Міс Дзен

Поделиться





Друг вночі приїхав здалеку. Каже, поки не розповім, що сталося в купе, не заспокоюся! Отже…

Щоденно

12 місяців ago

Друг вночі приїхав з Воронежа. Сумки закинув і потягнув на кухню чай пити. Сну, каже, ні в одному оці, поки не розповім, як доїхав, не заспокоюся.

Отже, далі з його слів:

«Ледве встиг на поїзд, сумки на бігу закидав, сам мало носом не проїхався по платформі, але встиг. Протискаюсь по коридору і молюся, щоб мою нижню полицю зайняли: ненавиджу їх, завжди їжджу нагорі, щоб мене ніхто не чіпав. Молитви були почуті: на моїй полиці вкорінився пацан років десяти, повний, щокастый, такий доглянутий, прилизаний. Поруч мати, сумку його розбирає. На інший нижній полиці сидить дівчина років двадцяти, в старому светрі, брюках і яскравих блакитних сланцях. Читає, на метушню перед собою нуль уваги. Я погляд жінки зловив і сказав: «будь ласка». Мені не шкода полиці, але для пристойності запитати могли б. Вона пирхнула і відвернулася. Бухнула сумку поруч з дівчиною, почала розбирати і ультимативним тоном сказала: «Дівчина, я тут розташуюся, поруч з дитиною, ти не проти?» Видно, їй теж випала верхня.

«Проти» – пролунав повний якогось неземного дзена і спокою голос.

Дама на мить сторопіла, але схаменулася і продовжила розбирати речі.

«Я повинна стежити за Михасиком, раптом з ним щось трапиться, а зверху злазити довго. Давай не будемо сваритися і поміняємося».

«Не поміняємося…»

Я думав, вона зараз почне говорити, що спеціально бронювала місце заздалегідь, що це не її проблеми і бла-бла-бла. Але ні. Дівчина просто повернулася і лягла спиною на баул дами, як на подушку, не випускаючи з рук книжку.

Дамочка від несподіванки рвонула сумку, звільнивши місце, і міс Дзен розляглася на ньому у весь зріст.

«Скотина малолітня» – чітко пробурчала жінка і, поставивши сумку на столик, полізла вгору. Звідти вона незабаром дуже вдало впустила гребінець, який потрапив дівчині прямо в лоб. Міс Дзен, не відволікаючись від читання, скинула гребінець на підлогу.

Перші дві години шляху дама кректала, бурчала, демонстративно незграбно спускалася з полиці, щоб витерти Михасикові сопелькі і відрегулювати його теплообмін, розстібаючи і застібаючи жилетку. Але незабаром, зрозумівши, що міс Дзен класти хотіла на її муки, влаштувалася нагорі і задрімала.

Ще пару годин ми провели у відносному спокої. Я познайомився з Мишком, розвів його на пару партій в морський бій, в дурня – нормальний, в принципі, пацан виявився, тільки залюблений. Міс Дзен читала, не звертаючи уваги на зовнішній світ.

Вечоріло. Дама прокинулася і почала журитися з приводу того, що її синочок, мабуть, помирає від голоду. Хлопчина, який нещодавно з’їв зі мною пару сосисок у тісті, здивовано знизав плечима. Мовляв, раз мама сказала, значить, і правда голодний.

Якраз тоді доля потягнула міс Дзен у вбиральню. Повернувшись, вона виявила, що їй залишили невеликий закуток біля вікна, а решта сидіння була заставлена контейнерами, термосом і Михасиком. Дама, перехопивши її абсолютно флегматичний погляд, все ж подумала, що, нарешті, пройняла нахалку, тому переможно заявила:

«Столик внизу, і ми маємо повне право сидіти тут, ми ж не всю полку зайняли!».

Нітрохи не зніяковівши, Міс Дзен пройшла на своє місце, затишно влаштувалася там і спрямувала свій погляд в розмиту рухом нескінченність.

…Під кінець вечері хлопчина, нагодований так, що аж з вух лізло, вирішив, що негоже іншим голодувати, і поділився з Міс Дзен вареним яйцем. Та, як не дивно, взяла… І тут мати, вирішивши, що «нічого розбазарювати продукти на всяку шелупонь», обсмикнула Михася, приземлив того назад, і шльопнула Міс Дзен по руці.

Ось тут я вже було подумав, що стіна незворушності впаде, але знову помилився: Міс Дзен повернула яйце на стіл і зі словами «Все ваше» витерла руки об спідницю жіночки.

Що там почалося… Дама наче чекала, поки щось проткне міхур обурення. Розмахуючи руками, вона завела сольну арію «Вокзальна хамка, потвора, недоношена». У своїй тираді вона виливала душу, обравши Міс Дзен першопричиною бід людства в цілому і своїх зокрема. «Через таких, як ти, сучка, ніколи й нічого не йде так, як треба». Лють застеляла їй очі, мозок закипав, і, коли контроль над собою був остаточно втрачений, дама штовхнула Міс Дзен, та так, що та приклалася головою об стінку, слава Ктулху, хоч легенько.

Штовхнула і затихла, з нетерпінням чекаючи реакції.

«Фас!» – подумав я. Таке стерпіти було вже не можна.

Якби Міс Дзен почала скандалити або розпускати руки, образ Самої Незворушності назавжди розчинився б у моїй свідомості. Але вона не розчарувала.

Повільно, але разом з тим неминуче вона нахилилася до жінки, ніби збираючись щось сказати їй на вушко…

І СМАЧНО, МОКРО, ВІД ДУШІ ЛИЗНУЛА ЇЇ, ВІД ПІДБОРІДДЯ ДО ЧОЛА, ЧЕРЕЗ ОКО, РОЗМАЗАВШИ КОСМЕТИКУ, ЗАЛИШИВШИ БЛИСКУЧИЙ СЛИНЯВИЙ СЛІД.

ЛИЗНУЛА, КАРЛ!

…Ефект був нищівний і миттєвий, як від транквілізатора: дама затихла і почала кінчиками пальців мацати щоку… Потім згребла сина, закинула його на свою полицю і помчала вмиватися.

Міс Дзен витерла рот серветкою і вишукано промокнула куточок. Дане дійство вже було розраховане на мене, і, бачить Бог, я не втримався і поплескав.

За решту поїздки дама не промовила ні слова в її бік. Так само мовчки вони з Михасиком покинули вагон на своїй станції.

А Міс Дзен знову заглибилася в книгу. Весь її вигляд говорив про те, що вона покинула цю реальність і повернеться ще не скоро. Турбувати я її не став».

Правила жизни Майи Плисецкой

Поделиться



Характер — это и есть судьба

— Свое пятидесятилетие я отмечала премьерой бежаровского «Болеро» в Брюсселе. Шестидесятилетие — премьерой «Дамы с собачкой».

Как водится, балерины празднуют этот сволочной возраст, горделиво восседая в лучах прожекторов в ближней к сцене драпированной ложе. И каждый из занятых в танцевальном вечере в честь юбилярши Абвгдеж чинно, с манерным поклоном преподносит оной пышные букеты. К концу вечера знатная дама Абвгдеж засыпана цветами по самый подбородок, словно покойница.

Мне же в свой вечер предстояло потрудиться вдосталь: «Дама» — пятьдесят минут, «Кармен-сюита» — сорок шесть. Я почти все время на сцене.





 

 

— Всю жизнь люблю новое, всю жизнь смотрю в будущее, мне всегда это интересно!

— И второй раз родиться не выйдет, как ни старайся. Свое живи!

— Влюбляйся в момент, не мешкай. 

— Любящие люди воспаряют над обыденностью, мелочностью жизни. Влюбленные всегда живут в другом измерении.





 

 

— Люди не делятся на классы, расы, государственные системы. Люди делятся на плохих и хороших. Только так. Хорошие всегда исключение, подарок Неба.

— Я вам скажу без хвастовства: мне нечему завидовать. Господь дал мне способности и неплохие данные, в Большом театре я перетанцевала уйму балетов, у меня, похоже, мировая слава. И главное — у меня прекрасный муж, чего же мне еще желать?

— От морщин никуда не деться… Но молодящийся старичок или старушка — это смешно… Знаете, есть старый сад и новый сад. Но ухожен он или нет — это уже совсем другое дело. То же самое с лицом человека: всегда видно — ухожено оно или запущено.

— Дам вам совет, будущие поколения. Меня послушайте. Не смиряйтесь, до самого края не смиряйтесь. Даже тогда — воюйте, отстреливайтесь, в трубы трубите, в барабаны бейте… До последнего мига боритесь… Мои победы только на том и держались.Характер — это и есть судьба.

 

По материалам книг Майи Плисецкой «Я, Майя Плисецкая…» и «Тринадцать лет спустя».





Для справки: 

В 1990 году, в возрасте шестидесяти пяти лет была уволена из Большого театра. После этого не оставила сцену, продолжая участвовать в концертах, давала мастер-классы. В день своего 70-летия дебютировала в номере «Аве Майя», поставленном для неё Морисом Бежаром.опубликовано 

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //theageofhappiness.com/posts/pravila-zhizni-mayi-pliseckoy/5ebajg7ah6c

Светлана Бугоркова: Каждый сам выбирает себе жизнь

Поделиться



Светлана Бугоркова. Родилась в 1953 году, окончила Ленинградский горный институт, работала в Полярной геологоразведочной экспедиции, затем во Всероссийском научно-исследовательском институте геологии и минеральных ресурсов Мирового океана. А потом, жизнь забавна, в Психиатрической больнице Святого Николая Чудотворца. Инженер. Пенсионер. Подолжаю работать в больничке. Занимаюсь на курсах испанского языка.

 

Жизнь, порой, коварна. Казалось бы, все складывается удачно: дочка выросла и крепко стоит на ногах. Я сама еще полна сил. Живи и радуйся.

Но радость была недолгой — в 2011 году случился инсульт. В результате частичный парез ноги. Два месяца провела в больнице да в санатории. Потом длительный процесс восстановления.





 

 

Жить с хромой ногой некомфортно, но можно, только скучно. Работа — дом, дом — работа. А тут дочка сообщила, что идет паломником по Пути Святого Якова (El Camino de Santiago) от Ронсесваллеса до Сантьяго де Компостела. В одиночку.

Первая реакция — это шок. Потом посмотрела фильм «Путь», прочитала «Дневник мага» Пауло Коэльо. Засела в Интернет. Прочитала все, что нашла о том, как проходили Путь наши соотечественники.

Мысль о Пути крепко засела в голову. Думала и мечтала только о нем. Так прошел год. Хромота не проходила. Решила больше не откладывать и ввязалась в авантюру.

Выбрала Португальский путь от Валенса (Португалия) до Сантьяго де Компостела. Всего 120 километров. Готовилась почти год. Составила маршрут. Купила рюкзак, ботинки для трекинга, куртку. Спасибо дочери — единственный человек, который меня поддерживал. Остальные же — коллеги, подруги, знакомые, смотрели на меня с сомнением — в своем ли ты, «девушка», уме? С моим эпикризом и в моем возрасте положено в очередях за анализами сидеть.

Но каждый сам выбирает себе жизнь. Заранее купила билет до Порто. Собирая рюкзак, тщательно взвешивала футболки, тапки и прочие необходимые вещи и предметы. В итоге — шесть килограммов, 10 % от моего веса. Все самое необходимое. Колбасу, тушенку, супчики и кашу в пакетиках, чай, кофе, сухари, конфеты не брала. Смена белья, пара футболок, носков, шорты, панамка, лекарства и тонометр.

А тут еще и весеннее обострение — заныли все суставы, ничего тяжелее чашки-ложки поднять не могла. Но что делать? Билет куплен, рюкзак собран, стрижка «а ля после тифа» сделана. В общем: была — не была, будь, что будет. Que séra séra.

Наступил час «Х». Накануне из Москвы приехала дочка, провожать. Приготовила мне сюрприз: в Сантьяго меня встретит. Хорошо, что озвучила. Представила на минутку: прихожу я в Сантьяго де Компостела на площадь Обрадорио к Собору, а навстречу мне мой ребенок: «Здравствуйте, мама».

В аэропорту неожиданно оказалось, что из Дюссельдорфа до Штутгартта надо добираться поездом. А между рейсами — всего 4 часа. Но обратной дороги нет — решила, что разберусь на месте. С дочкой распрощались и, зажав в одной руке посадочный талон, в другой — тонометр (обязательный атрибут в теперешней жизни), я ступила в неведомое: куда — известно, а вот зачем...

Потом было путешествие на четырех поездах по дорогам Германии без малейшего знания языка. Помогли добрые люди: молодой священник помог купить билеты в автомате на поезд, посадил в электричку и высадил в нужном месте; какая-то случайная женщина подсказала поезд до аэропорта. Самолет в Порто задержали по неведомым причинам. Так что я всюду успела.

