Вы — это то, что на вас влияет, а не то, чем вы обладаете

Поделиться



Рассматривая картину мира только в материальной плоскости, сложно объяснить, почему мы рождаемся в разных условиях.

В буддизме это объясняется посредством кармы, которую человек наработал в своих прошлых жизнях, и какие условия он создал в предыдущей жизни, такие и получил в нынешней жизни. Каждый верит в то, во что ему удобнее верить.

Все можно объяснить посредством таких процессов, имеющих определение в психологии, как интериоризация и интернализация, сознание и подсознание или бессознательное.





 

Интериоризация и интернализация (от лат. interior — внутренний) — формирование внутренних структур человеческой психики посредством освоения внешних структур, приобретения жизненного опыта, становления психических функций и развития в целом. Любое сложное действие, прежде чем стать достоянием разума, должно быть реализовано вовне. Благодаря интериоризации или интернализации объекты внешнего мира получают постоянное психическое представительство, посредством которого восприятия превращаются в образы, формирующие наше психическое содержимое и структуру.

Сознание — отражение действительности, выражающееся в способности человека отдавать себе отчет об окружающем, о настоящем и прошлом времени, принимать решения и в соответствии с ситуацией управлять своим поведением.

Подсознание — психические структуры и процессы, протекающих без отображения их в сознании и помимо сознательного управления. 

Из описания данной системы вытекает четкая последовательность причинно-следственных связей, и если многие люди науки говорят, что это только желаемое условие — то, что все возвращается, хоть это подтверждает их жизненный опыт, они предпочитают списывать это на случайности.

Мой жизненный опыт подтверждал это всегда, только подтверждение иногда приходило через большой промежуток времени. Повторяется все, что имеет эмоциональную окраску и важное для нас значение, какую бы оценку произошедшему мы не дали, положительную или отрицательную.

Даже исходя из научного подхода, материальная картина мира, на мой взгляд, получилась волшебной. Почему мы имеем то что имеем, а объяснить это не можем, ответ будем искать в сокрытом от сознания, в подсознании.





Что делать тем, у кого не сформировалось базовое доверие к миру? Многих мир пугает. Таким людям сложно начать что-то новое, им сложно взаимодействовать с другими людьми. Они часто находятся в напряженном состоянии, в ожидании, что ни за что, ни про что получат по голове и, как правило, обычно получают.

Рассматривая ситуации на примере символа Инь-Ян, темная и светлая стороны которого имеют точки, напомню, что белой точкой на темном фоне является сознание, посредством которого мы воспринимаем внешний мир, вся темная сторона является подсознанием, что содержит вытесненные болезненные воспоминания.

Сознание и подсознание или бессознательное, составляют нашу психику, наш внутренний мир. Негативные ситуации, являющиеся непонятными или болезненными для сознания, вытесняются в подсознание. Наше подсознание заполнено не переработанной и не усвоенной, информацией, которую сознание оценивает как болезненную и пытается спрятать.

Информация не осознается, но присутствует как пугающий напряженный фон или некая пелена, которая проявляется, при определенных условиях, схожих с начальными. С условиями, когда эта информация была нами получена. В этих самых условиях, подобных начальным, она начинает действовать как искажающая действительность призма в восприятии и как вирусная программа в поведении, а при достаточно длительном воздействии проявляется как психосоматическое заболевание. В таких ситуациях внешний мир воспринимается искаженно.

По внешней реакции мира на определенные действия можно выявить негативную информацию скрытую в подсознании, т. к. какой стимул, такая и реакция, как утверждали представители направления «бихевиоризм», отвергающие роль сознания и бессознательного как регулятора человеческого поведения. Но если ответная реакция на сознательный стимул не соответствует ожидаемой реакции, то это можно объяснить только наличием искажающей информации. Необихевиористы определили ее как промежуточные переменные, являющиеся нашим опытом, знанием, намерением и т.д.

В психологии это объясняется принципом детерминизма, который является одним из основных принципов научного познания, опираясь на которые наука способна адекватно теоретически объяснять свой предмет. Согласно этому принципу все явления взаимосвязаны и взаимообусловленны закономерным образом. С.Л. Рубинштейн сформулировал принцип детерминизма как:

«Эффект воздействия одного явления на другое зависит не только от характера самого воздействия, но и от природы того явления, на которое это воздействие оказано; иначе говоря: внешние причины действуют через систему внутренних условий».

То есть, действительность опосредовано преломляется через наше восприятие.

Что делать в случаях, когда есть искаженное восприятие реальности?

В первую очередь, необходимо осознать, что имеется искажающая информация, и она дает деструкцию в восприятии реальности. Не отмахиваться от этой информации, не прятать ее за позитивным мышлением, т. к. она естественно проявляется в негативной оценке мира. В момент проявления эта информация становится нашей сущностью. Исключая или игнорируя ее, эффект получается такой, что может возникнуть ощущение отрицания самого себя. Конечно же искажающая информация мешает, но на приемах многие люди защищают ее, прячут, охраняют, т. к. не хотят расставаться с частью своей самости. Эти механизмы лежащие в основе процессов сопротивления З. Фрейд называл механизмами психологической защиты.

Как бы человек не сжился и не сросся с мешающей ему информацией, она является деструктивной, искажающей реальность, и с ней надо работать, выявлять осознавая ее наличие и исправлять путем принятия всех ее аспектов. 

Важно не заменить плохие мысли хорошими, а осмыслить причины возникновения плохих мыслей. Позитивное мышление является следствием правильной работы сознания и процесса отражения действительности. Его можно использовать как инструмент для выявления деструктивных программ и искажающей действительность информации. Прятать от себя наличие вирусных программ или пытаться убедить себя в том, что все хорошо, надо только очень сильно стараться правильно мыслить — это сознательно загонять их в свое подсознание. Такое пренебрежительное отношение к подсознанию, оборачивается против нас. Подсознание взаимодействует с действительностью внешнего мира и как архитектор выстраивает данную матрицу реальности, реализуя все что сокрыто в его глубинах.

Фраза: «Вы ― это то, что на вас влияет, а не то, чем вы обладаете», ― очень точно отображает все происходящие в сознании и подсознании процессы. Можно сколько угодно нарабатывать навыки и оттачивать нужные привычки, но пока не осознана негативная информация, запрятанная в подсознании, она будет воздействовать на человека и управлять им.

Программы искажения заложенные в нас, в нашем внутреннем мире, в нашей душе, выстраивают внешний мир как матрицу. Позитивное мышление, визуализация желаемого - это всего лишь инструменты, которые для начала помогают выявлению негатива, заложенного в нас нами же, т. к. только мы воспринимаем, оцениваем и неадекватной оценкой закрепляем в своем внутреннем мире данную информацию. Как правило, она проявляется снова и снова, дает о себе знать через промежутки времени, возможно и в следующих поколениях, в поколениях наших детей и внуков она будет проявляться, пока не будет осознана и отработана информация лежащая в основе искажающей программы.

Обычно люди воспринимают подобное как какого-то рода проклятье, порчу или сглаз, но мы сами открыли путь этой негативной информации в наше подсознание, оценив ее как нежелательную для нас, пугающую, сами ее так восприняли и спрятали. Кого-либо обвинять в этом — тупиковый путь, который никак и ничем не поможет, а только усугубит положение. Приняв ответственность на себя за произошедшее и происходящее, можно исправить или удалить данную программу.

Как ни грустно звучит для многих, кто не имел соответствующих условий в детстве, но правильное воспитание в атмосфере любви, равенства, уважения и достоинства способствует успешности человека. Но этой данностью необходимо правильно пользоваться и приумножать. Кому многое дано с того и больший спрос. 

Если у вас было тяжелое детство и не сформировалось базовое доверие к миру, сложно взять ответственность на себя и обосновать себе в чем же ваша вина, то вина прежде всего в том, что вы нашли обвиняемого. Обвиняемым будет Внешний мир, и как следствие человек сам окажется в обвиняемых.

Наши миры равны, и как правило, все исходит изначально от нас, от нашего Внутреннего мира. Если идти с обвинением или претензией к миру, с вызовом, то это будет являться — как лучшая защита, это нападение. Внешний мир ответит тем же, с чем пришли, взаимодействуя с ним, то и получили.

Для начала надо понимать, что мы смотрим на мир через призму не совсем светлых детско-родительских отношений. Понимая, что в подсознании присутствует негативная информация, и наше отношение к миру есть отношение к самому себе, и мир, в свою очередь, ответит нам тем же, в итоге мы получим в двойне.

Эта работа механизма взаимодействия Внутреннего мира с Внешним миром, подмечена в житейской психологии, например — скупой платит дважды. Распространяется на все эмоционально заряженные процессы. Исходя из того, чем отвечает нам мир, можно определить, как мы относимся к миру и к себе.опубликовано

 

Автор: Екатерина Рогачева

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //www.b17.ru/article/75810/

Иосиф Бродский: Единственная правота — доброта

Поделиться



Едва ли можно назвать мировоззрение Иосифа Бродского оптимистичным, однако великий поэт, философ и провокатор хорошо знал, что со сложными ситуациями в жизни можно и нужно бороться.

Мы собрали отрывки из лекций, интервью и произведений писателя, которые помогут в трудный момент вернуться к свету.





 

1. Жить просто: надо только понимать, что есть люди, которые лучше тебя. Это очень облегчает жизнь.

2. Потерять независимость много хуже, чем потерять невинность.

3. Каким бы отвратительным ни было ваше положение, старайтесь не винить в этом внешние силы: историю, государство, начальство, расу, родителей, фазу луны, детство, несвоевременную высадку на горшок и т. д. В момент, когда вы возлагаете вину на что-то, вы подрываете собственную решимость что-нибудь изменить.

4. Мир, вероятно, спасти уже не удастся, но отдельного человека всегда можно.

5. Старайтесь не обращать внимания на тех, кто попытается сделать вашу жизнь несчастной. Таких будет много — как в официальной должности, так и самоназначенных. Терпите их, если вы не можете их избежать, но, как только вы избавитесь от них, забудьте о них немедленно.

6. Самая надежная защита против зла состоит в крайнем индивидуализме, оригинальности мышления, причудливости, даже — если хотите — эксцентричности. То есть в чем-то таком, что невозможно подделать, сыграть, имитировать; в том, что не под силу даже прожженному мошеннику.

7. Одиночество учит сути вещей, ибо суть их тоже одиночество.

8. В жизни, в поведении своем я всегда исходил из того: как получается — так и получается. Впоследствии — если грамматически такое время вообще существует — все, в общем, станет более или менее на свои места.

9. Люди вышли из того возраста, когда прав был сильный. Для этого на свете слишком много слабых. Единственная правота — доброта. От зла, от гнева, от ненависти — пусть именуемых праведными — никто не выигрывает. Условия существования слишком тяжелы, чтобы их еще усложнять.

10. Знаю по своему опыту, что чем меньше информации получает твой мозг, тем сильнее работает воображение.

11. Не будь дураком! Будь тем, чем другие не были.опубликовано

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.adme.ru/tvorchestvo-pisateli/11-sovetov-v-trudnuyu-minutu-ot-iosifa-brodskogo-969310/

Реальность квантовой странности

Поделиться



Вы действительно верите, что Луна существует лишь когда вы смотрите на неё?

 

Этот известный вопрос Альберта Эйнштейна аккумулирует в себе как суть продолжающихся уже сотню лет научных дебатов по поводу проблемы измерений, так и сущность самой природы волновой функции.
 





В фильме Акиры Куросавы «Расёмон» самурая убивают, но из фильма так и не понятно кто и почему? Различные вовлечённые в историю персонажи рассказывают свои версии этих событий, но все их свидетельства противоречат одно другому. И в результате вы остаётесь в сомнениях: Какая же из этих историй правда?

Но сам этот фильм заставляет вас задуматься также о другом, более глубоком вопросе:

«Существует ли вообще истинная история или вся наша вера в определённую, объективную, независящую от наблюдателя реальность является иллюзией?»

Опубликованная в журнале Nature Physics статья предоставляет новые экспериментальные данные, поддерживающие последний сценарий — о существовании «Расёмон-эффекта» не просто в наших описаниях природы, но и в самой природе.

За прошедшие сто лет, многочисленные эксперименты над элементарными частицами перевернули и поставили с ног на голову всю классическую парадигму причинной, детерминистской вселенной.

Возьмём, к примеру, так называемый эксперимент с двумя щелями. Мы стреляем пачкой элементарных частиц — скажем, электронов — в экран, способный регистрировать их удар. Но перед экраном мы помещаем частично проходимое препятствие: стену с двумя тонкими параллельными вертикальными щелями. Мы смотрим на результирующий рисунок электронов, появляющийся на экране. И что же мы видим?

