Агрессия и границы: 3 критерия, отличающие насилие от агрессии Страница 1 из 2

Скорее всего я далеко не первый, кто берется писать на эту, довольно распространенную в практике работы с клиентами, тему. Мы правда часто сталкиваемся с этой темой в работе, причем не важно индивидуальная это терапия, групповая или тематическая двухдневная группа по сексуальности.

Может это какая-то социокультурная данность для России, где агрессия табуируется, где людям сложно ощущать собственное пространство и границы, ведь так долго у нас все было общее, многие жили в коммуналках и делили друг с другом последнее, а нонконформистское поведение жестоко наказывалось.

Но, впрочем, не так важно, что с нами сделали, а важно то, как мы сами теперь с этим обходимся.

В данной статье я хочу прояснить значение и смысл агрессии, чувства, которыми она сопровождается, и ее взаимосвязь с границами.







Понятие агрессии

 

Для начала давайте разберемся, что же такое агрессия.

Этимологически агрессия происходит от латинского ad-gressere, что значит «движение к», движение на встречу к другому, движение в сторону контакта. А как он состоится иначе, если ни один из участников не возьмет на себя смелость приблизиться?

Однокоренными для слова агрессия являются слова прогресс и регресс, которые также характеризуют движение. Здесь важно отметить, что агрессия – это не чувство, а действие, сопровождаемое чувствами.

Почему я акцентирую внимание на том, что агрессия — это действие? Дело в том, что в нашей и многих других культурах, агрессия носит негативную коннотацию, т.е. нам привычно считать агрессию чем-то негативным, более того, часто под агрессией понимают насилие, жестокость. А это — плохо, значит и  агрессию тоже проявлять нельзя. Вот вам первое социальное табу! Тем временем, слово “насилие” происходит от латинского violare, что означает «принуждать, действуя силой». Чувствуете разницу? Таким образом: агрессия не равно насилие.

Здесь мне хочется привести иллюстрацию и комментарии из книги Бриджит Мартель «Секусальность, любовь и гештальт».

Мартель выделяет три критерия, отличающие насилие от агрессии:

 

1. Сила и бессилие/всесилие

«Некоторые виды насилия могут быть связаны с переживанием всесилия, которое может выражаться через формулу: «если мне хочется, я возьму, согласен другой человек или нет». Или, напротив от бессилия, тогда человек способен ударить, разрушить, т.к.  ему не удается получить желаемое или потому что его игнорируют и ему нечего терять.

В этом случае в основе мотивации к акту насилия лежит не стремление получить что-либо, а скорее попытка выразить свое разочарование, бессилие, бешенство. В то время как сила позволяет идти навстречу другому человеку, чтобы встретиться и проявиться рядом с ним, а не разрушать его».

2. Рамки, границы

«Второй критерий различия жестокости и агрессивности касается отношеня к рамкам (границам), в которых осуществляется действие, а именно к множеству социальных законов и правил,  регулирующих межличностные отношения. Жестокость всегда выходит за пределы правил, агрессивность может проявляться в уважении рамок».

3. Контакт

«Третий критерий связан с понятием контакта. В агрессивном действии присутствует осознание существования другого человека и возможной встречи, в то время, как насилие превращает другого человека в объект, который надо разрушить и, таким образом, она ведет к разрыву отношений».

Эта схема хорошо иллюстрирует разницу между агрессией и насилием. Очевидно, что это два разнонаправленных вектора, первый из которых ведет к контакту и установлению отношений, второй – к их разрушению.

В дополнение приведу слова Маргаретты Спаньоло Лобб из ее книги «Сейчас-ради-потом в психотерапии»о значимости злости в человеческом контакте:

«Агрессия выражает большую любовь к другим и желание отношений с ними, подобно тому, как ребенок разбирает игрушку на части, чтобы как следует изучить ее, или подобно тому, как Микеланджело с гневом бил молотком по колену скульптурного изображения Моисея, спрашивая его: «Почему ты не разговариваешь?». Невозможно полюбить другого, если прежде ты не можешь достичь его своей преобразующей любознательностью».

 

Эмоции, сопровождающие агрессию   







Часто агрессию ассоциируют с «негативными» эмоциями. Мы говорим, что не любим проявления агрессии, имея в виду, что нам не нравится, когда на нас раздражаются, злятся, гневаются. И здесь я хочу снова отделить агрессию от эмоций, которые принято называть негативными, убрав между ними знак равенства, поскольку агрессия не всегда сопровождается «негативными» чувствами, она также может быть проявлением интереса, любопытства, влечения.