В Порто получила паспорт паломника креденсиаль (credencil) в Кафедральном Соборе (Catedral Se), купила билет на поезд до Валенсы, выпила кофе (по традиции пилигримов) в пафосном кафе Majestic, прошлась по любимым местам прекрасного города. Купила деревянный посох. Все происходило будто бы не со мной, а с похожей на меня теткой.





 

 

Доехала до Valenca (Португалия) и сразу увидела первых пилигримов, вслед за ними дошла до моего первого приюта albergue Teotonio, заселилась. Двухъярусные кровати и мальчики-девочки в одном помещении. В моей жизни это впервые. Народу много. Спала хорошо, храп не беспокоил, хотя дядька напротив храпел, как иерихонская труба.

01.05.2014

Утром вышла на крыльцо определиться, куда путь держать. Подошла пилигримка из Португалии, протянула спелое яблоко. Это было неожиданно и очень трогательно. Пожелали друг другу доброго пути. Съела яблоко, надела рюкзак и пошла за желтыми стрелками. С этого самого момента глаза совсем-совсем открылись, весь путь я смотрела на мир широко раскрытыми глазами и радостно улыбалась.

Теперь все зависело только от меня. Я и раньше много путешествовала в одиночку, туристом. Теперь же была пилигримом. Дорога вела в горку, через крепостные ворота, через спящий старый город. Изредка попадались люди, спешащие по своим утренним делам. Помаленьку дошла до моста через реку Миньо. На другом берегу уже Испания. Специально выбрала начало Пути из Valenca: уж очень хотелось ногами перейти границу. Не переехать, не перелететь, а именно — перейти. Сбылась мечта — перешла границу. До свидания Португалия, здравствуй Испания. Благополучно вошла в город Tui, нашла альберге.





Первый переход был около 5 км, разминка. Первый раз в жизни шла с рюкзаком, запчасти организма вели себя хорошо, суставы не болели, усталости не чувствовала. Сходила в город, посмотрела собор, поужинала, купила ракушку — необходимый атрибут пилигрима.

Утром быстро собралась и вышла. Как всегда — прямо и налево, по стрелкам. Город еще спал, дождя не было и солнце потихоньку вставало. Асфальтовая дорога закончилась и дальше шла через эвкалиптовый лес. Пилигримы догоняли и обгоняли, стайкой пролетели студентки из Барселоны. Шагалось очень хорошо и радостно. В лесу дорожка уперлась в такую грязевую лужу: страшновато было переходить, боялась поскользнуться, упасть и лежать, придавленной рюкзаком. Но неожиданно появились две немки моего возраста, протянули руку помощи. Познакомились. Добрела до кафе, там пилигримы отдыхали, пили кофе-сок-пиво. Выпила кофе с молоком, съела огромный очень вкусный бутерброд. Дальше долго шла по промзоне, солнце припекало. При входе в Пориньо (O Porriño) встретила уже знакомых немок, предложили переночевать в пансионе. Вместе пообедали, распили бутылку вина и отправились на покой.

02.05.2014

Немки ушли засветло. Завтракала в компании португальских велосипедистов. И опять чудесный путь по спящему городу. Догоняли и обгоняли знакомые и не очень знакомые пилигримы. Пролетали мимо, как стрижи, велосипедисты, одетые то в синюю форму, то в зеленую, то в желтую. Немного заволновалась, когда промчался мимо отряд из 100 школьников. Ну, думаю, спать мне под забором — все места в альберге займут. Но дошла до Мос (Mos), где по плану был ночлег. Заселилась первой. Села у раскрытого окна, как маха на балконе, а мимо катят бисигрины (пилигримы на велосипедах), идут пилигримы, верховые на лошадях. Стали подходить люди. День катился к закату.

Просидели на ступеньках крыльца до сумерек с девочкой из Германии, Габи. Она бережно баюкала стертые до мозолей ноги и мечтательно говорила, что ее цель — Финистера. Улеглись рано. Ночью чуть не убила португальского бисигрино (велосипедиста). Раздвижная дверь в нашей комнате не была закреплена, а просто отделяла коридор от той части комнаты, где была столовая. С другой стороны двери стоял стол, вдоль стола на полу устроился на ночлег бисигрино. Ночью я вышла в туалет, а обратно, забыв спросонья, что надо «прямо и налево», шагнула прямо и уперлась в эту загородку. Она стала падать. Испугалась: сейчас «это» упадет на человека и раздавит. Пыталась «это» удержать с шепотом «help me, help me». С другой стороны слышны какие-то постанывания. Чувствую, «это» не падает — дверь во что-то уперлась. Проверила. Вроде все нормально. И быстренько-быстренько в свою кроватку.

03.05.2014

Проснулись и дружно завтракали в кафе напротив альберге. Снова путь. Дорога в гору, через эвкалиптовый лес. Вздохнешь полной грудью — и легких не хватает. Шла в одиночестве и наслаждалась воздухом, тишиной, лесом.





Познакомилась с русским человеком Андреем, опытным пилигримом, прошедшим не один Путь. На этот раз шел с тремя детьми: девочкой 13 лет и мальчиками 11 и 9 лет. Мама у них — испанка, живут в Индии. Пожелали друг другу хорошего пути и унеслись они в даль светлую.

Уже вблизи Redondela кто-то обратился по-английски. Оглянулась — парень с девушкой. И она что-то говорит по-русски. Оказались Юля из Москвы и Игорь из Воронежа, шли из Порто. В Redondela вместе обедали. В кафе были одни, хозяева вкусно и дешево нас накормили. Выпили бутылочку вина.

Ребята пошли дальше, а я направилась в альберге. Там было многих знакомых людей: 75-летний немец Иохим, Андрей с детьми, девочки-студентки из Порто. Посмотрела городок. Вечером сидели и болтали с Андреем на площади перед альберге. Спать отправились рано. Говорю девушке, которая спала на соседней кровати: «Какое счастье, что ты рядом». «Почему?» — спрашивает. «Да потому что храпеть над ухом никто не будет». Посмеялись.

04.05.2014

Вышла «не емши». Как обычно, догнали и обогнали молодые и не очень, встретилась даже пятилетняя пилигримка с папой. Я осталась одна. Эти утренние часы одиночества самые прекрасные: впереди неизвестность, и приключения, и чудеса. Совсем маленькие чудеса, но мои. Наконец-то, в придорожном ресторане, позавтракала. Стало веселее. Дорога плавно перешла в лес, а в лесу то вверх, то вниз. Временами прислушивалась к до Arcade, до следующего альберге.





Комната на две кровати. Роскошь! Ужинала в поселке в первом попавшемся ресторане. На крыльце три мужчины вели беседу, один из них, толстяк с одним зубом, пел дурным голосом. Внутри женщины уже убирали, но накормили салатом, паэльей, вином. Одна и говорит: «Вон там, на улице, Антонио, он из Севильи, фламенко поет. Вот тебе и музыка». Вошли мужчины, женщины сказали им, что я пилигрим из России. Антонио сразу же стал петь фламенко, импровизируя на тему Камино, хозяин принес десерт — кусок праздничного пирога. Оказалось, сегодня День матери.

05.05.2014

Моя соседка уехала засветло. Я собрала рюкзак. Хозяин взялся привезти его в следующий альберге в Pontevedra. Позавтракала и налегке отправилась в путь. Хорошо, что была без рюкзака. Очень круты были подъемы в лесу. Солнце все ярче и жарче. Пробежала резво группка очень пожилых англичан с рюкзачками, в которых только бутылочка с водой. У них такой тур: пройдут километров пять налегке, а дальше автобусом.

Пришла в альберге в Pontevedra. Прибыл рюкзак. Альберге муниципальный, большой, на 60 мест. Много знакомых. Появились первые мозоли — теперь и я настоящий пилигрим. Обработала, как учили бывалые люди. Поделилась этими знаниями с другими страдающими. Спали тихо, храпели деликатно.





06.05.2014

По плану я оставалась в Pontevedra на один день. Неспешно отправилась в отель, в котором забронировала номер. День свободный, но хотелось идти дальше. Целый день гуляла по знакомым местам. Город очень симпатичный. В кафе познакомилась с пилигримами Анной и Александром из Питера. Посидели, поболтали. Зашла поужинать, чем Бог послал. А Бог послал в этот раз кролика с рисом и овощами. И вино. И wi-fi. Долго сидела, до темноты. День закончился.





07.05.2014

Рано, после традиционного круассана и кофе, отправилась по еще спящему городу. Пригород — виноградники — лес. Иду. Вдруг в лесу, на развилке, стоит кудрявая красавица. У меня настроение шутливое: «Привет! Не меня ли ждешь?»

«Тебя», — говорит. — «Иди, там все твои собрались». Подхожу ближе, вижу, ресторанчик Meson Don Pulpo, за столами на улице сидят пилигримы, едят-пьют, машут мне. А в дверях хозяйка с улыбкой до ушей. Приносит сок, хлеб, огромную тарелку яичницы с беконом, кофе. Вдруг, выходят четыре юные девы. Подходят, садятся. Говорят по-русски. Заказали еду, разговорились. Выяснили, что с одной девочкой знакомы по Facebook. Вот такой тесный мир :) Хозяйка показала направление к альберге. Дорога в горку, через лес. Иду все вверх и вверх, ни впереди, ни сзади не души.

Выхожу на открытое пространство — церковь. Чуть дальше, в низине, серый каменный дом с синими рамами окон, синей дверью и красным крестом на ней. Муниципальный альберге дe Barro. Разместилась, вымылась, постиралась, ужинали все вместе. После ужина оспитальеро приготовил каймада — национальный галисийский напиток: виноградная водка, кофейные зерна, сахар, лимонная цедра — все это в медном тазике поджигается с какими-то волшебными словами, читать которые доверили самому старейшему, пилигриму из Австралии. Очень красиво горело. Все, что осталось, оспитальеро, разлил по стопкам. И распрощался с нами. На завтрак — все, что есть в холодильнике — donativo, кто сколько положит в железный ящик. Ночью дружно храпели.

08.05.2014

Проснулась очень рано, но многие уже ушли. Оставшиеся пилигримы собирали рюкзаки, завтракали. Съела кусок хлеба, запила соком и по стрелкам дальше. Догнали американские пилигримы из Калифорнии. Так мы и шли: то я вперед уходила, то они. При входе на каменный мост в Кальдас де Рейес они уже сидели в кафе с пивом. Только я ступила на мост, раздались аплодисменты. На пути к альберге подходили уже отдохнувшие люди с предложением помочь донести рюкзак. Отказывалась со словами: «Это Camino», на самом деле казалось, что если остановлюсь, то не сдвинусь с места. Дошла. В альберге подошел пожилой американец и пожал мне руку: «Руса, супер!». Было смешно, но приятно — русские не сдаются. Отдохнула, прошлась по городу, поужинала. Хозяин кафе угостил ликером — для хорошего сна.

09.05.2014

Проснулась в почти пустом альберге. Постиранные вещи не высохли, пришлось на рюкзаке развесить. Солнце палило нещадно. Рука с посохом обгорела, казалось, до самой кости. Крем от загара был, но где-то на дне рюкзака. Утром прохладно и я забывала смазывать лицо и руки. Вышла из леса, на проселочной дороге полицейская машина. Полисмен спросил, все ли в порядке, занес в амбарную книгу имя, страну проживания и откуда начала путь. Пожелал доброго пути. В деревне, около альберге, купила черешню. Половину отдала испанскому пилигриму, он к этому времени прошел 30 км. Познакомилась с польской женщиной и ее мужем, с чешской парой из Праги. Они немного говорили по-русски. Вечером с компанией ужинали в ресторанчике поблизости. Вернулись затемно.





10.05.2014

Позавтракали той же компанией, пошли дальше. Народ убежал вперед, я брела потихоньку, наслаждаясь одиночеством. На автозаправке в кафе встретила знакомую по Валенсе пару: испанца Лусиано и немку Сьюзен. Обоим лет за 40. Третье Camino идут вместе. Тут уже можно додумать и романтическую историю. Глаза Сьюзен никогда не забуду — два больших голубых озера, в которых можно утонуть. Они, как и я, шли короткими отрезками, очень слаженно, иногда взявшись за руки. До Падрона оставалось совсем немного, вместе и дошли.

Альберге неподалеку от собора, в центре городка. Очень интересный собор. Падрон славится маленькими сладкими зелеными перчиками, которые растут только в этой местности. Их особенность — чем дальше от родины, тем меньше сладких перчиков, тем больше горьких. Очень вкусные — печеные, посыпанные крупной морской солью.

