Папа, защити меня…

Поделиться



Папа, помоги мне почувствовать себя ценной!

 

 

Работа с отцовскими темами на терапевтической группе – испытание не для слабонервных.

Всякий раз, собирая отцовскую группу, я готовлюсь к худшему: на какие мины придется наступить? Какие фонтаны боли выльются наружу? Какие старые раны вскроются?



Все отцовские темы известны: 
защита, признание – ценности, достижений, признание прав, достоинства, женственности/мужественности.
И, увы, редкий человек избежал травмы,
Редкий человек обошелся без душевных повреждений разной степени тяжести…

Папа, признай меня!

Есть такой вид непризнания…
Есть такой вид не-признания, который не оставляет тебе места для жизни.

Нет, физически ты живешь, но тебя все равно нет. Нет тебя как человека.
И прав у тебя тоже нет.
Нет права заявлять о себе. Нет права предъявлять себя, нет права хотеть.
Нет права, когда ты не признан сыном или дочерью.

…Это очень глубокая рана. Очень тяжелая рана. Ее наносит отец, когда говорит: «Ты не мой сын. Ты не моя дочь».

С такой раной ты становишься вечным скитальцем в поиске признания,  ты пытаешься его заработать, заслужить… 

Тебе важно заслужить, ибо только когда тебя признают, ты будешь. Только тогда ты получишь право дышать… ходить по земле. Будешь иметь право.
Ты выворачиваешься наизнанку, или же становишься незаметным… Все тщетно.

Ты между молотом и наковальней; получаешь только то, что больше всего боишься… 
Кто-то другой, кто признан, будет обласкан вниманием и поддержкой, но не ты сам. 
Как ни старайся.



Папа, защити меня!

Не так важно, присутствует ли отец физически, или же его нет;
Важней всего наличие его намерения встать на твою защиту. Важней всего то, допускает ли он, что ты можешь нуждаться в нем, и, допуская это, твой отец поддерживает тебя.

Готов ли он лично пригрозить обидчикам, научит ли давать отпор, вмешается ли в случае семейных разборок, где тебя запутывают в паутине вины или долга, или же просто,приняв твой страх, поможет найти выход, подбодрит…

Пока ты мал, беспомощен и слаб, ты нуждаешься в отце, который сильнее тебя. Сильный, справедливый отец  подарит тебе пожизненное право на защиту себя.

Если же этого не случилось, ты не был защищен, ты обречен бояться — тех, кто напоминает тебе больших или сильных, взрослых или даже детей. Ты будешь бояться тех же, кого боялся в детстве. 

Папа, поговори со мной!

«Мой отец всегда молчал; как будто его не было. 
Всем в семье рулила и заправляла мать, она обладала настоящей властью в семье; отец был гибридом свадебного генерала и тени отца Гамлета, до него невозможно было достучаться. 

Наверное, будучи ребенком, я очень страдала, находя отца в вечной эмоциональной коме, но потом привыкла…
Я потеряла его, никогда не имев; только теперь я понимаю, какую боль мне это причиняло. 
Вероятно, потому именно с эмоционально открытыми людьми я чувствую себя в безопасности, но в тех отношениях, которые создаю сама, я очень закрыта, недоступна.  Я снова страдаю от отсутствия связи».

Отсутствующий отец – это вечно ноющая ссадина в душе;

В будущем, когда ты сам будешь создавать отношения, ты будешь попеременно 
Страдать от «отсутствия», отдаления партнера или же
Сам будешь становиться таким избегающим, отдаляющимся «отцом».
Ты будешь играть эти роли попеременно, и будешь в бессилии наблюдать, 
как твои собственные отношения тают, истончаются от недостатка близости, доверия, тепла. 

Папа, возьми ответственность!

«Папа оставил нас с мамой и ушел»; «Папа пил»; «Папа врал, не сдержал ни одного слова»….

Когда отец – маленький ребенок, то кто-то должен стать взрослым. Этим взрослым становится сын или дочь; они приучаются брать на себя ответственность, заботясь о таком папе,  или же маме и папе,  или же маме, папе и еще братьях и сестрах.

Жизнь превращается в служение, которого невозможно избежать, одиночество, эмоциональный голод и тоска загоняются поглубже, а навыки серьезного, ответственного…. гипер-ответственного человека растут и крепнут.

«На выходе» мы имеем грустную, усталую, замороченную рабочую лошадь, Не имеющую никакой собственной ценности кроме как пахать и вкалывать. Эта лошадь уважает себя (и других) только за те же способности, она одновременно ждет, что ее освободят, и не верит в то, что освобождение возможно.

….Все они ждут.
Все ждут, что это произойдет, что кто-то додаст, вернет, ответит, кто-то защитит, признает, сделает жизнь интересной.


Люди заперты в клетках своего прошлого, их память не оставляет им шанса на спасение.
Ибо его не было, они так и остаются Жертвами. Жертвы живут в клетках, страдают, и не знают, как выйти.

Они тратят все силы на то, чтобы убедить себя, что в клетке хорошо (уходят в фантазии и рационализации) или изо всех сил уважают себя за свою гипер-ответственность, тайно или явно отвергая сибаритов; они запрещают себе хотеть оттуда выйти, подавляя свои личные «хочу»….

Они жаждут, чтоб их освободили родители, в данном случае – отец,  который, повзрослев, примет на себя ответственность – за свои чувства, свои действия, свою жизнь.

И, повзрослев, скажет: 
«Прости, я сам не справился со своей жизнью… 
Ты не виноват. 
Имеешь право… живи, как сочтешь нужным.»

Все пленники ждут этого освобождения. Даже от тех, кого уже нет в живых.

Сценарии сложились давно, и работают безотказно. 
Пленники сами не готовы освободить себя.

Они ждут…
Папа, будь сильным, и тогда я смогу стать слабой, твоим ребенком
Папа, возьми ответственность за маму, и тогда я смогу жить своей жизнью, отдельно от нее
Папа, я хочу гордиться тобой, уважать тебя
Папа, помоги мне почувствовать себя ценной
Папа, защити меня…
опубликовано 

Автор: Вероника Хлебова

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание- мы вместе изменяем мир! © 

Источник: veronikahlebova.livejournal.com/22798.html

Михаил Жванецкий: Письмо сыну

Поделиться



Когда у тебя будет сын, постарайся быть осторожным. Боюсь, что ты не сможешь, но они всегда другие. Я и ты, ты и он. Ты не сумеешь им руководить. Первый человек, который от тебя полностью зависит, а ты не сумеешь им руководить. В этом, наверное заложено разнообразие людей.

«Вкладываешь в него жизнь и с удивлением видишь, что у него своя. Вкалывал человек, вкалывал, а тот вырос и не хочет жить под мышкой. Ужас! Просит денег на то, что мне не нравится, тратит здоровье на то, что ему вредно. Разве я не прав? Разве он не прав? Все вырастают, отходят и оставляют самых преданных на перроне. Остается прижать к окну вагона свое расплющенное лицо: „Ну, звони хотя бы, сынок…“





Когда у тебя будет сын, постарайся быть осторожным. Боюсь, что ты не сможешь, но они всегда другие. Я и ты, ты и он. Ты не сумеешь им руководить. Первый человек, который от тебя полностью зависит, а ты не сумеешь им руководить. В этом, наверное заложено разнообразие людей. С этим невозможно жить. Хочется наказать, заставить. Заставить можно, но лучше, если он, как ты у меня, найдет свою дорогу. Но основные знания: грамматику, математику, поведение среди людей, он обязан суметь сформулировать. Во-первых, чего он хочет от них, и что он может дать им взамен. Просто, чтобы либо потребовать, либо подчиниться.

Образование помогает терпеть унижения. Образование помогает переносить пытки. Образование вызывает уважение в тюрьме. Образование — это значит жить. Я не знаю, как это у них получается, но образованный человек живет намного дольше и лучше. Я не сказал бы богаче (кстати „богаче“ пишется без „т“, а в слове „лучше“ после „у“ идет „ч“). То есть, с удовольствием образованный живет. Богатый созерцает, что он получает, а образованный сравнивает то, что видит, с чем-то внутри себя и не нуждается в лишнем. Ему легче проникнуть и понять другого. Образованный понимает темного человека, темный не понимает образованного, сынок. Темный ни разу в жизни не скажет слово „опровержение“, или „трепетный“, или „волнующий“. Он даже не скажет простую фразу: „Я с трудом пережил Ваш отъезд, девушка“. Он, сынок, не оставит женщине воспоминаний. Запоминаются не поцелуи, сынок. Запоминаются слова. У темного человека неинтересное молчание. Образование – это не память (хотя это и память), это не цитирование прочитанного, это формулирование своего на базе прочитанного. Даже неточное цитирование – уже кое-что свое, но под другой фамилией.

В суматохе, сынок, нельзя терять мысль. Мыслей не так много. Шуток миллионы, мыслей — сотни, идей — десятки, законов, по которым ходят люди — единицы. Их знают все, все знают одну идею темного человека. От него ждут хотя-бы небольшого самообразования, хотя-бы впечатления от прочитанного, только не от кино. Кино не рождает в зрителе мысль. Книга же научит смыслу, силе воли, когда полистаешь кого-нибудь, или прочитаешь кого-нибудь.

