Манипуляторы: психоад наяву

Поделиться



Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. В течение всей нашей жизни мы взаимодействуем с массой различных людей, и взаимодействия эти могут быть как положительны для нас, так и разрушительны.

Но есть жизненные ситуации, которые особо опасны для психологического состояния человека, потому что в самом крайнем случае они могут приводить к самоубийству.

Речь идет о взаимодействии с людьми, которых называют манипуляторы, эмоционально-энергетические вампиры, психопаты, есть даже научный термин — перверзные нарциссисты.





 

 

Для простоты буду называть их манипуляторами.

Манипулятор – это человек, который никогда не решается на открытую и прямую борьбу за власть, он никогда не решается на открытый конфликт, на употребление силы, он приходит к власти исключительно через психологическое насилие, направленное на человека, по неосторожности попавшего в поле его зрения.

Манипулятором может быть кто угодно, это не обязательно сторонний человек, с которым вы имели неосторожность познакомиться. Манипулятором может быть мама, папа, сестра, брат, и это еще хуже, чем, если бы это был посторонний человек. Чаще манипуляторы — это мужчины, мужья, любимые люди, от которых совсем не ждешь такого безжалостного отношения к себе.





 

 

Манипуляторы – люди, в основу жизнедеятельности которых ложится неистребимое желание извратить, вывернуть, перевернуть, поэтому такие люди и были названы перверзными, от латинского pervertere.

Эти люди выбрали себе стратегию психологического насилия не от того, что «в детстве была травма», или «это я его довела», а только лишь потому, что у них отсутствует эмоциональная жизнь как таковая.

Они не способны испытывать истинные глубокие человеческие чувства сами по себе. Они не знают, что такое сопереживание, сострадание, у них нет нервных срывов, нет эмоциональных травм, которыми они так «любят» прикрываться. Но они непременно должны спровоцировать чувства у своей жертвы. Они всегда симулируют собственное существование, через присваивание чувств других людей и разрушение личности человека-жервы.

Потому что их единственно возможный способ существования – психологическое насилие, деструктивность, симулянтство. Отсюда частое сравнивание таких людей с вампирами.

Манипуляторы воспринимают других людей как предметы или объекты, одушевленные и неодушевленные, а субъектом всегда является перверзный. Поэтому и отношения к людям как к предметам с определенными функциями, и «служат» люди манипулятору до тех пор, пока ему удается брать от них то, что он хочет.

А кто такие жертвы манипулятора? Как ни странно, это не «какие-то не такие» люди со сломанной психикой; такие сами ранены и не интересны манипулятору.

Манипулятору интересны люди сильные, оптимистичные, с высоким уровнем личной энергии, успешные, жизнерадостные, не склонные к цинизму или лжи, имеющие свое мнение и умеющие самостоятельно принимать решения. Именно такие — нормальные, человечные – люди привлекают манипулятора. Очень уж манкая у них энергетика.

Жертва – это не психологическая характеристика личности, жертва – это ситуационная роль. Жертвой можно стать один раз в жизни, независимо от пола и возраста, материального состояния, карьеры, а можно быть постоянно, раз за разом попадая на удочку манипулятора.

«Вляпаться» может любой, кто готов строить нормальные, человеческие отношения, кто верит и прислушивается к мнению близкого человека.

Вот на этом и начинает манипулятор играть. Игра ведется беспощадная, не на жизнь, а на смерть.

Человек становится жертвой манипулятора только потому, что манипулятор решил, что у человека есть «блага», которые ему хочется присвоить, поэтому говорить о том, что жертва сама привлекла такого человека в корне неверно.

Манипулятор паразитирует на человеке, которого подчиняет с помощью психологического насилия. И мало кто понимает, что стал жертвой манипулятора сразу. Только потому, что манипулятор никогда не действует силой.

В любых отношениях с манипулятором можно выделить следующие стадии:

 

1. Соблазнение жертвы

Тут манипулятор презентует себя как очень желаемого человека, и начинает симулировать любовь. Если это отношения мужчины и женщины, то на этой стадии идет соблазнение жертвы по всем фронтам, постоянные смс, звонки, участие в жизни, миллион вопросов о ней, о ее образе жизни, о том, что ее интересует, чем она «дышит». Жертва – не обязательно женщина, хотя в 3-х из 4-х случаев именно так и бывает.

Тут «она» — это жертва, «он» — манипулятор.

Так вот, на этой стадии идет сканирование образа жертвы, для того, чтобы симулировать «Идеал». Жертва, конечно же, даже в мыслях не может подумать, что искренний интерес к ее жизни и личности это не что иное, как изучение «технических характеристик» данной личности и «благ», которые она может дать.

Манипулятору нужно посадить жертву на крючок эмоций, чтобы отключить у нее способность адекватно и критически оценивать действительность. В ход идет настоящее страстное надувательство жертвы; соблазнение представляет собой «вдруг» вспыхнувшие чувства, которые намеренно преувеличиваются, чтобы оглушить жертву, и не дать ей критически рассмотреть истинное положение вещей. 24 часа в сутки манипулятор находится рядом с жертвой, используя подчас весь арсенал приемов соблазнения: цветы, подарки, ночные звонки с «люблю», «я хочу тебя познакомить с друзьями», ванны, ужины, знаки внимания, все, что показывали когда-либо в кино. Цель — одурманить, не дать задуматься, вдолбить только одну мысль в голову жертвы — «он в меня по уши влюблен и нуждается в моей любви».

 

2. Врастание

На этом этапе манипулятор еще больше подсаживает жертву «на себя» не давая ей оставаться одной, присутствуя в ее жизни постоянно. Сам манипулятор так же подсел на энергию жертвы, то есть начинает пользоваться «благами». При этом на этом этапе манипулятор провоцирует жертву на отделение от круга семьи, знакомых, друзей, замыкая энергообмен на себя.

Манипулятор всячески старается создать имидж собственного всемогущества, в первую очередь, начиная думать и решать за жертву.

  • «Ты сам не разбираешься в своих чувствах, зато я знаю, что ты чувствуешь»,
  • «Я знаю, что именно этого ты хочешь, не нужно отрицать».
 

То есть манипулятор претендует на то, что именно он разбирается в неосознанных мотивах жертвы и «читает» ее мысли. Отсечение от круга друзей и знакомых воспринимается жертвой как необходимый и единственно правильный вариант развития отношений, «ведь он без меня не может». Жертва не замечает, как у нее не остается ни личного пространства, ни времени, ни сил на что-то, кроме манипулятора. На этой стадии жертва начинает «оправдываться/объяснять», а манипулятор «подозревать/обвинять». Теряются личные границы, жертва начинает программироваться на нужное манипулятору поведение.

Причем программирование это не начинается сразу в лоб, а начинается с, казалось бы, сущих мелочей, которые трудно сразу идентифицировать как психонасилие. Жертву начинают «обесценивать», потихоньку, но систематически.

Приведу пример неявного обесценивания и «отмены».

Викин новый приятель был, в общем-то, совсем и не новым. Давно уже постоянно пересекались по работе, и Вика даже предпринимала попытки соблазнить его, видя его откровенную заинтересованность, но приятель не шел дальше дежурных поздравлений на Новый год и восьмое марта. И когда Вика совсем уже плюнула на это, решив переключиться на других мужчин, этот самый приятель вдруг приглашает ее на «отношения». Проявил, так сказать, инициативу. Вика была не против.

Через несколько месяцев отношений приятель решает, что ему пора отдохнуть от работы и улетает в жаркие страны. Без Вики конечно, и даже без клятвенного обещания писать. А так как он к этому времени успел «подсадить» Вику на ежедневное общение, то, дав ему день на «переезды», она стала ждать сообщения от него.

И вот он появляется в сети… Вика в предвкушении общения, рассказов о том, как и что…Но…он так и не написал. Зато Вика увидела на его страничке «Спасибо за поздравления» от его «бывшей». Тот ее с днем рождения поздравлял!

Вика сообщений за весь период отпуска от него так и не дождалась.

Вот ведь, и объяснил он это тем, что вышел в интернет всего один раз за время отпуска, и сообщение успел только «бывшей» отправить. А Вике не успел, ведь должен же он, как порядочный человек, поздравить когда-то близкого ему человека с Днем рождения. А Вика не близкая, и даже, оказывается, далеко не первая, а непонятно какая в его списке. Ей сообщать, оказалось, не надо, что с ним все в порядке, что жив-здоров. Ну, подумаешь, позаботился о поздравлении бывшей, ведь она же увидела, что он написал, значит и жив и здоров. Вика-то, наверное, тоже бы хотела, что бы он ее поздравил, не дай бог, они разойдутся. Это же делают все нормальные люди. Стало быть, Вика не нормальная, раз ей это неприятно.

И вроде бы все объяснил, но вот обесценивание тут было сделано аж два раза. В первый раз, когда Вика оказалась не самым важным человеком, которому тут же пишут, добравшись до интернета (я уже не говорю, что можно написать смс или позвонить), а второй раз, когда ее обвинили в «ненормальности», когда Вика смела сказать, что ей неприятны его контакты с бывшими.

В принципе, простой пример, когда психологическое насилие подается под соусом «нормальности», а обесценивание искусно прикрыто «железными» аргументами. Психологическое насилие всегда прикрыто, тем и страшно.