Если бы электроны были подобны маленьким шарикам (во что заставляла верить нас классическая физика), тогда каждый из них проскакивал бы через одну из щелей, а мы при этом увидели бы на экране две отдельные полосы, каждая за своей щелью. Но на самом деле видим мы нечто совершенно другое: интерференционную картину, как если бы две волны сталкивались, создавая рябь на воде.

И что удивительно, то же самое происходит, если мы начинаем выстреливать электроны по очереди — что говорит о том, что каждый электрон неким образом действует подобно волне, интерферируя сам с собой, как если бы он проходил через обе щели одновременно.

То есть, электрон — это волна, не частица? Не спешите с выводами. Поскольку, когда мы помещаем у щелей приборы, которые «метят» электроны в соответствии с той щелью, через которую они проходят (что позволяет нам узнать их местонахождение), интерференционный паттерн исчезает. Вместо этого, мы видим на экране две классические полосы, как будто наши электроны, внезапно осознав, что за ними наблюдают, решили вести себя как приличные маленькие шарики.

Чтобы проверить эту их приверженность к тому, чтобы вести себя подобно частицам, мы можем метить их также при прохождении через щели — но после этого, используя другой прибор, стирать эти метки до того, как электроны ударятся об экран. Если мы делаем это, то электроны вновь возвращаются к своему волноподобному поведению, и интерференционный рисунок чудесным образом снова проявляется.

Нет конца различным практическим шуткам, которые мы можем разыгрывать с бедным электроном! Но с усталой улыбкой, он всегда при этом смеётся над нами в ответ. Электрон представляется нам странным гибридом волны и частицы, про который нельзя сказать ни что он здесь и там, ни что он здесь или там. Подобно хорошо подготовленному актёру, он играет ту роль, которую был призван исполнить. Как будто всем своим существованием он решил доказать нам верность известной максимы епископа Джорджа Беркли:«Быть — значит быть воспринимаемым».

Действительно ли природа настолько странная? Или это просто кажущаяся странность, являющаяся отражением нашего несовершенного знания о природе?

Ответ зависит от того, каким образом вы будете интерпретировать уравнения квантовой механики — математической теории, разработанной для описания взаимодействия элементарных частиц. Успешность этой теории не имеет себе равных. Её предсказания, какими бы «жуткими» они ни казались, всегда проверялись и подтверждались наблюдениями с поразительной точностью. Она стала также основой для замечательных технологических достижений. Так что это действительно мощный инструмент. Но является ли он также отражением картины реальности?

В этом смысле, одним из самых больших вопросов здесь является интерпретация так называемой волновой функции, описывающей состояние квантовой системы. Для отдельной частицы, такой как электрон, волновая функция даёт информацию о вероятностях наблюдения данной частицы в определённых местах, также как вероятностях результатов других измерений, которые вы можете проделать над данной частицей, например, измерения её импульса.

Соответствует ли непосредственно эта волновая функция некой объективной, независящей от наблюдателя физической реальности или может быть она просто представляет собой частичное знание наблюдателя об этой реальности?

Если волновая функция основана на знании, то вы можете дать оправдание странным квантовым феноменам, сказав, что подобные вещи лишь представляются нам таким странным образом, поскольку наше знание реального состояния дел является недостаточным.

Однако новая статья из журнала Nature Physics даёт убедительные доказательства того, что это не так. Выводы статьи основываются на результатах экспериментов, использовавших пучки специально подготовленных фотонов для проверки определённых статистических свойств квантовых измерений. Если объективная реальность вообще существует, то статья как раз наглядно демонстрирует, что волновая функция основывается всё-таки не на знании, а на реальности

То есть, выводы этого исследования подразумевают, что мы не просто слышим разные «истории» об электроне, лишь одна из которых истинная. Скорее, действительно существует одна истинная история, но она содержит в себе множество граней, кажущихся противоречащими друг другу, точно также как и в фильме «Расёмон». Так что, действительно мы не сможем уже вырваться из этой загадочной  — как некоторые скажут, мистической — природы квантового мира.

Но что всё это значит для нас (если действительно что-то значит) в отношении нашей собственной жизни? Мы должны быть здесь аккуратными в выводах, осознавая, что вся эта странность квантового мира не подразумевает напрямую наличия того же рода странности в мире нашего повседневного опыта. Причина в том, что как известно, вся эта туманная квантовая странность индивидуальных элементарных частиц быстро рассеивается в больших ансамблях частиц (феномен, который часто называют «декогеренцией»). Именно поэтому мы фактически и можем описывать объекты вокруг нас на языке классической физики.

Думаю, нам, скорее, стоит рассматривать все эти парадоксы квантовой физики в качестве метафоры, указывающей на неизвестные бесконечные возможности нашего собственного существования.

Очень уместно и элегантно эта идея выражена в Ведах:

«Каков атом, такова и вселенная; каков микрокосм, такой же и макрокосм; каково человеческое тело, такое и тело космическое; какова человеческая мысль, такова и мысль космическая».опубликовано

 

Автор: Edward Frenkel

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: larkin-donkey.livejournal.com/211489.html#cutid1

Татьяна Черниговская: Мир может оказаться галлюцинацией

Поделиться



В чем тайна мозга и сознания? Как работают озарение и «шестое чувство»? Почему из вундеркиндов не вырастают гении?

Об этом и многом другом в интервью рассказаланейролингвист и экспериментальный психолог, доктор физиологии и биологии, профессор, заведующая лабораторией когнитивных исследований Санкт-Петербургского государственного университета Татьяна Черниговская.

 — Татьяна Владимировна, вы много лет изучаете мозг. Много ли в нем загадок, до сих пор не поддающихся объяснению с точки зрения науки?

 — Деятельность мозга — одна сплошная загадка. Как он работает, на самом деле никто не знает. И вообще, что такое мозг? Иногда говорят, что это очень мощный компьютер. Но это неправда. Некая часть мозга, возможно, действительно работает как процессор. Но другая — иначе. То, что легко для мозга, трудно для компьютера, и наоборот. В компьютере для того, чтобы найти какую-нибудь информацию, вы должны дать системе точный адрес. Но в обычной жизни мы чаще всего имеем дело с неопределенной информацией. Как, скажем, с кулинарными рецептами — посолить по вкусу, потушить до готовности…





 — Тем более что у каждого свое представление о готовности…

 — Да, и вы не можете дать такую информацию компьютеру. А если дадите, то он ее просто не поймет. Или, предположим, вы вызываете по телефону такси, и водитель спрашивает: а как до вас доехать? Вы ему говорите: а вот вы проедете немножко, и там будет такой дом кривой, вы его объедете, дальше будут кусты, так вот вы в их сторону не поезжайте, а поверните чуть-чуть правее… Это все — информация нецифрового типа. Компьютер ее не воспримет. А водитель выслушает вас, сориентируется и доедет куда нужно.

Компьютер любит четкие определенные данные. Вы можете возразить: да, но потом будут другие, более совершенные компьютеры. Хорошо, вот когда будут — тогда и поговорим…

Как мозг умудряется, будучи таким невероятно сложным устройством, не сойти с ума — для меня загадка. И вообще, как это возможно — координировать работу, когда счет идет на квадриллион связей между разными частями такого устройства? Между тем оно работает вообще у всех, включая очень глупых.

Нам кажется, что мы знаем о мозге уже очень много. Лучшие университеты мира принимают участие в крупнейших мегапроектах с гигантским финансированием, и все ради познания мозга. Но самые главные вопросы в этой области остаются абсолютно нетронутыми.

Мне скажут, что через 10 лет у нас будет техника, которая покажет каждый нейрон. А на кой черт они мне сдались? Их в мозгу 120 миллиардов. Зачем мне информация о каждом из них, что я буду с ней делать? Хорошо, ну вот так повернем эти 120 миллиардов, а теперь эдак — дальше-то что? Это дает нам лишь знание о маленьких деталях. А нам нужно понять главное — откуда взялось сознание. Нам нужен другой ответ, и для его получения нет приборов…

 — Значит, нужен гений, который найдет решение?

 — Который, для начала, правильно поставит вопрос. Мы что хотим найти — конкретные адреса в мозгу? Узнать, где и какая информация там находится? Допустим. А зачем? Во-первых, там нет таких мест — это же не шкаф с ящиками, а сложная нейронная сеть, которая все время меняется и переформатируется. И информация о любом предмете, событии, впечатлении сейчас будет здесь, а потом уже там, потому что ассоциации, связанные с ней, уже другие. И каждая отдельно взятая ассоциация каждую минуту обрастает новыми, потому что в мозгу нет стабильности.

Я знаю, что мне ответили бы мои коллеги. Они бы сказали: будут такие суперкомпьютеры, которые еще не то сосчитают. Но это анекдот. Ну, сосчитают. А что потом? Мне же нужны не цифры, а смысл. А его как раз компьютер не дает. Мы идем искать сознание, не зная, что это такое, что именно мы должны найти. Даже если оно вдруг так милостиво предстанет перед нами, мы его просто не узнаем.

 — То есть человек мыслит, но не может понять, что собой представляет его собственное сознание?

 — Можно сказать, да. Ученые не могут договориться на эту тему. Одни говорят, что сознание — это просто реакция организма. Но тогда, извините, оно есть и у животного, птицы, рыбы, насекомого, инфузории — то есть у всех живых существ. И у цветка, который растет в горшке у вас дома, оно тоже есть — представляете? Или скажут, что сознание — это рефлексия, осмысление своих действий. Но в таком случае сознанием не обладает 90% населения Земли, потому что подавляющее большинство людей никогда не рефлексируют, а просто живут — как трава… Что же такое сознание? Ненахождение в коме, бодрствование? Вот вы можете сказать? Я — нет.

 — Науке известны случаи, когда человек выходил из длительной комы и помнил, что с ним происходило все это время…

 — В том-то и дело. То есть помнил то, что с ним было, когда он, по сути, был камнем… Что с этим предложите делать? Ведь это правда — таких свидетельств довольно много. Мы же не можем сделать вид, что их нет!

Есть такое понятие, как опыт или впечатление от первого лица. Это то, что не измеряется физическими приборами. Вот вы пьете чай, для вас он слишком сладок, а для меня, наоборот, недостаточно. Вам эта музыка нравится, а мне — нет. Тепло, вкусно, отвратительно, плохо, хорошо… Это вещи, которые нельзя зафиксировать научными методами. Если что-нибудь и фиксирует это, то, парадоксальным образом, не наука, а искусство…

Как говорила Цветаева, «читатель — соавтор». То есть одну и ту же книгу разные люди прочтут совершенно иначе. Если они, не дай бог, начнут ее пересказывать, то может показаться, будто они вообще читали разные произведения. Причем, не исключено, они оба поняли, что имел в виду автор, но сделали это разными способами.

Вопрос: где в данном случае содержится смысл — в книге? Точно не в ней. Потому что, как говорил Юрий Лотман (русский ученый, литературовед, историк, культуролог — ред.), тут происходит самовозрастание смыслов. После того, как книга написана, ее начинают читать разные люди. И все зависит от того, в каком веке это происходит, какого возраста читатели, какое образование и воспитание они получили, какие у них вкусы, политические взгляды и жизненный опыт… Так где содержатся смыслы? В голове читающего, смотрящего, слушающего, думающего — или в голове пишущего? Задумались? Вот то-то же.

 — На ваш взгляд, мысль может передаваться на расстоянии? Говорят, мать чувствует, что происходит с ее ребенком, даже если он далеко…

 — Я об этом знаю. Слишком много свидетельств о таких событиях, чтобы мы могли им не верить. Когда человек «включается», или его «включают» в некую незримую связь, то он начинает страшно волноваться, и у него бьется сердце — это зафиксировано приборами. И в то же время с его близким на другом конце Земли происходят какие-то чрезвычайные события… Это же как-то нужно объяснить. Можно было бы сказать, что все придумано. Так ведь нет! Много придумано, но есть и реальные факты.

С другой стороны, наука подразумевает проверяемость и повторяемость события, а проверить и повторить что-то подобное специально нельзя. Поэтому и нет статистики таких случаев. Это вещи, которые не поддаются нашим правилам игры. Что с ними делать, наука не знает.





 — Вы изучаете феномен озарения. Как работает эта способность? Известно, что озарение приходит неожиданно для самого человека, непонятно откуда, часто нелогично и необъяснимо…

 — Есть много разных типов логик. Когда мы говорим: «логично-нелогично», то имеем в виду аристотелевскую логику: А плюс В дает С, С плюс D дает Е и т. д. Что-то может быть нелогичным в рамках конкретно этой системы, но в рамках другой системы то же самое уже будет вполне логичным. Понимаете?

Да, озарение происходит внезапно. Но случается это, как правило, с теми людьми, которые уже долго думали о некой проблеме. Они и с одного бока к ней подбирались, и с другого — так не получалось, и этак тоже. Но мозг же продолжает работать, причем во сне нисколько не меньше, чем в состоянии бодрствования. То есть механизм крутится, крутится, и в какой-то момент раз — решение нашлось. И произошло это все-таки в мозгу. У нас пока нет другого кандидата на роль «творца озарения», кроме нейронной сети, которая совершает невероятной сложности работу.