Пусть твой сын будет образованным. И диплом тут ни при чем (кстати, он должен знать, что во фразе „ни при чем“ все слова пишутся отдельно).

Все, мама оставила нам обед на кухне, подогрей себе. Я вернусь поздно. Много вызовов и мало лифтов.

Пожми мне руку, я пошел.

Кстати, образованный счастлив в старости.»опубликовано 

 



 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: theageofhappiness.com/posts/mihail-zhvaneckiy-pismo-synu/82290i55b1c

Волшебная Сила Прикосновения

Поделиться



Если я — ваш малыш, пожалуйста, прикоснитесь ко мне. Мне нужна ваша ласка, такая, какой, возможно, я никогда не ведал. Не довольствуйтесь лишь купанием, сменой пелёнок и кормлением. Не запаковывайте меня туго, целуйте мое личико и дарите ласку моему телу.

Ваше нежное поглаживание, такое уютное, передает мне уверенность и любовь.

Если я — ваш ребенок, пожалуйста, прикоснитесь ко мне. Хоть я сопротивляюсь и даже отталкиваю, настаивайте, найдите способ утолить мою жажду. Ваши объятия на ночь подсластят мои сны. Ваша дневная нежность говорит мне о том, что Вы истинно чувствуете.





Если я — подросток, пожалуйста, прикоснитесь ко мне. Не думайте, что раз я почти взрослый, стало быть, мне не нужно знать, что я вам всё ещё небезразличен. Я тоскую по вашим заботливым рукам, мне нужен ваш нежный голос. Когда мне трудно в жизни, ребенку во мне снова необходимо внимание.

Если я — ваш друг, пожалуйста, прикоснитесь ко мне. Ничто так не скажет мне о том, что я важен для вас, как наполненное чувством объятие. Когда я подавлен, всего один нежный жест уверит меня в том, что я любим, И подтвердит, что я не один. Возможно, ваше уютное объятие — единственное, что я получу.

Если я — ваш возлюбленный, пожалуйста, прикоснитесь ко мне. Возможно, Вы думаете, что достаточно и вашей страсти, но только ваши руки успокоят мои страхи. Мне нужно ваше прикосновение, мягкое и уютное, чтобы напомнить мне, что это я любим просто потому, что я — это я.





Если я — ваш взрослый сын, пожалуйста, прикоснитесь ко мне. Возможно, вдали у меня есть целая собственная семья, которая меня обнимет, но мне все еще нужны руки мамы и папы, когда мне от чего-то больно. Будучи сам отцом, я уже по-другому смотрю на вещи, и ценю вас ещё больше.

Если я — ваш престарелый отец, пожалуйста, прикоснитесь ко мне. Так, как меня касались, когда я был ещё маленьким. Возьмите меня за руку, сядьте рядом, приободрите меня. Согрейте мое усталое тело своей близостью. Моя кожа, хотя и покрыта морщинами, очень любит, когда её гладят. Не бойтесь. Просто прикоснитесь ко мне.

 

из книги Филлис К. Дэвис «Сила Прикосновения»

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: promum.com.ua/vospitanie/esli-ya-vash-malyish-pozhaluysta-prikosnites-ko-mne/

Женщина никогда не сможет дать сыну то, что сделает его настоящим мужчиной

Поделиться



Чтобы понять, откуда в сердце мужчины появляется рана, вы должны понять основную истину на пути превращения мальчика в мужчину: мужественность не приходит сама по себе, она даруется (или передается).

Мальчик узнает о том, кто он и на что способен  — от мужчины или группы мужчин. Он не может узнать об этом каким-то иным образом. Он не может узнать об этом от других мальчиков, не узнает он этого и в женском окружении.

Основание в сердце мальчика будет заложено его отцом и отец передаст ему это самое главное знание и уверенность в собственной силе.





Отец становится первым мужчиной в жизни мальчика и навсегда остается самым важным мужчиной в его жизни.

Мальчик приходит в этот мир благодаря своей маме, и она является центром его мироздания в первые месяцы и годы его жизни. Она кормит его грудью, воспитывает, защищает, она поет ему песни, читает книжки, ухаживает за ним, как говорится, «как наседка». Она очень часто дает ему имена, нежные имена типа «мой маленький ягненочек», или «мамина радость», или даже «мой маленький дружок».

 

Но мальчик не может возмужать с такими именами, не говоря уже об имени «сын моей скорби», и наступает время перемен, когда он начинает искать любви и внимания своего отца. Он хочет поиграть с ним в мяч, побороться с ним, провести вместе с ним время на природе или в его мастерской. Если отец работает вне дома, как большинство мужчин, его возвращение домой вечером становится для мальчика самым главным событием дня.





Женщина никогда не сможет дать сыну то, что сделает его настоящим мужчиной.

Он по-прежнему будет прибегать к маме за утешением (например, когда разобьет коленку), но он пойдет к отцу в поисках приключений, чтобы получить возможность проявить свою силу и, прежде всего, чтобы получить ответ на главный вопрос своей жизни. 

© Д.Элдридж, «Необузданное сердце»

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.facebook.com/Sattvamama/photos/a.1397496287158447.1073741827.1397124413862301/1875843062657098/?type=3&theater

Когда меня не станет: Лучшее послание отца своему сыну на всю жизнь

Поделиться



Очень трогательный рассказ Рафаэля Зохлера.

 

Смерть всегда неожиданна. Даже неизлечимо больные надеются, что они умрут не сегодня. Может быть через неделю. Но точно не сейчас и не сегодня.

Смерть моего отца была еще более неожиданной. Он ушел в возрасте 27 лет, как и несколько известных музыкантов из «Клуба 27». Он был молод, слишком молод. Мой отец не был ни музыкантом, ни известным человеком. Рак не выбирает своих жертв. Он ушел, когда мне было 8 лет — и я был уже достаточно взрослым, чтобы скучать по нему всю жизнь. Если бы он умер раньше, у меня не осталось бы воспоминаний об отце и я не чувствовал бы никакой боли, но тогда по сути у меня не было бы папы. И все-таки я помнил его, и потому у меня был отец.





Если бы был жив, он мог бы подбадривать меня шутками. Мог бы целовать меня в лоб, прежде чем я засыпал. Заставлял бы меня болеть за ту же футбольную команду, за которую болел он сам, и объяснял бы некоторые вещи куда лучше мамы.

Он никогда не говорил мне, что он скоро умрет. Даже когда он лежал на больничной кровати с трубками по всему телу, он не сказал ни слова. Мой отец строил планы на следующий год, хотя он знал, что его не будет рядом уже в следующем месяце. В следующем году мы поедем рыбачить, путешествовать, посетим места, в которых никогда не были. Следующий год будет удивительным. Вот о чем мы мечтали.

Думаю, он верил, что такое отношение притянет ко мне удачу. Строить планы на будущее было своеобразным способом сохранить надежду.

Он заставил меня улыбаться до самого конца. Он знал, что должно случиться, но ничего не говорил — он не хотел видеть моих слез.

Однажды моя мама неожиданно забрала меня из школы, и мы поехали в больницу. Врач сообщил грустную новость со всей деликатностью, на которую только был способен. Мама плакала, ведь у нее все еще оставалась крошечная надежда. Я был в шоке. Что это значит? Разве это не было очередной болезнью, которую врачи легко могут вылечить? Я чувствовал себя преданным. Я кричал от гнева, пока не понял, что отца уже нет рядом. И я тоже расплакался.

Тут кое-что произошло. С коробкой под мышкой ко мне подошла медсестра. Эта коробка была заполнена запечатанными конвертами с какими-то пометками вместо адреса. Затем медсестра вручила мне одно-единственное письмо из коробки.

«Твой отец попросил меня передать тебе эту коробку. Он провел целую неделю, пока писал их, и хотел бы, чтобы ты прочитал сейчас первое письмо. Будь сильным.»

На конверте была надпись «Когда меня не станет». Я открыл его.

Сын,

Если ты это читаешь, значит я мертв. Мне жаль. Я знал, что умру.

Я не хотел тебе говорить, что произойдет, я не хотел, чтобы ты плакал. Я так решил. Думаю, что человек, который собирается умереть, имеет право действовать немного эгоистичнее.

Мне еще многому нужно тебя научить. В конце концов, ты ни черта не знаешь. Так что я написал тебе эти письма. Не открывай их до нужного момента, хорошо? Это наша сделка.

Я люблю тебя. Позаботься о маме. Теперь ты мужчина в доме.

Люблю, папа.





Его корявое письмо, которое я едва мог разобрать, успокоило меня, заставило улыбнуться. Вот такую интересную вещь придумал мой отец.

Эта коробка стала самой важной в мире для меня. Я сказал маме, чтобы она не открывала ее. Письма были моими, и никто другой не мог их прочитать. Я выучил наизусть все названия конвертов, которые мне еще только предстояло открыть. Но потребовалось время, чтобы эти моменты настали. И я забыл о письмах.

Семь лет спустя, после того, как мы переехали на новое место, я понятия не имел, куда подевалась коробка. У меня просто вылетело из головы, где она может быть да и я не очень-то и искал ее. Пока не произошел один случай.