Спальня в альберге на втором этаже, на первом столовая и спальня для инвалидов-колясочников. Есть и такие пилигримы. Вечером, если таковых нет, то заселяют обычными. Выпили чаю с ирландским дедом. Мне осталось еще два перехода до Сантьяго. Впервые долго не могла уснуть, одолевали мысли.





11.05.2014

В 7.30 открылось кафе рядом с альберге. И кто сказал, что испанцы не любят работать? Пили кофе с Лусиано и Сьюзен. Они тоже шли до местечка Тео, решили, что, возможно, там встретимся. По дороге меня перехватил дядька, который выносил из своего кафе столики. Говорит: «Иди, печать поставлю». По пути в каждом альберге ставят в креденсиаль печать с датой. Ее можно поставить в кафе, ресторане, полиции. Это доказательство того, что ты честно прошел весь путь. В Сантьяго в офисе пилигримов на основании печатей выдают Компостеллу — свидетельство о совершенном паломничестве.

Зашли в кафе, а там у хозяина — истинного фаната Camino — фотографии пилигримов, календари, флажки разных стран. Поставил печать, спросил, откуда я, услышав, что из России, стал показывать сувениры от русских пилигримов, в том числе и десятирублевую купюру. Я ему дала 100 рублей, он заставил меня на ней расписаться, выпросил еще одну сторублевку, взамен всучил 4 евро. Сфотографировал свой телефон, на мой телефон, поцеловал в темечко и отпустил с Богом.





Самый тяжелый отрезок пути — до альберге, солнце жарит, ноги отяжелели, хочется упасть. Вот-вот по моим расчетам должен показаться альберге, а его все нет. Казалось, я сбилась с пути — стрелки исчезли. Почти отчаялась, но появились люди, португальская семья, вместе добрели. Альберге оказался в стороне от пути. Как-то удивительно для русского человека: стоит домик-пряник поодаль от деревни. Беленький, чистенький, с хорошей сантехникой, посудой, бытовыми приборами. Заходи и живи. Оспитальеро пришел только к вечеру, записал всех, поставил печати в креденсиали и часа через два ушел.

Завтра был последний переход. Дочка уже ждала меня в Сантьяго, поэтому я решила отправить рюкзак машиной. Есть такая услуга. Португальцы позвали ужинать, дошли до придорожного ресторанчика. Сидели на улице, ели, пили, разговаривали. Солнце на закате нежаркое, легкий ветерок. Могла ли я представить пару лет назад, что буду сидеть в испанской глубинке, с португальскими людьми, и чувствовать себя «в своей тарелке».

12.05.2014

В это утро был последний этап. В Сантьяго меня уже ждала дочка. Налегке, без рюкзака и завтрака. Казалось, я бежала, как сумасшедшая. И хотя утро было хмурое и прохладное, вся взмокла. Так пробежала две три пути и, наконец, на окраине городка увидела бар. Здесь я съела самый вкусный бутерброд в моей жизни и выпила самый вкусный кофе с молоком из большой чашки, и самый вкусный свежевыжатый сок.

Увидела себя в большом зеркале — красавица: ботинки с высоким носками, колени блестят от мази, шорты, в каждом кармане по телефону, поэтому бедра кажутся могучими, лицо красное от солнца, волосы дыбом, взгляд безумный. Понравилась сама себе и побежала (как бегают черепашки) дальше.

Вот уже показался впереди город, дорога пошла петлять: лес, трансформаторная подстанция, дорога, тропинка в лес, железнодорожные пути, какая-то щель между домами, опять лес. Наконец, вошла в город. Долго плутала по улицам, пока не дошла до парка Аламеда. А ту уже и люди с рюкзаками стали попадаться. Так за ними и дошла до площади Обрадойро. А навстречу мне — мой ребенок. Обнялись, я и плакала, и смеялась одновременно. Счастье абсолютное.

На площади пилигримы сидят, стоят, лежат, фотографируются, смеются. Рюкзак мой уже в номере гостиницы. Отдохнули и пошли гулять по городу.

Встречала знакомых. Около собора сидела очень пожилая пара, лет по 80, из Австралии, с которой ночевали в одном альберге. Подошли к ним, поздороваться. Дед вскочил и взахлеб стал рассказывать про их приключения: бабушке стало плохо с сердцем, три дня они провели в больнице в Падроне, но теперь все хорошо и они таки дошли, получили компостелы. И счастливы.

Сантьяго — город удивительный, в него интересно именно войти. Это город пилигримов, счастливых людей. Вечером дочка повела меня в ресторан в самом старейшем отеле Испании, который построен при правлении короля Фердинанда и королевы Изабеллы, как больница для пилигримов. Отель дорогой, но многие пилигримы позволяют себе такую роскошь — после окончания Пути останавливаться в нем. Так же и ресторан — много пилигримов в обычной походной, отнюдь не вечерней одежде.

Утром первыми пришли в офис пилигримов, я получила компостелу. А в полдень в Соборе ежедневная месса для пилигримов. Народу видимо — не видимо. Перед мессой оглашали список о пришедших вчера пилигримов: количество, страна, начальный пункт. Когда сказали: один русский пилигрим из Валенсы, мне так и хотелось подскочить: это же я! Месса недолгая, пела монахиня Мария, в конце мессы падре проговорил какие-то добрые слова и все стали пожимать друг другу руки.

Два дня мы провели с дочкой, гуляя по Сантьяго. Она улетела, а у меня еще оставался день перед отъездом через Саламанку и Мадрид домой. Купила футболку и матерчатый рюкзачок с символом Пути, маленькие сувениры друзьям и знакомым, сходила на мессу. Бродила по городу, медленно и с печалью. Услышала музыку, подошла поближе — трио из Санкт-Петербурга. Познакомились. Уже в сумерках, возвращалась в свой отель и в арке у Собора играла волынка. Подошла молодая компания и стала танцевать ирландский танец. Это было классно.

Утром я уехала в Саламанку. И здесь Путь не отпускал меня: те же желтые стрелки, встречались пилигримы, увидев на мне пилигримскую футболку, подходили люди и делились своими воспоминаниями о Пути. И напоследок: в самолете на соседнем месте сидела пожилая немка, возвращавшаяся домой.

Путь закончился, но… он только начался. Вернувшись домой, я тут же стала готовиться к следующему.

Кто-то меня спросил, что и кому я хотела доказать. Я уже в том прекрасном возрасте, что ничего и никому не хочу доказывать. Я просто хочу интересно жить.

Не могу ответить на вопрос: что движет людьми, которые круглый год, в любую погоду, идут по дорогам Испании. У каждого свои мотивы: кто — по религиозным соображениям, кто — для здоровья, кто — за свободой от обыденной жизни. Но идут по велению души и сердца, просто не могут не идти.

Казалось бы — ничего особенного, простая жизнь — идешь, ешь, спишь. Опять идешь: по асфальтовым, грунтовым, каменным дорогам, то прямо, то вверх-вниз, через эвкалиптовые леса, города и деревни, вдоль виноградников и полей, по старинным римским каменным мостам, мимо каменных галисийских крестов и старинных часовен, баров и кафе, где можно передохнуть и перекусить, от столбика с указателем-ракушкой до столбика, от альберге к альберге. Но вперед, только вперед. Удивительное ощущение — живешь здесь и сейчас. И все зависит только от тебя, ты никому ничего не должен и тебе никто ничего не должен. Это, наверное, свобода.





Путь научил меня терпению. Научил радоваться мелочам: каждый день новому пейзажу, встреченным людям, внезапной кафешке, где можно отдохнуть и выпить кофе, приветливости местного населения, месту в альберге. Желала «Buen Camino!» тысячу раз и тысячу раз желали мне того же.

Люди встречались разные: молодые и старые, толстые и худые, мужчины и женщины. Только ленивый не спросил меня, что с ногой, предлагали всякие мази, кремы. Но не объяснять же, почему хромаю — это долго и не интересно, поэтому отшучивалась: «бандитская пуля». Взаимопомощь в Пути удивительная. Шла одна, но не была одна. Мне хватало личного пространства в общих приютах.

Благодаря Пути у меня появились новые друзья — единомышленники или единоверцы, не знаю, как и назвать. Мы все заражены вирусом под названием «Camino». У каждого своя жизнь, но общее — тайна Пути. И нет ни возраста, ни социального статуса, ни национальности, ни страны или среды обитания.

Благодаря Пути у меня новые отношения с дочерью. К понятиям «мать» и «дочка» добавилось «друг». Я ей очень благодарна за поддержку и веру в мои скромные возможности.

Благодаря Пути с лица не сходит улыбка. И счастье. И я Живу!

И скоро наверняка снова отправлюсь в Путь.опубликовано 

 

Автор: Светлана Бугоркова

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //interesno.co/travel/3e69a73d512f

Код петербуржца

Поделиться



Лаконичные зарисовки о жизни северной столицы от автора бестселлера «Женщины непреклонного возраста».

Петербург мы, разумеется, обожаем. Хотя сам он жителей своих переносит с трудом, и его отношение к горожанам заметно даже плохо вооруженным глазом.





 

 

 

Вот представьте себе Париж без людей. Что наблюдаем? Серо-желтые коридоры брошенного замка.

Рим без людей: раскопки, с которых сбежали археологи.

Дубай без людей: город будущего после ядерной войны. Пусто, тихо и страшно.

А в какое время суток наш город выглядит лучше всего? Правильно, в «белую ночь», часов в шесть утра. На улицах никого, но чувства одиночества нет, город все равно кажется живым и наполненным. Наш город прекрасен без нас. 





 

 

Отношение к горожанам у Питера, как у благородного кота к хозяину: «Корми, убирай и не мешай. Разрешаю побыть рядом и повосторгаться моей красотой. Будешь плохо себя вести — поедешь в Москву». 

Но, несмотря на социопатию, город умудряется заманивать на свои улицы интереснейших людей. Они либо выбирают его для своего рождения, либо (если менее удачливы) приезжают сюда после появления на свет. И если внимательно смотреть по сторонам, то можно встретить тех, кто носит в себе «код петербуржца». И не важно, стоит перед вами гениальный писатель или забулдыга с Лиговского. Код проступает на лбу.

 

Дама-бомж

Невский проспект. Около двух часов ночи. Я шел пешком от площади Восстания. Где-то в районе Фонтанки рядом со мной из воздуха материализовалась дама-бомж. Описать её одежду не представляется возможным, но сразу понимаешь, что она бомж и дама в одном лице. В ней было прекрасно все: от туфель до шляпки. Возраст тоже определить было сложно, но думаю, она помнила площадь Восстания еще без нынешней стелы. По направлению её движения и взгляда стало понятно, что я вызываю её живой интерес. Изображать фонарный столб с перегоревшей лампочкой было невежливо по отношению к даме и бессмысленно по отношению к бомжу. В итоге я был вынужден выслушать следующее:

— Молодой человек, у меня сегодня чрезвычайно низкое давление, в связи с этим, не могли бы вы купить мне чашку кофе?

«Молодой человек» ответил:

— Осуществить покупку не готов, рад буду профинансировать.

Точку в разговоре поставила женщина:

— Не возражаю,— с достоинством произнесла она.

 

Интеллектуальный спор

Новогодние праздники. Утро. Люди делятся на тех, кто уже пьяный, и тех, кто еще пьяный. Пересекаю сквер на Манежной, там где памятники знаменитым архитекторам. Не жарко, но в общем и не холодно. На скамейке приютилась парочка. Любят выпить и друг друга. Судя по всему, оба чувства многолетние и взаимные. Возраст — неопределенный, равно как род занятий и, скорее всего, место жительства. Издалека вижу, что диспут идет серьезный, на повышенных тонах и с активной жестикуляцией. Тем не менее лица светятся, а значит, спор философский. Мое появление в сквере не могло остаться незамеченным, так как, кроме памятников и голубей, зрителей у пары не было. И тут я весь такой трезвый.

Они разом замолчали, сфокусировав на мне остатки зрения. Я уверенно топтал снег. Неожиданно на лице мужчины заиграла мысль, и он, выбрав короткую, но кривую траекторию, подкатился ко мне с полукриком-полушепотом:

— Но вот вы-то! Вы! Сразу видно, образованный человек, объясните ей,— он всем телом обернулся к подруге,— что Петропавловский собор построил не Кваренги!

В блестевших выступившим алкоголем мутноватых глазах я увидел надежду на справедливость. Не оправдать надежды такого человека было бы свинством. От неожиданности я сразу забыл, кто построил собор и что построил Кваренги. Знаток архитектуры смотрел на меня с мольбой, его спутница начинала торжествовать. Мужичонка же словно съежился.