Вот, например, мозг Эйнштейна был хорошо изучен — его исследовали с помощью томографов. Очевидно, что это был мозг гения — в том смысле, что с таким мозгом Эйнштейн не мог не стать самим собой. Что имеется в виду? Не то, что его мозг был крупным по размеру (кстати, самый большой мозг бывает как раз у больных и недалеких людей). Мозг Эйнштейна был чрезвычайно сложно организован.

Например, у него была очень мощная перемычка, которая называется «корпус коллозум» и соединяет правое и левое полушарие. Это важно, потому что открытия делаются главным образом с помощью ассоциативных процессов. Допустим, ты исследуешь нейтрино. И вот в какой-то момент ты гуляешь по полю и смотришь, как там бабочки летают или цветочки растут, или вспоминаешь произведения любимых писателей — и тут вдруг в мозгу возникает фантастически совершенная формула из области этих самых нейтрино. Значит, у тебя должен быть мозг, который не «специализирован» на занятиях физикой, потому что тогда ты будешь хорошим физиком, но не гением. Открытия делают те, кто смотрит шире, кто может увидеть нестандартное решение, скажем, в океанской волне, которая накатывает издалека… У гения должен быть мозг, который с помощью этого «корпус коллозум» задействует для решения задачи правое полушарие — отвечающее обычно за осознание искусства, музыки, стихии…

 — Шерлок Холмс, как известно, играл на скрипке…

 — А вы знаете, зачем он это делал? Я — догадываюсь. Эйнштейн, кстати, тоже играл на скрипке — правда, очень плохо. Но это неважно. Он же играл не для публики, а для себя — чтобы настроиться на озарения.

 — Часто ученые, которые подходят к научным вопросам творчески, открывают то, чего не видят их более традиционные коллеги. И именно за это бывают ими биты. Пример — сын двух поэтов Лев Гумилев, которого очень не любили историки от академической науки…

 — Биты бывают все оригинальные мыслители, потому что они нарушают правила игры. Скажем, мы договорились, что делаем все определенным способом. Потом приходит кто-то и говорит: «А с чего вы взяли, что можно только так? Можно и иначе». Но любое нарушение статус-кво раздражает, поскольку традиция удобна. Традиции поддерживают стабильность в обществе. Не может же оно взрываться революциями каждую секунду! Однако открытия делаются именно на сломе традиций.

 — Вы как-то сказали, что гениальность — аномалия на грани безумия…

 — А что такое норма? Норма — это нечто среднее, до чего мы договорились. Допустим, мы договариваемся, что в этом сезоне носят юбки такой-то длины, а в следующем сезоне — другой. Она не лучше и не хуже. Рамки тут условны. Но отклонение от них считается патологией по определению…

Гениальность — это может быть очень хорошо, а может быть — очень хорошо плюс шизофрения. Поскольку все гениальные люди очень дорого платят за свои способности. Среди них мы не найдем психически здоровых. У одного душевная болезнь, другой спился, третий пытался покончить с собой… У гениев жертвенная жизнь. Не потому что у них есть идея осчастливить человечество, а потому что они такими родились. И в итоге их не принимает общество…

 — Значит, гениальность — болезненное свойство мозга?

 — Не обязательно. Поэтому я отвечу так: у гениев — особый мозг. Гением, конечно, можно только родиться. При этом потом можно и не реализоваться, потому что гений — это гены плюс огромная работа. А не так, что вот получил соответствующее генетическое наследство от предков — и все, дальше кайфуй. Гений проживает страшную жизнь, с огромными потерями и с невероятной работой круглые сутки. Если этого по каким-то причинам не происходит, то тогда, увы, гены гениальности пропадают… Можно получить в наследство скрипку Страдивари, но неприятность в том, что нужно научиться на ней играть. Ты не можешь просто ходить и помахивать инструментом. Поэтому — да, это тяжелое наследство. И не знаю даже, завидовать таким людям или сочувствовать.

А потом еще встает вопрос: вот, у нас много вундеркиндов — что с ними происходит, когда они вырастают?

 — Директор Института мозга человека РАН Святослав Медведев однажды заметил, что вундеркинды гениями не становятся. Почему?

 — И правда, они же куда-то исчезают! Кажется, вот из этого сверходаренного ребенка непременно должен вырасти гений — но почему-то этого не происходит. Известно, что Баха, например, били по пальцам, чтобы он играл на органе, чуть ли не к стулу привязывали. Значит, встает вопрос о том, принуждать или позволить гению расти самостоятельно, как цветочек — что вызреет, то вызреет. Парадокс тут в том, что если бы не заставляли из-под палки, то, возможно, не было бы ни Баха, ни Страдивари…

Недавно я смотрела по телевизору конкурс юных музыкантов, и в один из моментов почувствовала мурашки на коже. Ребенок пяти лет сидит за роялем, у него ноги не достают до педалей, и он говорит: «Я в три года решил, что буду пианистом». Что это такое?.. Единственное, чего остается пожелать таким детям, — чтобы Господь был к ним милосерден, и чтобы они не свихнулись раньше времени, просто были здоровы. Поскольку они несут такой груз, который, возможно, не выдержат…

Но если мы хотим, чтобы все входили в категорию психологической и физической нормы, то мы согласны с тем, что лишимся самых лучших — как бы их вытесним. И на этом закончится наша цивилизация, потому что она создана как раз «сумасшедшими»…

Это я веду к тому, какая страшная ответственность лежит на учителях и школах. Оказавшись там, гениальные детки сразу попадают в парии, в категорию тех, над кем смеются, кого поколачивают. Более того, их вытесняют не только дети, но и учителя. Например, мальчик заявляет: «Дважды два-то не всегда четыре». Ему говорят: «Садись, единица. Пусть твои родители придут в школу…»

Или еще пример. Нобелевские лауреаты по квантовой механике — скажем, Нильс Бор и Эрвин Шредингер, обучаясь в обычной современной школе, неминуемо должны были получить двойки по физике. Если бы они сдавали ЕГЭ, жизнь их была бы прискорбна. Потому что они бы отвечали на вопросы не так, как подразумевает экзамен или школьный учебник, и им бы сказали: «Ты либо тупица, либо бездельник». На что они могли бы ответить: «Вы двойку-то мне, конечно, можете поставить, и любые баллы, только это — Нобелевская премия, просто я еще подожду до ее получения некоторое время…»

С другой стороны — а что с такими детьми делать? Отдавать в школу для гениев? Если их слишком разбаловать и с самого начала дать понять, что они выдающиеся, у них еще и на этом крыша поедет. Значит здесь нужны какие-то очень умные, добрые, милостивые, опытные учителя, которые смогут удержать ситуацию от перекоса как в одну, так и в другую сторону. А это почти неосуществимо.

 — Можно ли вообще распознать в ребенке гения? И если да, то по каким критериям? Очевидно, сделать это может только гениальный педагог?

 — Да, то есть история получается почти безнадежная. Тем не менее в Москве есть ряд серьезных школ, где выращивают если не гениев, то интеллектуальную элиту, отборные мозги. Туда бесполезно поступать по блату, не имея соответствующих способностей и талантов, — очень быстро выяснится, что ребенок «не тянет». Такие школы должны жить по своим правилам. Надо предоставить им возможность набирать таких учителей, каких они хотят, то есть дать вольницу.

 — Как учителя должны обращаться с особо одаренными детьми?

 — Думаю, на нюх. Учитель должен быть не то что равен своему ученику, но хотя бы, так сказать, из того же помета. Он должен чувствовать, что с этим конкретным ребенком нужно вести себя особым образом. Каким именно — подскажет чутье.





 — То есть существует интуиция, шестое чувство… А как оно работает?

 — То, что шестое чувство есть, — это факт. Но никто не знает, что именно оно собой представляет. Слова «инстинкт», «интуиция» — вроде джокеров. Когда не знают, что сказать, то объявляют: «А, это — инстинкт». Это просто игра словами, она не несет в себе никакой информации.

Я знаю одно: интуиции надо доверять. Она действует.

 — А у вас она есть?

 — Есть. И если мне внутренний голос говорит: «Не делай этого!», а я все равно сделаю — провал неизбежен.

 — Вы сразу понимаете, что это «внутренний голос», или осознаете со временем?

 — Скорее сразу. Я читаю по лицам, обращаю внимание на речь человека. И иногда у меня появляется немотивированная внутренняя тревога, не объяснимая никакими обстоятельствами. То есть вроде бы ничего не происходит плохого, а сердце все равно щемит. Почему? Хоть пытай меня — нет ответа.

В такие моменты я не понимаю себя, но говорю, например: «Не пойду туда, и все! Не хочу. В конце концов, что я, клятву давала пойти?» А потом оказывается, что если бы пошла, то наверняка ввязалась бы в какую-то неприятную интригу, когда все переругались в пух и прах. И как активный человек непременно оказалась бы на чей-то стороне. Короче говоря, влезла бы в помойку, которая мне, разумеется, не нужна. Я узнала об этом только потом. Но что-то меня подвигло на то, чтобы туда не ходить.

 — Это свойство мозга, думаете?

 — Разумеется, мозга. А чего еще? Не печенки же.опубликовано 

 

Беседовал Владимир Воскресенский

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.rosbalt.ru/russia/2017/02/11/1590526.html

Свои и чужие

Поделиться



Всю жизнь она делит людей на две группы, всего на две. В одной поначалу только бабушка, мама и папа, безопасные, свои. В другой — все остальные.

Это разделение возникает, когда трехлетняя Лора, бабушкина радость, вся покрытая поцелуями от макушки до розовых круглых пяток, в первый раз прорывается из детской в большую комнату, к гостям. Летний вечерний жар сочится с балкона вместе с сигаретным дымом, в углу булькает кассетный магнитофон. Празднично пахнет огурцами и растаявшим майонезом, скатерть в розовых винных пятнах. Родители — румяные, ласковые, распахивают руки ей навстречу, но она летит мимо, прямиком к столу, где сидит женщина в синем платье, яркая, как тропическая птица.





©Bill Gekas

На шее у птичьей женщины — длинная нитка бус, составленная из сахарных жемчужин, и маленькая Лора карабкается вверх по загорелым коленям, зарывается лицом в лазурный прохладный шелк. Обмирая от восторга, кусает одну из белоснежных бусин, потому что красота невыносима.

Жемчужина скрипит в слабых Лориных зубах, несъедобная и кислая. Прекрасная гостья охает, содрогаясь, и поджимает ноги.

— Га-а-аль! — говорит она. — Галя, убери ее, у нее слюни! Блин, она ж сейчас все платье мне уделает.

И пока рыдающую Лору несут назад, в детскую, возвращая под присмотр задремавшей бабушки, она запоминает накрепко, навсегда: отвращение на гладком гостьином лице и смущенное, виноватое мамино бормотание. Желтые ромбы на обоях в коридоре. И то, что любовь — не безусловна. Не полагается нам по умолчанию.

«Чужие», так бабушка зовет тех, кто пока не любит Лору. Чужих не надо трогать руками, их опасно обнимать; с чужими даже нельзя заговаривать на улице, обидеть могут, говорит бабушка и хмурится, тревожно целует Лору в заплаканные глаза. Граница проложена, и мир раскололся надвое, но деление это несправедливо (уверена Лора), ведь куски неравны; и потому она старается, как может. Любыми средствами уравнивает баланс. Лорина задача проста: переманить как можно больше чужих на свою, хорошую сторону.

В четыре с половиной она приносит из дома в садик свое сокровище — немецкий игрушечный зоопарк, две дюжины крошечных резиновых зебр, верблюдов и львов, и серого тяжеленького слона.

Раскладывает в игровой комнате на полу и садится рядом, и ждет любви. И в следующие четверть часа раздает их, одного за другим, счастливая, с пылающими щеками: всех зебр и жирафа. Верблюда и гориллу с детенышем.

Меняет неживых друзей на настоящих торопливо, без сожалений. Потрясенная простотой этого обмена.

Вечером, по пути домой, она перечисляет бабушке свои победы. Алеша и Надя, и Катя Сорокина, и та девочка с рыжими волосами, которая дерется, и Антон Иванов — все! Все в группе теперь любят ее, и как же ей не сказали раньше, что так можно? Раздари-и-ила, дуреха, непонятно вздыхает бабушка, гладит толстую Лорину шапку. И радость, до этой минуты абсолютная, вдруг начинает сдуваться и блекнет, теряет цвет. Ночью Лора лежит в своей кроватке ничком, укрывшись с головой, уже неуверенная, раскаявшаяся. Беззвучно всхлипывает в подушку. Сильнее всего, до слез ей жалко серенького слона. Она не может вспомнить, кому его отдала.

Лорина борьба смешна, обречена изначально, ведь пропорция непобедима.