Мама так и не вышла снова замуж. Я не знаю почему, но мне хотелось бы верить, что мой отец был любовью всей ее жизни. В то время у нее был парень, который ничего не стоил. Я думал, что она унижает себя, встречаясь с ним. Он не уважал ее. Она заслужила кого-то намного лучше, чем парень, с которым она познакомилась в баре.

Я до сих пор помню пощечину, которую она отвесила мне после того, как я произнес слово «бар». Я признаю, что я это заслужил. Когда моя кожа все еще горела от пощечины, я вспомнил, коробку с письмами, а точнее конкретное письмо, которое называлось «Когда у вас с мамой произойдет самая грандиозная ссора».

Я обыскал свою спальню и нашел коробку внутри чемодана, лежащего в верхней части гардероба. Я посмотрел конверты, и понял, что забыл открыть конверт с надписью «Когда у тебя будет первый поцелуй». Я ненавидел себя за это и решил открыть его потом. В конце концов я нашел то, что искал.

Теперь извинись перед ней.

Я не знаю, почему вы поругались и я не знаю, кто прав. Но я знаю твою маму. Просто извинись, и это будет лучше всего.

Она твоя мать, она любит тебя больше, чем что-либо в этом мире. Знаешь ли ты, что она рожала естественным путем, потому что кто-то сказал ей, что так будет лучше для тебя? Ты когда-нибудь видел, как женщина рожает? Или тебе нужно еще большее доказательство любви?

Извинись. Она простит тебя.

Мой отец не был великим писателем, он был простым банковским клерком. Но его слова имели большое влияние на меня. Это были слова, которые несли большую мудрость, чем все вместе взятое за 15 лет моей жизни на то время.

Я бросился в комнату матери и открыл дверь. Я плакал, когда она повернулась, чтобы посмотреть мне в глаза. Помню, я шел к ней, держа письмо, которое написал мой отец. Она обняла меня, и мы оба стояли в тишине.

Мы помирились и немного поговорили о нем. Каким-то образом, я чувствовал, что он сидел рядом с нами. Я, моя мать и частичка моего отца, частичка, которую он оставил для нас на листке бумаги.

Прошло немного времени, прежде чем я прочитал конверт «Когда ты потеряешь девственность».

Поздравляю, сын.

Не волнуйся, со временем станет лучше. В первый раз всегда страшно. Мой первый раз произошел с некрасивой женщиной, которая к тому же была проституткой.

Мой самый большой страх, что ты спросишь маму, что такое девственность после того, как прочтешь это слово.

Мой отец следовал за мной через всю мою жизнь. Он был со мной, даже несмотря на то, что давно умер. Его слова сделали то, чего больше никто не мог совершить: они придавали мне сил, чтобы преодолеть бесчисленные сложности в моей жизни. Он всегда умел заставить меня улыбнуться, когда все вокруг выглядело мрачным, помогал очистить разум в моменты злости.

Письмо «Когда ты женишься» очень взволновало меня. Но не так сильно, как письмо «Когда ты станешь отцом».

Теперь ты поймешь, что такое настоящая любовь, сынок. Ты поймешь, как сильно любишь ее, но настоящая любовь — это то, что ты почувствуешь к этому маленькому созданию рядом с тобой. Я не знаю, мальчик это или девочка.

Самое болезненное письмо, которое я когда-либо читал, было также и самым коротким из тех, что отец написал мне. Уверен, в момент, когда он писал эти три слова, отец страдал так же, как и я. Потребовалось время, но в конце концов я должен был открыть конверт «Когда твоя мать умрет»

Она теперь моя.

Шутник! Это было единственное письмо, которое не вызвало улыбку на моем лице.

Я всегда сдерживал обещания и никогда не читал писем раньше времени. За исключением письма «Если ты поймешь, что ты гей». Это было одно из самых забавных писем.

Что я могу сказать? Рад, что я мертв.

Шутки в сторону, но на пороге смерти я понял, что мы заботимся слишком много о вещах, которые не имеют большого значения. Ты думаешь, это что-нибудь изменит, сынок?

Я всегда ждал следующего момента, следующего письма — еще одного урока, которому отец научит меня. Удивительно, чему 27-летний человек может научить 85-летнего старика, каким стал я.

Теперь, когда я лежу на больничной койке, с трубками в носу и в горле, благодаря этому проклятому раку, я вожу пальцами по выцветшей бумаге единственного письма, которое еще не успел открыть. Приговор «Когда придет твое время» едва читается на конверте.

Я не хочу открывать его. Я боюсь. Я не хочу верить, что мое время уже близко. Никто не верит, что однажды умрет.

Я делаю глубокий вдох, открывая конверт.

Привет, сынок. Я надеюсь, что ты уже старик.

Ты знаешь, это письмо я написал первым и оно далось мне легче всех. Это письмо, которое освободило меня от боли потерять тебя. Я думаю, что ум проясняется, когда ты так близок к концу. Легче говорить об этом.

Последние дни здесь я думал о своей жизни. Она была короткой, но очень счастливой. Я был твоим отцом и мужем твоей мамы. Чего еще я мог просить? Это дало мне душевное спокойствие. Теперь и ты сделай то же самое.

Мой совет для тебя: не бойся.опубликовано

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.adme.ru/zhizn-semya/kogda-menya-ne-stanet-luchshee-poslanie-otca-svoemu-synu-na-vsyu-zhizn-1022610/

Мне было нужно, чтобы меня любили...

Поделиться



Хочу высказаться о безусловной любви и принятии ребёнка. Точнее, о том, чем может оборачиваться отсутствие оных. Так вышло, что эти понятия стали ключевыми для меня. Казалось бы: всё просто и на поверхности. На практике же…

У меня стандартное российское окружение из жителей крупного города. И в этом моём окружении никто не понимает ни безусловной любви, ни принятия ребёнка. Нет, на словах – да, естественно, мы так и любим, а как иначе; на деле же стандартное “советское” воспитание, основанное на наказаниях и поощрениях, направленных на формирование “правильного” поведения.





©Magdalena Berny 

Я тоже выросла в такой системе воспитания. Меня любили, по словам моей бабушки, очень. Я до 8 лет была единственным ребёнком в семье. В условиях этой всеобъемлющей любви я была идеальным ребёнком: я не хулиганила, не истерила, была вежливой и воспитанной, никогда не ныла, чтобы со мной поиграли (со мной, впрочем, и не играли никогда), не досаждала неудобными вопросами, не имела своих проблем (не потому, что их не было, а потому, что не рассказывала). И слушалась, даже когда родных не было рядом. Меня было легко и удобно любить.

Из методов воздействия моя мама применяла, пожалуй, одно – игнорирование. Поведение, которое не устраивало моих родителей, влекло то, что со мной не разговаривали, как будто меня нет.

Они любили меня через моё поведение, я со своим внутренним миром была им не интересна, точнее, они бы даже не поняли, о чём это я: между ребёнком и его поведением был знак равенства. Да и в голову им элементарно не приходило, что можно любить как-то иначе.

Эта модель передавалась поколениями. Они получили идеального ребёнка, вся идеальность которого базировалась на том, что все усилия были направлены на одно – получение любви.

Только сейчас, будучи уже взрослой тридцатипятилетней тётенькой, я осознала, как “искалечила” меня эта любовь. Обычная, стандартная, обусловленная любовь.

В возрасте 7 лет, когда мама ждала мою сестру, я мечтала о том, что вот будет у меня сестра, я буду для неё самой главной. Она будет меня любить больше всех. Вот это “любить больше всех” преследовало меня долгие годы: я билась над тем, что родители не любят меня больше всех. Вопрос всей юности: почему вы любите сестру больше, чем меня? Ведь я, в отличие от неё, “спортсменка, комсомолка”, я идеальна, я вся как вы хотите! Отец отвечал честно и просто: я не такая, как они, а сестра похожа на них и им понятна.

Я не могла дружить, если я не была единственной подругой, даже свекровь меня должна была любить больше второй невестки. Что уж говорить о таких мелочах, как погоня за “любовью” начальства и коллег – зеркало всех их мнений.

Все аспекты жизни подчинялись одному – мне было нужно, чтобы меня любили. Всеми способами, от всех людей, я пыталась заполнить этот бочонок “любви и принятия”. Но не выходило.

Ведь, если у тебя в детстве не было велосипеда, ты вырос и купил себе Бентли, велосипеда у тебя всё равно не было…

Когда родилась моя старшая, и я посадила с ней маму, чтобы самой работать, я устраивала истерики от ревности, что вот, наконец, тот, кто должен меня любить больше всех, а она предпочитает с бабушкой за руку идти. В тридцать лет меня трясло, а я не понимала почему. Теперь понимаю.

Вот такая длинная предыстория.





©Monika Koclajda

Сейчас у меня две дочери. Сложная старшая, которую мне (па-ба-ба-бам!) тяжело принять и безусловно любить. Она не такая, как я. И это чувство вины и ужас, что я творю с ней то же, от чего страдаю сама. И все мои сложности с ней упираются именно в это – в трудность принятия.