Но тут я достал из широких штанин шайтан-машинку товарища Джоббса. Вопрошавший стал похож на индейца, увидевшего головорезов Кортеса. Пока глаза моего нового друга закатывались обратно, интернет сообщил, что Петропавловский собор построил Трезини. Я рассказал об этом жаждущим истины. Мужик вырос на голову и, словно танк ИС-2, двинулся назад. Подойдя к своей избраннице, он четко произнес: «Ну я же говорил…», затем обернулся ко мне и поклонился.





Сила искусства

Лечу в Петербург. Мое место в середине. Подхожу. Сидящий у прохода пассажир уже откинул столик, поставил комп и отчаянно стучит по клавишам. Думаю: «Вот же болван! чего разложился, если ни мое место, ни место у окна еще не занято?!»

Он быстро все собрал, пропустил меня, и снова все разложил. Печатает. Самолет полный, и очевидно, что место у окна тоже будет занято и придется опять все собирать.

Не удержался, спросил:

— Отчет горит?
— Нет, рифма пришла.

Смотрю в экран — там стихи… неплохие.

 

Из беседы с петербургским милиционером

«В связи с новым законом о запрете в Питере громкого секса после 23:00, звонки на мобильный с 22:55 до 23:00 считаются хамством».

 

Добрый полицейский

Гуляем по улице Пестеля, пьем вино из горлышка.

Патруль:
— Ну что, молодые люди, поехали оформлять протокол.
— Мы же бутылку в пакет спрятали!
— Из пакета — это в Америке, так что допивайте, ЧТОБЫ НЕ ПРОПАДАЛО, и поехали.

Заботливые…

 

Оптимистка

(оживший анекдот советского времени)

Ресторан «Мансарда» в Питере. Сижу с очень старшими товарищами, которые, в связи со сложностью обсуждаемой темы, заказали водку с икрой.

После 250 граммов икра иссякла. Официантка смущенно-игриво и слегка виноватым тоном:

— Икра кончилась, но у меня есть чем вас порадовать.

Все трое, и даже я, хором:

— Чем?!
— Водка не кончится.

 

Варвара не даст

Бродил с товарищем по Галерее. Заглянули в обувной отдел. Ботинки так себе, продавщица великолепна. Пока я пытался примириться с безвкусием производителей, мой друг вербовал девушку с табличкой «Варвара». Делал он это весело и профессионально. Наконец я обнаружил что-то приемлемое и обратился к увлеченному другу за советом:

— Бери, Саня, тебе хорошо, Варвара не даст соврать,— и азартно улыбнулся девушке.

Варвара тоже улыбнулась, но по-другому. Она несколько секунд смотрела на ищущего очередное приключение оболтуса, представила себе всю последовательность от первого кофе до последнего смс, взгрустнула, поразмыслила, взвесила и приняла решение:

— Варвара не даст.

 

Реалист

Из разговора с возрастным петербуржцем:

— Молодость проходит — это полбеды, оказалось — и старость проходит!





Петербургский наезд

Один мой товарищ поведал о милейшей истории. Он живет на третьем (это важно) этаже хорошего питерского дома, с хорошими соседями. На первом (это важно) живет музыкант из Мариинского театра. Товарищ решил «раскрасить вечера», купив караоке. Пел он тихо, вечером, один. Репетировал, так сказать. Через два (это важно) месяца сосед с первого этажа, столкнувшись с ним в парадной, обозначил свою претензию по-питерски иносказательно. «Уважаемый N… N… Я уже два месяца вас слушаю. Поздравляю, вы делаете успехи, начали попадать в ноты».

 

…опа

Вечер. Ловлю на Невском машину. Останавливается пожилой «форд», в нем пожилой человек.

— До Биржи, пожалуйста. Но там, на Дворцовом, треш, так что, если что, я пешком мост перейду.
— Простите, ради бога, отстал я от жизни. Я правильно понимаю, что чисто семантически «треш» означает «жопа»?

 

Фаталист

Ухожу из очереди и говорю стоящему за мной и читающему книгу:
— Я вернусь.
Человек, не отрываясь от чтения:
— Кто знает, кто знает…

 

Чужой

Я:
— Питер более гомогенный город, чем Москва.
Собеседник:
— Это точно, гейский у вас город!

 

Своя

Кассир в магазине, шепотом:
— Не могу не предупредить, что черничный сок стоит двести пятьдесят рублей, ужас, конечно, извините.





Сдержанность

Интеллигентный, но эмоциональный коллега на совещании: «Ну нельзя на елку влезть и… (посмотрев на дам)… и сидеть потом нормально на стуле!»

 

Ленинградская дипломатка

«Он так начал меня раздражать, что пришлось имитировать отсутствие оргазма».

 

Ленинградская учительница

— Хорошая у тебя голова, Цыпкин, а вот жопы, извини за нецензурное слово, нет! А, чтобы добиться чего-то в жизни, жопа нужна!
— Простите, а зачем?
— Простите, чтобы сидеть на ней и зубрить!

 

Ленинградская мама

Мама, зная про мою аритмию, заботливо предупредила меня перед поездкой на Ибицу:

— Следи за пульсом.
— За чьим?

Мама со снисходительным умилением:

— За чьим сможешь.

 

Ленинградский друг

«Сань, мог ли я, простой ленинградский пионер, думать, что когда-нибудь получу письмо из Швейцарии с просьбой оплатить штраф за превышение скорости?»

 

Вежливость

Забираю машину со штрафстоянки, говорю:
— До свидания.

В ответ:
— Здесь это слово не очень уместно, лучше — всего доброго.

 

Ценности

Друг-филолог: «Настоящий петербуржец больше волнуется о том, не найдет ли вернувшаяся из поездки жена пакет из-под семечек, нежели использованный презерватив».опубликовано 

 

Автор: Александр Цыпкин

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //izbrannoe.com/news/mysli/kod-peterburzhtsa/

Забудьте про слово «всегда»

Поделиться



… жизнь удалась. И без исключенья
все с восхищеньем смотрят ей вслед
И не замечают, как плачет ночами,
Та, что идёт по жизни смеясь.
© А. Макаревич.


 

Люди, дорогие, хочу с изрядной долей удивления спросить: отчего некоторым из вас так хочется всегда быть какими-то? Всегда весёлыми, всегда радостными или всегда полными сил? Хочу обратиться именно к вам и показать, что «всегда» — слово исключительно вредное и приносит одни разочарования.





Известно, как образ «позитивного человека» нещадно культивируется в средствах массовой информации. Кажется, эти пышущие здоровьем фигуры с телеэкранов и рекламных роликов не знают бед, всегда уверены в себе и неизменно удачливы.

Возможно, и в жизни у вас перед глазами есть положительные примеры людей, которые «не унывают», «всегда на позитиве», «бодры и веселы», а вам никак не удаётся приблизиться к этому идеалу.

Не обольщайтесь. Если вы не жили с ними в одной квартире, не ходили в турпоход или не ездили вместе в длительную командировку, вы видите только эмоциональный фасад, который они показывают. Вы понятия не имеете об обратных сторонах их жизни, в которых, наверняка есть место грусти, неудовлетворённости, усталости и раздражению.

У человека просто не может всегда всё идти хорошо, впрочем, как и всё время всё идти плохо (сразу оговорюсь, что я имею в виду условно здоровых людях, не имеющих расстройств настроения клинического уровня). Хороший, позитивный, удачный, весёлый — оценочные категории, которые могут быть поняты только путём сравнения с иными состояниями, на контрастах. Говоря метафорически, если держать руку в тёплой воде, вы перестанете чувствовать руку. За взлётом приходит спад, а расслабление невозможно ощутить, не напрягшись. Долго пребывая даже в хорошем состоянии, неугомонная душа начинает требовать перемен. Именно разности в переживаниях создают тонус жизни, подобно тому, как разность потенциалов обеспечивает электрическое напряжение.





 

Ожидать от себя того, что вы сможете всегда быть какими-то определёнными — изначально провальный план. Гораздо полезнее, на мой взгляд, стремиться к осведомлённости, от чего зависят именно ваши взлёты и падения, что вас вдохновляет, а что истощает. Тогда становится понятно, к какому состоянию и когда нужно быть готовым, какое время это может продлиться, и как его лучше провести. Если у вас, скажем, завал на работе, и к концу недели вы истощены, может быть, что субботним утром вам лучше остаться на диване с чашкой кофе в руке и хорошей книгой, а не тащиться на лыжную прогулку, как вы имели обыкновение делать еще две недели назад.

«Я не люблю, когда у меня плохое настроение» — слышу я от клиентов на сессиях. Но помилуйте, если сломалась машина, заболел родственник, неудача на работе, трудности во взаимоотношениях с близкими — разве это весёлые события? Разве, когда они происходят, не естественно огорчаться, испытывать грусть или злость, когда нарушаются планы и не сбываются надежды? Более того: стремление «держаться бодрячком» только продлевает периоды плохого настроения. Полосу неудач проще пережить при поддержке друзей и близких, так? Однако, если, несмотря на то, что вам плохо, вы изо всех сил держите лицо, для окружающих это значит, что и поддержка вам не нужна. Остаётся лишь плакать ночами, днём вызывая восхищение вашей удавшейся жизнью. Какой в этом толк?

Так что пора забыть про вредное слово «всегда». Плохое настроение так же уместно при определенных обстоятельствах жизни, как и хорошее, а неизменность оставьте камням. Хотя… даже они иногда срываются с места.опубликовано 

 

Автор: Ралько Андрей

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //www.b17.ru/article/67225/

Закон Подпитки Злобы

Поделиться



Люди с ярко выраженными эмоциями зло­бы нуждаются в регулярных «подпитках».

Мне удавалось замечать, что одни люди при раз­рыве отношений делаются грустными, а другие — злобными. Тот, кто грустит, переживает в этот момент о потере, а тот, кто злобен, — испытывает приступы ненависти и желание мстить. Мстительность может проявиться как желание пнуть автомобиль обидчика или открутить боковое зерка­ло, а может быть выражено и жаждой ударить (избить) до­садившего партнера.





Люди, склонные к злобе, обычно не­сдержанны и, когда их эмоции бьют через край, то на ли­це очевиден отпечаток злобы:

  • не грустный, а сверкающий взгляд,
  • поджатые губы,
  • играющие желваки,
  • раздувающиеся от частого дыхания ноздри,
  • нахмуренные брови.
 

Если эта маска типична для какого-то человека, значит, он относится к тому типажу, который как раз и нуждается в регулярных подпитках своих негативных эмоций.

Это наблюдение я вынесла из общения с большим коли­чеством людей. Те из них, на лице которых я видела отпе­чатки злобы, что-нибудь вроде гневного взгляда в ответ на замечание, — регулярно «подключались» к разборкам, скандалам, выяснениям отношений и к последующему за­лизыванию ран.

Люди с отпечатком злобы на лице — это типичные энер­гетические вампиры, которые критикуют, срываются дома на детей, хлещут словами друзей и родственников, а потом просят у них прощения, посыпая голову пеплом.

Послед­ние — еще не худший вариант, гораздо чаще злобные типы переживают скудное раскаяние, о котором они никого не уведомляют. Догадывайтесь, мол, сами о том, что они соб­лаговолили прервать истязания и впали в период милости.





 

Люди с отпечатком злобы на лице — это люди с деформированной генетикой, в их генах заложена потребность регулярно провоцировать людей на скандалы. Так, сотруд­ник с чертами злобности в характере не реже, чем раз в месяц, будет провоцировать начальника отчитывать его за вполне определенные нарушения. Такое чувство, что эти люди неосознанно создают ситуации, которые приводят к скандалам. Для них скандал — это возможность сбросить накопившееся напряжение, а заодно и подпитаться энер­гетически в тот момент, когда спровоцированный человек выходит из себя.

Эти люди — глубочайшие эмоциональные инвалиды, они будут провоцировать окружающих вновь и вновь, сколь бы хорошо с ними ни обращались.

По моим наблюдениям, этим людям присущ комплекс вины, обычно сформирован­ный в семье от чрезмерной критики и под влиянием пос­тоянных скандалов.

Чтобы исправить этих людей, нужны божественное терпение и безусловная любовь, которыми мы обычно не располагаем. Иногда на исцеление таких людей может уйти чья-то жизнь. Вот Вы и думайте: Ваша ли это будет жизнь, прежде чем начать общаться.опубликовано 

 

Автор: Наталья Грейс

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //xn--80ahc0abogjs.com/56_gendernaya-psihologiya_816/zakon-podpitki-zlobyi-64467.html

Татьяна Черниговская: Это не я — это мой мозг

Поделиться



А у меня глаза разве не темные?.. Самые темные...

Как же не темные, когда я и гадаю

про себя всегда на трефовую даму.