Семь миллиардов равнодушных чужаков против жалкой кучки своих. Но когда тебе шесть, капитуляция еще невозможна.





©Bill Gekas

Такой вариант просто не приходит ей в голову, и Лора не сдается, раздвигает границы, на ходу меняет правила. Раздает необеспеченные кредиты. Готова авансом назвать другом всякого, кто хоть раз ей улыбнулся. Например, рыжего Диму Галеева.

Шестилетняя Лора отталкивается ногами от земли и взмывает в воздух, Дима отодвигается назад по доске качелей и смотрит снизу вверх, запрокинув голову. Он спрашивает: когда мы вырастем, ты на мне женишься? У Димы бледные глаза навыкате и вечно заложенный нос; кроме того, Дима глуповат. Но он улыбается ей, а значит — свой, и потому, уступив его взволнованным просьбам, Лора не отворачивается, когда он расстегивает штаны и спускает их к тонким ободранным коленкам. Она соглашается посмотреть. Друзья слишком ценны, их нельзя обижать отказом.

У маленькой Лоры круглые черные глаза и кудряшки, и смешная ямочка на подбородке. Среди русых, розовых славянских детей Лора — чудесный темный орешек, заметный, единственный; к тому же, она уступчива и добра. Казалось бы, ее руки полны козырей. Но мироздание ехидно и всегда наказывает нас за жадные желания, а Лора слишком старается. Слишком хочет, чтобы ее любили. И поэтому ее не любят.

Ей не прощают ничего. Ее поспешную готовность улыбнуться принимают за угодливость, а то, что она не жалуется, не просит защиты взрослых и раз за разом возвращается, неспособная смириться с нелюбовью — за слабость. Но она все еще упорствует. Сжимает зубы и штурмует свою гору.

В семь лет Лора весит двадцать килограммов. Каждое утро она надевает огромный школьный ранец и выносит из дома аккуратно завернутую домашнюю любовь: чистенькие тетрадки в прозрачных обложках, пенал с остро заточенными карандашами, яблоко и бутерброд, с которого мама срезала корочки. Когда Лора, низенький гладиатор с высоко поднятым подбородком и шелковыми лентами в волосах, проходит в огромные, широко распахнутые школьные двери, эта негромкая любовь прикрывает ей спину, как щит.

Этот щит (который никому не виден, о котором никто не знает) и помогает ей справляться с хихиканьем и подножками, с жеваной бумагой за шиворотом — одну неделю, а за ней другую и третью; до тех пор, пока она не находит свой ранец выпотрошенным в туалете. Сидя на корточках, Лора шарит ладонями по влажному полу, собирает растоптанные карандаши и смятые учебники, и раскисший пакетик с завтраком. Оскверненные вещи изранены и потеряли свою силу.

Если она не спрячет их за пазуху и не заберет отсюда, они съежатся и умрут, как выпавшие из гнезда птенцы. Лора ползает на коленях по мокрому кафелю, боясь упустить кого-то и спасти не всех, и находит тетрадную обложку, разорванную надвое прямо поперек старательных маминых букв «ЛАРИСА ТАГИРОВА, 1-Й «В» КЛАСС». На одну невыносимую секунду ей вдруг кажется, что буквы и есть — мама. Это мама лежит на нечистом полу возле унитаза мягкой улыбкой вверх, светлыми волосами в воде. И вот тогда, только в этот момент Лора пугается всерьез. Впервые осознает масштаб, пропорцию нелюбви, с которой придется иметь дело. Начинает сомневаться в том, что ей хватит сил.

Испугавшись, мы легче всего превращаемся в жертву, потому что страх искушает других.





 ©Bill Gekas

Само существование жертвы (которая уже малодушна, заранее готова понести урон) — соблазн остальным сделаться хищниками. Незлые, обычные семилетние дети слишком слабы, чтобы этому сопротивляться.

Сами того не понимая, Лора и ее невзрослые мучители — всего лишь пассивные заложники безглазого эволюционного механизма. Внутривидовая борьба устроена просто, как лопата; не знает ни сомнений, ни жалости. Это схема. Формула. И двадцать девять маленьких одноклассников атакуют Лору не по своей воле. Инстинктивно. Какая-то совокупность случайностей (может быть, встреча с синей женщиной-птицей и ее несъедобными бусами, или бабушкино недоверие к «чужим», а то и просто смуглая кожа и редкий в этих краях цвет волос) — словом, что-то сделало Лору непохожей, отдельной, а следовательно — более уязвимой, чем ее сверстники. И в семь лет губит ее так же верно, как сломанная нога погубила бы антилопу.

Очень быстро, в считанные недели школьная Лорина жизнь распадается в точном соответствии с бабушкиным принципом: на «я» и «они». День за днем она возвращается из школы домой со своим ранцем, потерявшим магическую силу. Они идут чуть позади, группой. Иногда Лора слышит свое имя, или снежок, брошенный неумело и неметко, разбивается на мокром асфальте у нее под ногами, но она держит спину прямо и не оборачивается, ровно ставит ноги. Жертва обязана быть более чуткой, чем охотник, это вопрос выживания, и поэтому Лора знает, что зыбкое равновесие пока не нарушено. С

транная сила, заставляющая ее преследователей тащиться следом, еще никак не оформлена, непонятна им самим. Но стоит ей хоть раз сорваться на бег, она сама подскажет им причину, объяснит расклад. И вот тогда они бросятся. Будут гнать ее до самой двери, как бродячие собаки.
Она весит двадцать килограммов, ни разу в жизни не дралась. Ей нельзя бежать.

В десять Лора уже не хочет от них любви; она устала. Пора признать: в этот раз что-то действительно пошло не так.

Но мир велик и не ограничивается жестокими третьеклассниками. А следовательно, достаточно просто подождать. Пересмотреть задачи, перенастроить прицелы, учесть прежние ошибки. Подготовиться получше.

И вот, положив подбородок на руки, она сидит за первой партой и улыбается новенькой учительнице — широко, до боли в губах. Незнакомцы непредвзяты (уверена Лора), они не свидетели наших прежних поражений, а значит, не отравлены ими. В каждом новом знакомстве мы опять безгрешны, как новорожденные. Всегда есть шанс, что новая инкарнация окажется удачнее предыдущих.

Юная Ольга Генриховна прекрасна, как артистка Ветлицкая. У нее прямые светлые волосы, а брови выщипаны тонкой беззащитной дугой. Она читает фамилии из классного журнала и всякий раз ненадолго поднимает глаза, рассеянно улыбаясь. Запомнить за один раз три десятка детских лиц невозможно так же, как и полюбить одновременно тридцать десятилетних детей. Но Лора оптимистична; настроена на удачу.
— Николаева!
— Здесь!
— Мирошниченко!
— Я!
— Пши-бы-шев-ский, — с трудом читает Ольга Генриховна; и вечно смущенный длинной своей фамилией Витя Пшибышевский привычно подскакивает уже на слоге «бы» и кричит:
— …бы-шев-ский! — виновато, как будто выхватывает у нее из рук тяжелую сумку.
— Пятаков!
— Табарчук!

Здесь Лора садится очень прямо, кладет ладони на парту. И тянет шею. Я, думает она. Я. Теперь — я. Вот — я.

— Тагирова, — говорит Ольга Генриховна и морщит нежный нос. — Ой. Та-ги-ро-ва… Это ж не русская фамилия, да?

И Лора, которая уже вскочила, уже вытянулась во фрунт и закатила глаза к потолку; Лора с огромной бесполезной улыбкой на тысячу ватт. Лора, сто тридцать сантиметров неоправданных пустых надежд — опускает плечи и думает, ну и что. Ну и что.

Нерусская, с осторожным восторгом шелестит у нее за спиной неглубокое море, получившее новый аргумент. Новый повод.

неррррруууу. нерррусссс. неррррусссссская.

И Лора думает — ладно. Ну, ладно. Не в этот раз.опубликовано 

 

Отрывок из незаконченного романа Яны Вагнер, писателя, автора романов «Вонгозеро» и «Живые люди»

 

Также интересно:  10 правил детского чтения Даниэля Пеннака  

Роберт Туйкин: Перестаньте пугать детей!

 



Источник: www.nashideti.site/?p=7122

Насим Таллеб: Большой войны не миновать

Поделиться



Caмым важным для понимания будущего событием 2016-го года, на мой взгляд, стали не нашумевшие избрание Трампа и Брекзит, а мало кем замеченный Нобелевский симпозиум, где Нассим Талеб опроверг теорию о спаде насилия в мире, а заодно математически обосновал страшный вывод  — большой войны с десятками миллионов жертв не миновать.

По иронии судьбы, точка в многолетней «интеллектуальной войне» ученых о перспективах войн реальных была поставлена на симпозиуме Нобелевского комитета мира.

История этой «интеллектуальной войны» интересна и захватывающа, как триллер. Чтобы понять ее истоки, струи и течения, нужно знать, что ей предшествовало и что стало ее катализатором.





В. В. Верещагин “Апофеоз войны”

Все началось почти 20 лет назад, когда понятие сингулярности приобрело хронологические очертания в связи с публикацией независимых расчётов ученых из разных стран, объединивших в одну прогрессию эволюционный и исторический процесс.

Результаты расчетов показали, что к середине ХХI века эволюция человечества и его история, в их общепринятом понимании, могут одновременно закончиться.

Три сценария сингулярности

Hезависимые расчеты троих ученых из Австралии, России и США, показали, что сокращавшиеся периоды между глобальными фазовыми переходами в истории биосферы и антропосферы образуют геометрическую прогрессию, знаменатель которой примерно равен основанию натуральных логарифмов.

Экстраполировав гиперболическую кривую в будущее, все три автора в конце прошлого века пришли к выводу: около середины XXI века гипербола превращается в вертикаль.





Масштабная инвариантность распределения биосферных фазовых переходов во времени (А.Д.Панов/Сингулярная точка истории, 2005)

Этот результат, обозначенный в международной литературе как Вертикаль Снукса-Панова, должен означать, что скорость эволюционных изменений устремляется к бесконечности, а интервалы между фазовыми переходами — к нулю.

В соответствии с данной теорией, 

в середине XXI века человечество ожидает новый фазовый переход, который переведет человечество на иную фазу развития.

 

О причинах этого фазового перехода нет единого мнения. Но есть три гипотезы.

— Одни называют в качестве такой причины технологическую сингулярность — гипотетический момент, по прошествии которого технический прогресс станет настолько быстрым и сложным, что окажется недоступным пониманию, предположительно следующий после создания искусственного интеллекта и самовоспроизводящихся машин, интеграции человека с вычислительными машинами, либо значительного скачкообразного увеличения возможностей человеческого мозга за счёт биотехнологий.

— Другие считают наиболее вероятной причиной цивилизационного фазового перехода глобальный военный конфликт, который либо уничтожит человечество, либо отбросить его в доисторические времена. Говоря словами Эйнштейна, — «я не знаю, каким оружием будет вестись Третья мировая война, но в Четвёртой будут использоваться камни».

— Третьи считают наиболее вероятным сочетание обоих вышеназванных факторов — технологического прогресса и войны, обобщая их в единое понятие — «знания массового поражения» (Knowledge-enabled Mass Destruction).

Тем не менее, в независимости от причин фазового перехода человечества, математически существуют лишь три сценария дальнейшего хода событий по трем возможным аттракторам.

N.B. Любая нелинейная система стремятся к некоторым устойчивым конечным состояниям — аттракторам, к одному из которых система, рано или поздно приходит (хотя далеко не всегда можно предсказать — к какому именно, когда и каким именно путем она его достигнет).

1. Сценарий 1й  —  падение кривой развития вниз. Такое движение в сторону простого аттрактора — саморазрушение цивилизации, начало «нисходящей ветви» истории с перспективой более или менее болезненной деградации антропо- и биосферы к состоянию термодинамического равновесия (тепловая смерть). Этот вариант, скорее всего, — результат глобальной войны.

2. Сценарий 2й  —  горизонтальный странный аттрактор (горизонтальное движение вбок) предполагает включение каких-то механизмов стабилизации на длительную перспективу. В некотором смысле это тоже «конец истории», так как, перестав прогрессивно развиваться, носитель интеллекта ограничивает способность управления масштабными процессами и становится заложником естественных тенденций старения биоты, Земли, Солнца и т.д. И этот вариант также похож на результат глобальной войны.

3. Наконец 3й сценарий  —  вертикальный странный аттрактор означал бы беспрецедентно крутой виток по вектору «удаления от естества», скорее всего, в результате наступления вышеописанной Технологической сингулярности.

Второй и третий сценарии оприходовали кинодеятели, литераторы и наиболее осторожные из визионеров.

— 3й сценарий стал любимым сюжетом Голивуда (Терминатор, Матрица и т.д.) и технологических ньюсмейкеров, визионеров-алармистов (Ник Бостром, Стивен Хокинг, Илон Маск и др.).