 

3. Манипулирование и эксплуатация

Дальше начинается откровенное манипулирование. Уходом от разговоров, отказом дать объяснения, бойкотами, просто пропаданием на несколько дней и отказом это объяснять. Манипулятор может не отвечать на звонки, избегать тактильного контакта, пропадать, появляться. Настроение его может меняться, он может отказываться от общения, «ведь с вещами не разговаривают».

Зато присутствуют непонятные выражения лица, обиженные вид, вздохи, неадекватное поведение. На вопросы о том, что случилось, манипулятор вообще отрицает конфликт или то, что он обижен.

Жертва при этом пытается понять: «Что я сделал не так? В чем моя вина?», не получая ответа, начинает ждать «милости» от манипулятора. Когда тот подойдет, объяснит, заговорит с ней. Жертва парализована, ей отказали в праве быть выслушанной, ей отказали в праве знать правду. Манипулятор таким образом переносит вину за свои действия на жертву.

Ведь в процессе соблазнения он затратил много сил и энергии. И хотя он почти сразу начинает подпитываться энергией о жертвы, в перевернутом мире манипулятора это не принимается им в расчет. Манипулятор начинает симулировать любовь, и одновременно начинает ненавидеть жертву за необходимость такого поведения. Его собственные мотивы проецируются на жертву и вот уже «она хочет меня контролировать», «она хочет за меня замуж», «она меня использует».

Отказывая жертве в вербальном контакте, манипулятор провоцирует ее на письменное изложение своих претензий и чувств. И жертва пишет манипулятору письма в сообщении в соцсети или на электронную почту. Жертва начинает анализировать все, что происходит между ними, задает ему вопросы, и сама же пытается на них ответить.

Это ведет к тому, что жертва просит прощения за то, что она делает что-то не так, тем самым беря ответственность за отношения на себя. Этого и добивался манипулятор. Теперь он уже имеет полное право «дрессировать» жертву дальше.

Ей всегда немного не додают. Внимания, контакта, понимания, общения. Жертву продолжают обесценивать, пуская шпильки в адрес фигуры, внешности, ума, работы, семьи, друзей…

Жертва не понимает, что происходит, ведь ей в голову не приходит, что родной человек это делает целенаправленно и с полной осознанностью. И поэтому долго не может распознать опасность.

Ведь манипулятор выглядит уверенным и авторитетным. И все делает так, что формально придраться не к чему. «Не придумывай», «Это ты ведешь себя не правильно, немного постараться и все будет хорошо».

При этом манипулятор не пускает жертву в свой внутренний мир, и не дает жертве уйти далеко. Делает он это либо выдавая жертве парадоксальные ответы на ее вопросы, которыми ответами то и не являются:

Манипулятор: Это невозможно!
Жертва: Но почему?
Манипулятор: Подумай сам/а!
Жертва: Ты можешь объяснить, что не так?!
Манипулятор: Ты должен/а сам догадаться, неужели мозгов не хватает!


либо дергая жертву своими появлениями/исчезаниями.

Жертва начинает «биться головой о стенку». Ей все время кажется, что она сделала что-то не так, делает что-то не то, плохо объясняет/рассказывает, не может донести. И сама дает манипулятору «флаг в руки», с тем, чтобы тот еще больше обесценивал ее.

  • «Он человек хороший, просто я ему не смогла правильно объяснить»,
  • «Он просто не понял, нужно ему еще раз рассказать, что мне не нравится».
 

Со временем от постоянного недопонимания ситуации, от этих эмоциональных качелей у жертвы развивается шаткое, пограничное состояние.

Манипулятор продолжает играть в свои мутные игры, то подпуская жертву ближе к себе, то игнорируя ее.

Жертва не понимает, на что конкретно жаловаться, как можно выразить то, что тебя постоянно обесценивают. Ты постоянно виновата? Ну, так тебе доходчиво объяснили, что это ТЫ такая, это все из-за ТЕБЯ.

Жертве начинают внушать, что с ней можно вести себя подобным образом, потому что именно с НЕЙ что-то не так. Жертву дергает все больше и больше, и она каждый раз должна находить себе оправдания: «Я все выдержу, со всем справлюсь, я опять не смогла ему объяснить…. просто нужно немного потерпеть, у него сложный характер… что же я делаю не так?»

Манипулятор же никогда не говорит того, что думает на самом деле, а делает вообще третье. Он похож на «Двуликого Януса», на чертика из табакерки, причем интереснее табакерка, так как там даже не двойное дно. И жертве все время кажется, что там, на самом последнем дне – и есть настоящий, человечный, нормальный, адекватный человек. А то, что он со мной не такой – так это моя вина…

Жертву обвиняют в нестабильном эмоциональном состоянии, в переменах настроения, всячески давая понять, что чем больше такого «плохого» настроения, тем меньше с ней хочется общаться. И жертва должна держать эмоции при себе, если она хочет, чтобы с ней общались.

В итоге закрученная в бараний рог жертва становится человеком с глухим неврозом, которая часто разговаривает «сама с собой», хотя на самом деле жертва «разговаривает» с манипулятором, все пытаясь ему объяснить, донести…

Жертва начинает искать признаки «психологической травмы» у любимого, пытаясь через чтение специальной литературы «вылечить» манипулятора. Сама жертва чувствует себя неотделимой от манипулятора, личностные границы уже стерты, и страх потерять манипулятора, как опору существования, не дает жертве выйти из замкнутого круга.

Жертва не может признаться сама себе, что стала жертвой манипулятора, что другой человек долго и осознанно использовал ее, делая это так бессердечно. Попытки найти внутреннюю логику событий не приводят к результату, это приводит к бессилию, и чувству стыда, а затем и к самобичеванию и самообвинению.

Жертвы действительно не могут вырваться из отношений с манипулятором. Жертвы не мазохисты, и им не нравятся такие скотские отношения. И они не получают от этого удовольствия.

Манипуляторы подсаживают жертву на такие отношения, изменяя ее физиологию. Постоянное изменение уровня гормонов в организме жертвы приводят к такому результату.

  • На стадии соблазнения жертва испытывала переизбыток гормона счастья,
  • в период стресса – выброс кортизола,
  • на стадии врастания и манипулирования идет постоянное чередование уровня гормонов.
 

Ответил на звонок – эндорфины, пропал на неделю – кортизол. Представьте, что эти качели постоянны, и вот вам физиологическая зависимость, помимо психологической.

Это как наркотики, жертва уже не может без впрысков, ей постоянно нужна доза.

Манипулятор уже давно отсек для жертвы альтернативные источники энергии, у нее потеряна связь с друзьями, знакомыми, родственниками. Манипулятор заслонил их всех, и жертва не видит смысла существования без него, она буквально растворилась в нем.

Манипулятор всегда держит жертву в стрессе, не давая ей восстановиться и критично посмотреть на ситуацию, ведь для него жертва нужна, пока может дать ему блага.

Манипулятор же ненавидит жертву, за то, что он вынужден симулировать чувства, и в то же время не может ее отпустить. Психика жертвы, пытаясь ее защитить, оправдывает психонасилие нереальным взаимопониманием с личностью манипулятора. А тот действительно понимает жертву, так как у жертвы своей личности уже нет.

 

4. Уничтожение жертвы

Есть два пути.

Первый — это полностью смириться с ситуацией, подчиниться манипулятору, и принимать все это психонасилие, и даже просить еще. Манипулятор высасывает из жертвы все, что можно высосать мирным путем, женщин же просто начинают бить. Видя страдания, слезы и боль жертвы манипулятор удовлетворяет свою ненависть до тех пор, пока жертва может хоть как-то сопротивляться. Когда жертва покорно валяется в ногах, умоляя «просить ее», перверзный просто исчезает их жизни жертвы, чтобы начать все заново с другим человеком.

А жертвы просто ломаются. Клиники неврозов – это самое лучшее, что может быть после расставания. Часто жертвы манипуляторов совершают самоубийства. При этом сам манипулятор включает режим соблазнения, и люди искренне не понимают, как какой миляга мог жить с шизофреничкой. Перверзные очень ловко умеют заметать следы.

Второй путь — для более сильных изначально людей. Они где-то в глубине души знают, что эта ситуация их доконает, если они не предпримут каких-либо ответных действий. И жертва начинает огрызаться. Ее «жрут», она начинает «жрать» в ответ, от нее «оттяпывают» куски мяса, она начинает «оттяпывать» куски мяса. Только так можно вырваться из этого психоада. Только так можно сохранить себе жизнь, как в угол загнанное животное огрызается из последних сил.

И жертва опять получает «подтверждение» своей неадекватности, о которой так много ей говорил манипулятор. Ведь изначально здоровый, адекватный человек не будет рвать другого человека «просто так». А жертва то знает, что она изначально нормальный человек, с нормальными чувствами и эмоциями.

Когда таких эпизодов становится много, манипулятору они обходятся очень дорого, поэтому ему проще выбросить обглоданную жертву и найти себе поаппетитней.

И со стороны это выглядит так, что этот добрейший человек наконец-то избавился от этой мегеры.

Жертва же испытывает адовые ломки, ведь нужно учиться жить без манипулятора, и любая «доза» общения с ним воспринимается как «луч света в темном царстве». Как у наркоманов. Расставание с манипулятором сопровождается отравлением всего организма, потому что все то дерьмо, что успел насажать манипулятор, просто гниет в организме жертвы, отравляя ее.