И младшая… Я не знаю, как это описать… Любить её – это как дышать. Легко. Безусловно. В каждый момент. Всё её существо. Хоть спящую, хоть в истерике. И принимать её. Это так просто. Это наслаждение.

А всё почему? А потому, что младшая, в отличие от старшей, эмпатична. Она чувствует меня и моё настроение. Она ласкова и контактна. Она не гиперактивна. Она любит меня. Больше всех. И это очевидно. Она заполняет мой внутренний горшок. Я как вампир: присосалась к ней.

Я люблю её за то, что она любит меня. По-моему, так быть не должно.
И я хочу третьего, чтобы и к нему присосаться…

И ещё хотела сказать о последствиях наказания игнорированием. Буквально недавно поняла. Я человек спокойный. Но я взрываюсь мгновенно, яростно и плохо контролируемо. Когда? Когда меня не слышат. Моих просьб. Моих рамок. Моих указаний. Всё то, что в детстве при игнорировании забивалось внутрь, прорывается.

 

Также интересно: Что вы увидите, оглянувшись назад? 

 Уважение к ребенку

 

Этот текст из разряда психотерапевтических – высказаться. Может, уляжется что в голове, потому что становится боязно от того, как моё родительское поведение может аукнуться.опубликовано 

© Анастасия

 



Источник: alpha-parenting.ru/2017/01/19/hochu-vyiskazatsya-o-bezuslovnoy-lyubvi-i-prinyatii-rebyonka/

Психосоматика заболеваний поджелудочной железы

Поделиться



Поджелудочная железа по-латински звучит как pancreas. Pan — весь, creas — творец. «Весь в творца», «весь в отца» — так можно перевести слово «поджелудочная».

Психосоматика поджелудочной железы очень тесно связана с темой отцовства, признания отцом ребенка, наследством.





Помню, в первый раз столкнулась с психосоматическим случаем панкреатита в разговоре со знакомым, интересующимся психосоматикой. Он пожаловался на периодически боли, которые указывали на приступы панкреатита.

В русле обсуждения я сказала: «Говорят, у лошадей встречается рак поджелудочной, если с целью добавить им породистости в родословной, им меняют документы, где указывают не родного отца».

— А у меня тоже не фамилия родного отца, — ответил собеседник. — У меня фамилия отчима, и я от этого страдаю. (Страдание — ключевая фраза в поиске причины заболевания).

Если ребенка отдали на усыновление, если его не признал родной отец, все это может явиться источником сильных переживаний и привести к болям в поджелудочной, хроническому панкреатиту и даже раку поджелудочной.

Переживания матери о незаконорожденности ребенка также могут привести к тому, что впоследствии он может иметь проблемы с поджелудочной.

Провал в получении наследства — тоже одна из причин пакреатита. Пока человек борется за наследство, клетки поджелудочной (которые происходят из эндодермы) увеличиваются в количестве. После разрешения конфликта начинаются воспалительные процессы — панкреатит.



Поджелудочная железа является экзокринной железой. Она вырабатывает ферменты, с помощью которой переваривается пища.

В каком случае организму необходимо выработать больше ферментов (для этого увеличивается количество клеток паренхимы поджелудочной вплоть до рака)?

Если необходимо большое количество ферментов для переваривания. Такая необходимость может возникнуть, если в организм доставляется мало пищи, и нужно, чтобы ни один кусочек не пропал даром. Все нужно переварить.

Когда человеку остро чего-то не хватает, когда он боится недостатка в еде, крове, денег. Или же когда у него все это есть, но сам характер у человека таков, что ему все мало, тогда поджелудочная начинает работать гораздо интенсивнее и увеличивать свои размеры.

После разрешения конфликта недостатка чего-либо начинается панкреатит.

Рак поджелудочной железы означает, что человек находится в активной фазе конфликта. Он в процессе борьбы за наследство, за признание себя родственниками, за то, что ему кажется, очень нужно в настоящий момент.

 



Подсознательная программа: Как люди создают себе болезни

Берт Хеллингер: Техника избавления от ВСЕХ болезней!

 

Психотерапия:

1. Трансформация убеждений о несамодостаточности в случае непризнания собственным отцом.

2. Переход на умеренность в борьбе за вожделенное наследство/имущество/признание и т.д.

3. Работа со страхами голода, холода и так далее (чуть реже, но встречаются).опубликовано 

 

Автор: Елена Гуськова

 



Источник: elenaguskova.ru/psihosomatika-podzheludochnaya-zheleza/

8 Сокровенных Мужских Травм

Поделиться



Совсем недавно, имея в своей психотерапевтической практике большинство клиентов мужчин, я все чаще стала задумываться о том, как все-таки сложно быть современным мужчиной в нашем обществе.

Ведь мужчине с пеленок предъявляются нечеловеческие требования о том, что он должен быть сильным, не должен плакать, обязан заботиться о своей семье, обеспечивая материальный достаток. При этом проявлять свои эмоции считается непростительной слабостью.

«Настоящий» мужчина должен соответствовать определенным ожиданиям, конкурировать с другими мужчинами, исполнять различные социальные роли. Не допускается, что он имеет право заниматься внутренним поиском и прислушиваться к зову собственной души.





Отсутствие достойного реального образца маскулинности, ритуалов инициации, а также воздействие негативного материнского комплекса приводят к тому, что мужчине практически невозможно почувствовать себя зрелым человеком, способным доверять себе и любить себя, строить и поддерживать честные и доверительные отношения с окружающими.

В современном мире мужчины растут под гнетом Образа Мужчины – недосягаемого идеала, Бога Сатурна, который, по древней легенде, пожирал своих детей, несших угрозу его власти. На эту тему известным юнгианским психоаналитиком Джеймсом Холлисом была написана замечательная книга «Под тенью Сатурна», почерпнутыми мыслями из которой я хочу поделиться в этой статье.

Целью статьи является обзор распространенных в книге эмоциональных мужских травм, их происхождение и способы исцеления в рамках психодинамической терапии.

 

«Жизнь мужчины, как и жизнь женщины, во многом определяется ограничениями, заложенными в ролевых ожиданиях».

Общество распределяет социальные роли между мужчинами и женщинами, не учитывая истинные индивидуальные потребности каждой отдельной души, обезличивая и лишая естественной уникальности каждую отдельную личность. Каким бы ни был первоначальный запрос клиента в кабинете психотерапевта, истинной скрытой причиной обращения к психологу является негласный протест против избитых установок для мужчин:

  • «Не проявляй эмоций»
  • «Умирай раньше женщин»
  • «Никому не верь»,
  • «Будь в потоке» и т.д.
 

Современный среднестатистический мужчина не может даже допустить мысль о том, чтобы обнажить душу, показав свою ранимость и страхи в присутствии других мужчин, в лучшем случае, и это уже большая победа, он идет к психотерапевту, чтобы разобраться в своей неудовлетворенности жизнью.

 

«Жизнь мужчины в существенной мере управляется страхом».

Современным мужчинам с детства «вживляют чип» непризнания, неосознавания страха, установку, что мужская задача — подчинить природу и самих себя. Неосознанное ощущение страха гиперкомпенсируется во взаимоотношениях. Страх материнского комплекса компенсируется либо желанием во всем потакать, доставлять женщине удовольствие, либо чрезмерно властвовать над ней.

В отношениях с другими мужчинами приходится конкурировать; мир воспринимается как темный, бурный океан, от которого не знаешь что ожидать. С реализацией таких установок мужчина никогда не испытывает удовлетворения, потому что, пуская пыль в глаза окружающим, он все равно внутри ощущает страх маленького мальчика, попавшего в ненадежный и враждебный мир, в котором нужно скрывать свои истинные эмоции и постоянно играть роль непобедимого, дерзкого «мачо».

Это ощущение себя беззащитным напуганным мальчиком, тщательно скрываемое от других и от себя, теневая сторона личности или «тень» проецируется на окружающих или отыгрывается в социально неприемлемом поведении. Проявляется проекция в виде критики других, осуждения, высмеивания.

Компенсируя свой страх, мужчина хвастается дорогой машиной, высоким домом, статусной должностью, пытаясь внешней маскировкой скрыть свое внутреннее ощущение беспомощности и несостоятельности.

Так сказать, «свистеть в темноте» — значит вести себя так, как будто ты не ощущаешь страха. В психотерапии мы обозначаем, признаем «Тень» и интегрируем ее, укрепляя, таким образом, истинное «Я» клиента. Самой сложной частью психотерапевтической программы является признание клиентом своих страхов и истинных проблем. Ведь для мужчины признать свои страхи – это расписаться в своей мужской несостоятельности, это значит признать свое несоответствие образу мужчины, стать проигравшим, неспособным защитить свою семью. И этот страх страшнее смерти.

 

«Феминность в мужской психике обладает огромной властью».

Самыми первыми и самыми сильными для каждого человека являются переживания, связанные с матерью. Мама – это источник, из которого мы все берем начало. То как во время беременности, до рождения, мы погружены в тело матери, мы так же погружены в ее бессознательное и являемся его частью. Рождаясь, мы впервые отделяемся, сепарируемся физически от нее, но остаемся еще какое-то время (кто-то дольше, а кто-то так и не смог отделиться за всю жизнь) психически одним целым с ней. Но даже после отделения мы неосознанно пытаемся воссоединиться с мамой через Других – супругов, друзей, начальников, требуя от них безусловной материнской любви, внимания и заботы, посредством сублимации или проекции ее черт на других.