— 2й сценарий, в виде экстраполяции сегодняшнего общества потребления в мир, так и не нашедший противоядия от кошмаров консюмеризма, потребления и праздности, — стал основой многих литературных антиутопий, начиная с первого (и самого удачного) его описания в романе Аркадия и Бориса Стругацких «Хищные вещи века».

— А вот с 1-ым апокалиптическим сценарием, самым по человечески очевидным и страшным, все сложилось непросто. Ведь он портил карты и бизнесу, и политикам, лишая человечество мотивации покупать все новые и новые вещи, вкладывать средства в ценные бумаги и голосовать за все тех же и тех же политиков. Кто же станет это делать в преддверии грядущего апокалипсиса?

Чтобы вывести этот сценарий возможного будущего человечества из области массовых представлений, был использован испытанный прием из практики пропагандистов и лесных пожарных — пустить встречный огонь (идею, концепцию). Таким встречным огнем стала концепция неуклонного сокращения войн и насилия в мире (называемая также концепция долгого мира).

Добрые ангелы долгого мира

Oсновным проводником концепции долгого мира стал Стивен Пинкер (Steven Pinker) — американский когнитивный психолог, профессор Гарвардского университета, написавший на эту тему мировой бестселлер — «The Better Angels of Our Nature. The Decline of Violence in History and Its Causes» («Добрые ангелы нашей природы. Уменьшение насилия в истории и его причины»).

В своей книге Пинкер пришел к заключению:

новые нормы общежития, установленные государствами, постепенно изменили саму человеческую психологию, которая стала учитывать интересы и нужды других людей.

 

Распространение грамотности, демократии и развитие наднациональных институтов, по Пинкеру, сыграло важную роль в процессе цивилизации. Сделала доброе дело и коммерция, требуя терпимости и ‘’обращая врагов в покупателей’’.

Демографические тенденции, в частности, привели к сокращению числа молодежи в общей численности населения, что уменьшило армию людей, склонных к насилию. Технологии, начиная с атомной бомбы и кончая телевидением и интернетом, также ослабили стимулы для начала крупномасштабной войны.

И наконец, по заключению Пинкера, лидеры сверхдержав проделали отличную работу в целях прекращения гонки вооружений и завершения холодной войны. А идеологии, так сильно способствовавшие расширению насилия в 20-м столетии (фашизм и коммунизм), были решительно разгромлены.





Снижение кровопролитности войн в человеческой истории (по Пинкеру) 

Главный вывод из концепции Пинкера гласит:

результат спада насилия — это и есть наблюдаемый с 1945 долгий мир без глобальных военных конфликтов, в который вошло человечество после окончания 2ой Мировой войны.

 

Этот вывод Пинкер проиллюстрировал обширными статистическими данными.





Статистика сокращение военных жертв в мире после 2ой Мировой войны (Joe Posner/Vox, 2016)

Но поскольку статистическая база, использованная Пинкером для обоснования концепции долгого мира, ограничивалась 2009 годом, то в 2010е годы после военных конфликтов в Сирии и Ираке к Пинкеру появилось немало вопросов касательно подтверждения его концепции на новых данных.

Пинкер не замедлил ответить новым корпусом статистик, подтверждающих верность концепции и после 2009.

Однако в 2015 после радикальной активизации конфликта в Сирии с участие ИГИЛ (запрещенной в России) и вспышки террора в Европе вопрошающие взоры опять обратились к Пинкеру. Его ответ был уверенным — «На самом деле, все идет к лучшему». Снова с обилием убедительных графиков и диаграмм.

Конечно не обошлось и без критики, появившейся сразу после выхода бестселлера Пинкера. Критиковали за разное.

Рецензент журнала ‘’Нью-Йоркер’’ указывала, что книга сосредотачивает внимание исключительно на Западной Европе, и что если прибавить к потерям в войнах жертвы режимов Сталина и Мао, то число людей, погибших насильственной смертью в середине 20-го века, перевалит за сто миллионов.

Британский философ упрекнул Пинкера в том, что он спекулирует на науке для укрепления веры в будущее. Он назвал концепцию Пинкера «высокотехнологичное молитвенное колесо — набор электронных таблиц, содержащих вдохновляющие статистические данные о прогрессе человечества, и алгоритмов, подобранных так, чтобы доказать существование этого прогресса.

Но четче всех главную претензию к концепции Пинкера сформулировал профессор из Гарварда — «Пинкер предпочитает заменять отсутствие данных плохими данными»

Пинкер неоднократно отвечал на критику. Самый яркий пример такого ответа —  статья в журнале Sociology, где он ответил сразу нескольким критикам (персонально каждому и всем скопом). Заканчивался этот ответ крайне эффектно.

Пинкер объявил, что на основании всех уточняющих его концепцию данных, он предсказывает —

Отделение Россией Крыма от Украины, с большой вероятностью ставшее бы в ХХ веке поводом для мирового военного конфликта, сейчас не приведет ни к мировой войне, ни даже к серьезному военному конфликту.

И предложил всем желающим проверить это предсказание в ближайшие месяцы (дело было в начале марта 2014).

Так оно и произошло, и критики, по мнению Пинкера, были окончательно посрамлены. Им оставалось лишь только махнуть рукой на вёрткого Пинкера и его духоподъемную утопию добрых ангелов долгого мира.

Но тут «интеллектуальную войну» с автором концепции долгого мира объявил Нассим Талеб.

Хроника «интеллектуальной войны»





Стивен Пинкер (Rose Lincoln / Harvard University, 2015) и Нассим Талеб (Jerome Favre / Bloomberg / Getty Images, 2014)

Kритика концепции долгого мира Нассимом Талебом кардинально отличалась от всей предыдущей.

По выражению Талеба,

«Математики мыслят объектами (точно определенными и позиционированными), философы — понятиями, правоведы — конструкциями, логики — операторами, а дураки — словами».

И поэтому Талеб решил построить критику концепции Пинкера не на словах (на которые Пинкер также отвечал словами — причем в превосходящем количестве), а на чисто математической аргументации, отвечать на которую содержательно можно только на языке математики, а не очередными пространными рассуждениями.

Главным математическим объектом критики стало распределение с «толстыми хвостами» (Fat-Tailed Distribution). Это распределение вероятности имеет особенность проявлять большой коэффициент асимметрии. В «толстом хвосте» графика этого распределения зачастую прячутся «Черные лебеди» — редкие, маловероятные, но очень значимые события — что делает бессмысленным вычисление средних значений.

Получится как в анекдоте о средней температуре по больнице — 36,6 и десять человек умерло. 

Или как в известном «сюрпризе индейки», — считавшей, что предназначение хозяина — хорошо ее кормить, а ее предназначение — обильно питаться. Ведь так было всегда, — думала индейка. Но вот подошло Рождество, и сюрприз-сюрприз.





Иллюстрация Талебом «сюрприза индейки»: распределение военных жертв по Пинкеру — первые сто лет (The “Long Peace” is a Statistical Illusion)





Иллюстрация Талебом «сюрприза индейки»: абсолютно то же распределение — вторые сто лет (The “Long Peace” is a Statistical Illusion)

Из аргументации Талеба следует, что теория долгого мира — просто бред идеалиста, не понимающего математических тонкостей при обработке распределений с «толстыми хвостами». Талеб сравнил теорию о сокращении количества войн и насилия с теорией растущего без обвалов фондового рынка.

Вскоре появился ответ Пинкера на критику Таллеба, после чего последовал еще один интеллектуальный залп со стороны Талеба. Теперь в соавторстве с Паскуале Сирилло (Pasquale Cirillo) — профессором из Делфтского технического университета.

Последняя научная работа имеет большую ценность помимо критики концепции долгого мира. В ней авторы впервые в мире, математически доказали, что используемые по сей день исторические данные о военных потерях в разы преувеличены. Авторы не только доказали это, но и провели огромную работу по очистке данных из нескольких тысяч исторических источников.

Но главное достижение этой работы в том, что авторы, использовав

— теорию предельных значений — Extreme value theory (спецраздел матстатистики для работы с «Черными лебедями», имеющими максимальное отклонение вероятности от среднего значения — ураганы, наводнения, землетрясения и т.д.)

— и обобщенное распределение Парето — Generalized Pareto distribution (позволяет моделировать только хвост распределения),

доказали следующее 2 важнейших положения.

1. Гипотеза о снижении насилия (в течение ли всей истории или за последние 70 лет) статистически недостоверна.

2. Поскольку во всей предыдущей истории войны с максимальным числом погибших случались примерно раз в 100 лет, прошедшие после 2й Мировой войны 70+ лет не могут являться аргументом о какой-либо смене тренда на снижение насилия в мире.

Справедливости ради, следует упомянуть, что не обошлось без критики и этой выдающейся работы Талеба и Сирилло.

Критики, сначала в одиночку, а потом и совместно с Пинкером пытались (опять исключительно на словах) поставить под сомнения сам подход Талеба и Сирилло.

Мол, кто докажет, что после 1945 не изменилась тенденция, существовавшая во все предыдущие века? — интересный аргумент, позволяющий поставить под сомнение что угодно от законов Ньютона до ежедневности восхода солнца (кто докажет, что завтра оно со 100% взойдет?).

Другой критик попытался опротестовать главное оружие Талеба и Сирилло — их математический метод. Но в результате, аргументация получилась чисто словесная. Мол, теория предельных значений — штука хорошая и правильная, но кто сказал, что она применима при анализе числа военных жертв во времени? Получается опять — кто докажет … ?

Мне же остается рассказать о последней битве этой «интеллектуальной войны» — Нобелевском симпозиуме в норвежском городе Берген.

Битва при Бергене

Bидимо, «интеллектуальная война» Талеба и Пинкера дошла до критического уровня, раз уж дискуссия о концепции долгого мира стала предметом обсуждения 161-го Нобелевского симпозиума «Причины мира» (The Causes of Peace).

Ее организатором выступил сам Директор Нобелевского института, секретарь Нобелевского комитета по присуждению премии мира, профессор истории Нйолстад.

Темой войны и мира Нйолстад занимается давно. Еще 15 лет назад он был организатором Нобелевского симпозиума «Война и мир в 20-м веке и за его пределами» (War and Peace in the 20th Century and Beyond). Тогда в симпозиуме участвовали 29 нобелевских лауреатов, а результаты были опубликованы в одноименной книге.

В состоявшемся в июне 2016 года 161-ом Нобелевском симпозиуме «Причины мира» участвовали трое из пяти членов Нобелевского комитета по присуждению премии мира и 20 ученых с мировым именем, среди которых были такие легенды политических наук, как Bruce Russett, Joanne Gowa и Paul Diehl, а также ряд знаменитых историков, включая Niall Ferguson и Fred Logevall.

Вторым докладчиком был профессор политических наук университета Огайо Бэар Браумюллер (Bear Braumoeller). Вопросы войны и мира — его основная специализация. Но главное — он не только профессор политических наук, но и отлично разбирается в матстатистике (что огромная редкость). Чтобы это понять, достаточно взглянуть на его знаменитую статью «Действительно ли войны исчезают?» (Is War Disappearing?) .

Профессор Бэар Браумюллер был приглашен Нобелевским институтом в качестве третьего мнения в «интеллектуальной войне» Талеба и Пинкера, как представитель профильной специализации, фокусно занимающийся войной и миром. Ведь при всем уважении к Пинкеру и Талебу, специализация первого — психология, а второго — матстатистика.

В результате обоих выступлений стало ясно —

Несмотря на то, что Талеб и Браумюллер использовали различные методы и разные исходные данные, их результаты полностью совпали.

Никакого спада насилия не наблюдается. А «долгий мир» — всего лишь очередная прогнозируемая пауза между глобальными войнами.





Комментарий Талеба о неучастии Пинкера в Нобелевском симпозиуме (Facebook Нассима Талеба)

Этот наивный, наивный, наивный, наивный мир

Kак это ни удивительно, но ничего после симпозиума не изменилось.

Про историю, которую вы только что прочли, помимо вас, знают лишь участники самого симпозиума и еще сотня профильных ученых по миру. Ни одно из СМИ так и не удосужилось рассказать про это.

Ну а сама концепция долгого мира продолжает оставаться одним из массовых популярных мифов. Люди совершают новые покупки, вкладываются в акции и выбирают новых политиков. Все идет своим чередом.

Стивен Пинкер уверен, что его «интеллектуальная война» с Талебом закончилась вничью, и продолжает пропагандировать долгий мир в популярной прессе, укоряя своих оппонентов, что их пессимизм может накликать самоисполняющееся пророчество.

Ну а тем немногим, понимающим, что концепция долгого мира — это миф, остается (как написал один из участников 161го Нобелевского симпозиума) готовиться к большой войне, которой, похоже, не миновать.