Манипуляторы — страшные люди, ты в его мире – только объект с нужными ему характеристиками, и благами, которые непременно должны стать его. Борьба против твоей психики будет не на жизнь, а на смерть.

И выжить тебе можно лишь осознав, что это целенаправленное уничтожение тебя, твоей личности.

НЕТ тут чувств, есть только физиологическая гормональная зависимость с элементами психологической зависимости.

Ты не любимый человек, ты — враг, которого нужно уничтожить.

У перверзных по определению отсутствует механизм, который отвечает за любовь и влюбленность. Это моральное уродство, поэтому не нужно верить, когда он говорит про любовь. Он «любит тебя» пока ты ему нужен, пока есть, что взять, пока ты не огрызаешься и не «оттяпываешь» куски от него.

Ощущение от отношений с перверзным – что у тебя забрали душу, забрали твою личность, ничего не дав взамен.

Вырвавшись, часто жертвы хотят отмщения, но это снова путь в никуда. Нужно держаться от таких подальше. Они ущербны. Им не дано любить, им не дано нормально жить.опубликовано 

 

Автор: Ольга Цыбакина

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //balanceinlife.ru/manipulyatory-psihoad-nayavu/

Жертвы заботы: здоровая забота и не очень...

Поделиться



Забота — здоровая и не очень

 

Заботиться о других — это прекрасно. Забота это хороший способ показать, что другой важен для нас и это одна из важных составляющих в близких отношениях.

Тем не менее, несмотря на всю “красоту” акта заботы о другом человеке, с психологической точки зрения, забота бывает здоровой и не очень здоровой.





Нездоровая забота предполагает формулу, согласно которой «в один и тот же момент я могу заботиться либо о своих интересах, что эгоистично, либо о твоих, что похвально». Заботящийся видит ситуацию как «или твои интересы или мои» и выбирает «твои», как более важные.

Такая забота предполагает непременную жертву своими интересами, восприятие своих и чужих интересов, как конфликтных и несовместимых по сути.

Нездоровая забота мотивирована, с одной стороны, чувством собственной ущербности, отсутствием «легального» права заботиться о себе, без чувства стыда или вины.

Избыток самопожертвования, характерный для нездоровозаботящихся, часто встречается у тех людей, которые обременены хроническим чувством вины и/или собственной никчемности. И акт заботы, в основе которого лежит такое самопожертвование, есть способ хоть как-то поправить самооценку.

С другой стороны, как это ни парадоксально, нездоровозаботящийся склонен чувствовать собственную значимость, принимая на себя ответственность за жизнь другого человека. А порой, не принимая, а отнимая у другого ответственность за жизнь этого другого. Он испытывает острую необходимость быть большим и важным в глазах других людей.

Нездоровая забота

  • заботящийся хронически жертвует своими интересами;
  • заботящийся заботится так, как считает нужным, без учета того, в чем действительно нуждается тот, о ком заботятся;
  • заботящийся заботится преодолевая “нет” жертвы своей заботы, когда жертва в заботе не нуждается и даже противодействует ей;
  • значимые интересы заботящегося откладываются на потом, как незначимые;
  • заботящийся воспринимает свои интересы как эгоистичные;
  • заботящийся знает лучше, что именно нужно тому, о ком он заботится;
  • заботящийся относится к своему подопечному с жалостью, как к слабому, несостоятельному, недоделанному.
  • заботящийся испытывает неловкость, стыд или вину, когда ему нужно, отказать другим людям, сказать «нет»;
  • заботящийся чувствует свою ценность лишь при условии выполнения некоей функции для другого/других, словно это главное мерило его ценности.

Здоровая забота

  • подразумевает внимание к чувствам другого человека. Заботящийся беспокоится о том, чтобы забота была принята легко. Чтобы тот, кто принимает помощь и заботу, не чувствовал себя слабым и недоделанным.
  • означает понимание потребностей другого человека и усилия в реализации его потребностей. Заботящийся исходит из того, что тот, о ком он заботится, лучше знает, что ему нужно.
  • является естественным проявлением значимости другого. Если другой важен для нас, мы заботимся о нем.
  • подразумевает уважение к тому, о ком заботишься. Восприятие другого как равного, насколько это возможно.
  • один из кирпичиков в фундаменте близких отношений.  
P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.facebook.com/notes/%D0%B7%D0%B0%D0%BC%D0%B5%D1%82%D0%BA%D0%B8-%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B0%D0%BF%D0%B5%D0%B2%D1%82%D0%B0/%D0%B7%D0%B0%D0%B1%D0%BE%D1%82%D0%B0-%D0%B7%D0%B4%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B0%D1%8F-%D0%B8-%D0

Как ни в чем ни бывало: магическая манипуляция оппонентом после ссоры

Поделиться



Манипуляции — это когда один человек чего-то хочет от другого, прямо это не декларирует, но провоцирует другого на действия или чувства, которые удовлетворят его хотелку.

Манипуляции бывают обидными или безобидными, смешными или совсем даже не очень, но цель их всегда одна — размыть границы другого. Для того, что бы не брать на себя ответственность за себя.





©Epsilon Delta 

А вот недобор такой ответственности может расти из разных мотивов:

  • флирт,
  • страх отвержения,
  • желание поиметь что-то, не давая ничего взамен,
  • контроль,
  • самоутверждение,
 

А также эгоцентризм — то есть, когда человек считает, что много чего в жизни происходит или не происходит потому что он какой-то или сякой-то. Когда человек переживает свою ответственность за то, на что он реально влиять не может. Но считает, что настроение у кого-то плохое обязательно из-за него, погода назло неподходящая, а у окружающих что-то получается или не получается, потому что он не так посмотрел. Поэтому, что бы все получилось и он не замочил себя внутренним критиком, проще манипульнуть для подстраховки. 

Мотивы, из которых растут манипуляции могут быть очень разные — от коварных, до вполне светлых и безобидных. Но суть в том, что любое манипулирование всегда связано с темой границ — сознательной или бессознательной путаницей границ.

Вот, вдохновившись этой темой, которую я люблю поизучать, решила создать серию заметок, посвященную манипуляциям, механизм которых мне кажется занятным.

Сразу хочу сказать, что эти заметки не несут в себе осуждающий контекст. То есть я не считаю, что это плохо. Ибо манипуляциями пронизано почти любое общение, и чаще всего люди их применяют не столько из-за своих коварных намерений, а из-за своей неосознанности и делают с другими то, чего делали когда-то с ними.

 





Моя любимая. Назову ее «Магия»

Магия, потому что в основе этой манипуляции лежит фокус:

  • вот только что было какое-то неприятное проявление, а потом оп — и как бы ничего и не было и все продолжает идти своим чередом.
Суть этой манипуляции такова, что после ссоры или смачных разборок, в результате которых НЕ БЫЛ достигнут консенсус (то есть обе стороны о чем-то внятно не договорились, не помирились, не извинились, а закончился контакт на непонятной ноте, или понятной, но с посылом куда подальше) спустя какое-то время человек-посылатель вдруг инициирует продолжение общения. И делает это так, будто и не было никакой ссоры, будто он не посылал никуда, не обвинял в чем-то, и не кусался, а просто вот любезно инициирует общение, будто какое-то время назад и не было кровавых разборок.

Если границы собеседника неустойчивы по каким-то причинам (то есть если нет ясной осознанной позиции и чувствования (ключевое слово) себя), то начинается внутренний диалог примерно следующего содержания:

— Я помню как мне было больно и неприятно во время последнего нашего контакта. 
— Но сейчас же мой собеседник мил и доброжелателен, разве в ответ на такую приветливость и открытость уместно посылать человека? Это как-то неадекватно.
— Но он(а) же во время последнего разговора орал(а)/послал(а) меня/предал(а)/… меня.
— А может он(а) так хочет помириться и извиниться? В конце концов не надо быть гадиной/злопамятство — это плохо/дай человеку шанс/милосердие — это хорошо/.... 

И дальше происходит подержание волны «как ни в чем ни бывало».

Чем более дорог человек, чем важнее его хорошее отношение, тем больше вероятность попасться на эту удочку.

Очень мало людей я встречала, которые на дружелюбность отвечали бы хамством. Ну, там, в московском метро, может, или в сбербанке. Но это не про отношения. Это про эмоциональное выгорание.

А в отношениях со значимыми людьми их теплое отношение важно. Иногда настолько важно, что можно немножечко ослепнуть и не замечать места, которые отнимают много сил и ранят, и обращают к таким часто неподдерживаемым в обществе чувствам, как печаль, растерянность, злость, страх.

И вот, значит, каким-то магическим образом то, что еще вчера могло переживаться как «нуохренетьваще/мне так не подходит» куда-то девается и вдруг заменяются на «хорошо, что помирились/как же ты мне дорог(а)/мне с тобой хорошо» и прочие теплые чувства.

А «нуохренетьваще» никуда не девается. Оно выходит в психический астрал блуждать на задворках сознания и казаться чем-то странным и даже неадекватным. Поэтому ну его.

Другой вопрос, что потом оно может накопиться так, что будет либо большой взрыв, либо депрессия, либо еще чего-нибудь диссоциативненькое.