В своей работе и жизни мне часто приходится реабилитировать чувства, особенно если они относятся к условно негативному спектру. Мы привыкли считать раздражение, злость, гнев негативными, хотя это такие же чувства, как и все остальные. Их не всегда приятно испытывать и при этом  они социально неодобряемы, табуированы, и могут находиться под запретом с самого детства.

«Хорошие детки — добрые и не злятся, не ругаются и не перечат старшим». Ребенок может получать такие послания от родителей прямо или косвенно, кроме того за проявление «негативных» чувств его могут стыдить, а стыд очень тяжело переносится. И тогда он вынужден не проявлять эти чувства, чтобы получать жизненно важную для него мамину любовь и расположение окружающих.

В последствии эти чувства могут быть подавлены или скрыты за какой-то приемлемой, удобной для окружающих маской, блокированы в теле, а спонтанное проявление движений, сопровождающих эти чувства может быть ограничено, вплоть до утраты полной их амплитуды. “Плохая” часть отчуждается, человек теряет, либо в значительной степени, усложняет себе доступ к ней. Но чувства не перестают появляться. Это больше похоже на хорошую мину при плохой игре, и, как следствие, доставляет немало неудобств по жизни.

Отчуждение собственных “негативных” частей  приводит к неконгруэнтному поведению, нарушению целостности и препятствует контакту. Это лишает человека возможности отстаивать свои интересы и элементарно говорить «нет».

Более того, подавление условно негативных чувств тянет за собой и подавление позитивных. Удерживание чувств отнимает огромное количество жизненной энергии и человек в итоге чувствует себя потухшим, истощенным, безрадостным. Кроме того, подавление сильных аффектов может приводить к появлению и развитию серьезных психосоматических заболеваний.

Если «негативные» чувства нам не нужны и мешают, тогда почему природа создала такие чувства?

Было бы так здорово, если бы все вокруг были добрыми, нежными, ласковыми и никогда не злились, тогда совершенно точно мир бы наполнился любовью, в нем не было бы конфликтов, а люди перманентно испытывали радость и счастье.

Отсутствие подобной картины разумно объяснить несовершенством нашего мира.

И, тем не менее, чувства несут очень важную для нас сигнальную функцию,  это наши помощники, даже если они для нас неприятны. Они помогают нам лучше понимать себя, свои потребности,  ситуации, в которых мы оказываемся, а  также действия, которые необходимо в этих ситуациях предпринимать. Например, нас не приведет в восторг ситуация, в которой на нас нападают или бьют. Точно также мы злимся, когда нам навязывают то, чего мы не хотим, когда нами манипулируют, когда нарушают наши границы.  

Защищая «негативные» чувства, я не оправдываю неконтролируемые вспышки ярости и не призываю импульсивно обрушивать весь свой гнев на первого, кто попался под руку.

Примеры такого поведения можно часто видеть на улице, когда вы случайно кого-то задеваете и получаете в ответ сильную и неадекватную реакцию, как будто именно вы виноваты во всех бедах этого человека. Это происходит из-за того, что невыраженная вовремя и по соответствующему адресу злость, накапливается. В этом случае человек зол или обижен на весь мир, а “прилетает” все это великолепие без вины виноватому.

Еще один пример – «праведный» гнев, за которым человек теряет свою природу и готов разрушать все вокруг. Гнев, вот уже много тысяч лет используемый для организации масштабных кровопролитий, обоснованных религиозной, этнической или иной  идеей, сформулированной Дж. Оруэллом в книге “Скотный двор”: «Все животные равны, но некоторые из них равнее».

И не важно цвет это кожи, форма черепа или отличное от нашего вероисповедание. Это манипуляция неосознаваемыми, животными частями нашей психики. Да, в нас действительно сохранены архаичные структуры мозга, подобные тем, что есть у животных, но это не значит, что мы зверушки, которые могут лишь рефлекторно  реагировать на внешний раздражитель. Мы наделены сознанием, а значит  возможностью осознавания и регулирования наших чувств, и способностью нести ответственность за совершаемые действия.

Другая крайность —  популярная сейчас позиция абсолютной невозмутимости и спокойствия, которая транслируется традиционными, по большей части восточными, духовными практиками и учениями.  Они утверждают, что испытывать гнев “плохо”, деструктивно, и что лучше мыслить позитивно. Здесь речь идет о высоком уровне осознанности, когда человек может выбирать чувства до момента вовлечения в их переживание. Но вырванная из контекста и неверная трактовка этого послания может приводить к вытеснению гнева.

 

Осознавание и проявление чувств



  • 134
  • 19/09/2016


Поделись



Подпишись



Смотрите также

Новое