«В 20-м веке смерть и разрушения сеяли фанатичные националисты и коммунисты. Но в наше время на смену «Капиталу» пришел Коран … Краткий мир на нашей планете заканчивается. Ошибками западной политики, начиная с неумелой интервенции в Ираке и кончая непонятной интервенцией в Сирии, можно лишь отчасти объяснить возвращение конфликтов. Здесь важнее гремучая смесь из экономической нестабильности, взрывного роста численности молодежи, подрывных технологий и быстрого распространения смертоносной идеологии».опубликовано 

 

Автор: Сергей Карелов

 



Источник: medium.com/@sergey_57776/%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%BE%D0%B9-%D0%B2%D0%BE%D0%B9%D0%BD%D1%8B-%D0%BD%D0%B5-%D0%BC%D0%B8%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%82%D1%8C-c48e0e3d8425#.6e6d2qiaj

Как перестать кричать на детей

Поделиться



Многие родители прекрасно понимают, что кричать на детей не надо, и ругают себя за крик – но в силу разных причин перестать не могут. Родителей жалко, детей жалко. Я сделала очень подробную инструкцию, которая научит вас, что делать, если вы действительно хотите перестать.





В инструкции не будет указаний, как запугать и вымуштровать детей так, чтобы кричать на них уже не требовалось. Также не будет магических пассов «просто поймите, что…». А главное – не будет трагического перечисления последствий крика. Это всё равно не работает, лишь перегружает родителей чувством вины — но почему-то каждая статья начинается именно с этого.

В этом мануале — только конкретные шаги, схемы и самопомощь, только хардкор.

Перед тем, как начать читать, очень внимательно отнеситесь к двум пунктам: вина и ответственность.
Я знаю, вы тонете в океане вины и стыда каждый раз, когда снова не удалось сдержаться, и ещё между этими разами, и вообще почти всё время. Вы считаете себя плохим, несдержанным, истеричным родителем и с ужасом думаете о том, сколько лет ваш ребенок будет ходить к психотерапевту, когда вырастет.

Так вот.

Немедленно, прямо сейчас перестаньте. Нужно остановить поток токсичной вины, хотя бы на время работы с этим мануалом. Не потому что вы правы, не потому что вы ведёте себя хорошо, не поэтому. А потому, что пока вы в зоне действия вины — нам с вами не удастся вообще ничего изменить. Это такое топливо, которое питает только само себя, и сжигает всё вокруг. Так что нам с вами для начала очень важно выйти из слоя «прав-виноват» в слой ответственности. Попробуйте.





Так вот, вам нужно изо всех сил удерживаться в зоне ответственности, не сваливаясь в вину и стыд. Сэкономить энергию и не лить воду на эту мельницу, потому что она вам понадобится для другого. Договорились?

Прежде, чем вы научитесь не кричать, пройдёт сколько-то времени. Как минимум, несколько недель, иногда месяцев. Если вы кричите часто, то это уже старый и крепкий шаблон поведения. Невозможно быстро научиться другому шаблону (старый всегда ближе лежит и не требует усилий). Так что, какое-то время вы будете учиться, пробовать новое и накапливать опыт. Скорее всего, за это время вы несколько раз снова сорвётесь на крик. Это нормально, по нескольким причинам:

— во-первых, абсолютно никто не может сразу «встать и пойти», приходится несколько раз упасть и споткнуться;

— во-вторых, рецидив – не всегда рецидив, иногда это «последняя проверка» перед окончательным переходом в новую жизнь;

— в-третьих, дети заточены под то, чтобы пробовать родителей на прочность и устойчивость. В этом часть их детского процесса, поэтому они могут изобрести новые способы выводить вас на реакцию, пока вы разбираетесь со старыми.

Но вы в итоге справитесь со всем, я уверена. Просто не сразу, не мгновенно. Нужно набраться терпения.



Ну что ж, приступим.

Расскажу вам про то прекрасное, что начнет происходить, когда вы перестанете кричать:

Дети будут чувствовать себя с вами в безопасности, и не будут бояться вас;

Дети будут чувствовать, что вы держите всё под контролем, что вы более сильная и ответственная фигура, чем они;

Дети научатся множеству способов реагирования в ситуациях, когда кто-то устал, злится, истощен и пр.;

Дети научатся ответственности и привыкнут искать способы решения проблемы, а не только способы спуска эмоций для облегчения;

Дети научатся тому, что для решения проблемы иногда бывает нужно поменять своё поведение, а не только переждать скандал;

Дети будут слушать вас не только тогда, когда вы говорите на повышенных тонах; и в принципе, будут больше вас слушать;

Дети не будут кричать на других, в т.ч. потом на своих детей.

Почему вы кричите? Есть фоновые факторы крика, и его сиюминутные причины. Рассмотрим их отдельно.

Материнская изоляция:

Может быть и отцовской, и бабушкинской. Условие — вы бессменно несёте всю ответственность за ребёнка в режиме 24/7, месяцы и годы подряд, из-за чего резко ограничены в своей личной и социальной жизни. Это один из известных факторов риска родительской агрессии. Термин «материнская» означает, что наиболее часто в изоляции оказываются женщины, в т.ч. при наличии мужей. Механизм здесь такой: тот родитель, который ощущает себя «запертым» из-за ребёнка, и вынужден тянуть бремя родительства в одиночку, постепенно устаёт. Когда усталость близка к критической, начинает накапливаться естественная защитная злость против «причины».

Истощение:

Относим сюда недосып, любые перегрузки, фоновую усталость от жизни, депрессии, многие хронические заболевания и прочее, что расходует ваш душевный и физический ресурс. Люди сделаны не из железа, это вроде бы понятная и простая вещь, но мы старательно её игнорируем и тащимся дальше, на честном слове и на одном крыле. А ведь чем меньше ресурса, тем примитивнее психические защиты (т.к. сил на более сложные уже нет). Среди самых примитивных — всегда где-то есть и крик.



Перфекционизм:

Родителям-перфекционистам дико тяжело живётся (без капли иронии говорю). Любые дети – это куски беснующейся плазмы, сам хаос с большой буквы Х. Не всякий взрослый со стабильной психикой способен долго их выдерживать. А уж человеку нестабильному, для которого очень-очень важен порядок и правильность происходящего, тем более, сложно с детьми. Если дети при этом ещё и свои, то они, кроме наведения хаоса вокруг и внутри, ещё и лично эмоционально вовлекают родителей, потому что не являются «правильными». Не соответствуют никаким правилам и законам, не оправдывают ожидания и проч. В общем, в аду для перфекционистов — вовсе не щербатые котлы, мне кажется, а дети. Много детей. Закричишь тут.

Стресс:

Крик родителя – это один из возможных автоматических стрессовых ответов психики на сильное негативное событие, связанное с ребёнком. Настолько сильное, что система «родитель-ребёнок» оказывается под угрозой (реальной или кажущейся). В ответ на угрозу в организме родителя запускается естественный процесс, который изменяет химию мозга и тела. Процесс похож на таковой при возникновении опасности. Чтобы мы могли действовать быстро, в организме начинают вырабатываться определённые гормоны, с током крови они идут к органам-мишеням (сердце, мозг, мышцы). В эти моменты сложные и рациональные части мозга временно «отключаются», чтобы сократить время на реакцию. Мы начинаем использовать более древнюю и более «животную» часть мозга. К сожалению, все её ответы сводятся к известным «бей, замри или беги», так что продуманного и безопасного родительского поведения не получается.

Бессилие и отчаяние:

Ваш ребёнок снова и снова делает что-то не так. А вам очень важно даже не столько идеальное выполнение, сколько ощущение, что он хотя бы учится и меняется, А его, ощущения, нет. Всё ровно так, как и было. Вы бьётесь, как рыба об лёд, вы тратите последние силы — и всё равно не можете ничего сдвинуть и поменять. И в очередной ситуации, которая зеркально повторяет предыдущие, возникает бессильный крик: Я БОЛЬШЕ ТАК НЕ МОГУ!

Полностью закончившиеся силы:

Это защитный крик. Он появляется, когда есть реальная угроза вашему психическому состоянию. Например, вы израсходовали все душевные и физические силы, но ребёнок, дом, быт и окружающая среда продолжают активно требовать от вас отдачи прямо сейчас, не спрашивая, можете ли вы. В момент, когда сил осталась последняя капля, а кто-то снова чего-то требует, ваш организм подает сигнал тревоги — и это требование начинает расцениваться как нападение. И мы кричим: ПРЕКРАТИТЕ! ОТСТАНЬТЕ ОТ МЕНЯ!

Ярость:

Доктор Винникотт, психоаналитик, писал, что абсолютно все матери чувствуют, что дети ими управляют, эксплуатируют, мучают, высушивают и критикуют, и любая мать периодически ненавидит своего ребёнка, что совершенно естественно. К сожалению, разные мамы очень по-разному устойчивы к этому конфликту — одновременно любить и ненавидеть одно и то же дитя. Те, у кого плохо получается выдерживать этот баланс, могут чаще срываться на крик, и не только на него.

Ощущение, что нас разрывают на части:

Тоже защитный крик, имеющий целью прекратить разрывание. Один ребёнок плачет, второй прямо сейчас хочет играть в разбойников и машет пластмассовым ножом у вас перед носом, громко звонит телефон, супруг из другой комнаты о чём-то спрашивает, от всего этого вы спотыкаетесь и роняете чашку, и нужно сразу подмести осколки, иначе кто-то порежется. В момент перекрывания множества агрессивных требований среды — ваша психика включает красный сигнал: ОПАСНОСТЬ! МЕНЯ НА ВСЕ НЕ ХВАТИТ!

Разочарование в ребёнке:

Знакомо ли вам мучительное чувство, когда ваш ребёнок дома прекрасно всё знает и помнит, а на уроке или на концерте мычит, ошибается и показывает уровень намного ниже? А знакомо ли неприятное ощущение, когда вы ему объясняете 30 раз, а на 31-й оказывается, что он так и не понял? А когда вы обнаруживаете, что кое в чём он всё ещё очень примитивно думает и действует, хотя вроде бы умный? А каково вам бывает, когда другие дети оказываются успешнее и умнее? Не закрадывается ли горьких мыслей, что с ним что-то не так?.. Всё это называется «нарушенные ожидания», и переживается тем острее, чем выше эти ожидания были изначально. К сожалению, немногим известно, что дети — это дети. Если ребёнок тормозит на «показе умений и знаний», то это не он тупее, чем вы думали, а просто от стресса теряет часть мозгового ресурса. То есть, ваш ребёнок – это не тот идеальный, который в любой ситуации выдаёт отличный результат. В основном, родителям об этом негде узнать, и они бьются об свои ожидания очень больно. И кричат от этой боли на детей.

Срабатывание личного триггера:

Триггер – это событие-раздражитель, то, что вызывает в вас немедленную бурную реакцию. Обычно все триггеры родом из прошлого и означают либо непроработанную (микро)травму, либо негативный опыт. Например, вы не переносите двойных сообщений. Или у вас «падает забрало», когда вокруг громко визжат. Или вас буквально подбрасывает, когда вас перебивают и не дают договорить. Или вы дёргаетесь, когда вас трогают без спроса. Или вы мгновенно приходите в ярость от намёка, что вы плохая мать. И так далее. Триггер – это всегда портал в кусочек живой прошлой боли, и результат на уровне вашего поведения — соответствующий.

Ущерб и желание наказать:

Такой крик – частое последствие детской травмы у родителя (в т.ч. от крика и телесных наказаний в его собственном детстве). Травматики, даже проработанные, очень малоресурсны. А ещё у них пожизненно остаются воспоминания о том кошмаре, который им пришлось когда-то пережить при самой травме, — как раз тогда нехватка ресурса оказалась критичной. Они больше туда не хотят. Они готовы зубами и когтями защищаться, если чувствуют, что туда сползают. Поэтому родительство для травматиков – отдельный вызов всем их силам, не только по причине угрозы для ресурса. А потому, что на сцену то и дело выскакивают персонажи треугольника Карпмана. Например, желание накричать на ребёнка за свой моральный или иной ущерб – это крик боли и ярости жертвы: НАКАЗАТЬ АГРЕССОРА!

Ощущение потери контроля и беспомощности:

Тут важно не запутаться. Крик – сам по себе момент потери контроля и беспомощности. Но иногда его причина тоже в ощущении потери контроля и беспомощности. Такой замкнутый круг. Например, нам для какого-то дела очень важно, чтобы всё шло по порядку. Раз – и что-то нарушило порядок, мы справились. Два – снова сбой. Снова справились, но уже с трудом. Три, четыре, пять… В какой-то момент сил не хватает, и всё летит в тартарары. Закричите вы или нет – зависит от того, насколько вам важно сохранять контроль конкретно тут и вообще по жизни. Если контроль – ваша больная тема, то вы будете часто срываться именно по этому пункту.