Но я же сейчас про манипуляции да. В чем ее суть в контексте границ?

Злость (а она когда посылают/предают/хамят обычно присутствует) — это защитное чувство, указывающее на то, что человек переживает свои границы нарушенными (другой вопрос что он включает в свои границы). То есть на ту территорию, которую он считает своей, кто-то покусился без его согласия. Кто-то пришел и как бы заявил «я здесь (в твоих границах) хочу делать то, что я хочу без согласования с тобой. Теперь это мое». 

И суть этой манипуляции — обойти защитные препятствия, избежать прояснения отношений. Но если не прояснить где чья территория, где чьи интересы и не договориться про то, как взаимодействовать друг с другом, учитывая особенности каждого, избавит ли это от конфликтов в отношениях? Нет. Это приведет либо к дистанцированию (при чем, оба партнера могут делать вид, что у них все как прежде хорошо, а вот близости-то уже нифига нет, один сквозняк в душе может остаться. И лишь мозг может судорожно цепляться и искать бесконечно «где мое хорошо? ведь было хорошо! Куда вдруг делось-то?»), либо к конфликтам с большим накалом, либо к тому, что территория одного, будет отдана без осознанного на то согласия, собственная значимость для партнера упадет и усилится эмоциональная зависимость.

А как без этой манипуляции мириться в отношениях? Так же и послать можно друг друга и все развалится — спрашивает меня воображаемый собеседник.

А вот можно. Даже если нет сил прояснять все (прояснять что-то при сильном накале страстей может быть действительно опасненько, ибо страсти могут распалиться до деструкции и разрушений), можно обозначить честно свою позицию.

Например «да, это трудное для меня место в наших отношениях, но сейчас я в растерянности и не знаю чего я хочу/я сейчас в очень сильных чувствах и боюсь наломать дров, поэтому отстранюсь на какое-то время/я чувствую свою обиду, но одновременно я чувствую, что ты мне важен(на)/да, наш последний диалог был трудным, но сейчас я хочу вот за это извиниться и вот об этом с тобой договориться». 

В общем, если без манипуляций, то есть декларация своих границ, своей позиции/мнения/чувств касательно конфликта. Магия, когда что-то точно было, а потом оп — и как бы ничего и не было, обычно применяется тогда, когда хочется чего-то скрыть, спрятать, либо когда хочется засунуть голову в песок, что бы с чем-то пугающим или неприятным не встречаться.

И само узнавание этого места и своих импульсов (например, импульс поддержать видимость, что ничего не было) уже позволяет избежать расщепления. А значит сохранить целостность и найти творческое приспособление по части того, как обойтись со столь заковыристым местом в отношениях.опубликовано 

 

Автор: Ксения Аляева

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: alyaeva.livejournal.com/105009.html

Телесные зажимы. Челюсть: все невысказанное значимым для нас людям

Поделиться



По образному определению В. Даля челюсть состоит «из двух личных костей, в коих сидят зубы; верхняя челюсть недвижима и вверху образует скулы; нижняя челюсть ходит мыщелками своими; кусает и жует». А челюстной сегмент включает в себя еще и мышцы затылка.

Наверное, каждый из вас чувствовал когда-либо, как его челюсти сильно сжимаются в стрессовых ситуациях. О, сколько за этим обычно стоит!  Область челюсти, она же область рта, она же стоматическая область, несет большую психологическую нагрузку с точки зрения телесно-ориентированной психотерапии.





Ну, во-первых, это эволюционное приспособление —  возможность откусить, оторвать, вцепиться – необходимо для захвата, пережевывания пищи, т.е. для выживания. Во-вторых, челюсть была необходима для  защиты от животных и враждебно настроенных людей.

Это самая прочная кость. Без нее человек не выжил бы. Челюсть обеспечивает удовлетворение базовых потребностей: еда, защита. «Вырвать зубами», «Перегрызть горло».

И до сих пор эти функции челюсти имеют значение, только в цивилизованном мире все как-то сглажено и завуалировано. Но наши мышцы, которые регулируют сжатие челюсти и расслабление, по-прежнему работают. И чаще всего мы, телесные терапевты,  сталкиваемся с напряжением и  сжатием в этой области.

Зажимы формируются, когда человек что-то не выражает. Формируются с раннего детства (отказ от груди, соски). Когда впервые в жизни вы хотели высказать свою злость, но не сделали это по какой-то причине, организму пришлось для подавления этой реакции задержать дыхание, сдавить челюсти и сжать кулаки.

В детстве нас воспитывали и прививали поведение культурного человека: «Не кричи громко, не плюй, не кривляйся, не говори чепуху, не зевай громко, не причмокивай и т.д.». Но нам иногда этого очень хотелось (и хочется). Почему? Потому что так мы снимали напряжение в челюсти, которое возникало в ответ на гнев, обиду, насмешки.

И нас никто не научил, как выражать гнев социально приемлемыми способами и как «выводить» из тела напряжение, связанное с непроявленными сильными эмоциями.

Был просто запрет на проявление сильных эмоций в детстве. Запрет на выражение плача, крика, обиды, гнева, агрессии. «Закрой рот», «Дам по губам», «Ты же мужчина», «Что надулся?».

Поэтому здесь, в этом сегменте, блокируется все невысказанное значимым для нас людям, невыплюнутое, недополученное, недовырванное зубами.

С помощью напряжения современные люди научились сдерживать крик, гнев, злобу. И у некоторых это так хорошо получается, что их рот уже не может раскрыться полностью, чтобы что-то громко  сказать, их речь становится малопонятной, человек «мямлит», возникают множественные проблемы с зубами, начинаются боли в челюсти и в области затылка. И еще может снижаться зрение.





И вы сейчас можете проверить, насколько сжаты ваши челюсти:

  • Сложите три пальца и поместите их между зубов. Насколько вам комфортно удерживать длительное время такую позицию? Если удобно и комфортно, то сильного зажима скорей всего нет. Если помещаются только два и появляется боль — сильное сжатие.
 

А теперь, выберите какую-то деталь на противоположной стене и посмотрите на нее, а потом сильно сожмите челюсти и посмотрите на эту же деталь. Очертания размываются? Вот так зажим.

Преодолевая жизненные сложности, мы неосознанно сжимаем челюсти и «собираем волю в кулак». По развитости жевательных мышц мы можем судить о развитости приобретенных волевых качеств человека. По силе захвата мышц челюсти мы можем оценить стратегии активного действия человека. И здесь может быть несколько вариантов:

  • открытый конфликт,
  • подстройка и манипуляция,
  • поступательное неуклонное давление,
  • поиск нестандартных решений.​
 

А какие стратегии вы используете?

Понятно, что человеку со слабой челюстью в открытом бою делать нечего и, он интуитивно выберет более комфортную для него тактику.

 

Также интересно: Психологические функции мышц​  

Оргонная психотерапия​

 

Понимая типичные шаблоны поведения и свои доминирующие стратегии, вы сможете более объективно осознавать, что выбор тактики достижения результата должен базироваться на изучении альтернатив, а не на привычных моделях реагирования. Но для этого необходимо научиться управлять мышцами в этом сегменте.опубликовано 

 

Автор: Ирина Созонова

 



Источник: cross-club.ru/261-chelyust-telesnaya-harakteristika.html

Ребенок, поправь личико

Поделиться



Дети быстро усваивают, что если сделать недовольное или несчастное лицо, добрые родители сразу торопятся помочь или пожалеть. Удобно! Впрочем, умные родители, которые научились эту манипулятивную фишку понимать, реагируют просто: «Поправь лицо!» И, как вы думаете, какие после этого результаты? — Вот фрагменты из отчетов моих студентов.

 





Сын читает историю с демонстративной неохотой и скукой. Я сказал, что он будет перечитывать до тех пор, когда прочитает бодро, с выражением и интересом. Помогло, прочитал с третьего или четвертого раза.

Дочь пришла к столу завтракать с расстроенным видом, как будто ей что-то не нравится; я сказал, чтобы она исправила лицо на радостное, натянула улыбку, иначе пойдет в угол. Помогло, сразу лицо поправила и улыбнулась.





Дочь в магазине уронила манекен и тут же расстроилась, чтобы ее никто не ругал. Я подошел и сказал, что если она будет расстраиваться, то я ее накажу. Она улыбнулась и рассказала, что произошло. Я сказал, чтобы она пообещала, что больше так делать не будет.

 



СЧАСТЬЕ — побочный эффект обычной жизни

Материнский капитал

 

Приехав домой, дочь опять расстроилась — просто так. Я сказал, чтобы она лицо поправила, иначе папа будет сердиться, но тут вмешалась мама и сказала, чтобы я отстал от ребенка. Поведение детей очень сильно зависит от места и окружающих: мама у них в большем авторитете, поскольку они живут с ней.опубликовано 

 

Автор: Николай Козлов

 

 



Источник: www.psychologos.ru/articles/view/rebenok-poprav-liciko

Фразы-манипуляторы, которым не надо верить

Поделиться



Поговорим о Фразах, которым не надо верить. Это так называемые фразы-манипуляторы.

Первая группа таких фраз состоит из выражений, с приставкой «ТЫЖЕ». Тыжемать, Тыжеженщина, Тыжехозяйка и так далее. Цель этих фраз заставить человека быть удобным для манипулятора. Эти фразы вызывают чувство вины.