Н. В. Гоголь, «Ревизор»





Это не я, это — мой мозг. Таков, похоже, ответ двадцать первого века на вопрос девятнадцатого. До нас эта инновация (не к ночи слово будь помянуто) еще не долетела через океан, но долетит же…

Строго говоря, движение в эту сторону — когда вина за необщепринятые поступки, а то и за весь жизненный сценарий возлагается на разного рода физиологические или даже анатомические особенности — наблюдалось и раньше. Но только с наступлением нового тысячелетия дело дошло до того, чтобы чуть ли не совсем снять ответственность с личности и отдать ее «кислотам», в частности дезоксирибонуклеиновой, так закрученной в спираль, что никакой суд не разберет…

Страдания юного Вертера, тургеневских барышень, лишних людей, рахметовых и франкенштейнов, шариковых и ганнибалов лектеров с молчащими ягнятами — все-все сведем теперь к четырем буквам — А, Г, Т и Ц — из них и текст приговора. Удобно, но стыдно и опасно.

Провидчески десятилетия назад это уловил Иосиф Бродский: «… верх возьмут телепаты, буддисты, спириты, препараты, фрейдисты, неврологи, психопаты… Душу затянут большой вуалью. Объединят нас сплошной спиралью. Воткнут в розетку с этил-моралью. Речь освободят от глагола».

 

Мозг в мире и мир в мозгу

Тема этой статьи выходит за переделы антропологических дискуссий о природе человека и затрагивает кардинальные принципы функционирования сложнейшей из всех сложных систем — нейронной сети.





Речь идет о степени личной независимости от физиологических (если не физико-химических) процессов, детерминированности поведения свойствами мозга и даже генетикой, когда нельзя избежать вопроса о свободе воли как самой сети (может ли она вести себя иначе?), так и субъекта. Последнее имеет принципиальное значение для любых дискуссий о специфике человека и его отличиях от «зомби» или иных виртуальных или реальных систем, претендующих на обладание человеческими способностями.

Вероятно, большинство людей согласится с тем, что отличительной чертой человека является сознание. Дело за небольшим: нет никакого консенсуса относительно определения того, что, собственно, это такое… Термин сознание используется как минимум в двух разных аспектах:

1) как характеристика наличия такового свойства у живых существ,

2) как наличие определенных уровней и состояний сознания.

На самом деле существует много разных смыслов, которые в это вкладываются:

• Сознанием обладает любое чувствующее и реагирующее на внешние раздражители существо. Тогда нужно признать, что им обладают рыбы, креветки и т. д.

• Состояние не во сне и не в коме. Как тогда в этом смысле определять состояние во сне, в гипнозе и т. д.?

• Осознание: мы не только осознающие, мы еще осознаем, что осознаем. Как тогда быть с маленькими детьми? С высокоразвитыми, но не говорящими существами?

• Так называемое What is it когда предлагается представить, каков мир с точки зрения другого сознания — например, летучей мыши с ее эхолокацией или осьминога. Виртуально мыслимые инопланетные существа немногим более непонятны нам в этом смысле, чем любое земное животное.

В современной науке существует весьма широкий спектр типов отношения к проблеме сознания и его естественно-научного изучения — от узкоредукционистских, когда самые сложные и кардинальные для понимания вопросы просто обходятся (и это характерно для большинства экспериментально работающих ученых), до постулирования несводимости этих параллельных «миров» и призыва не искать вообще нейрофизиологические корреляты сознания (и тогда это выход за пределы научной парадигмы или, как минимум, ее естественно-научного блока).

Некоторую надежду на выход из этой ситуации вселяет развитие когнитивистских подходов, мультидисциплинарных по определению. Например, радикальный когнитивист (как он сам себя называет) Виктор Аллахвердов находится в оппозиции к иррационализму и нонкогнитивизму, к взгляду на человека с позиций синтетической теории эволюции, к бихевиоризму и психоанализу — и утверждает, что «признание несводимости познания к поведению, ориентация на описание процессов переработки информации, понимание роли субъективных конструктов в описании мира, акцент на проблемы соотношения сознательного и неосознаваемого» вселяет надежду на некий прорыв и выход из тупика. Он также утверждает, чтосознание — запаздывающая структура, так как мозг осуществляет независимые проверки, выбирая правильные, на его взгляд, гипотезы из разных вариантов, в том числе и ошибочных.

Субъективная реальность, qualia, или феноменальное сознание — едва ли не главная тема в этих дискуссиях. Это подчеркивает и крупнейший современный нейрофизиолог Джеральд Эдельман.





Центральная проблема сознания — как субъективные переживания порождаются физическими явлениями. Об этом написано и продолжает писаться огромное количество статей и книг. Мы видим только то, что знаем. Образы и представления — не копия и даже не сумма физических сигналов, поступающих на наши рецепторы. Их строит наш мозг. Иначе говоря, то, что видится, слышится и осязается, отлично у разных видов животных и у всех них от нас не потому, что различны диапазоны зрения, слуха, обоняния и т. д., а потому что у всех существ свой мозг, который обрабатывает сенсорные сигналы, формируя субъективные (!) образы. Не только у разных видов, но и у разных людей, входящих в один вид, — разные qualia. Надо также подчеркнуть, что наличие субъективной реальности не выявляется бихевиористскими методиками, стало быть, экспериментальная проверка требует специальной ментальной проработки.

В связи с вышесказанным нужно привыкнуть делать серьезные поправки на индивидуальные, этнические, конфессиональные, профессиональные и иные культурные отличия, строившие нейронную сеть и субъективные миры разных людей. Кардинальную важность кросс-культурной (как теперь это называется) специфики мышления описывали Николай Марр, Израиль Франк-Каменецкий, Ольга Фрейденберг, Павел Гуревич, Михаил Стеблин-Каменский…

Мозг — не сумма миллиардов нейронов и их связей, а таковая сумма плюс индивидуальный опыт, который сформировал этот инструмент — наш мозг — и настроил его.

Восприятие — это активное извлечение знаний и конструирование мира. Разные живые системы делают это по-своему, извлекая из мира нужные характеристики (например, магнитные поля или поляризованный свет) и строя специфичные модели мира. Именно наличие субъективного мира и самого субъекта отличает человека от киборга. Пока. Отличие человека состоит и в обладании arbitrium liberum — свободой воли, способностью к добровольному и сознательному выбору и согласию с принимаемым решением — voluntarius consensus.

Все когнитивные процессы — это получение и обработка информации по определенным правилам и алгоритмам. В мозгу есть ментальные репрезентации, обеспечивающие контакт с миром. Это гипотезы высокой степени абстракции, лежащие в основании картины мира, которую нельзя проверить эмпирически, потому что «объективной», «настоящей» картины мира просто нет, или ее знает только Создатель. Сложение мнений статистически приемлемого количества людей ничего не добавляет, так как у них у всех — похожий мозг. Как утверждает Кант, «рассудок не черпает свои законы (a priori) из природы, а предписывает их ей».

Не удается уклониться от опасного вопроса: почему формальное мышление применимо к реальному миру? Почему мы принимаем как аксиому, что хорошо организованное в рамках наших алгоритмов построение — истинное? Истинное в рамках нашего мышления.

Здесь мы сталкиваемся с парадоксом: мозг находится в мире, а мир находится в мозгу. Поиск субъективного опыта в физическом мире (т. е. в качестве и интенсивности сенсорных стимулов) абсурден: его там нет, так как он строится в мозгу, в отдельном, дополнительном пространстве мозга. Кто смотрит на ментальные репрезентации? Кто их интерпретирует?

Казалось бы, очевиден ответ «я», но… как бы из иного измерения, из другого пространства, изнутри мозга, но не как физического объекта, а как психического субъекта. И ведь мозг ведет (с кем-то) диалог… А кто с кем говорит («не ходила бы ты туда»...)? Раньше бы сказали — правое и левое полушария, как бы две разные личности. Но теперь эта картина стала гораздо более пестрой, а мозг — гораздо «населенней».

Похоже, что тексты нейронной сети читает сама нейронная сеть, в которую мы попались или которой, возможно, являемся… Утешает лишь то, что в нее попался и мир. Или она сама и есть мир. И форма ее, плотность, изящество плетения, гибкость и упругость — живые, и мы можем вывязывать свои узоры, не подчиняясь шаблонам, данным нам a priori — для устойчивости.

А можем ли мы мозгу доверять? Потенциальная его способность поставлять личности не только ложную сенсорную и семантическую информацию, но и неадекватную оценку принадлежности ощущений данному субъекту, хорошо известна из психической патологии. Исследования Вилейанура Рамачандрана показывают, что «убеждение сознания» может их уничтожить, стало быть, способы произвольного, сознательного воздействия даже на такие экстремально-аномальные ощущения есть.

Вопрос, который по-прежнему никуда не уходит: наш мозг — реализация «множества всех множеств, не являющихся членами самих себя» Бертрана Рассела или самодостаточный шедевр, находящийся в рекурсивных отношениях с допускаемой в него личностью, в теле которой он размещен? И что в чем размещено? Что из того мира, который мы воспринимаем и к которому приспосабливаемся, принадлежит ему, а что порождает наш мозг? Это значит, что вопрос о разделении субъекта и объекта остается центральным.

Это было давно осознано крупнейшими умами, например Алексеем Ухтомским, выдающимся отечественным ученым, опередившим свое время почти на век и считавшим, что нет ни субъекта, ни объекта, что мы вовсе не зрители, а участники, и даже что природа наша делаема, то есть ее как бы и нет независимо от нас. В этой связи нужно вспомнить Александра Пятигорского и Мераба Мамардашвили, а также Владимира Зинченко, которые прямо говорили, что бытие и сознание представляют собой континуум и что мышление и существование совпадают.

Ситуацию, где объект исследования не является независимым от наблюдателя, физика пережила давно, когда начала разрабатываться квантовая теория и мир смутил кот Шредингера. Такими сюжетами, нарушающими все привычные представления о пространстве и времени, как принято думать, заселен квантовый мир, в котором все зависит от наличия наблюдателя. В макромире подобных феноменов до последнего времени не наблюдалось. Но это в физике, а в науках, изучающих живые системы, роль наблюдателя — роль мозга — недооценивать не стоит. А значит, аналитическая философия — такой же игрок на этом поле, как нейрофизиология и когнитивная психология.

Строго говоря, сейчас нейронауки и философия сознания прекрасно друг без друга обходятся, можно даже сказать — они друг другу даже мешают, так как вынуждены взаимно друг на друга оглядываться. Надежда на выстраивание между ними моста, призванного преодолеть провал, пока весьма призрачна: современное состояние исследований все еще можно описать как Where-it-happens studies, так как любая самая изощренная техника дает лишь ответ на вопрос, какие зоны в мозгу активны или пассивны во время той или иной деятельности, тогда как хотелось бы получить не «адреса», а объяснения.

В обсуждении вопросов об автономности мозга, поднятых в статьях Эрнста Нагеля, Давид Дубровский настаивает на том, что человек может «оперировать по своей воле некоторым классом своих нейродинамических систем, то есть управлять ими», а из этого следует, что жесткий внутренний детерминизм не очевиден.





Мозг — творец или зеркало?

В 1922 году, задолго до возникновения когнитивной науки, Семен Франк писал:

«Обществоведение отличается той методологической особенностью, что в нем субъект знания в известном отношении совпадает с его объектом. Исследователь муравейника не есть сам участник муравейника, бактериолог принадлежит к другой группе явлений, чем изучаемый им мир микроорганизмов, обществовед же есть сам — сознательно или бессознательно — гражданин, то есть участник изучаемого им общества».

Вспомним в связи с этим и его гениальных предшественников. «Великий Кант научил нас, что время, пространство и причинность во всей своей закономерности и возможности всех своих форм находятся в нашем сознании совершенно независимо от объектов, которые в них являются и составляют их содержание, — писал Артур Шопенгауэр, — или, другими словами, к ним одинаково можно прийти, исходя из субъекта или из объекта; поэтому их можно с равным правом называть как способами созерцания субъекта, так и свойствами объекта, поскольку последний есть объект (у Канта: явление), то есть представление».

Мы знаем, что младенец, рожденный сейчас, генетически мало отличается от рожденного в начале нашей биологической истории. Известно, какие линии оказались тупиковыми, а какие привели к возникновению человека современного типа и разных расовых и этнических групп. Несмотря на неоднозначность отношения к дискуссии о том, продолжается еще или уже завершилась биологическая эволюция человека, следует указать на появление данных, показывающих, что человеческий мозг все еще находится под воздействием адаптивных эволюционных процессов (например, микроцефалин — ген, регулирующий объем мозга, — продолжает адаптивно эволюционировать).