Пережитый страх за ребёнка:

Я не имею в виду тот крик СТОООЙ!, который мы издаём, если видим, что ребёнок прямо сейчас бежит под машину. Нет, я про крик постфактум, когда угроза уже миновала. Вы, наверное, видели, как родители орут на детей или наказывают их после того, как вытащили из опасного места, или нашли потерявшегося, и т.д.? Причина – экстремально сильная эмоция страха, с которой психика родителя не умеет справляться своими силами. Привычки нет, например, или никто не научил, или ещё что-нибудь. Тогда весь этот водопад обрушивается на того, кто явился причиной переживаний. И неважно, что он маленький и за эту эмоцию совсем не должен отвечать.

Ощущение своей неидеальности как родителя:

Когда у нас появляются дети, довольно нормально фантазировать о том, как всё это будет. Какими они будут детьми, какими мы будем родителями. Фантазии, так или иначе, крутятся вокруг «идеального образа» — у кого-то это пастораль с тремя счастливыми детьми и спокойной мамой за воскресным завтраком на веранде, у кого-то другие. Не мне вам рассказывать, что реалии родительства, как правило, оказываются совершенно противоположными. И когда мы очень больно стукаемся о свои неудачи в достижении этого идеала, когда мы боимся, что ребенок увидит наши родительские промахи и тоже всё поймёт – мы можем кричать.

Желание «спустить пар»:

Пункт частично похож с пунктом 9, с одной небольшой разницей. В этом варианте родитель кричит на ребёнка от собственных сильных переживаний, к которым ребёнок вообще не имеет отношения, даже косвенного. Попался под руку, короче говоря, и не был достаточно сильным, чтобы ответить. К сожалению, те, кто кричит по этой причине, очень редко читают подобные мануалы, потому что для них схема «ударь ближайшего, кто слабее» вполне работает всю жизнь, и они считают её очень правильной.
Что же со всем этим делать?

Я думаю, надо осваивать новые варианты поведения, способы реакции и привычки, которые будут помогать вам во все эти моменты – чтобы вы могли избежать их «без боя».



 

1.Объявление.

Прямо объявите детям и семье, что вы собираетесь перестать кричать. Это психологически крайне сложно сделать, но в то же время это вам очень поможет (не только снова наладить контакт, но и не сдаваться). Можно добавить, что будете учиться, и, к сожалению, научитесь не сразу. Ошибки будут, но вы постепенно всё лучше и лучше будете себя контролировать и в итоге обязательно победите крик.

2.Разрешение.

Дайте детям разрешение прерывать вас или выходить из комнаты, когда вы начинаете кричать. Без последствий для них. Да, это невежливо и против правил приличия, но ведь и ваш крик тоже в них не укладывается. Так что дайте детям эту возможность действия, чтобы они не чувствовали себя жертвами. Кроме того, ребёнок таким образом будет подавать вам очень ясный сигнал, что вы потеряли контроль — что само по себе поможет вернуться в реальность.





3.Поддержка.

Попросите поддержки и помощи у семьи и у близких друзей. Поговорите с ними, признайте свою проблему. Может так оказаться (и, скорее всего, окажется), что у кого-то из них были или есть похожие трудности. Возможно, у близких также будут свежие идеи, что можно сделать, или полезные наблюдения со стороны по поводу ваших типичных триггеров. Здорово, если кто-то из них согласится вам помогать прямо в момент крика – вы можете договориться, как именно.

4.Мантра.

Придумайте мантру, которая будет вашим спасательным кругом и катапультой из эмоциональной воронки. Приучитесь вспоминать и использовать её в ситуациях, когда вас штормит, вы потеряли контроль и не понимаете, что делать. Обычно это простая фраза на 3-5 слов, означающая что-то, к чему вы хотели бы стремиться и для чего вообще всё затеяли. Мне очень нравится, например, вот эта: «Я выбираю любовь». Или встречала ещё такой вариант: «Крик – только для спасения». Если говорить эти слова себе в момент потери контроля, остановиться гораздо легче.

5.Чувства

В нашей ментальности очень распространены две крайности: или копим эмоции, или спускаем пар на всех подряд. Часто одно переходит в другое – давление в котле накапливается и крышечку срывает, а потом снова копим до следующего срыва. А между тем, и то и другое — вредно для здоровья и семьи. Начните осваивать промежуточный вариант: замечать свои эмоции, признавать их и давать им место. То есть, вносите чувства и переживания в общение ДО того, как у вас начнет лопаться голова.



 

6. Остановка.

Останавливайтесь в любой момент. Не только в начале ссоры, и не только, когда вы уже устали от крика. Нет, можно и в середине фразы, и когда вы эмоционально раскручиваетесь, и когда вас уже понесло – в общем, абсолютно в любую секунду, как только вы поняли, что снова происходит что-то не то. В любой момент вы можете прервать сами себя и не продолжать дальше, и это будет огромный прорыв, и вы будете молодец. Когда сделаете это первый раз — узнаете, насколько это ресурсное ощущение. Очень желаю вам поскорее попробовать его на вкус.

7.Тайм-аут.

Используйте родительский тайм-аут. Что конкретно это значит? Если вы обнаружили, что вышли из себя, разделитесь с ребёнком физически, отойдите от него (в идеале – в другую комнату). Умойтесь – лучше прохладной водой. Выпейте воды или съешьте что-нибудь небольшое, вроде сухарика или яблока. Глубоко и медленно подышите, 10-15 раз. И вернитесь к ребёнку – не раньше, чем через 5-7 минут. Всё это нужно, чтобы биохимические соединения в вашей крови и в мозге, отвечающие за гнев, стресс и импульсивные действия, распались или преобразовались.

8.Триггеры.

Довольно естественно терять самообладание, если вас атакует нечто непреодолимое и мучительное. Поэтому нужно думать, как свести такие атаки к минимуму. Выпишите на лист все триггеры, которые бросают лично вас в зону крика (см. теоретическую часть – можно оттуда взять и дополнить своими). Повесьте этот лист там, где вы будете его часто видеть. Постепенно запоминайте триггеры, приучайтесь отмечать их появление, а также наслоение триггеров. Когда будете уже хорошо ориентироваться и замечать всё вовремя, начинайте планировать избегание, проработку или компенсацию триггеров (планировать раньше особого смысла нет, потому что возможность выбора появится только после того, как освоитесь с наблюдением)





9. Анализ

Пункт взаимосвязан с предыдущим. Внимательно понаблюдайте за своей жизнью и тем, сколько у вас «рисковых зон» и как они распределены. Например, периоды, когда вы сильно устали, когда триггеры наслаиваются друг на друга, когда вы перегружены задачами или попали в безвыходную ситуацию.

Здорово будет в итоге сделать что-то вроде таблицы, графика или карты, в которой будут отмечены проблемные места. Яндекс-пробки представляете себе? Примерно так это может выглядеть: дорога зелёная – всё в порядке, становится жёлтой – нужна повышенная внимательность, если переходим в красную зону – высокий риск срыва и крика.

Приведу тут пример таблички сферической работающей мамы с двумя школьниками. В каждую ячейку дня и времени вписаны дела и процессы, которые потенциально угрожают сорвать внутренний «регулятор». В скобках объяснения. Пустые места означают, что в это время всё «чисто». Дальше можно покрасить все «опасные» дела в красный, «средние» в жёлтый, а «почти хорошие» — в зелёный, и посмотреть, что получается.



Больше трёх желтых или 1-2 красных подряд – потенциальный срыв и крик. Несколько жёлтых и несколько красных вместе – почти гарантированный срыв и крик (здесь это явно самое утро и вечер 18-20 ч).

Если вам больше нравятся цифры, то оцените каждое дело по 10-балльной шкале. 0 – безоблачно, 10 – крайне тяжело и нервозатратно. Потом сложите баллы и сделайте что-то вроде графика, например, вот так.



Сразу видно, где пиковое напряжение (обычно зона потенциального срыва – это 15 баллов и больше, но у вас может быть индивидуальное значение выше или ниже).

Это один из способов, вы можете изобрести свой. Суть всех этих визуализаций, во-первых, в том, чтобы вы приучились воспринимать свой день как трекер, с закономерными взлётами и падениями энергии и душевных сил, и умели замечать вход в рисковую зону. Ещё вы сможете просить помощи и подмены, когда почувствуете, что предел близок. А ещё подсчёты и графики помогают себя поменьше обвинять, потому что становится очень хорошо видно, что у вас на самом деле истощается общий ресурс.

10. Оптимизация

Подумайте, что и где можно в вашей жизни поменять, чтобы как можно больше «красных зон» превратилось в «жёлтые» (или баллы снизились до 10-12 хотя бы). Поверьте, я очень хорошо понимаю, как это может быть сложно и даже невозможно. Но, к сожалению, ответ «ничего и нигде поменять нельзя» будет означать, что вы будете продолжать срываться ровно в тех же местах, что и раньше. Потому что если у вас в среду день построен так, что к 17-00 не остаётся сил, а вам при этом нужно функционировать дальше и до 23-00 не присесть – то у меня для вас плохие новости. Нет никакого волшебного решения, правда.

11. Делегирование.

Отдайте и делегируйте как можно больше. Не только там, где можно, но и там, где нельзя. А на часть просто забейте (особенно, если некому отдать и делегировать). Да-да. Очень часто кричат в семье те, кто перегружен ответственностью (в том числе потому, что никто другой не горел желанием её взять). И отдавать её дико трудно, потому что приросла. Готова спорить, только вы умеете правильно и вовремя делать то, что требуется. Наверняка члены семьи с теми же задачами не справляются вовсе или справляются так, что потом всем хуже. Значит, им придётся учиться, а вам – временно терпеть плохие результаты. Да, они могут быть недовольны свалившейся нагрузкой, особенно, если до этого вы тащили её всю безропотно. Но я сильно подозреваю, что ваше некричание на детей — в интересах всех, и это имеет смысл чётко донести.



12. Забота о себе

Выделите себе время для отдыха. Желательно, не меньше получаса в день. Помните анекдот «Ша, дети, я делаю вам хорошую маму»? Вам обязательно нужно такое время, свободное от детей, быта, работы и прочих забот — и не раз в неделю, а чаще. Потому что если сосуд регулярно оказывается пустым, его надо так же регулярно наполнять. Скорее всего, попытки отвоевать себе личное время будут сначала натыкаться на сопротивление — тех же детей и супруга/и (дети, кстати, вообще плохо понимают, что родители им не принадлежат). Но это залог вашей психической адекватности, поэтому придётся быть настойчивее.

Устали? Ничего, уже почти конец.





И кое- что напоследок:

Можно ли что-то сделать с криком, пока вы осваиваете алгоритм и работаете над стратегией? Можно. Есть ряд небольших хитростей, позволяющих временно «выключить» крик. Я их называю читерскими, потому что они не очень надёжные, суть проблемы не меняют и действуют только на одну-две конкретные ситуации. Но на первое время подойдут.





И наконец…

Кто дочитал до этого места и не устал, тот молодец. Последнее, что я хочу тут сказать, это...



Это их работа. Они незрелые человеки, они изучают, как всё это работает и чего вообще ожидать от мира. Им обязательно нужно пробовать ваши границы, чтобы понять, где их собственные, и на что можно опереться. Они обязательно будут экспериментировать с дозволенностью и таким образом учиться ответственности. Их префронтальная кора ещё недоразвита, поэтому эмоции часто берут верх, и они теряют способность думать и реагировать адекватно.

Они просто дети.

И вы стали кричать на них вовсе не потому, что вам было нечего делать. Часто это впитывается из семьи, от своих собственных родителей. И у многих из нас совсем нет других образцов, поэтому может казаться, что эти плохие шаблоны въелись намертво, их никак не преодолеть.

Так вот.

Я хочу обратить ваше внимание на то, что у вас очень много инструментов и ресурсов. Ваши родители сделали лучшее из того, на что были способны, но у них не было психотерапии, интернета, готовых исследований по детской психологии, курсов и групп для родителей, этого мануала, и многого другого. У нас же есть, кроме всех этих прекрасных штук, знание о том, что именно из их способов не сработало. Мы можем создавать свои новые способы, и своё родительское поведение — хотя бы на этой базе. На самом деле, наша база гораздо больше.

Вы прекрасные мамы и папы, и я уверена, у вас всё получится. опубликовано 

Автор: Екатерина Сигитова

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: f3.livejournal.com/114764.html

До и после: самые трогательные истории 2016 года

Поделиться



Для очень многих людей, к огромному сожалению, 2016 год станет годом потерянной веры в человеческую доброту, искренность и бескорыстие. И вряд ли можно их винить, учитывая события, которые нам всем пришлось пережить за эти 12 месяцев.

Но, тем не менее, в этом мире по-прежнему очень много добра и любви. В подтверждение мы хотим рассказать (или напомнить) вам несколько самых трогательных историй уходящего года:

Датчанка по имени Аня Рингрен Ловен, три года провела в Нигерии, спасая местных детей, изгнанных собственными родителями из дома и обречённых на голодную смерть «за колдовство». Этот 2-летний мальчик был одной из таких жертв. Ниже вы можете увидеть, как он выглядит сейчас.



