свою сущность с их сущностями, нанизав их все на свою вечностальную иголку с помощью какой-то мощной, изначальной магии, нам, увы, неизвестной.
Поток мировой силы, которая устремилась на шестой слой твоими, Антон, стараниями, не смог противостоять этой магии. Я предполагаю, что Кощей не развоплотился, и, более того, смог уйти на седьмой слой через ту дыру, сквозь которую на шестой слой поступал развоплощающий поток.
В результате вечностальная иголка была выброшена в седьмой слой, и там воткнулась в тело какого-то неустановленного пока мага… впрочем, теперь уже совсем не важно, как там его звали. Важно, что таким образом Кощей получил новое тело, и теперь мы имеем массу проблем.
Городецкий. Мда. Но я все равно не понимаю – в чем проблема-то? Ну, Кощей, ну иголка – что ж мы, с ним не справимся?
Гесер. Не справимся. Это сильнейший – слышишь меня – сильнейший чародей! Я тут прикинул – минус первый уровень. Никому из ныне живущих он не по зубам. А он, между прочим, собирается теперь…
Городецкий (скучным голосом перебивая Гесера). Погубить весь мир.
Завулон. Очень смешно, Антон…но ты угадал.
Гесер. Вот именно, так что ирония не уместна. Кощей собирает невиданную доселе армию темных джиджеев, вооруженных магическими светомузыкальными мечами. Когда джиджей достает меч, он начинает петь, и его песня косит все разумные существа вокруг, потому что ни один разум – даже мой – не в состоянии выдержать этой песни.
Что делать я не знаю – так что, как обычно, будешь импровизировать. Но делать что-то надо, англичанам самим не справится. Своего лучшего Светлого они недавно (делает скорбную паузу) потеряли, сильнейший
Темный у них, похоже, окончательно взбесился (строго смотрит на Завулона – тот разводит руками), на мальчишку надежды мало, уровень у него не тот, а главное – мир всегда и всюду спасали только русские. Так что теперь все наши дозоры объединяют усилия в борьбе с общим врагом!
Завулон. Таки да.
Городецкий. У меня есть несколько вопросов. Вопрос первый – этот ваш Кощей – он что, абсолютно бессмертный?
Гесер. Ну, абсолютно — не абсолютно… Я ж тебе говорил – древние маги – придурки редкостные. Сила привычки для них важнее разума. Так что наш Кощей вытащил из своего нового тела вечностальную иголку, поместил в нее свою смерть, а иголку припрятал где-то на просторах великого Альбиона… А это тебе не стог сена, и не дуб на море-окияне. Так что теперь Кощей снова практически бессмертен. Пока мы не найдем иголку. Что ни говори, крестраж – штука серьезная!
Городецкий. Кречто?
Завулон. Городецкий, ты Гарри Поттера читал?
Городецкий. Да что вы ко мне с этим Гарри Поттером привязались? Не читал, и читать не буду, я бульварную литературу не люблю!
Гесер. А вот это уже – снобизм!
Завулон. Гесер, дорогой, уж ты повлияй на мальчика как-нибудь. Твое воспитание, все-таки. А то лезть в английскую политику, не ознакомившись с положением вещей, как-то некрасиво.
Гесер. Да прочтет он у меня, все прочтет. Я Светлане, если что, позвоню.
(Оборачивается к Городецкому.) А ты тут не выступай! Прикажу – и Донцову читать будешь, как миленький.
Завулон (Гесеру). Кстати, об Англии… Ты успел обдумать мое предложение о том, чтобы перенять опыт аглицких коллег?
Гесер. Не хотелось бы, но, похоже, придется. Наши все за. Кто был против, те уже в командировке, в Бобруйске. Действительно, уж больно у нас запутанная, если не сказать, бюрократическая структура управления! Пора, пора перестраиваться … Только вот кому быть министром магии, друг Завулон, как думаешь?
Городецкий. Каким, блин, министром магии?!
Завулон и Гесер (хором). Городецкий, иди почитай Гарри Поттера!
Городецкий. Да я, да я…. Да я вообще тогда выйду из… из дозора вашего!
Выбегает из комнаты, хлопая дверью.