Открытие Джакомо Риззолатти и Майклом Арбибом зеркальных нейронов и вообще зеркальных систем дает совершенно новые данные о возникновении языка и рефлексии как основ сознания человека. Зеркальные системы мозга картируют внешнюю информацию — действия, совершаемые другим существом, необязательно того же вида, но с понятной системой координат и интерпретируемым поведением. Они есть практически во всех отделах мозга человека и активируются, в том числе, при предвидении действия, при сопереживании эмоций или воспоминании о них и т. д. Это показывает, на основе чего развился мозг, готовый для построения моделей сознания, а также для социального обучения и адекватного поведения в социуме. Отсутствие такой способности, наблюдаемое в крайних формах при аутизме и шизофрении, приводит к выпадению человека из общества с самыми тяжелыми экзистенциальными последствиями.

Чрезвычайно важным является и формирование с помощью этих систем надежных механизмов самоидентификации, что нарушается при психической патологии — шизофрении — и также оказывается связанным с функционированием зеркальных систем.

Итак, предельно сложно организованный человеческий мозг — зеркало для мира или сам формирует мир? Важен он миру или только самому индивидууму для обеспечения жизнеспособности? Зачем нам его повторять? Чтобы дублировать что — себя или мир? Чтобы узнать, как работает сам мозг или каковы законы мира в целом? А разве мы можем дублировать то, что организовано сложнее, чем мы даже можем себе вообразить? Создавать модели, чтобы проверить правильность гипотез? — Да, но ведь, например, обучая искусственные нейронные сети, мы узнаем не то, как действует мозг, а то, как происходит обучение! Точно так же, как, обучая приматов человеческому жестовому языку, мы выясняем лишь, до каких пределов их можно доучить, — не более того.

Сейчас ясно, что процессы работы с памятью (запись, считывание, поиск) у человека и компьютера сильно отличаются. В основе организации компьютерной памяти лежит адресация — указание места информации в памяти. Различные виды поиска по содержанию (по ключам, наборам признаков и т. д.) обеспечиваются системой адресных ссылок. Человеческая память также располагает большим набором ключей, позволяющих быстро считывать нужную информацию. Однако, даже если мы получаем сопоставимые результаты, у нас нет никакой уверенности в том, что сами процессы были теми же!

Например, сейчас есть роботы, которые могут компенсировать нарушения движений за счет непрерывного перемоделирования себя в зависимости от ситуации. Следует ли из этого, что у робота теперь есть самосознание и субъективная реальность? Свобода воли для принятия решений о себе?

Исследования Константина Анохина дают нам конкретные сведения о том, что высокая степень сложности процессов памяти отрабатывается природой на животных, стоящих на разных степенях эволюционной лестницы, и наиболее успешные ходы закрепляются генетически. Человек имеет несопоставимо больше степеней свободы выбора алгоритмов как фиксации, так и считывания информации, что на порядок увеличивает уровень сложности. Мозг принято моделировать как классическую физическую систему, которая по определению является вычислительной. Однако очевидно, что это не так, а значит, в будущем, когда такие подходы станут возможными, к моделированию будут, вероятно, подходить в рамках иной научной парадигмы (ср. гипотезу Джона Экклза о том, что для описания функций некоторых структур мозга необходимо привлечение квантовых представлений).

Обозначим свойства психических процессов, которые, на наш взгляд, делают компьютерную метафору совершенно нерелевантной, оглянувшись перед этим на Роджера Пенроуза, писавшего, что сознание не может быть сведено к вычислению, так как живой мозг наделен способностью к пониманию. Что такое понимание? Не фиксация и соотнесение с чем-то, а именно понимание — вопрос не праздный, в первую очередь относительно иных видов интеллекта, не человеческого типа. Согласно Пенроузу, мозг действительно работает, как компьютер, однако этот компьютер отличается настолько невообразимой сложностью, что его имитация не под силу научному осмыслению.

Мозг является конструкцией из мягких и жестких звеньев и включает в себя нисходящие алгоритмы, восходящие процедуры научения и невычисляемые пласты. Это дает нам основания считать, что по крайней мере в обозримое время он не поддастся адекватному моделированию.

Итак, нерелевантность компьютерной метафоры в ее нынешнем виде определяется следующими свойствами сознания человека:

— Чрезвычайная роль контекста, а значит — возможность множественных трактовок сообщения и событий вообще. Одного этого достаточно, чтобы мир то и дело отражался в кривых зеркалах (в теории коммуникации говорят о коммуникативных ямах или провалах, не в последнюю очередь именно по этой причине). Стоит вспомнить в связи со всем этим биосемиотика и теоретика биологии Якоба Юкскюля с его идеей Umwelt’ов — миров, отдельных для каждого существа и почти непроницаемых для других: «Everything has it's own Umwelt adapted to its specific needs» (у каждого существа свой мир, приспособленный к его существованию) — только высокая организация сознания дает возможность учитывать миры других людей.

— Избыточность и возможность многих путей для поиска одного и того же. Использование разных алгоритмов в разное время без очевидных причин. И нахождение того, что не искали (попутно). Как блуждание по большому (и почти что не своему) дому — на что наткнешься… Пространство знакомо лишь частично, и не очень светло. Спотыкаешься и не туда заходишь… Трудно пройти по одному и тому же маршруту несколько раз, разве что этот маршрут тривиален и автоматизирован. Собственно, если человек настойчиво использует один и тот же маршрут при ментальных операциях, то это говорит о его эпилептоидности (когда тапочки должны стоять только параллельно). И противоположное: если каждый раз пробовать новый маршрут, то тут явно не без шизоидности. И это может привести не только к непродуктивному поиску (поведению), но и к открытиям, так как включаются низкочастотные ассоциативные процессы.

— Неожиданность и непрогнозируемость сопоставляемых объектов или процедур: чем более редкие и «чужие» объекты, тем более эффективным может быть творческий процесс (этим объясняется континуальность «нормы», когда грань между безумием, шизотипическим сознанием и гениальностью определяется внешними координатами — адаптированностью к социуму). Возможна ли, кстати, компьютерная имитация галлюцинаций, когда мозг начинает замещать сенсорные потоки их симуляцией? Ведь мозг видит, слышит и ощущает то, «что хочет и может», а вовсе не то, что есть в «объективном» мире.

— Размытость, неточность, приблизительность описаний, не снижающая эффективности поиска в памяти и построения алгоритма поведения (то, что принято связывать с правополушарным типом сознания). Нельзя не согласиться: то, что просто человеку, сложно компьютеру и наоборот.

— Непредзаданность аристотелевского типа мышления и даже искусственность его для мозга, так как такому типу логики человека надо специально обучать. Множественность типов мышления, определяемых культурой и решаемой задачей (обыденное, научное, религиозное и мышление, используемое в игре, — см. работы кросс-культурных психологов Клода Леви-Стросса, Александра Лурии, Майкла Д. Коула, Пеэтера Тульвисте и т. д.). Заметим, что такая множественность обеспечивается самим мозгом, в частности особенностями его гемисферной функциональной организации.

— Юмор и смех, «карнавал» — свойства психики человека, выполняющие роль «щекотки сердца», когда можно сбросить на время страх и совесть, и «щекотки ума», когда можно нарушить законы разума, здравого смысла и этикета. Психике нужен отдых. Может ли компьютер моделировать юмор? Все, что он может, — требует алгоритма, или сценария, или перестановок. Можно ли таким способом породить смешное, то есть неожиданное? Скорее нет, чем да, но если и да, то что-то простое и потому не очень смешное или — перебором маловероятных вариантов — недекодируемое. Ведь все дело в дозе и в контексте. Законы смешного те же, что и законы поэзии, — неожиданный ракурс, аналогия, необычная точка отсчета.





Да, шахматный суперкомпьютер Deep Blue обыграл Каспарова в шахматы, и человечество испытало шок. Вскоре очнулись: ведь это просто игра, основанная на переборе вариантов (т. е. еще не весь интеллект), да к тому же с несопоставимыми объемами памяти у противников (что вообще некорректно), да к тому же с «натасканностью» искусственного разума на конкретного игрока… Специалисты говорят, что написать программу высокого уровня для игры в нарды, к примеру, — несопоставимо сложнее: кости, господа, кости… Случай то есть.

Однако другой чемпион мира по шахматам Владимир Крамник заметил, что и шахматы слишком сложны для компьютера, так как количество возможных комбинаций представляет собой число с 28 нулями; поскольку алгоритм человеческого мышления таков, что мы можем выбрать направление расчетов, а не перебирать все комбинации, то у нас есть шанс его переиграть. Что утешает. Хотя не надолго, как мы уже видим.

Гонку на скорость мы проиграли давно: скорость работы электронных схем уже в миллионы раз превышает скорость возбуждения нейронов в мозге, при этом электронные схемы демонстрируют высокую точность синхронизации и обработки инструкций, что ни в коей мере не свойственно нейронам.

И что? — А ничего. Пока не видно ни Паскалей, ни Леонардо, ни Шопенгауэров. И не будет видно никогда в этих нулях с единицами, потому что никто еще не сделал никакого прорыва в науке и философии, не говоря об искусстве, с помощью особо хорошо смазанного арифмометра «Феликс». Модельеры интеллектуальных процессов давно осознали, что для создания хоть какого-то подобия человеческого интеллекта нужно «повторить» не только «левополушарного Феликса», но и «правополушарного» Анри Бергсона или не влезающих ни в какие рамки Моцарта и Пушкина. А это — нет, никогда… То, что делает нас людьми, — никакие абиссинцы с шумерами на своих счетах не отложат...

Вернемся к вопросам, поставленным в начале — как нам относиться к детерминированности нашего мышления и поведения нейрональными механизмами, обеспечивающими функционирование нейронной сети в нашем мозге? Есть ли все же прогресс в соотнесении и объяснении данных нейронаук и субъективного опыта, феноменального сознания, психических явлений высокого ранга?

Боюсь, что вопросов будет больше, чем ответов, но сам факт осознания этих проблем как реально существующих должен явиться, как я надеюсь, сигналом для обострения внимания — как у философов, так и — особенно — у экспериментально работающих в нейронауке ученых.

Согласно наиболее известной форме теоремы Курта Геделя, опубликованной в 1931 году в Кенигсберге, формальная система, достаточно мощная, чтобы сочетать в себе формулировки утверждений арифметики и стандартную логику, не может быть одновременно полной и непротиворечивой. Из этого, в частности, следует, что интуицию и понимание невозможно свести к какому бы то ни было набору правил. Этой теоремой Гедель положил начало важнейшему этапу развития философии сознания, а Пенроуз через десятилетия вынес приговор: осознание и понимание как основа человеческого интеллекта являются результатом нейрофизиологических процессов, но их невозможно объяснить в физических, математических и иных научных терминах — и невозможно смоделировать вычислительными средствами.

Специалисты по искусственному интеллекту знают, что пока нам удается моделировать только «левополушарную» вычислительную активность мозга, меж тем как внутри мозга функционирует и нечто вроде «аналогового компьютера», обеспечивающего практически все «правополушарные», интуитивные процессы, нетривиальные ходы и ассоциации — основу творческих прорывов, а значит, жизнь цивилизации и культурную эволюцию. Пенроуз считает, что для отыскания хоть какого-то объяснения феномену сознания нам придется выйти за пределы известной науки. Очень вероятно. И все же ответы на интересующие нас вопросы нам следует искать именно с помощью научных методов — даже если о природе этих будущих методов науки мы имеем смутное представление.





Уже сейчас, однако, появляются все новые и новые свидетельства того, что высшие и именно человеческие психические функции можно изучать нейрофизиологически и находить соответствующие им паттерны активности (мы не ищем больше локусы, а ищем скорее «мелодии», поскольку больше всего нейрональные процессы похожи на джазовые сессии, в которых участвуют временно объединенные структуры мозга). Например, известно, что гиппокамп и лобная кора формируют личную память и возможность перемещаться в ней по шкале времени, размещать на ней события. Более того, было доказано, что гиппокамп отвечает не только за прошлое (воспоминания), но и за будущее или возможное (воображение).

Ну и наконец, в продолжение разговора о детерминированности поведения мозговыми процессами: должны ли мы учитывать индивидуальные особенности мозга, анализируя, к примеру, социально значимые события? Известно, что есть люди импульсивные, склонные к риску, действующие мгновенно, практически не задумываясь над тем, стоит ли вообще совершать данный поступок, или лучше остановиться и подумать, а уж потом принимать решение. А есть осторожные и медленные. Томографические исследования показывают наличие тормозных механизмов в мозгу, включающихся на несколько миллисекунд до принятия решения (нижняя лобная кора, которая посылает сигнал торможения в субталамическое ядро среднего мозга, что останавливает движение, и область, расположенная впереди дополнительной моторной коры, которая отвечает за то, будет ли действие произведено или нет). У всех ли эта сеть работает правильно? Насколько вариативны индивидуальные механизмы?