Ну, действительно, это, что же за хозяйка, которая не может сделать ягненка под сачем, и что же за жена, которая не встречает мужа в пеньюаре и с легкой улыбкой после того, как целый день делала того самого ягненка.





Защитой от манипуляций может стать заранее приготовленный ответ. – Тыжмать!, — услышали Вы, как упрек, ответьте гордо: — И не просто мать, а лучшая на свете мать.

Мои родные достаточно долго пытались давить на меня фразой: — Тыжепсихолог. Ну действительно, ведь  психологи же никогда не испытывают страха, злости, ярости, никогда не повышают голоса и вообще какают бабочками.

Но, я выработала защиту, и теперь на фразу Тыжпсихолог, отвечаю: — Нет, дорогой. Сейчас я невротик .

Вторая группа фраз-манипуляторов, которым не надо верить:  «Я женюсь на тебе если… (ты похудеешь/уйдешь с работы/родишь мне ребенка/перестанешь общаться с подругой)» .

Не верьте. Может и женится, но не верьте, что вы будете счастливы. Любые отношения, основанные на слове ЕСЛИ обречены на провал. ЕСЛИ это код, тайный шифр. В нем кроется шантаж и манипуляция. В нем кроется нелюбовь. В нем кроется тупик, путь в некуда.

А посему лучшим ответом будет: «Если я тебя больше не увижу в своей жизни, это будет лучший твой подарок мне. Чао-какао!» И ушла, каблучками стуча.

Вышеописанные группы относятся к негативным манипуляциям, ибо воздействуют на человека через чувство вины.

Но помимо негативных манипуляций, есть и позитивные иными словами лесть. Это и есть третья группа фраз-манипуляторов. Практически все женские журналы пестрят советами, как добиться от мужа и партнера каких-либо действий, например, починить, пресловутый кран. «Милый, лучше тебя это никто не сделает!», — фраза, которую советуют журналы использовать в деле управления мужем.

На самом деле это огромная ошибка. Манипулирование, даже позитивное ни к чему хорошему не приведет.

Во-первых, неискренность чувствуется сразу, на уровне подсознание, вы можете говорить все, что угодно, но фальшь скрыть невозможно. Во-вторых, такого типа фразы чаще воспринимаются с агрессией. Ведь Ваш муж не полный дурак, чтобы не понять, что Вы всерьез не можете верить, что он починит кран лучше сантехника.

Приведу пример из жизни своих близких. Один из моих родственников долгое время страдает алкоголизмом. Он и кодировался, и лечился, и что только не делал, не помогало. Примерно полгода назад он согласился лечь в реабилитационный центр, и все вроде бы шло хорошо.

Но в один прекрасный день он сказал, что уходит оттуда. Когда стали разбираться в чем дело, оказалось, что он обиделся на то, что его поздравляли с Днем Рождения. Следуя книгам по психологии, где совершенно верно отмечено, что, как правило, алкоголизм прямое следствие недолюбленности и чувства ненужности, горе-психологи центра всеми способами пытаются показать, что он нужен и любим, но используют при этом такие топорные методы, что от них возникает лишь чувство тошноты.

Они целый день его поздравляли, он уже просто не знал, куда деваться от этих поздравлений. Сначала возникло чувство неловкости, а затем появилась злость, что они его за придурка считают.

Ну, в самом деле, он 50-ти летний взрослый мужчина не может не понимать, что совершенно чужие люди не могут его любить той материнской любовью, которой ему так не хватало.В итоге пришлось затрачивать огромные усилия, что бы сгладить эту жуткую ситуацию и продолжить лечение.

 



За каждым страхом есть желание, чтобы так оно и было

Психология бедности или Преграды на пути к богатству

 

Ни одна манипуляция не достигнет желаемого результата, здоровые и гармоничные отношения можно строить лишь на искренности. Все остальное называется вынос мозга.опубликовано  

    

 Автор: Наталия Мелешко

 



Источник: psy-practice.com/publications/lichnye-otnosheniya/frazi_kotorim_ne_nado_verit/

5 жестов для убеждения собеседника — это работает!

Поделиться



Элис Мэй Уильямс и Ясмин Джонсон из лондонского Университета Голдсмит заметили, что вниманием студентов легче завладеть, сопровождая свою речь определенными жестами. 

Заинтересовавшись этим вопросом, они выделили пять движений, которые помогут не только увлечь собеседника, но и заставить его поверить в то, что твоя точка зрения единственно верная.

























 









опубликовано  

 

 



Независимо от внешности: 10 качеств, делающих человека привлекательным

Энергия эмоций: шкала тонов Рона Хаббарда

 

 



Источник: vk.com/mymozgi?w=wall-46553394_102850

Способы манипуляции людьми и как не стать её жертвой

Поделиться







Последнее время в Сети всё чаще обсуждается проблема манипулирования людьми, навязывания чужого мнения и взглядов, превращения общества в бездумную массу. Шорт-лист самых распространенных приёмов и правил, которые помогают убеждать, располагать, инспирировать и всячески влиять на людей, а также способы, позволяющие защититься от социальной манипуляции.

Social proof, или принцип социального доказательства

В Советском Союзе люди сначала вставали в очередь и лишь потом интересовались, куда же она ведёт. «Если все эти люди ждут, значит, товар хороший» — думал каждый. Само наличие очереди сигнализировало о ценности предлагаемого продукта. Таким образом в советском обществе проявлялся принцип социального доказательства. Основанный на стадном инстинкте, он заключается в подражании поведению большинства и является предохранительной функцией нашего мозга, освобождающей последний от необходимости обрабатывать лишнюю информацию. Именно в нём кроется природа мейнстрима.

Особенно эффективно принцип социального доказательства работает, когда человек оказывается в запутанной или двусмысленной ситуации, и у него нет времени в ней толком разобраться. «В любой непонятной ситуации делай, как все» — Social Proof разом решает все проблемы. Когда мы хотим купить новый гаджет и ломаем голову над тем, какую модель выбрать, решающим критерием для нас зачастую оказываются отзывы и рейтинг. Принцип социального доказательства глубоко пустил корни в современный бизнес. Больше не нужно доказывать потенциальному клиенту, насколько товар хорош, достаточно отметить, что так думает большинство.

Сегодня маркетологи настоятельно рекомендуют владельцам сайтов и различных страниц не афишировать счётчики, если показатели на них скромные. Большое количество подписчиков — лучший знак качества и причина тоже подписаться. Это относится и к посещаемости сайта.

Ещё один наболевший пример использования принципа социального доказательства — скетчи и юмористические сериалы. Зрители часто жалуются, что их раздражает фоновый смех после каждой шутки. Тем не менее на эффективности метода это не отражается. Люди привыкли ориентироваться на реакцию окружающих при определении того, что является смешным, и зачастую реагируют не на шутку, а на сопровождающий её закадровый смех.

Кстати, Social proof послужил основой возникновения некоторых профессий. Например, клакёр — человек, который за определённую плату приходит на выступление, громче всех аплодирует и кричит «Браво!», или классический пример — плакальщики, «задающие настроение» на похоронах в Бразилии или на Филиппинах.

Метод группового подкрепления

Этот приём местами перекликается с предыдущим, но, в отличие от него, ориентирован на изменение человеческого убеждения, нежели поведения. Согласно данному принципу, при многократном повторении одного и того же тезиса (идеи, концепции) внутри какой-либо группы, её члены со временем примут это утверждение за истину. Американский академик и писатель Роберт Кэрролл подчёркивает, что повторяемое суждение не обязательно должно быть истинным. В него поверят независимо от того, насколько оно теоретически или практически доказано. Более того, считается, что люди принимают на веру, без критической оценки, любые групповые ценности, идеи, доктрины, если идентифицируют себя с этой группой и не хотят прослыть изгоями. Это психическое явление и проявление конформизма называют индоктринацией. Противоположные индоктринации феномены: «социальная автономность», «критичность», «нонконформизм».

Красочным примером работы метода группового подкрепления являются стереотипы, мифы и легенды, которые кочуют из поколения в поколение. Кроме того, приём активно используется СМИ и является эффективным средством в информационных войнах. С помощью ловкой манипуляции фактами и различными речевыми уловками медиа навязывают нам определённые убеждения путём систематического повторения одних и тех же мыслей. Для борьбы с подобными тенденциями в учебные программы некоторых стран внедряется курс медиаобразования, призванный развивать у людей всех возрастов критическое мышление.

Источник: www.ecology.md

Прочь с корабля дураков: что из себя представляет «человек разумный» в ХХI веке

Поделиться







© Frauke Thielking

Платон сравнивал бессознательную жизнь с наблюдением теней на стенах пещеры. Сегодня пещера сменилась огромным супермаркетом, в котором посетителям по громкой связи твердят, что они не более, чем клубок пристрастий, которому все равно, куда катиться. Насколько верно это утверждение? Перевод статьи Стивена Пула об общественном сознании, когнитивных искажениях и манипуляции.