Мать – это первая защита от внешнего мира, это центр нашей вселенной, из которого, через наши взаимоотношения с ней, мы получаем информацию о своей жизненной силе, о своем праве на жизнь, что является фундаментом нашей личности.

В дальнейшем роль матери исполняют воспитатели, учителя, врачи, преподаватели. Большую часть информации о себе мужчины получают от женщин. И тот материнский комплекс, о котором шла речь ранее в этой статье, проявляется в потребности в тепле, комфорте, заботе, привязанностях к одному дому, работе. Ощущение мира развивается из первичного ощущения феминности, т.е. через нашу женскую часть. Если в самом начале жизни потребности ребенка в еде, эмоциональном тепле удовлетворены, он и в дальнейшем чувствует свое место в жизни и свою сопричастность ей.

Как однажды заметил З.Фрейд, ребенок, о котором заботилась мать, будет чувствовать себя непобедимым. Если же матери «не хватало», то в дальнейшем будет ощущаться оторванность от жизни, своя ненужность, ненасытность в удовлетворении потребности в радостях жизни, неосознавание своих истинных потребностей.

В психотерапии по методу символ-драма важным этапом является удовлетворение этих архаических, оральных потребностей. Наряду с вербальными техниками психотерапевт использует определенные образы для визуализации.

Но, избыточная, поглощающая личность материнская любовь может и искалечить жизнь ребенка. Многие женщины, пытаются реализовать свой жизненный потенциал через жизнь своих сыновей. Конечно, усилия таких матерей могут поднять мужчину на такие высоты успеха, на какие он сам вряд ли смог подняться. Многие личностные истории известных мужчин подтверждают это.





Но мы говорим здесь о внутреннем психическом состоянии мужчин, душевной гармонии и ощущении полноты жизни. И эта душевная гармония редко связана только лишь с социальным успехом.

В моей психологической практике есть много историй довольно богатых и социально успешных мужчин, которые, несмотря на внешнюю успешность, испытывают невыносимую скуку и апатию к жизни.

Для того, чтобы освободиться от материнского комплекса мужчине нужно покинуть комфортную зону, осознать свою зависимость, точнее зависимость своего внутреннего ребенка, от материнского суррогата (объекта на который он проецирует образ матери).

Найти свои ценности, определить свой жизненный путь, осознать свой детский гнев по отношению к жене, подруге, которая никогда не сможет соответствовать его инфантильным требованиям.

Как бы стыдно ни было, большинству мужчин необходимо признать и отделить свои отношения с матерью от реальных отношений с женщиной. Если этого не произойдет, то они и дальше будут отыгрывать свои старые, регрессивные сценарии в отношениях.

Прогресс, взросление требует, чтобы молодой человек пожертвовал своим комфортом, своим детством. Иначе, регрессия в детство будет сродни стремлению к самоуничтожению и бессознательному инцесту. Но именно страх перед болью, которую вызывает жизнь, определяет неосознанный выбор регрессии или психологической смерти.

«Ни один мужчина не сможет стать самим собой, пока не пройдет конфронтацию со своим материнским комплексом и не привнесет этот опыт во все последующие отношения. Только заглянув в пропасть, разверзшуюся под ногами, он сможет стать независимым и свободным от гнева»

— пишет Джеймс Холлис
в своей книге «Под тенью Сатурна»

В психотерапевтическом процессе, для меня является ярким маркером, когда мужчина все еще ненавидит мать или женщин. Я понимаю, что он по-прежнему ищет защиты или пытается избежать давления со стороны матери. Конечно, во многом процесс отделения зависит от уровня осознанности, характера собственных материнских психологических травм, которые определяют стратегии поведения и психическое наследие ребенка.

 

«Мужчины хранят молчание с целью подавить свои истинные эмоции».

У каждого мужчины есть в жизни история, когда он, будучи мальчиком, подростком, поделившись своими переживаниями со сверстниками, позже очень жалел об этом. Скорее всего, его осмеяли, начали дразнить, после чего он чувствовал стыд и одиночество. «Маменькин сынок», «сосунок», ну и масса других обидных слов для мальчика… Эти травмы никуда не деваются и остаются во взрослой жизни, независимо от существующих достижений. Тогда, в детстве, он принял одно из основных «мужских» правил – скрывай свои переживания и неудачи, молчи о них, не признавайся, бравируй, как бы плохо тебе ни было. Об этом никто не должен знать, иначе ты — не мужчина, иначе ты – тряпка.

И огромная часть его жизни, а возможно и вся, пройдет в доблестных сражениях против прошлых детских унижений в искаженной субъективной реальности. Как рыцарь, закованный в латы с опущенным забралом. Грустно.

Мужчина пытается подавить свою внутреннюю феминность, играя роль мачо, требуя от жены удовлетворения инфантильных потребностей в материнской заботе и внимании, одновременно подавляя женщину, устанавливая над ней контроль.

Человек подавляет то, чего боится. Не принимая свою женскую часть внутри себя, мужчина старается игнорировать свои эмоции в себе и подавить, унизить реальную женщину, которая находится рядом с ним.

Эта «патология» делает невозможным установление близких отношений в семье. В любых отношениях мужчина попадает в зависимость, там, где мало знает о себе. Он проецирует свою неизведанную часть психики на другого человека. Часто мужчина испытывает приступы ярости по отношению к женщине. Проявление ярости связано с избыточным влиянием матери, при «нехватке» отца. Гнев скапливается при нарушении личностного пространства ребенка, нарушении его границ в виде прямого физического насилия, либо чрезмерного влияния взрослого на жизнь ребенка. Возникшая психологическая травма может привести к социопатии. Такой мальчик, будучи взрослым, не сможет заботиться о близких. Его жизнь полная страха, заставит страдать любого, кто будет рядом и захочет построить с ним семью или доверительные отношения. Он не может выстрадать свою боль сам и заставляет страдать Другого. Это будет происходить до тех пор, пока мужчина не примет свою эмоциональную, женскую часть, избавится от материнского комплекса.

 

«Травма является необходимой, так как мужчины должны покинуть мать и психологически выйти за рамки материнского».

Переход от материнской зависимости к мужской сопричастности, отцовской природе сопровождается не только характерными физиологическими изменениями в теле мальчика, но и сильными психологическими встрясками, переживаниями, травмами. Психологические травмы способствуют интеграции инфантильного бессознательного материала личности.

Бессознательным инфантильным материалом мы называем безопасность и зависимость — жертву, которая необходима для перехода мальчика в мир мужчин. У разных народов были (у некоторых и есть) свои ритуалы членовредительства – обрезание, прокалывание ушей, выбивание зубов. В любых таких ритуалах присутствует повреждение материального (материя-мать). Старейшины племени, таким образом, лишают мальчика опоры, защиты, того, что может обезопасить, т.е. аспектов материнского мира. И это являлось проявлением величайшей любви к юноше.

Как трудно современным мужчинам без всякой помощи преодолеть этот великий переход!

«Ритуалы не сохранились, не осталось мудрых старейшин, отсутствует хотя бы какая-то модель перехода мужчины к состоянию зрелости. Поэтому большинство из мужчин остается при своих индивидуальных зависимостях, хвастливо демонстрируя свою сомнительную мачо-компенсацию, а гораздо чаще страдая в одиночестве от стыда и нерешительности»

Д.Холлис «Под тенью Сатурна»

Первой стадией преодоления материнского комплекса является физическое и позже психическое отделение от родителей. Раньше, способствующим этому отделению являлся ритуал похищения мальчика неизвестными ему старейшинами в масках. Лишая его уюта и тепла родительского очага, участники ритуала давали мальчику шанс стать взрослым.

Необходимым элементом второй стадии переходного ритуала была символическая смерть. Инсценировались захоронение, либо проход по темному туннелю. Мальчик преодолевал страх смерти, проживая символическую смерть детской зависимости. Но, несмотря на символическую смерть, новая взрослая жизнь только зарождалась.

Третья стадия – ритуал возрождения. Это Крещение, иногда присвоение нового имени и т.д.

Четвертая стадия – это стадия обучения. Т.е. приобретение знаний, которые требовались юноше, чтобы он мог вести себя как зрелый мужчина. Кроме того, ему сообщают о правах и обязанностях взрослого мужчины и члена сообщества.

На пятой стадии было суровое испытание – изоляция, проживание определенного времени, не слезая с коня, бои с сильным противником и т.д.

Заканчивается инициация возвращением, в этот период мальчик ощущает экзистенциальные перемены, в нем умирает одна сущность и рождается другая, зрелая, сильная. Если современного мужчину спросить ощущает ли он себя мужчиной, он вряд ли сможет ответить. Он знает свою социальную роль, но при этом, часто, понятия не имеет что значит быть мужчиной.





«Жизнь мужчины полна насилия, так как насилию подвергается их душа».

Неотреагированный гнев в отношениях с матерью в детстве, проявляется во взрослой жизни мужчины в виде раздражительности. Этот феномен называется «смещенным» гневом, который изливается при малейшей провокации, чаще бывает более мощным и не адекватным ситуации.