Обескураживают экспериментальные данные, свидетельствующие о том, что мозг «принимает решение» примерно за несколько секунд до того, как личность это осознает. МРТ может показать, что человек собирается солгать или его решение будет ошибочным. Чрезвычайно важно в этой связи подумать, насколько произвольными, подчиняющимися воле, являются наши действия. Если считать, что сознание — это в первую очередь осознание, то мы опять наталкиваемся на огромный разрыв между хорошо изученным психофизиологией восприятием и фактически никак не изученным осознанием. Вроде бы на этом пути нам должна была бы помочь интроспекция, но, как писал лауреат Нобелевской премии Фрэнсис Крик, последние годы жизни занимавшийся проблемой сознания, интроспекция обманывает нас на каждом шагу.

Сомнения в самом существовании свободы воли, непосредственно связанной с проблемой осознания, возникали неоднократно, начиная со знаменитого эксперимента со временем Бенджамина Либета, и затем у Саймона Фишера, Дэниэла Вегнера и Марка Халлета. Некоторые исследователи так и пишут: представления о том, что наши осознаваемые мысли порождают действия, подчиняющиеся, таким образом, свободной воле, — ошибочны, и верить в это — все равно что действительно считать, что кролик так и сидит до нужного момента в цилиндре фокусника.

Халлет, например, на основании анализа большого количества специально построенных экспериментов склонен считать, что свобода воли — в чистом виде результат интроспекции.

Иными словами, как я бы это прокомментировала, мозг параллельно с сенсорными ощущениями порождает и ощущение свободы воли, то есть в прямом смысле «морочит нам голову»… Мало того, мозг посылает нам сигнал о «свободе выбора решения» несколько раньше самого (двигательного, к примеру) сигнала, и это нас вводит в заблуждение даже тогда, когда, кажется, срабатывает интроспекция… Приходится также признать, что мозг «позволяет» нашему сознанию получить кое-какую информацию о своей деятельности...

В этой связи нельзя обойти вопрос о самости (ipseity), которая определяется как транспарентность тела, или единство духовного и телесного в человеке. Душа есть форма тела, как писал еще Аристотель и вслед за ним Фома Аквинский. Однако отношение к этому очень различно не только у разных философов и психологов, но и в разных религиях: от полного отрицания самости в буддизме (Махаяна) до трактовки ее как вины (а значит, формирования в результате опыта), как понимал это Лютер. Самость — не вещь в себе, а функция, и она не всегда включается (как и рефлексия). Это значит, что есть некий разрыв между тем, что происходит, — и нашим осознанием этого и оценкой, отнюдь не всегда присутствующими.

Не стоит забывать и о так называемых Minimal Self (первичная моторика и понимание строения своего тела) и Extended Self (осознание себя как личности, со всеми контекстами), а также про особое состояние мозга, так называемый Default Mode — состояние «покоя», когда происходит, в частности, восприятие важных для субъекта сигналов.

Я склонна считать, что показанное в нейрофизиологических экспериментах опережение мозгом сознания ставит под сомнение наличие свободы воли разве что у Minimal Self и никак не затрагивает Extended Self. Отличие человека от других биологических видов, от компьютеров и «зомби» именно и состоит в обладании arbitrium liberum — Свободой Воли, способностью к добровольному и сознательному. «Волевой акт и действие тела, — считает Шопенгауэр, — это не два объективно познанных различных состояния, объединенных связью причинности; они не находятся между собою в отношении причины и действия, нет, они представляют собой одно и то же, но только данное двумя совершенно различными способами — один раз совершенно непосредственно и другой раз в созерцании для рассудка. Действие тела есть не что иное, как объективированный, то есть вступивший в созерцание, акт воли». И далее — «мое тело и моя воля — это одно и то же».

 

Свобода воли и будущее человечества

Итак, понимание и признание свободы воли имеет не только философскую, но и вполне экзистенциальную ценность. Да, возможно, она отсутствует у нейронной сети как таковой, и мозг морочит нам голову — и даже слишком много на себя берет. Но не у личности, принимающей осознанные решения, за которые она несет ответственность! Робот и «зомби» ответственности не несут, другое дело homo sapiens. Иначе вся человеческая цивилизация является насмешкой. Об этом стали размышлять не в двадцать первом веке.

«Воля есть разумное движение, повелевающее чувством и влечением. В какую бы сторону она ни направлялась, она всегда имеет своим спутником разум, некоторым образом следующий за ней по пятам», — писал еще аббат Бернар Клервоский (1090—1153) в своем труде «De Gratia et libero arbitrio» («О благодати и свободе воли»).

Пройдет немного времени, и картирование мозга сможет указать нам, например, на потенциальную опасность некоего человека для социума, а это ставит перед обществом сложные юридические и культурные вопросы, в том числе и о свободе воли и мере ответственности личности за свои поступки.

В США активно обсуждаются планы использования сканирования мозга в судопроизводстве для проверки правдивости показаний, и никто не сомневается, что рано или поздно это произойдет (как вошел в практику анализ ДНК), но это всего лишь еще один вариант детектора лжи, а вот оценка мозга как возможного «виновника» потенциальных преступлений изменит всю систему юриспруденции, если не сказать — всю человеческую культуру.

В общем, будущее обещает быть нескучным… опубликовано 

 

Автор: Татьяна Черниговская

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //www.strana-oz.ru/2013/1/eto-ne-ya---eto-moy-mozg

Почему не стоит обсуждать чужой вес

Поделиться



Мы живем в обществе, где фраза «прекрасно выглядишь, ты похудела, молодец» — довольно распространенный комплимент.

Недавно меня занесло на вечеринку, где гости только и делали, что обсуждали, кто на сколько похудел, и отпускали критические замечания по поводу фигур окружающих. Я от этого отвыкла — у меня уже давно совсем другой круг знакомых, которые понимают, что этого делать нельзя.

Я допускаю, что часто люди не хотят сделать вам больно, говоря: «Ты похудела? Здорово!» или «А ты что-то поправилась!»





 

 

Сейчас объясню, почему я категорически против того, чтобы обсуждать чужой вес

 

1. Невозможно судить об обстоятельствах жизни человека, о том, насколько он здоров и счастлив, исходя только из его веса.

В нашем обществе считается, что быть худым — «хорошо», а толстым — «плохо». Это утверждение глубоко ошибочно. Убавление или прибавление веса ничего не говорят о том, насколько человек здоров и счастлив. Они не дают никаких оснований делать выводы об обстоятельствах его жизни или привычках.

Девушка, которую вы похвалили за то, что она похудела, может страдать пищевым расстройством поведения, угрожающим ее жизни. Человек теряет вес, когда у него рак, депрессия, булимия, когда у него горе, когда он страдает.

А тот, кто набрал килограммы, может быть здоров и счастлив; возможно, он или она идет на поправку после пищевого расстройства, вышел из депрессии, преодолел тяжелую болезнь.

Нельзя давать весу моральные оценки, он не находится в плоскости «хорошо–плохо». Кроме того, наши тела меняются с возрастом, это естественный ход человеческой жизни и тут нечего стыдиться. Ценность наших тел не зависит от того, сколько они весят или какой они формы.

 

2. Комментарии по поводу веса могут серьезно нарушить чужое психологическое равновесие

Высказывания о весе часто служат психологическим «спусковым крючком», я знаю тому множество примеров. У тех, кто проходит реабилитацию после пищевого расстройства поведения, обсуждение их веса может вызвать рецидив и свести на нет весь эффект терапии. Тут важно понимать, что по внешнему виду человека невозможно судить о том, есть ли у него пищевое расстройство. Оно бывает у людей с любой формой тела или весом.

Или давайте предположим, что кто-то сел на диету и похудел, и вы его похвалили. Сейчас мы уже знаем, что 95 процентов диет позволяют снизить вес только на очень короткий срок, а потом килограммы возвращаются, поэтому ваша «похвала» превратиться в издевку или упрек уже очень скоро, когда человек начнет набирать вес обратно. Из-за этого люди часто попадают в так называемый «замкнутый круг диет», который наносит огромный вред здоровью, физическому и психологическому.





 

 

3. Обсуждение веса уводит в сторону от действительно важных проблем

Меня иногда поражает, что женщины — развитые, многого достигшие в жизни, с интересной работой, детьми, семьей — часами обсуждают диеты и кто сколько весит. Этим женщинам есть, что сказать — а они заняты каким-то мелким, второстепенным, не стоящим их внимания вопросом. Я их не обвиняю, потому что это культурная и социальная проблема.

Культура диет, фиксация на худобе создает проблемы не только для женщин, но и для мужчин. Тем не менее, именно женщины, замыкаясь на этих вопросах, отсекают себя от других, действительно важных сфер своей жизни. И потом, подумайте: вы долго не виделись с хорошей подругой, и первое, что вы ей говорите, касается ее внешнего вида, ее веса! Неужели вам не интересно, чем она жила все эти годы, о чем она думает, что чувствует, как обстоят ее дела? На свете столько вещей, гораздо более важных, чем объем талии или режим питания.

Когда мы на первое место ставим внешность и вес, мы подпитываем культуру, в которой женщину, баллотирующуюся в президенты, критикуют не за ее политическую позицию, а за то, как она выглядит. Это не вопрос веса — это вопрос справедливого общества.

Что отвечать тем, кто сказал вам: «Прекрасно выглядишь! Ты похудела?»

«Вес для меня не главное, у меня есть масса других достоинств!»

«Понятия не имею. Я не взвешиваюсь. Как дела у тебя дома?»

«Я чувствую себя прекрасно, и это главное».

«Нет, я не похудела. Просто я счастлива и отлично себя чувствую».

«По-моему, это вопрос неуместен».

Что отвечать на фразу: «Ты что, поправилась с тех пор, как мы виделись в последний раз?»

«У меня отлично идут дела, спасибо».

«А почему тебя так интересует мой вес?»

«Понятия не имею. Не думаю, что мое главное достоинство — это цифра на весах».

«Я стараюсь не фокусироваться на весе, и буду благодарна, если мы не будем это обсуждать».

«Да!» (с улыбочкой)

«Не думаю, что мой вес касается кого-то, кроме меня».

Ваша человеческая ценность никак не связана с тем, сколько вы весите и как выглядите. Главное, насколько вы добры к другим, есть ли искра в ваших глазах, с каким упорством вы идете к своей мечте, как вы строите отношения. Вы заслуживаете любви — такой, какая вы есть.опубликовано 

 

Автор: Дженнифер Роллин

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //theageofhappiness.com/posts/pochemu-nestoit-obsuzhdat-chuzhoy-ves/ah36dgc54eg

Нассим Талеб: Богатство как яд для богатых

Поделиться



Когда люди богатеют, они лишаются способности регулировать свой опыт исходя из собственных интересов. Они теряют контроль над своими предпочтениями, заменяя их искусственными установками. Это усложняет им жизнь и заставляет их страдать.

Но откуда они берут эти искусственные установки? Разумеется, их определяют те, кто хочет им что-нибудь продать. Это снова проблема личного интереса в игре: высшему классу диктуют выбор люди, которые надеются что-то заработать на продаже, не получив при этом никаких побочных эффектов.





Учитывая, что жертвы богаты, а их эксплуататоры чаще всего обладают значительно меньшими возможностями, обычно дело обходится без обвинений в чей-либо адрес.

Однажды я ужинал в ресторане с Мишленовской звездой. Меня пригласил туда знакомый, который настоял на том, чтобы поесть именно там, хотя я хотел пойти в простую греческую таверну, где всем заправлял дружелюбный владелец, а помогали ему его же дальние и ближние родственники.

Атмосфера в дорогом ресторане была натянутой.

В средиземноморских языках есть выражение, описывающее пробку в заднем проходе, которая препятствует нормальной вентиляции, формируя избыточное давление газов в желудочно-кишечном тракте — это и является причиной нелепой чопорности, какую можно заметить только за образованными представителями высшего класса.

Замечу, что в дополнение к пробкам в заднем проходе все мужчины носили галстуки.

Ужин состоял из сложной перемены крошечных порций блюд с микроскопическими ингредиентами и контрастными вкусами, которые заставляли сосредоточиться, как будто вы сдаете какой-то экзамен.

Это было не слишком похоже на ужин, скорее на визит в музей в компании чокнутого филолога, непрерывно читающего вам лекции о каком-то художественном измерении, о котором вы и дальше предпочли бы ничего не знать.