Этот человек переоборудовал свой старый грузовик в мобильную душевую для бездомных, чтобы помочь людям, оставшимся без крова приводить себя в порядок.





Когда этого тигрёнка спасли от первых хозяев — владельцев частного цирка, он был очень болен и весил примерно четвёртую часть нормального веса. Непонятно, в чём душа держалась. Теперь это абсолютно здоровый и счастливый зверь.





Этого парня жестоко избили за то, что он протестовал против поедания собак на фестивале. Но, тем не менее, ему всё равно удалось спасти 1000 обречённых на смерть животных.





Отец и сын спасли 30 брошенных собак во время наводнения в Техасе.





Этот парень всегда был слеп на один глаз. Он купил «брата по несчастью» — одноглазого щенка, которого никто не хотел брать.





Этот бродячий пёс выбрал себе в хозяйки стюардессу и каждый раз терпеливо ждал её у входа в отель. В конце концов сердце стюардессы растаяло и она взяла его домой.





В холодную погоду этот имам впускает бродячих кошек в мечеть, чтобы они могли согреться.





Чемпион мира по боксу, филиппинец  Мэнни Паккьяо построил 1000 домов для своих бедных соотечественников.





Этот житель Алеппо остался в городе, чтобы заботиться о своих четвероногих друзьях.





Когда птицы свили гнездо в полицейском автомобиле, полицейские приспособили над ней зонтик, чтобы защитить пернатых от дождя и даже оградили машину на стоянке, чтобы никто их не беспокоил.





Также интересно: 365 дней твоей НОВОЙ жизни​  

5 забытых правил Закона притяжения​

 

Приют для животных объединился с домом престарелых, чтобы подарить немного тепла и тем, и другим.опубликовано 





 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: mixstuff.ru/archives/121175

Внутренняя старуха

Поделиться



Окей, насчет «внутреннего ребенка» все слыхали, так ведь? Невинное существо, которое живет внутри нашего «я», нуждается в любви и заботе и с которым нужно временами разговаривать, чтобы научиться жалеть себя. Я — большая поклонница этой концепции. Это действительно исцеляющая штука. Но в последнее время я меньше думаю о нем и больше сосредоточиваюсь на ВНУТРЕННЕЙ СТАРУХЕ, которая тоже живет внутри моего «я» и которой я надеюсь однажды стать. Потому что она охренеть как крута.

Настоящие старухи всегда круты. Я говорю о тех, которые уже повидали всё и больше ничего не боятся. Тех, чей мир разрушался почти до основания раз двадцать. Тех, которые похоронили однажды свои мечты и своих любимых — и пережили это. Тех, что страдали от боли и это тоже пережили. Тех, чье невинное доверие миру было предано десять тысяч раз… и которые это тоже пережили.





Мир — страшное место. Но Настоящую Старуху не напугать. Слово «старуха» многие считают оскорбительным, но только не я. Я его уважаю. Старуха — классический персонаж мифов и фольклора, часто она обладает большой мудростью и сверхъестественными силами. Бывает, что она охраняет дорогу в иной мир. Она на редкость прозорлива, даже если слепа. Она не боится смерти, то есть СОВСЕМ НЕ БОИТСЯ.

Дома я увешала целую стену фотографиями моих любимых старух, которые меня вдохновляют. Например, на одном из фото — украинская бабушка, которая живет (только представьте!) в Чернобыле. Есть целая группа таких бабушек, которые вернулись в эти зараженные радиацией места и поселились там. Знаете, почему? Им так нравится.

Им нравится Чернобыль, потому что они оттуда родом. Они все крестьянки. Они не хотят быть беженками. Они мучились от того, что их переселили с их земли после аварии. Они ненавидели жизнь в обшарпанных криминальных районах большого города. Так что они выбрали независимость и вернулись в самое радиоактивное место на земле. В тех краях, которые многие посчитали бы адом, они устроили неунывающую коммуну пенсионерок.





Безопасно ли это? Конечно, нет! Ну и что? Если вам 90 лет и вы всю жизнь тяжело трудились, что для вас «безопасность»? Да, они пьют эту воду. Да, они сажают овощи в радиоактивный грунт, выращивают и едят. А еще они ловят местных диких свиней, забивают их и тоже едят. Они стары. Бояться радиации в их возрасте? Смешно.

Они заботятся одна о другой. Они сами рубят и таскают дрова. Они гонят самогон. Они собираются, пьют этот самогон и вспоминают войну и сталинские времена. И все равно смеются, а потом идут, забивают очередного радиоактивного кабана и делают из него колбасу. Если когда-нибудь будет устроено соревнование Крутых Парней, выставьте такую бабульку против любого молодого Крутого Парня, какой будет у вас под рукой. Я гарантирую — чернобыльская бабушка победит одной левой.

Мы живем в обществе, где принято романтизировать молодость. В нашей культуре молодость — это достижение. Но посмотрите на такую классическую старуху, как на фотографии, и вы поймете, до чего это глупо. Нет мудрости большей, чем мудрость преодоления. Нет самообладания крепче, чем у женщины, которая разводит огород на радиоактивной земле — и ничего, живет себе.

 



Откуда берутся черные полосы в жизни после белых

5 забытых правил Закона притяжения

 

Поэтому каждый раз, когда что-то случается и мой Внутренний Ребенок начинает паниковать, я просто спрашиваю себя: «ЧБСМВС?». То есть, «Что Бы Сделала Моя Внутренняя Старуха?».

Задайте себе этот вопрос. Послушайте, что она вам ответит. Одно я обещаю. Вряд ли она скажет: «Нервничай».Скорее всего, вместо этого она скажет: «НЕ СДАВАЙСЯ!». Так что держитесь там, не сдавайтесь! Все вы — будущие потрясающие старухи. опубликовано 

 

Автор: Элизабет Гилберт

 



Источник: psy-practice.com/publications/prochee/vnutrennyaya-starukha/

КАК думают дети

Поделиться



Я не психолог, и ниже написанное – просто мое видение. Это не теория, я не могу ее защитить, и ничего про это не читала, просто мне так видится.

 

Про то, как видят мир дети, и что из этого вытекает.

 

Мне кажется, что когда ребенок совсем маленький, весь мир для него – это такой странный цветной узор, картина абстракциониста, ведь он совсем ничего не знает, что это большое темное пятно – это шкаф, и он отдельно от белого пятна, стены, и он стоит, и открывается, и производит шум, и он неживой.





Мне кажется, перед ними течет этакая матрица из звуков, цветов, запахов, и по мере роста, наблюдая, они начинают отделять лица он не-лиц, а потом вдруг обнаруживают, что лицо и руки, которые к ним прилетают – это вместе мама, а потом, что мама может уйти, и она еще больше и у нее есть еще куча всего.

Я помню момент, когда мой сын начал замечать, что я переодеваюсь, то есть он впервые отделил одежду от меня – показывал пальцем и смеялся над новыми платьями. А потом вдруг осознал колготки и расплакался – потому что у мамы вдруг исчезли привычные части тела и появились вместо них новые, а маленькие дети боятся перемен, и мне пришлось снимать и надевать колготки, чтобы он понял – что они – это тоже такая отдельная штука.

И так во всем. Время начинается распадаться на спать и не спать, потом на день и ночь, потом на еще на кусочки поменьше, и общие понятия “есть” постепенно делятся на кусочки, и появляются завтраки, в которые едят кашу и тосты, и обеды, в которых еда распадается на первое, второе и третье, и так далее, пока весь мир не разложится на понятные кусочки лего.

Так к чему я это. Для меня понимание этого восприятия делает максимально понятным большинство “капризов” и прочих нелогичных требований.

Мне кажется, что ребенок видит ситуацию в целом, как такую целостную инстаграммку, картинку. Знаете, как у нас бывает – вот если вспомнить собственное сильное впечатление – как в нем важны детали! Вот например я помню как пустила лошадь в галоп по берегу моря, помню до сих пор, и в этой картинке есть все – и серый цвет неба, и шум шторма, и запах лошадиного пота, и взрывающая сердце радость полета и свободы. И если бы я еще раз оказалась в такой ситуации, и мне бы предложили ехать не на лошади, а на осле? Или вместо шторма сделать жару и штиль?

Вот мне почему-то кажется, что все мелкие ситуации для детей – гораздо более эмоционально насыщены, чем думаем мы, и они так же целостны и неотделимы. И если мы когда-то впервые сказали малышу “это – твоя новая чашка” то вот эта синяя чашка, и голос мамы, и гордость, которую он испытал, именно новизна какой-то этой эмоции – у него сложилось в этот отпечаток. И он снова и снова хочет пережить эту новизну гордости, или чего-то еще, чего он, маленький, впервые пережил в какой-то момент с этой синей чашкой, а мы ему говорим “да какая тебя разница, пей из желтой”. НЕТ! Гордость, самостоятельность, первые осознанные ощущения “я пью сам”, ощущения бортика пластмассы на губах, ручки чашки в руках, сока в ней – все это ОБЯЗАТЕЛЬНО, а мы говорим – “желтая”, а мы говорим – “какая разница”.

Или про время. Вот сидит он катает машинки, я говорю “пойдем ложиться, пора спать”, он кричит “нееет, не хочуу”. И я, глупая, занудно объясняю, что спать нужно. Но он не против спать, он против того, чтобы я разрушала что-то важное и здоровское, что происходило в этот момент. Он говорит “нет” отказу от радости катания машинки, всей этой радости тяжеленькой красной машинки в руки, как у нее колесики поворачиваются об ковер, интересно, и он сам их поворачивает и так, и сяк, а тут мама пришла и говорит “прекрати радость”. Нет, мама, конечно, так не говорит, мама говорит “пойдем спать”, но по сути мама говорит “прекрати радость”. И если мама скажет “бери машинку с собой, пойдем наверх”, то он с радостью пойдет, потому что он не против спать, он против – отдать машинку.





© Lisa Visser

Знаете, как часто я прокалывалась на ерунде, пока не научилась об этом думать?

– Тесса, хочешь яблоко?

– Нет.

– Ты же хотела?

– Нет.

И тут ты понимаешь, что в двух руках у нее новые пупсики и яблоко – это не яблоко. Яблоко = в руке не будет пупсика. Поэтому я научилась смотреть на эти вещи и говорить “ты можешь положить пупсика в карман и поесть пока яблоко, а он в кармашке посидит”. Я придумываю для нее новую интересную инстаграммку “я ем яблоко и пупсик у меня в кармашке”, она уже предчувствует это новое ощущение – и самой положить его в кармашек, и чувствовать его через ткань платья, и знать, что он там, и думать, как он там, как в домике, и еще есть яблоко”. И она подпрыгивает легонько от радости и говорит “да, да!”, и кладет пупсика в кармашек, и берет яблоко, которое секунду назад не хотела.

Разве это хуже, чем галоп на лошади по берегу штормящего моря?

Я даже не могу передать, какое количество конфликтов не состоялось просто потому, что я постаралась увидеть ту “инстаграммку”, в которой ребенок сейчас, и постараться ее спасти для него, или предложить новую.

Все наши самые сильные, самые яркие воспоминания – это воспоминания сильной эмоции – радости, свободы, силы, легкости, печали, одиночества, власти, преданности, предательства, стыда, счастья.

Для ребенка каждая новизна освоения мира – это сильная эмоция, такая же сильная.

Если видеть, как проживают их дети в выборе чашки одного цвета или бутербродов только треугольничком – можно научиться их узнавать и уважать. А если уважаешь – то сможешь догадаться, что на улицу не хочется, потому что под лестницей в прошлый раз напугала паутина, а не потому, что он вдруг разлюбил гулять, он просто не хочет еще раз пройти мимо паутины и еще раз пережить этот страх.

 

Также интересно: «Съедобные» и «несъедобные» эмоции​ 

СЧАСТЬЕ — побочный эффект обычной жизни​

Что из гостей нужно уйти, потому что все в платьях, а она одна в джинсах, и надо решать проблему, как стать принцессой в джинсах, ведь все девочки как принцессы, а не взрослую глупость “ну пойдем, что ты как маленькая, будет же интересно”.

И в туалет не хочу, потому что фен для рук шумит страшно, а не потому, что не хочется.

И хочу взрослую вилку, потому что когда она в прошлый раз ела взрослой вилкой, мама посмотрела любящими глазами и засмеялась. И нужны любящие глаза, а не вилка. Но она еще этого не знает, она еще не отделила любящие глаза от вилки. Поэтому нужна вилка.

И нам надо про вилку догадаться.

И надо эту вилку дать. опубликовано 

 

Автор: Ольга Нечаева

 



Источник: www.womanfrommars.com/category/thinking-mommy-notes/