Отыгрывать свой гнев мужчина может поведением, нарушающим социальные нормы и правила, совершая сексуальное насилие. Насилие по отношению к женщине – следствие глубинной мужской травмы, связанной с материнским комплексом. Внутренний конфликт в виде страха перед травмой будет переноситься во внешнее окружение, и с целью самозащиты, он будет стараться скрыть свой страх путем доминирования над Другим. Мужчина, стремящийся к власти, это незрелый мальчик, одолеваемый внутренним страхом.

Другая стратегия поведения мужчины одолеваемого страхом — стремление к чрезмерному самопожертвованию ради того, чтобы доставить удовольствие женщине.

Современные мужчины редко говорят о своем гневе и ярости, не испытывая при этом стыда. Они часто выбирают молчать о своих чувствах, оставаясь в одиночестве.

И эта ярость, не высказанная и не проявленная во вне, направляется вовнутрь. Проявляется это в виде саморазрушения себя наркотиками, алкоголем, трудоголизмом. А так же в виде соматических заболеваний – гипертонии, язвы желудка, головных болей, астмы и др. Необходимо разорвать материнские узы, пережить травму, что приведет к дальнейшему личностному росту и качественному изменению жизни.

 

«Каждый мужчина тоскует по отцу и нуждается в общении со старейшинами своего сообщества».

«Дорогой отец,
Ты недавно спросил меня, почему я говорю, что боюсь Тебя. Как обычно, я ничего не смог Тебе ответить, отчасти именно из страха перед Тобой, отчасти потому, что для объяснения этого страха требуется слишком много подробностей, которые трудно было бы привести в разговоре. И если я сейчас пытаюсь ответить Тебе письменно, то ответ все равно будет очень неполным, потому что и теперь, когда я пишу, мне мешает страх перед Тобой и его последствия и потому что количество материала намного превосходит возможности моей памяти и моего рассудка».

Франц Кафка «Письмо отцу»

Так начинается известное произведение, и я знаю, что большинство современных мужчин именно в этом хотели бы признаться своим отцам.

Давно ушли в прошлое те времена, когда дело, ремесло, профессиональные секреты в семье передавались от отца к сыну. Связь отца с сыном разорвана. Теперь отец покидает свой дом и идет на работу, оставляя свою семью. Уставший, придя с работы, отец хочет только одного – чтобы его оставили в покое. Он не чувствует что может быть достойным примером для своего сына.

Конфликт между отцом и сыном в современном мире – обычное дело. Он передается из поколения в поколение. Трудно сегодня найти пример для подражания ни в церкви, ни в правительстве, нечему особенно учиться и у начальника. Мудрое наставничество, так необходимое для мужского взросления, практически отсутствует.

Поэтому, большинство мужчин испытывают жажду по отцу и скорбят о его утрате. Мужчине нужны не столько знания, сколько отцовская внутренняя сила, проявляющаяся в безусловном принятии сына, таким, какой он есть. Без «навешанных» своих ожиданий, неудовлетворенных амбиций.

Истинный мужской авторитет может проявиться вовне только из внутренней силы. Тем, кому не посчастливилось почувствовать свой внутренний авторитет вынужден всю жизнь уступать другим, считая их более достойными или компенсируя ощущение внутренней слабости социальным статусом. Не получив достаточно внимания отца, его позитивного наставничества мальчик старается это внимание заслужить. Затем он всю жизнь пытается заслужить внимание любого Другого, кто чуть выше его по статусу, либо богаче.

Молчание, невнимание отца расценивается мальчиком, как доказательство своей неполноценности (если бы я стал мужчиной, то заслужил бы его любовь). Раз я ее не заслужил, значит я так и не стал мужчиной.

«Ему нужен отцовский пример, помогающий понять, как существовать в этом мире, как работать, как избегать неприятностей, как строить правильные отношения с внутренней и внешней феминностью»

Д.Холлис «Под тенью Сатурна»

Для активизации собственной маскулинности ему необходима внешняя зрелая отцовская модель. Каждый сын должен видеть пример отца, который не скрывает своей эмоциональности, он ошибается, падает, признает свои ошибки, подымается, исправляет ошибки и идет дальше. Он не унижает своего сына словами: «не плачь, мужчины не плачут», «не будь маменькиным сынком» и т.д. Он признает свой страх, но учит с ним справляться, преодолевать свои слабости.

Отец должен научить сына, как жить во внешнем мире, оставаясь в ладу с самим собой.

Если отец отсутствует духовно или физически, происходит «перекос» в детско-родительском треугольнике и связь сына с матерью становится особенно сильной.

Какая бы хорошая не была бы мать, ей совершенно невозможно посвятить сына в то, о чем она не имеет ни малейшего представления.

Только отец, мудрый наставник может вытащить сына из материнского комплекса, иначе психологически, сын так и останется мальчиком, либо попадет в зависимость от компенсации, став «мачо», скрывающим преобладающую внутреннюю феминность.

В процессе психотерапии человек осознает свои страхи, уязвимость, тоску, агрессию, проходя, таким образом, через травму.

Если этого не происходит, человек продолжает искать своего «идеального» родителя среди псевдопророков, поп-звезд и т.д. поклоняясь и подражая им.

 

Также интересно: 9 признаков, которыми обладает только настоящий мужчина  

Мужчина, за которым хочется идти

 

«Если мужчины хотят исцелиться, им следует мобилизовать все свои внутренние ресурсы, восполнив то, что в свое время не получили извне».

Исцеление мужчины начинается в тот день, когда он становится честным с самим собой, отбрасывая стыд, он признает свои чувства. Тогда становится возможным восстановление фундамента его личности, освобождение от липкого серого страха, преследующего его душу. С этим практически невозможно справиться в одиночку, для исцеления нужно время. В терапии на это может уйти полгода, год, а может и больше. Но выздоровление возможно и вполне реально.опубликовано 

 

Автор: Щербакова Наталья

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.qui.help/blog/8-sokrovennyx-muzhskix-travm

НЕпрощенные родители

Поделиться



Каждый из нас может предъявить претензии своим родителям. Нас тоже критиковали. Нас не понимали. Наши родители могли быть с нами излишне жесткими. Или опекающими. Или назойливыми. Или равнодушными. Они были иногда невнимательными к нам, иногда — чересчур требовательными. Нас могли унижать. Кого-то — бить. Кем-то манипулировать. 

Я знаю, то ровное, доброжелательное, любящее отношение к ребенку, основанное на уважении его личности, на его безусловном принятии и безусловной любви, — исключение из правил, редкость. И тебе очень повезло, если ты воспитывался в такой семье, в таких отношениях. 

Но если все же тебя критиковали и отвергали и иногда не понимали — в тебе остались обиды и претензии к родителям. 



В нас, взрослых людях, хранятся целые залежи невысказанных родителям чувств, когда нас обижали, или отвергали, или не понимали. Потому что мы (как и наши дети сейчас!) далеко не всегда выражали (могли выразить!) свое чувство несогласия с родителями. И пока в нас живут эти невысказанные упреки, претензии, обиды — наши отношения с родителями нельзя назвать хорошими, «расчищенными». Между нами — залежи невысказанных чувств и эмоций, несказанных слов. И пока мы не освободим себя от этих претензий, не освободим себя от этих обид — наши родители не будут прощены нами. 

Но каждому родителю, чтобы стать хорошим родителем — нужно сначала простить своих родителей за все ошибки, которые они невольно сделали по отношению к нему. Потому что пока твои родители не прощены тобой — ты неминуемо, постоянно будешь обречен повторять те же их ошибки. И ты, который клятвенно говорил в детстве: «Когда я вырасту — я никогда не буду так относиться к своим детям» — будешь делать это именно таким образом. 

Твой непрощенный отец в тебе будет поднимать твою руку, чтобы ударить твоего ребенка. Твоя непрощенная мать будет заставлять тебя открывать рот и орать на твоего ребенка, так, как это делала она. Хочешь ты этого или нет — ноне прощенные нами родители действительно остаются в нас, в нас остается их агрессия или закрытость, их равнодушие или их навязчивость. И они начинают вылезать, проявляться в нас. И в этом нет ничего мистического. Я как бы не выпускаю из себя агрессию, накопленную по отношению к отцу — и она вылезает, выливается на моего собственного ребенка. 

Наши дети становятся жертвами наших былых отношений с родителями. Чтобы воспитывать ребенка «по-новому», чисто, светло — нужно самому стать чистым и светлым человеком, не обремененным обидами и претензиями, агрессией и непрощением. И освободиться от этого — просто. Как бы странно для тебя это ни звучало, но действительно — освободиться от обид и простить родителей гораздо проще, чем жить с постоянной болью в сердце, с ненавистью или с непринятием. Потому что освободиться — значит простить. А простить — значит понять. Понять, почему они это делали. Зачем они это делали. 