Успехи человечества и его самовосприятие сегодня зажаты в тиски курьезных противоречий. Можно доставлять автономных роботов на Марс или с помощью генной инженерии сделать стерильными малярийных комаров, однако новости из популярной психологии, неврологии, экономики и других областей твердят, что мы не так рациональны, как привыкли считать. Человечество пало жертвой последовательных ошибок, цепляясь за свое стремление победить и всегда быть правым. В лучшем случае — гласит предание, — наша способность быть разумными находится в непрестанной войне с внутренней иррациональной тьмой. В худшем — стоит и вовсе прекратить попытки быть полностью рациональными.

Чувство недоверия к нашей разумной способности укрепилось благодаря мощному импульсу со стороны поведенческой экономики, в частности, из–за совместных исследований Даниэля Канемана и Амоса Тверски в 1980-х, результаты которых были представлены в бестселлере Канемана «Думай медленно… Решай быстро». В нем Канеман абстрактно разбил сознание на две аллегорические системы — интуитивную «Систему 1», чаще дающую неверные ответы, и рефлексивно судящую «Систему 2». «Внимательная «Система 2» — это то, какими мы мыслим самих себя, однако большую часть времени у руля находится интуитивная, пристрастная, иррациональная «Система 1».

Другие версии того же размышления выражены в более негативной форме. «Ты не столь умен» (2011) — бестселлер Дэвида МакРэйни — посвящен когнитивным искажениям. По данным статьи «Почему люди выносят суждения» (2011), написанной исследователями-когнитивистами Хьюго Мерьсе и Дэном Спербером, наши предположительно рациональные способности развивались не для поиска истины, но лишь для того, чтобы достичь выигрышной аргументации. И в своей книге «Праведный разум» (2012) психолог Джонатан Хайдт формулирует мысль, что наш «наиболее благородный атрибут — лишь заблуждение». Он добавляет: «Культ разума является примером веры в то, что не существует». Мозг, поддерживающий господство здравого смысла, чаще всего оказывается запутанным, сырым и небрежным переплетением когнитивных искажений и страха.

Можно сказать, что это сциентистская трактовка первородного греха. Столь скорое принятие такой позиции со стороны государственных деятелей должно было насторожить. Культура, полагающая, что ее представители не способны мыслить, будет относиться к ним иначе, нежели та, что уважает их рефлексивную автономию. К какой из культур мы хотели бы принадлежать? Выбор есть. Ведь концепция скомпрометированного разума куда более проблематична, чем себе представляют ее последователи.

В большинстве трактатов подразумевается, что рациональность отделяет нас от состояния животного. Платон утверждал, что мизология (ненависть к разуму) берет свое начало там же, где и ненависть к человечеству. Аристотель заявил, что человек — «существо разумное»; это казалось очевидным и Бенедикту Спинозе: «Как собака — существо лающее, так и человек — мыслящее». Конечно, у философов были долгие споры о природе и границах разума. Кант выступал против «рационалистов», таких как Лейбниц, которые утверждали, что чистый разум способен раскрыть природу реальности. Гегель настаивал на том, что отдельно взятые мыслители не могут сбежать от собственного исторического контекста, а Юм отметил, что разум сам по себе не побуждает к действию.

Еще недавно имел место общий взгляд на то, что разум, вне зависимости от характера и границ, — это определяющий аспект человеческого бытия

Еще недавно имел место общий взгляд на то, что разум, вне зависимости от характера и границ, — это определяющий аспект человеческого бытия. На этом основании выросло достигшее апогея отчаяние, которым были проникнуты тексты романтических антирационалистов во второй половине XX века, искренне полагавших, что Просвещение привело к ГУЛАГу и Холокосту. Критика разума была выражением пессимистического взгляда на человечество в целом. Сегодня человечество способно отказаться от мысли, что разумность — его основная черта. Но, несмотря на приводимые доказательства, — должно ли?

Иррационален не человек в целом, а современный homo economicus.

Современный скептический взгляд на рациональность в большинстве базируется на многолетних исследованиях когнитивных искажений. Мы подвержены иррациональным явлениям, таким как «эффект якоря» (например, если нас попросят загадать любое число, выбор окажет влияние на последующие ответы — даже если вопросы будут не связаны между собой) или «ошибку доступности» (мы судим о предмете в соответствии с наиболее очевидными для нас примерами, не беря в расчет весь спектр ситуаций и взглядов). Более фундаментальной является проблема, демонстрирующая, что заявления о человеческой «иррациональности» в первую очередь зависят от того, что подразумевается под «рациональностью».

В ходе разработки теории игр и теории принятия решений в середине XX века под «человеком разумным» стал пониматься индивидуум-одиночка, чьи решения определяются стремлением к максимальной выгоде, а предпочтения (математически или логически) непротиворечиво связаны в течение долгого времени. Относительно образа такого homo economicus человек и правда кажется нерациональным. Изящной демонстрацией этого факта стали исследования Канемена-Тверски последних лет. Выбирая во время сложных ставок, человек предпочитает ту, в которой потери выглядят наименьшими, — ведь меньшие потери представляются яснее, чем равная им потенциальная прибыль.

Представьте, что вы сказали о Линде следующее:

— Линде 31 год. Она незамужняя, раскованная и очень яркая. Ее специальность касается философии. Во время студенчества она занималась вопросами дискриминации и социальной справедливости, а также участвовала в антиядерных демонстрациях.

Тогда какое из этих утверждений будет более вероятным?

— Линда работает кассиром в банке.

— Линда работает кассиром в банке и участвует в феминистском движении.

Большинство отвечает, что второй вариант является более вероятным. Канеман утверждает, что в статистическом отношении этот вариант не более вероятен, чем первый. «Люди, выбирающие второй пункт, — утверждает Канеман, — полагают, что Линда принадлежит к меньшему сообществу, нежели к большему, включающему в себя первое. Математически это неверно». Пример Канемана призван продемонстрировать, как установки в сознании, порожденные неточной информацией о личности Линды, подвигают нас совершить так называемую конъюнкцию заблуждений, что и приводит к «иррациональному» суждению.





Однако этот подход не включает некоторые важные нюансы. Рассмотрим то, что философ Пол Грайс назвал коммуникативной импликатурой. В соответствии с максимой релевантности Грайса люди предполагают, что информация о личности Линды указана, так как имеет значение. Это приводит их к выведению вероятности, отличной от собственно математической, так как строго математический ответ обессмыслил бы данный образ личности. (В конце концов, мы могли бы разумно задаться вопросом, зачем вообще была дана эта информация?) Может быть, респонденты, дающие «неверный» ответ, интерпретируют вероятность как нечто, сродни повествовательному правдоподобию?

Что характерно, в 1999 году психологи Ральф Гертвиг и Герд Гигеренцер сообщили, что если ту же самую загадку предлагать в терминах относительной частоты, а не «вероятности», люди чаще будут давать математически верный ответ. Стоит добавить, что если мы говорим о правдоподобии, версия «кассир в банке и активистка феминистического движения» звучит куда реалистичнее. Возможно, поэтому данный вывод является определенно рациональным: он приводит к соответствию всю имеющуюся информацию.

Существует множество важных причин для того, чтобы давать «неверные» ответы на вопросы, выявляющие когнитивные искажения. Когнтитивный психолог Джонатан Эванс был первым, кто сделал предположение о двунаправленной природе суждений — еще в 1980 году. Но он сопротивлялся разговорам в терминах «Системы 1» и «Системы 2» и выступал против предпосланных установок, приписывающих когнитивным искажениям иррациональную природу. В опросе 2005 года он предлагал следующие ситуации. Например, респонденту задают вопрос:

Если она встретит друга, то пойдет в театр.

Она встретила друга.

Что из этого следует?

Как и следовало ожидать, 96% людей делают верный логический вывод: она пойдет в театр. Но взгляните, что происходит, когда вводится дополнительное условное суждение:

Если она встретит друга, то пойдет в театр.

Если у нее достаточно денег, то она пойдет в театр.

Она встретила друга.

Что из этого следует?

Теперь лишь 38% опрошенных дают столь однозначный ответ. В строго логических рамках остальные 62% ошибаются. Эванс объясняет: «В формальной логике аргумент, выводимый из некоторых посылок, с необходимостью должен выводиться, если вы добавите новую информацию». Однако люди, сомневающиеся в том, что девушка все же пойдет в театр, не обязательно поступают иррационально. Эванс рассматривает их мыслительный процесс так: «Дополнительное условное суждение приводит к сомнению в истинности предыдущего суждения. Люди начинают думать, что даже если некто хочет пойти в театр с другом, он может быть не в состоянии позволить себе это. Следовательно, вполне разумно, что люди не могут дать однозначный ответ».

Одно интересное следствие более широкой трактовки рациональности — то, что становится гораздо сложнее опровергнуть оппонентов. В статье, озаглавленной «Доказательное основание науки о климате» (2013), Дэн Кахан, профессор права и психологии, утверждает, что люди, отвергающие принятые факты о глобальном потеплении и принимающие вместо этого факты своих коллег, в определенном смысле являются образцами рациональности.

«Ничто из того, что обычная женщина думает о глобальном потеплении, непосредственно не коснется ее жизни или жизни того, о ком она заботится. Тем не менее, если она займет ложную позицию по отношению к данному феномену с точки зрения тех людей, с которыми тесно связана в социальном отношении, кого она уважает или от кого зависит, она может серьезно пострадать — начиная с того, что ее будут избегать прежние знакомые, и заканчивая увольнением. Дело в том, что для такого индивидуума совершить ошибку относительно науки — ничто, а вот последствия социального остракизма в данном случае будут катастрофическими. Так что в субъективном отношении для нее действительно рациональным будет уклонение от открытой конфронтации, противопоставления своей позиции — мнению культурной группы.»