Завулон. Так ты юноше всего и не рассказал… Все темнишь, Светлый? Ну, Тьма с тобой, твой мальчик, хоть с кашей ешь. Меня наше министерство будущее сейчас гораздо больше заботит.
Гесер. Ты, похоже, не расслышал моего вопроса?
Завулон. А ты, небось, сам Министром быть хочешь?
Гесер (издевательским тоном). Нет, я мечтаю отдать этот почетный пост тебе!
Завулон. Ну, авось не подеремся. Предлагаю разделить обязанности. Ты будешь Дневной ипостасью Министра Магии, я – Ночной. Или наоборот – мне пох…
Гесер. Годится. Но министерство будет базироваться в Питере.
Завулон. С какого перепугу?
Гесер. С такого! Во-первых, сам знаешь кому понравится – нам ведь с ним встречаться скоро, не забыл? А во-вторых, светлые скоро в Москве дышать не смогут, столько вы тут Оплотов Темной Сущности понаставили. Предупреждал я тебя – уйми этого своего вампира недоделанного!
Завулон. Это ты про Зурабчика, что ли? Так ведь сам говорил – всем на пользу! Из обычных людей его чудища темную энергию выкачивают, добрым — хорошим сразу жить легче становится. А нам, темным, под статуей Петра переночевать – и месяц можно крови не пить. Там такие эманации отрицательные накапливаются – пальчики оближешь! А теперь они тебе вдруг разонравились?
Гесер. Хорошенького понемножку. А если в каком-нибудь из этих уродов накопитель взорвется? Мои подсчитали – уровень отрицания зашкаливает за предельно допустимые параметры! А вы их уже сколько понаставили, а?
Завулон. Ну, не взрывать же теперь… Сам знаешь, их подковырнешь – урону будет больше, чем от водородной бомбы. Впрочем, в Питере, так в Питере. Так даже проще. А там Китеж-град из-под воды наконец подымем, школу откроем, как в Англии, чтобы такие вот грамотеи (кивает на дверь) не плодились. Черти что – истории не знает, книжек не читает, Кощея не боится…
Гесер (мечтательно). Ученицы у нас будут носить голубые платьица, коротенькие такие, с золотыми поясами, ученики – голубые брючки, и всем – мантии небесно-синего цвета со звездами. Вот, посмотри, я тут фасончик набросал… (Оба склоняются над столом.)
Дверь открывается, возвращается Городецкий. Старшие товарищи поднимают головы от стола, приветливо улыбаясь.
Завулон. Заходи, заходи дорогой, опять гостем будешь
Гесер. Да уж, Антон, кончай психовать. Не время сейчас для истерик.
Городецкий. Да идите вы оба! Я спросить хочу, может, я недослышал чего: почему это Я буду импровизировать?
Гесер. Ну, а кто ж еще? Во-первых, ты тогда кашу в Эдинбурге заварил – тебе и расхлебывать. Во-вторых, у нас народу-то стоящего на оба дозора осталось: мы с Завулоном, Ольга с Семеном и ты. Остальные вообще слова доброго не стоят. Руководство, как сам понимаешь, исключается. Ольга женщина, к тому же моя любовница. Так что остаешься один ты.
Городецкий. А Семен?! А почему не Семен?
Завулон. А потому что Семен Гарри Поттера читал, а ты нет. И вообще, Семен едет в Бобруйск.
Гесер. А чтобы тебе работалось лучше, я тебе напарника подберу. (Лезет в шкаф.)
Городецкий. Как, опять? Гесер, я теперь, между прочим, женатый человек.
Гесер (вылезая из шкафа). Тогда возьмем Васю.
Кидает на пол что-то похожее на шнурок, который на глазах начинает расти, разбухать, и, наконец, превращается в толстую, золотистого цвета змею.
Городецкий (очумело глядя на шнурок). Ну, спасибо, дорогой товарищ Гесер! Ну, спасибо! Тьфу на вас всех!
Выбегает из комнаты. Змея ползет за ним.
Завулон. Какой-то он у тебя все-таки нервный. Как он с англичанами работать будет – ума не приложу.
Гесер (нежно). Как обычно. Через задницу… Впрочем, ему всегда везет. Так, на чем мы остановились?

Конец первого действия.

Продолжение следует.



makeeva
  • 505
  • 18/05/2013


Поделись



Подпишись



Смотрите также