А они просто были такими, какими были. И воспитывали нас так, как умели. Как могли, будучи такими, какими они были. (Как делаем сейчас и мы.) И не наученные никем, не подготовленные никем к воспитанию ребенка — они неминуемо (как и мы сейчас), делали ошибки, чаще всего даже не замечая, что делают их. Мало того, наши родители еще меньше нас были научены воспитывать детей. Если ты делаешь ошибки в воспитании сейчас, во время, когда появилось огромное количество литературы о воспитании детей, когда есть программы на радио и на телевидении, посвященные воспитанию детей, есть тренинги, помогающие овладеть грамотным обращением с ребенком — то что могли знать наши родители, жившие во времена ограниченности и дефицита? Они были еще менее подготовлены, менее развиты. Поэтому и делали это так, как могли делать. 

И все, что они делали по отношению к тебе, они делали (как и ты сейчас!) — из самых лучших побуждений. Они делали это потому, что желали тебе добра, хотели сделать тебя хорошим человеком. И они свято верили — что именно этими методами и делаются по-настоящему хорошие люди! Мало того, само время, в которое жили наши родители, их родители — наши бабушки и дедушки, во многом определило их неумелость, поспешность, неграмотность воспитания. Поколения наших родителей, наших дедушек и бабушек выросли в стране, в которой всегда был нужен маленький, исполнительный человек, послушный, «как все». Никто не ставил задачи формирования яркой, сильной личности, отстаивающей свои взгляды и убеждения. Такой — какими нужно быть сейчас, в настоящее время. 

Поколения людей в нашей стране воспитывали послушных, удобных детей. Сама страна формировала послушных удобных людей, исполнителей, «винтиков», послушно поднимающих руки на голосовании и соглашающихся с политикой партии и правительства. На это работала целая система воспитания, начиная от детских и молодежных организаций, заканчивая семьей. Наши дедушки и бабушки, наши папы и мамы не знали, что мы, их дети и внуки, будем жить в другом строе, где нельзя быть маленьким и послушным, где нужно быть уверенным, сильным, активным, где нужно уметь стоять за себя, отстаивать свои позиции, достигать свои цели. Наши родители выполняли, хоть и неосознанно, социальный заказ социума, страны, в которой они жили. И мы, современные родители, до сих пор «заражены» этой целью, хотя не осознавали ее. 

Кроме того, поколения наших родителей и бабушек выросли во времена трудностей, лишений, ограничений, когда нужно было просто выживать, прокармливать семью и детей. Даже рамки жизни на одну зарплату с невозможностью дополнительного заработка — уже ужесточали их жизнь и ожесточали сердца. Наши родители, жившие в ситуации недостаточности, материальных ограничений, вынужденные, как говорится, в поте лица добывать хлеб свой — не успевали, не имели сил и возможностей заниматься нами, выражать нам любовь и поддержку в той степени, в которой мы нуждались в них. 



Мне хорошо запомнился один из участников тренинга, мужчина, с горечью рассказывавший о равнодушии, бесчувственности родителей. Они работали на заводе и, как все заводские, имели небольшой земельный надел. На нем сажали картошку, овощи — времена были трудные, дачные участки и такие вот наделы были необходимостью того времени. И с весны по осень каждый день после работы семья — родители и мальчик-школьник — встречались у проходной, чтобы вместе идти работать на этом участке. Всегда — в пять часов вечера. 

— Я ушел в армию, меня не было дома два года. Наконец, я вернулся, пришел домой, из дома позвонил маме на завод. 
— Мама. — радостно сказал я, — я вернулся! 
— Хорошо, — сказала она — Тогда в пять часов у проходной... 

Рассказывая об этом случае, мужчина не мог сдержать горечи: так встретить его после двухлетней разлуки! 

Да, наши родители действительно были иногда сухими, бесчувственными. Но какими они могли еще быть, озабоченные выживанием? Не дай Бог нам жить в такие трудные времена, когда «не до жиру — быть бы живу!» Можем ли мы осуждать их за это? И даже после времен бедности и лишений многие наши родители вынуждены были гнаться за материальным достатком (чтобы и нам создать более обеспеченную жизнь!) — и всегда ценой ограничения времени на общение, близость, понимание, так необходимые нам. И мы сами сейчас продолжаем гнаться за материальным достатком, находимся в постоянной гонке по жизни. И нам некогда — и нечего отдать, выразить нашим детям. Потому что сердца наши наполнены не любовью, а постоянной суетой, тревогами, сомнениями о завтрашнем дне, желанием больше заработать. Мы не далеко ушли от наших родителей. Так имеем ли мы право осуждать их? 

Наши родители были такими, какими были. Они были такими, как их воспитали. Наших родителей такими воспитали их родители, которых воспитали их родители, которых воспитали такими их родители. Можно дойти, как говорится, до пятого колена, хоть до предков-неандертальцев. Можно всех обвинять. Но зачем? 

Нет смысла кого-то обвинять. Есть смысл нам самим делать по-другому, «по-новому». Они не виноваты в том, что проявлялись так, как проявлялись. В этом скорее, их беда. Как можно их за это осуждать? Можно только пожалеть, что они были такими, какими были. Что они прожили такие жизни, какие прожили. Что они и сейчас получают последствия своего воспитания. Можно только сочувствовать людям, которые прожили свои жизни не наполненными любовью. 

Обвинять родителей за то, что они так относились к тебе — все равно что обвинять их, что они говорили с тобой на том языке, на котором они с тобой говорили — на русском, украинском или казахском. Они говорили на нем, потому что сами родились в семье, где говорили на этом языке. И ты, родившись у этих родителей, — тоже начал говорить на нем и сейчас говоришь. И никто не виноват в этом. Просто ты попал в место, где говорили на таком языке. Но сейчас ты вырос и узнал, что есть еще другие языки. И ты можешь научиться говорить на этих языках, если начнешь учиться. 

И в воспитании то же самое. Язык критики, язык непринятия, на котором с тобой говорили твои родители, которому научили их родители, уже устарел. И ты можешь научиться другому языку. Языку любви. 

Но прежде надо взять на себя ответственность за те отношения, которые ты хочешь создать с твоим ребенком. И не оправдываться тем, что тебя этому не научили, что твои родители тебе что-то не дали. Они дали то, что могли. Но ты сейчас, осознав все их и свои ошибки, можешь дать своим детям гораздо больше. 

Есть еще один способ простить наших родителей. Этот способ — почувствовать к ним благодарность. Наши родители совершили самый главный и замечательный по отношению к нам поступок — они дали нам жизнь. 

 

Также интересно: Несчастная дочь идеальной матери​  

Разница между счастливыми и несчастливыми мамами​

ОНИ ДАЛИ НАМ ЖИЗНЬ. 
ОНИ ВПУСТИЛИ НАС НА ЭТОТ СВЕТ. 
Только благодаря им мы живем сейчас и можем любить и радоваться, и рожать детей, и узнавать новое. Они открыли нам целый мир под названием ЖИЗНЬ. 

И этот их поступок — оправдывает, прощает им все последующие ошибки и прегрешения. Тем более что за всеми их поступками и прегрешениями не было злых умыслов. Они любили нас, как могли. И воспитывали, как умели. И очень старались воспитать нас хорошими. И у них это — получилось.опубликовано 

 

Из книги Маруси Светловой «Воспитание по-новому»

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: vk.com/a.s.neill?w=wall-23183549_6709

8 ОШИБОК жены моего папы

Поделиться



Вы вышли замуж за мужчину, у которого есть дети от первого брака? Или обдумываете, совершить ли такой шаг? Эта статья поможет вам избежать ошибок в отношениях с детьми мужа и «заглянуть» им в душу.    Будь я ребенком, отец которого женился на другой женщине, я бы сказала своей новой «маме» — мачехе, жене папы или кем она мне там приходится:   «Слушай, давай сразу договоримся: ты мне не МАТЬ! И ты никогда не займешь ее место! А то начинается: «сю-сю-масю», ты моя деточка, какая хорошенькая, дай я тебя поцелую» и т.д. Я – не Твоя деточка, ты – чужая мне. Мало того, в некоторых ситуациях я тебя ненавижу, потому что ты все равно разлучила моих родителей, даже если вы встретились после их развода. Но т.к. я люблю своего отца, мне придется с тобой общаться и проводить время вместе. Поэтому давай я расскажу тебе мои правила игры.  


 

1. Уважай меня. Любить – не обязательно.   Любят меня мама и папа. Я не жду от тебя никакой любви! Мне она не нужна! (по крайней мере, пока) А вот принимать меня, учитывать мои желания и интересы – будь добра. Прислушивайся к моему мнению, пожалуйста, а то эти родители считают, что только они имеют право на свое мнение. Можешь даже обрадоваться (только взаправду!), когда я приеду к вам в гости. Так, может быть, когда-нибудь, и я буду радоваться встрече с тобой.      2.  Не надо меня воспитывать!     У меня и так полно воспитателей! Кто ты мне такая, чтобы еще и ты свои правила навязывала!?    Лучше давай сходим на каток все вместе или в кино. Я так давно весело не проводила время с папой. Или приготовь что-нибудь вкусненькое – пирог с клубникой, например, и устроим чаепитие все вместе. Мои родители так никогда не делали, а я видела в кино, что это здорово – сидеть за столом всем вместе и разговаривать. Я тебе даже могу помочь клубнику порезать.