Конечно, если совокупность индивидуумов — «индивидуальных рациональностей» в терминологии Кахана, — отражает групповое поведение, то можно заключить, что в целом группа поступает иррационально, отвергая обоснованные научные доводы. Пожалуй, это интеллектуальная версия известной трагедии общин: отдельный индивидуум действует «разумно» в соответствии с собственными интересами (стремление получить максимум от общей доли), но общее поведение (чрезмерный выпас скота и, как следствие, разрушение плодородной почвы) окажется иррациональным. Не стоит удивляться тому, что группы, как и их отдельные представители, могут поступать рациональным или иррациональным образом. Толпы не блещут умом.

Не стоит удивляться тому, что группы, как и их отдельные представители, могут поступать рациональным или иррациональным образом. Толпы не блещут умом

Тем не менее существует эмпатическая значимость в намерении обнаружить, что индивид получает, разделяя очевидно ложные представления. Аргумент Кахана о женщине, не верящей в глобальное потепление, является удивительным и убедительным примером общего принципа: если мы хотим понимать других, стоит спросить, что делает их поведение рациональным с их точки зрения. С другой стороны, если предположить, что они целиком иррациональны, диалог в принципе не сможет состояться.

В двух словах, речь идет о проблеме практического применения бихевиористской экономики в современной системе управления посредством «подталкивающей» политики. Кахан выступает против того, что он называет тезисом общественной иррациональности, — представления о том, что в большинстве граждане поступают иррационально. Он стоит на позиции, что данное утверждение необоснованно, однако либерально-патерналистские создатели указанной выше формы политического взаимодействия просто принимают его, как они заявляют, в наших же интересах.

Эта мысль стала массовой благодаря книге «Встряска», написанной профессором права Кассом Санстейном и экономистом Ричардом Талером. В ней они полагают, что официальная политика должна сознательно обходить процессы рефлексии и вынесения суждений в обществе. Как? Во время создания «архитектуры выбора», в которой альтернативные варианты обычно ориентированы на людей c определенными когнитивными слабостями, гарантирующими большинство для принятия желаемого решения. Например, в школьной столовой можно поставить здоровую пищу на уровне глаз (по принципу супермаркета), сместив «мусорные» продукты в труднодоступные места. Этот прием целится в леность непосредственного восприятия и действия.

Манипулятор оказывается благоволящим богом, создавшим лабиринт, ведущий грешников к «верному» выходу.

Стимуляция получила огромный успех в правительствах разных стран. Правительство Великобритании создало в кабинете министров «Бихевиористские группы понимания» (неофициально известные как «подразделения стимуляции»), позже частично приватизированные. Аналогичные подходы были опробованы во Франции, Бразилии, Австралии и Новой Зеландии.

По сравнению с логическими задачками Канемана, за более широким пониманием рациональности сложно разглядеть пораженные манипуляцией мыслительные процессы. В лучшем случае они могут быть гибкими, как правила эмпирической закономерности («правило большого пальца») для быстрого принятия решений, — но это вовсе не значит, что они будут способствовать разумным действиям, — пока управляющий выбором («архитектор») не пустит движение среды в нужном направлении, решив в одностороннем порядке, какое решение в данном контексте будет считаться рациональным. Манипулятор оказывается благоволящим богом, создавшим лабиринт, ведущий грешников к «верному» выходу. Стимулирующая политика может рассматриваться как развитие пугающих тенденций, которые философ Аласдер Макинтайр отметил еще в 1988 году:

«Потребитель, избиратель и индивид в целом имеют право выражать свои предпочтения посредством выбора из предложенных им альтернативных вариантов, однако их диапазон управляется элитой — точно так же, как и способ их презентации. В рамках либерализма члены правящих элит стали теми, кто связал высокие компетенции с убедительно представленными альтернативами, — то есть чисто косметическим, внешним образом. (Чья справедливость? Что за рациональность?)».

Стимуляция — не антиутопический инструмент государственного контроля: формально мы вольны совершить «неправильный» выбор. Тем не менее есть нечто тревожное в том, как можно запросто маргинализировать политическую дискуссию. Всегда ли неразумно есть жирную пищу? Говоря о донорстве: всегда ли мы должны с удовольствием делать это? Это смутные вопросы, порождающие прямо противоположные мнения, но архитектура выбора не преследует цель узнать общественную позицию. Попытка обойти процесс самостоятельного мышления в нас порождает проблему согласия и замыкания демократии. Зачем тратить силы, приводя политические аргументы, если можно ловко направить людей к желаемому решению.

Зачем тратить силы, приводя политические аргументы, если можно ловко направить людей к желаемому решению

Манипулятивные техники все чаще объединяются со средствами контроля через персональные технологии: в качестве примера можно привести смарт-карты, благодаря которым житель, регулярно посещающий спортзал, получает снижение местных налогов. Это позволяет с большей легкостью обвинять индивидов в их плохом здоровье и повышать страховые взносы, если их «плохое поведение» было зафиксировано и доказано. («Чем же еще объяснить плохое здоровье населения, как не его собственными недостатками?», — саркастически вопрошает критик Евгений Морозов. «Конечно, дело не в силе пищевых компаний, классовых противоречий, различных политических и экономических несправедливостей».) Если отказ от манипуляции приводит к финансовым или любым другим штрафам, сколько свободы останется в предложенных вариантах?

Возможно и то, что чрезмерная вера в манипуляцию тоже иррациональна. В 2011 году был опубликован отчет подкомитета науки и технологии при палате лордов Великобритании, в котором говорилось, что «мягких» подходов, в том числе стимулирования, недостаточно для решения социальных проблем — например, проблемы транспортного обеспечения или ожирения. К тому же, поскольку стимулирование и манипуляция основываются на автоматическом потворствовании людей своим пристрастиям, их эффективность будет подорвана, если люди преодолеют свои наклонности.





Многие исследователи полагают, что увеличить уровень разумности своей жизни можно, просто напоминая себе в конкретных ситуациях о тех склонностях, которые в этот момент могут стать мишенью. Канеман считает, что такого вида устранения предвзятости сложно добиться достоверно, однако в его области есть коллеги, настроенные более оптимистично. Один из них — психолог Кит Станович, который в своей книге «Разум и рефлексивное сознание» (2011) придерживается трехчастной структуры ментальной системы: «автономная» (находящаяся во власти предубеждений), «алгоритмическая» и «рефлексивная». Так он демонстрирует разницу между интеллектом в узком понимании (вне зависимости от результатов IQ или ЕГЭ), за который отвечает «алгоритмический» разум, и точным суждением, которое он приписывает разуму «рефлексивному». Хорошая новость состоит в том, что разумному мышлению можно научить.

Сделать так — значит осуществить идею общественного разума. Можно представить, что для манипуляторов это событие стало бы разочарованием. Ведь стимулирование реализуется за счет пригодных для этого человеческих склонностей, а программа развития мышления, подготовленная Становичем, стала бы своеобразным камнем преткновения. В этом смысле политика манипуляции находится в противоречии с общественным разумом: ее жизненность полностью зависит от неспособности человека справиться со своими страстями.

Политика манипуляции находится в противоречии с общественным разумом: ее жизненность полностью зависит от неспособности человека справиться со своими страстями.

Общественный разум — наиболее действенное противоядие от скептического мнения о наших мыслительных способностях. В конце концов есть одна вещь, способная наполнить надеждой пессимистов от поведенческой экономики, та, которую они вместе так хорошо доказывают: огрехи в рассуждениях одного мыслителя можно исправить лишь тогда, когда они станут частью диалога. Дискурс о когнитивных искажениях внутри себя самого строился в соответствии с высочайшими требованиями коллективной рациональности — и если это походит на пустые похвалы светочам данной науки, можно вспомнить, что теоретики прежде всего были людьми, рассуждавшими также в соответствии со стандартами общественной рациональности, благодаря которой началось покорение космоса.

Разумность — это общественный институт, наделяющий легитимностью общественные и политические институты нашей цивилизации.

Действительно, даже в словах Джонатана Хайдта об иллюзорности культа разума можно уловить прославление человеческой способности мыслить сообща. «Если вы направите индивидов в нужную сторону, — пишет он в книге «Справедливый разум», — так, что некоторые из них смогут использовать силу суждений для преодоления возражений со стороны других, а индивиды будут ощущать общую связь и единый жребий, позволяющие цивилизованно взаимодействовать, то сможете создать группу, финалом которой станет производство рациональности в качестве эмерджентного свойства социальной системы»

Каждый из нас может назвать несколько примеров удачного успешного объединения индивидов в государственные органы, поддерживающие высокий уровень рациональности: научные сообщества, университеты и — иногда — даже дискуссионные палаты правительства. Воистину, разумность — это общественный институт, наделяющий легитимностью прочие общественные и политические институты цивилизации.