Или, знаешь, мне иногда такие рефераты сложные задают. Не могла бы ты мне помочь написать парочку? И с французским у меня проблемы – не даются мне эти дурацкие окончания! А когда мы с тобой (может быть!) подружимся, мы погуляем вдвоем по магазинам и купим классные кеды! А?

А то, что мне в тебе понравится (твои поступки, манеры, правила, как ты себя ведешь) – я и так возьму себе. Не зря же, наверно, отец тебя выбрал. Чем-то ты ему понравилась…      3. Не игнорируй меня, пожалуйста!     Мне больно, когда ты делаешь вид (или это на самом деле?), что тебе на меня плевать. Точнее, мне неприятно чувствовать твою враждебность. Конечно, ты мне тоже не нужна! И если бы не отец – «видела бы я тебя далеко»! Но когда я прихожу, ты можешь мне уделить хоть какое-то внимание? А не закрываться в комнате и красить там ногти?

У моей подруги тоже есть мачеха, и она вообще не пускает подругу в дом. Они с отцом встречаются или у подруги дома, или где-нибудь в городе. С одной стороны – хорошо, они не видятся. Но, с другой стороны, моя подруга чувствует себя выброшенной из жизни отца. 

Было бы классно, если бы ты когда-нибудь стала на мою сторону в споре с отцом. Или купила мне что-нибудь полезное. Вроде как я тебе небезразлична. И возьмите меня с собой в путешествие этим летом! Мне нужно твое участие в моей жизни. Кажется, что и отец бывает доволен, когда мы с тобой спокойно разговариваем. Мне хочется видеть его счастливым.     4. Вот только не надо обо мне так заботиться!     Господи, ну откуда у тебя столько желания меня опекать и заботиться? Ты, что, в «моя вторая мама» записалась? Думаешь, мне нужны твои жертвы? Кто тебя просит покупать все эти платьица, готовить 33 пирога к моему приезду, делать мне бесконечный чай с бутербродами, ходить за мной по пятам на прогулке, быть готовой в любую минуту выполнять мои прихоти, терпеть мои истерики? 

Думаешь, я это оценю? Или мой отец оценит? Через год мы будем думать, что так и должно быть, и если ты захочешь заняться чем-то своим, мы взбунтуемся. «Где наша исполнительница желаний? Где наша угодница? Как это она занята?! Такого не может быть!» 

Я приезжаю к отцу. Я хочу с ним проводить время. Я согласна, если ты будешь уделять мне внимание и отдавать свое время без ущерба для себя. Еще лучше, если тебе это будет в удовольствие. 

Например, погулять в парке или покататься на лыжах. Научить меня чистить картошку (хотя, зря я это говорю!), посмотреть кино. Так я смогу увидеть пример довольной жизнью женщины. Типа, семейное счастье бывает, и счастливые женщины тоже. 


  5. Не жди от меня благодарности!     Я тебя не просила выходить замуж за моего отца! Я не прошу тебя любить меня (хотя, было бы здорово). Я не прошу тебя бегать вокруг меня. Ты сама на все это подписалась, ты сама захотела быть с моим отцом. Так что, плати. 

Вообще-то, я еще ребенок. Я не понимаю, что ты делаешь что-то героическое. Мне кажется, все так и должно быть. Это для меня в порядке вещей, что ты обо мне заботишься, играешь со мной, уделяешь мне время и внимание. Поэтому лично у меня даже не возникает мысли благодарить тебя! 

Хочешь – давай и дари. Не хочешь – твое право. Конечно, ты можешь еще обо мне заботиться не ради меня самой, а ради того, чтобы оставаться с моим отцом. Что ж. Мне все равно. Только не делай тогда из себя героиню или жертву. Ты свое получаешь! 

Хотя, иногда я тебе признательна, когда ты делаешь для меня что-то, что нужно мне: домашку, там, помогаешь, покупаешь то, что я давно хотела, а родители не покупали. Еще я тебе благодарна, когда ты меня слышишь, когда стараешься понять меня, а не гнуть свою линию, как папа. 

Короче, не хочешь разочаровываться – не жди благодарности!      6. Секрет (Я тебе этого не говорила!): ставь меня иногда на место.     Расскажу тебе одну тайну. Это большой-большой секрет! Мне нужны твои правила. Мне нужны границы. Мне нужно знать, до какой черты я могу с тобой дойти. Ты для меня – чужой человек, ты не родитель, поэтому так здорово на тебе испытывать твои реакции, узнавать, какие эмоции вызовет мое поведение или мои слова.

Особенно прикольно, когда ты боишься, что о тебе подумают плохо или отец разозлится. И ты терпишь. И тогда мне хочется пойти еще дальше, чтобы узнать, насколько далеко ты вытерпишь. 

Поэтому я постоянно буду тебя испытывать. Иногда даже издеваться буду. Но если ты мне покажешь свои возможности, если установишь знак «СТОП», если сможешь объяснить и донести до меня, что дальше нельзя – я успокоюсь. Я, с одной стороны, хочу тебя испытать, а с другой (я даже не осознаю это) ищу твои границы. Потому что тогда я успокоюсь. Мне будет понятно, где край. Мне будет понятна твоя территория. Мне будет понятно, кто ты. 

И еще, узнавая твои границы, я смогу строить и свои. Я буду, по крайней мере, знать о них и на твоем примере уметь их строить. Наверно, когда-нибудь, когда я стану взрослой, я пойму, чему ты меня научила.     7. Не смей плохо говорить о моей маме!     Эта тема – табу. Или хорошо, или никак. Мало того, я буду тебя троллить и говорить: «А вот моя мама… А мама делает вот так… Я твое не ем, мне нравится как мама готовит. Мама красиво одевается, а ты – нет. А у мамы лучше…» Вот где ты будешь изворачиваться, как ящерица. 

Тебе придется справиться со своей ревностью, завистью и стремлением соперничать с моей мамой. Ведь все равно моя мама лучше! 

Но если ты примешь то, что моя мама – лучше тебя, если ты не будешь стараться занять ее место, а сможешь занять свое – посмотрим, что получится. Возможно, ты станешь для меня особенным человеком: старшей подругой, сестрой или не знаю еще кем-то. Второй мамой – не хочу. Бред какой-то! Но ты займешь свое место. И будешь особенной. Не такой, как моя мама. Просто другой.      8. Не дави на моего отца. И не ревнуй.     Cлушай, ну если ты будешь противиться моим встречам с отцом, ты просто лишишь меня отца! Ты сделаешь еще одного человека (меня) душевным калекой. Потому что быть брошенной отцом – это лишиться поддержки на всю свою жизнь, понимаешь?!
Человек, в жизни которого не было отца, не может поддержать себя, верить в себя, достигать чего-то в жизни, да и вообще, быть полноценным. 

Я не говорю о том, что он должен жить со мной или я с ним. Я говорю о том, что мне нужно, чтобы он участвовал в моей жизни не только деньгами. Мне нужно его внимание, любовь, его знания, его голос, объятия, чтобы он учил меня всему, чему только он знает сам, проводил со мной время. Мы даже можем видеться не в вашем доме, но не лишай меня его присутствия. 

Ему ведь тоже важно чтобы я была рядом. Важно понимать, что он не бросил своего ребенка, что он не гад, важно вложить частичку себя в свое дитя и не мучиться от чувства вины. Ты же хочешь, чтобы он был счастлив, правда? 

Или ты думаешь только о себе?! А, злая мачеха? Я шучу. Наверно, у тебя есть свои заморочки, и, может быть, ты ревнуешь меня к отцу. Но ты это брось! Я же его дочь, а не женщина. Не путай! Может быть, ты соревнуешься со мной за его внимание, и тебе тоже его не хватает? Но ты же взрослая девочка, ты уже можешь сама себя поддержать, а я еще нет.    Иди лучше к психологу сходи, если не можешь справиться с ревностью или еще с чем-то. Все легче будет всем нам. И тебе в первую очередь.   Сможешь принять меня, а потом и я – тебя. И будет нам с тобой счастье!     Также интересно: Развод: помните, дети становятся заложниками этой войны!   Развод: до, во время и после     P.S. Наверняка, вы заметили, что слова девочки-подростка пронизаны двойственностью. С одной стороны, злость и ненависть к мачехе, с другой – ребенок хочет добрых отношений. В этом вся соль.
Задача женщины – переработать эту двойственность (и свою, кстати, тоже), чтобы интегрировать «плохие и хорошие» эмоции и потребности в общее поле отношений. Это не просто и долго. Когда пытаешься со всем этим справиться в одиночку, идешь по пути, как слепой котенок. Гораздо легче идти с путеводителем и фонариком в темное время суток.

Я говорю о том, что можно сохранить годы времени и своего здоровья, начиная или продолжая свой пусть с помощью специалиста. Помню, одна женщина пришла ко мне на консультацию, прожив 7 лет в смешанной браке. В конце нашей работы она сказала: «Господи, и чего же это я столько лет терпела! Насколько мне было бы легче, если бы я пришла к вам раньше. Сколько бы своего здоровья я сберегла!». опубликовано  

  Автор: Чумакова Олеся    Фото  © Lisa Visser   P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: yamacheha.ru/8oshibok