У скептиков остается все меньше причин сомневаться в человеческой способности быть разумными. Критики теории когнитивных искажений утверждают, что люди не являются настолько индивидуально-иррациональными, как это транслируется в современной культурной среде. Они утверждают, что каждый может развить свою рациональность путем практики. Но, даже если бы каждый из нас поступал иррационально так часто, как это рисуют самые пессимистические картины, это не могло бы стать причиной для превращения демократического размышления во взвешенную инженерию потребительского выбора, — как это пытается делать политика стимуляции. Напротив, общественный разум — наша лучшая надежда на выживание. Даже обоснованное суждение, что рациональность фатально скомпрометирована, само по себе оказывается упражнением в рациональности. Правда, извращенным и, можно предположить, пагубным.

Источник: theoryandpractice.ru

Как нами манипулируют дети: 14 удачных уловок

Поделиться







Наши дети – отличные манипуляторы. Высококлассные и профессиональные! Ведь мы, взрослые, зачастую даже не отслеживаем их уловки. Но именно благодаря разнообразным детским манипуляциям в вашем доме появляются непонятные и абсолютно ненужные предметы, чеки из супермаркета все чаще вызывают болезненное сожаление, а пребывание на родительском собрании – желание от стыда забраться под парту.

Сегодня мы представляем вам 14 самых удачных детских манипуляций, услышав которые каждый родитель, словно кролик перед удавом, моментально теряет волю и логику.

1. Я еще чуточку поиграю (посмотрю мультики). Да-да, сначала еще чуточку, потом еще чуточку, а потом еще… Вы и глазом моргнуть не успеете, как «чуточка» превратится в минимум час, а тут уже не только кушать – спать пора! Потому что процесс игры, как и мультики, не заканчиваются никогда, это просто стоит запомнить!

Выход: четко соблюдайте режим дня. Если обед назначен на 14.00, а отбой в 21.00 – проявите силу воли и не поддавайтесь ни на какие уговоры. Хорошо действует «эффект будильника», заведите на определенное время часы или мобильный телефон и сообщите ребенку что игра прекращается по сигналу.

2. А мама мне разрешает! Да-да, буквально каждая мама разрешает своему ребенку и Сникерс вместо обеда, и гулять без шапки! Этот способ на «отлично» работает с папой, бабушкой или няней, особенно если мама в доме – непререкаемый авторитет и применяется, когда мамы нет дома, это же логично. А вот догадаться и позвонить маме, чтобы уточнить правду – на такой логичный поступок взрослые способны весьма редко, и это весьма на руку нашим юным манипуляторам!

Выход: 1. Проверять. 2. Помнить, что даже если вы, сидя за компьютером, ну ооооочень увлечены просмотром френдленты, ни в коем случае не говорите бездумное «угу» на детские вопросы. Потому что «угу» — это другими словами «да», и с этим не поспоришь. Кого волнует, что вы в это время были в глубине интернет-перипетий.

3. Я что-то плохо себя чувствую. Как только ваш юный артист понимает, что над ним всерьез нависла гроза, его поражает внезапный и очень коварный недуг! Сильная и острая боль в животе, ухе, голове, ребенок без уговоров укладывается в постель и укрывается одеялом, морщась от боли – какое материнское сердце устроит перед таким спектаклем? Родительский инстинкт гораздо мощнее любых приступов бешенства, и вот вы уже сосредоточенно несетесь на кухню за чаем и дрожащими руками ставите ребенку градусник.

Выход: увы, его нет. Главное, чтобы тревога оказалась ложной и за это мы, как нормальные родители, готовы все отдать и обо всем забыть. 

4. Я больше никогда так не буду. Конечно не будет! Именно так – никогда. Ведь в прошлый раз он нагрубил бабушке, а в этот раз – маме, разве тут есть хоть намек на сходство?

Выход: просто простить. И помнить, что в жизни еще будет столько «никогдашек».

5. Оно само! Коварные чашки так и прыгают из шкафа на пол, суп прямо нападает на ребенка из кастрюли, а штаны делают из такого трухлявого материала, что он разлезается просто на глазах, образуя дырки на коленях! С вами такого никогда не случалось? Удивительно!

Выход: пусть сам убирает, склеивает, покупает новое. Ходить в дырявом, конечно, неприлично, но если правда так и не будет рассказана – в качестве наказания пару дней можно и походить. Дома.

6. Я не виноват! Традиционный родительско-учительский ответ: «А кто виноват? Пушкин!» весьма радует 3-4-летних карапузов еще не знакомых с творчеством великого классика. Но уже не понаслышке знающих о том, что такое презумпция невиновности. Ведь если он не виноват, то и наказывать не за что.

Выход: медитация и йога. Для родителей. И да, расскажите ребенку, кто этот загадочный Пушкин, на которого можно свалить все на свете.

7. А можно мне попить? Перед сном исключительно на всех детей нападает дикая жажда. А потом в туалет, это же логично, после воды. Потом голод, очень кушать хочется… И вообще – мне страшно, посидишь со мной? Поговорим о вечном, знаешь, Мишка недавно рассказывал… Может, сказочку? Или хотя бы полежим вместе?

Выход: выделите на общение перед сном определенное четкое время. Например, одна сказка и все; или общение может продолжаться на любые темы и в любом формате пока папа принимает душ. Сказка закончилась или папа пришел в спальню пожелать ребенку «Спокойной ночи» – все, отбой. Разве с папой поспоришь.

8. Купи мне это, а я обязательно Больше никогда ничего не попрошу, весь месяц буду хорошо кушать, всегда буду убирать свои игрушки, закончу четверть без троек… Чтобы получить желаемое ребенок готов пообещать вам даже полет на Луну, чего мелочиться J?

Выход: уяснить шкалу глобальности детских обещаний и не ждать невозможного. «Никогда» — это пока опять чего-то очень не захочется (кто сказал, что это не произойдет завтра вечером?), а «всегда» — это примерно 1 день. Кстати, если вы замужем, то со всеми этими обещаниями должны быть уже давно и хорошо знакомы.

9. А у Женьки таких три Обычно этот прием используется для вымогательства покупок абсолютно ненужных вещей. Срабатывает на все 100%, ведь затрагивает сразу несколько потаенных родительских струн души: раз родители другого ребенка это купили, может быть, это нужная вещь; чем мой ребенок хуже; я что, не могу ребенка порадовать? Стоит ли говорить, что вы делаете после того, как минимум эти три мысли пронеслись в вашей голове? Правильно, смиренно идете к кассе.

Выход: улыбнуться, кивнуть, потрепать ребенка по волосам и просто пройти дальше. Не можете? Тогда сделайте вид, что вообще не знаете, откуда у вас в доме взялось это.

10. У меня сегодня нет домашних заданий. Конечно, нет, кто же это ходит вообще в школу, чтобы учиться? Самое лучшее в школе – переменки и продленка. А уроки… Какие уроки? Еще и домашние задания? Конечно не задали. Совсем-совсем. Ничего. Учительница болела. Или была контрольная. Ну, мама, ну что ты хочешь, ну можешь ей сама позвонить и все узнать!

Выход: звонить учителю. Если стесняетесь беспокоить педагога неплохо все-таки уточнить наличие «домашки» у кого-то из родителей одноклассников. Доверие? Нееет. Не слышали о таком.

11. Зачем мне грамотно писать? Я буду программистом! Без проблем, хоть папой Римским, но уметь грамотно писать, хорошо читать и правильно складывать цифры необходимо для представителя любой профессии. Поэтому – твердо стоим на своем!

Выход: нет смысла требовать от ребенка отличных оценок по нелюбимому предмету, возможно, он действительно будущий Стив Джобс или Билл Гейтс. Ваша задача помочь ребенку понять необходимое и не заработать стойкую ненависть к преподавателю.

12. Ты самая лучшая в мире! Конечно, мы нередко клюем на откровенную детскую лесть о том, что его мама самая красивая, умная, замечательная или добрая – нужное подчеркнуть. И не важно, что в остальные моменты ваш ребенок относится к вам как к Богу, то есть просто не замечает, пока что-то не понадобится, родительские сердца, души и кошельки нередко раскрываются в ответ на такую элементарную манипуляцию!

Выход: обнять и сказать, что вы безмерно рады, что у вас такой умный, добрый, нежный, бескорыстный и ласковый сын (или дочь). Занавес и держите паузу.

13. Я от вас уйду! Каждый ребенок то и дело рисует в своем воображении планы мести, как он, оскорбленный и непонятый, собирает свои вещи в простынку и гордо уходит как Ежик – в туман. Один. В опасность. А родители в слезах бросаются ему вслед, обещая не только злополучные игрушки-подарки-мороженое, а такоеееее… Ну прямо горы золотые обещают, ага .  

Выход: понять всю глубину чувств маленького человека и предложить откровенный разговор по душам. Конечно, чаще всего уход «в никуда» откладывается из-за какой-то совершенно смешной причины. На самом деле ребенку просто не хватает вашего внимания.  

14. Ну пожаааалуйста Что вы там знаете о пытках древних китайцев? Так вот все эти «душегубы» вместе взятые – просто детский сад, по сравнению с настойчивостью вашего чада. Его постоянное нытье можно прекратить только одним способом – дать то, чего он просит.

Выход: пытаться переключать внимание ребенка на что-то другое. Степень удачи – 50 на 50, но попробовать все равно стоит. опубликовано 

Источник: uaua.info