В еде было так мало знакомого, так мало того, что отвечало моим пристрастиям: когда по удивительной случайности одно из блюд показалось мне стоящим, я не смог получить больше ни кусочка — пора было переходить к следующему.

Пробираясь сквозь тарелки и слушая какой-то бред, который нес сомелье о подходящем вине, я ужасно боялся потерять концентрацию. Мне пришлось потратить много сил на то, чтобы скрыть, как мне скучно. Единственное, что могло бы порадовать меня — хлеб, — и тот оказался холодным. Похоже, что теплый хлеб не входит в стандарты Мишлена.





 

Venenum in auro bibitur

Я покинул ресторан, умирая от голода. Если бы у меня был выбор, я предпочел бы проверенный временем рецепт (скажем, пиццу с очень свежими ингредиентами или сочный бургер) в оживленном заведении — за двадцатую часть суммы, в которую мне обошелся ужин.

Но из-за того, что мой спутник мог позволить себе дорогой ресторан, мы оказались жертвами сложных экспериментов шеф-повара, одобренных каким-то бюрократом из Мишлен.

Это не тот случай, когда можно говорить об эффекте Линди: рецепты становятся лучше, проходя через небольшие вариации — от сицилийской бабушки к сицилийской бабушке.

Меня поразило, что богатые люди оказались такими легкими жертвами. Как сетует Фиест в трагедии Сенеки, «злодейство в хижины не вхоже», и из золотой чаши гораздо чаще можно выпить яд, чем из обычной (Venenum in auro bibitur — яд, выпитый из золота).

Легко обманывать людей, завлекая их бессмысленной сложностью — но бедные обычно избавлены от этого типа мошенничества.

Именно это заставляет ученых предлагать наиболее сложное решение из возможных, когда может сработать и более простое.

Для большинства из нас гамбургеры гораздо вкуснее, чем филе-миньон, из-за повышенного содержания жира, но люди охотно верят, что филе-миньон лучше — только потому, что оно дороже.

Одно из моих правил приятной жизни заключается в том, чтобы не присутствовать на торжественных ужинах, вроде тех, когда вам приходится два часа провести в кресле между женой канзасского застройщика и лоббистом из Вашингтона.

 

Большие склепы

То же относится и к недвижимости. Я убежден, что почти каждый был бы больше рад небольшому дому в уютном районе, где можно чувствовать человеческое тепло и поддерживать добрые отношения с соседями.

Но если у вас достаточно денег, общественное мнение вынуждает вас переселиться в огромный, безликий и безмолвный особняк вдалеке от обжитых мест. На закате тишина просторных коридоров действительно наводит на мысли о кладбищах и склепах, только без успокаивающей музыки.

Более того, если ваш дом достаточно велик, для него приходится нанимать профессиональных управляющих, как для корпорации.

Как доказал французский моралист Люк де Клапье Вовенарг, в вопросах, которые мы сегодня зовем вопросами масштаба, малое часто оказывается предпочтительнее большого.

Некоторые вещи могут быть слишком велики для вашего сердца.

Жители Рима, писал Вовенарг, охотнее любили его, когда он был маленькой деревней, чем когда он стал великой империей.

В большом особняке, лишенном человеческого тепла, неизбежно возникает чувство отчуждения; в большом особняке, населенном слугами, оно только усиливается.

Среди богатых людей есть такие, которые не выглядят богатыми, и они явно понимают, о чем мы говорим: они живут там, где им удобно, и инстинктивно знают, что переезд отяготит их. Многие из них все еще живут в домах своих родителей.

Мало кто осознает, что руководит их выбором, и в конечном итоге ими манипулируют те, кто хочет им что-то продать. В этом смысле бедность может оказаться более комфортным состоянием.

Глядя на Саудовскую Аравию, которая должна постепенно вернуться к уровню благосостояния донефтяной эпохи, я часто думаю о том, удалось ли бы Вовенаргу убедить их, что, лишившись богатства и роя подхалимствующих иностранцев, они окажутся в более выигрышном положении.

Иными словами: если богатство уменьшает число доступных вам вариантов, а не увеличивает (и не делает их более разнообразными), вы явно что-то делаете неправильно.

Многие ошибочно считают эту идею пропагандой спартанского образа жизни, хотя она говорит лишь об ограничении свободы.





Нелинейность прогресса и S-образная кривая

Теперь давайте распространим наши наблюдения на прогресс в целом.

Вы хотите, чтобы общество стало богатым, — или, может быть, мечтаете победить бедность. Кто определяет ваши предпочтения — вы сами или те, кто хочет вам что-то продать?

Вернемся к опыту в ресторане и обсудим различия искусственных и естественных установок. Если бы у меня был выбор — заплатить $200 за пиццу или $6,95 за французский ресторан, я охотно отдал бы $200 за пиццу и еще $9,95 — за бутылку вина.

На самом деле я готов заплатить за то, чтобы не ходить в мишленовские рестораны!

Это рассуждение показывает, что существует уровень сложности, который не приносит пользы — экономисты называют это отрицательной полезностью.

И тут мы можем кое-что понять о богатстве и росте так называемого ВВП: существует S-обратная кривая, за пределами которой рост благосостояния идет вам во вред. Но обнаружить это можно, только если вы избавитесь от навязанных вам предпочтений.

Многие страны сейчас становятся все богаче и богаче, и некоторые уже выходят за пределы кривой. И я уверен, что если бы пицца стоила $200, люди с пробками в заднем проходе выстраивались бы за ней в очереди. Но пиццу слишком легко производить, поэтому они делают выбор в пользу чего-то более дорогого, и пицца всегда будет дешевле, чем все это дерьмо для гурманов.опубликовано 

©Нассим Талеб

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //ru.insider.pro/opinion/2017-03-07/nassim-taleb-bogatstvo-kak-yad-dlya-bogatyh/

Вы — это то, что на вас влияет, а не то, чем вы обладаете

Поделиться



Рассматривая картину мира только в материальной плоскости, сложно объяснить, почему мы рождаемся в разных условиях.

В буддизме это объясняется посредством кармы, которую человек наработал в своих прошлых жизнях, и какие условия он создал в предыдущей жизни, такие и получил в нынешней жизни. Каждый верит в то, во что ему удобнее верить.

Все можно объяснить посредством таких процессов, имеющих определение в психологии, как интериоризация и интернализация, сознание и подсознание или бессознательное.





 

Интериоризация и интернализация (от лат. interior — внутренний) — формирование внутренних структур человеческой психики посредством освоения внешних структур, приобретения жизненного опыта, становления психических функций и развития в целом. Любое сложное действие, прежде чем стать достоянием разума, должно быть реализовано вовне. Благодаря интериоризации или интернализации объекты внешнего мира получают постоянное психическое представительство, посредством которого восприятия превращаются в образы, формирующие наше психическое содержимое и структуру.

Сознание — отражение действительности, выражающееся в способности человека отдавать себе отчет об окружающем, о настоящем и прошлом времени, принимать решения и в соответствии с ситуацией управлять своим поведением.

Подсознание — психические структуры и процессы, протекающих без отображения их в сознании и помимо сознательного управления. 

Из описания данной системы вытекает четкая последовательность причинно-следственных связей, и если многие люди науки говорят, что это только желаемое условие — то, что все возвращается, хоть это подтверждает их жизненный опыт, они предпочитают списывать это на случайности.

Мой жизненный опыт подтверждал это всегда, только подтверждение иногда приходило через большой промежуток времени. Повторяется все, что имеет эмоциональную окраску и важное для нас значение, какую бы оценку произошедшему мы не дали, положительную или отрицательную.

Даже исходя из научного подхода, материальная картина мира, на мой взгляд, получилась волшебной. Почему мы имеем то что имеем, а объяснить это не можем, ответ будем искать в сокрытом от сознания, в подсознании.





Что делать тем, у кого не сформировалось базовое доверие к миру? Многих мир пугает. Таким людям сложно начать что-то новое, им сложно взаимодействовать с другими людьми. Они часто находятся в напряженном состоянии, в ожидании, что ни за что, ни про что получат по голове и, как правило, обычно получают.

Рассматривая ситуации на примере символа Инь-Ян, темная и светлая стороны которого имеют точки, напомню, что белой точкой на темном фоне является сознание, посредством которого мы воспринимаем внешний мир, вся темная сторона является подсознанием, что содержит вытесненные болезненные воспоминания.

Сознание и подсознание или бессознательное, составляют нашу психику, наш внутренний мир. Негативные ситуации, являющиеся непонятными или болезненными для сознания, вытесняются в подсознание. Наше подсознание заполнено не переработанной и не усвоенной, информацией, которую сознание оценивает как болезненную и пытается спрятать.

Информация не осознается, но присутствует как пугающий напряженный фон или некая пелена, которая проявляется, при определенных условиях, схожих с начальными. С условиями, когда эта информация была нами получена. В этих самых условиях, подобных начальным, она начинает действовать как искажающая действительность призма в восприятии и как вирусная программа в поведении, а при достаточно длительном воздействии проявляется как психосоматическое заболевание. В таких ситуациях внешний мир воспринимается искаженно.

По внешней реакции мира на определенные действия можно выявить негативную информацию скрытую в подсознании, т. к. какой стимул, такая и реакция, как утверждали представители направления «бихевиоризм», отвергающие роль сознания и бессознательного как регулятора человеческого поведения. Но если ответная реакция на сознательный стимул не соответствует ожидаемой реакции, то это можно объяснить только наличием искажающей информации. Необихевиористы определили ее как промежуточные переменные, являющиеся нашим опытом, знанием, намерением и т.д.

В психологии это объясняется принципом детерминизма, который является одним из основных принципов научного познания, опираясь на которые наука способна адекватно теоретически объяснять свой предмет. Согласно этому принципу все явления взаимосвязаны и взаимообусловленны закономерным образом. С.Л. Рубинштейн сформулировал принцип детерминизма как:

«Эффект воздействия одного явления на другое зависит не только от характера самого воздействия, но и от природы того явления, на которое это воздействие оказано; иначе говоря: внешние причины действуют через систему внутренних условий».

То есть, действительность опосредовано преломляется через наше восприятие.

Что делать в случаях, когда есть искаженное восприятие реальности?

В первую очередь, необходимо осознать, что имеется искажающая информация, и она дает деструкцию в восприятии реальности. Не отмахиваться от этой информации, не прятать ее за позитивным мышлением, т. к. она естественно проявляется в негативной оценке мира. В момент проявления эта информация становится нашей сущностью. Исключая или игнорируя ее, эффект получается такой, что может возникнуть ощущение отрицания самого себя. Конечно же искажающая информация мешает, но на приемах многие люди защищают ее, прячут, охраняют, т. к. не хотят расставаться с частью своей самости. Эти механизмы лежащие в основе процессов сопротивления З. Фрейд называл механизмами психологической защиты.

Как бы человек не сжился и не сросся с мешающей ему информацией, она является деструктивной, искажающей реальность, и с ней надо работать, выявлять осознавая ее наличие и исправлять путем принятия всех ее аспектов. 

Важно не заменить плохие мысли хорошими, а осмыслить причины возникновения плохих мыслей. Позитивное мышление является следствием правильной работы сознания и процесса отражения действительности. Его можно использовать как инструмент для выявления деструктивных программ и искажающей действительность информации. Прятать от себя наличие вирусных программ или пытаться убедить себя в том, что все хорошо, надо только очень сильно стараться правильно мыслить — это сознательно загонять их в свое подсознание. Такое пренебрежительное отношение к подсознанию, оборачивается против нас. Подсознание взаимодействует с действительностью внешнего мира и как архитектор выстраивает данную матрицу реальности, реализуя все что сокрыто в его глубинах.

Фраза: «Вы ― это то, что на вас влияет, а не то, чем вы обладаете», ― очень точно отображает все происходящие в сознании и подсознании процессы. Можно сколько угодно нарабатывать навыки и оттачивать нужные привычки, но пока не осознана негативная информация, запрятанная в подсознании, она будет воздействовать на человека и управлять им.

Программы искажения заложенные в нас, в нашем внутреннем мире, в нашей душе, выстраивают внешний мир как матрицу. Позитивное мышление, визуализация желаемого - это всего лишь инструменты, которые для начала помогают выявлению негатива, заложенного в нас нами же, т. к. только мы воспринимаем, оцениваем и неадекватной оценкой закрепляем в своем внутреннем мире данную информацию. Как правило, она проявляется снова и снова, дает о себе знать через промежутки времени, возможно и в следующих поколениях, в поколениях наших детей и внуков она будет проявляться, пока не будет осознана и отработана информация лежащая в основе искажающей программы.

Обычно люди воспринимают подобное как какого-то рода проклятье, порчу или сглаз, но мы сами открыли путь этой негативной информации в наше подсознание, оценив ее как нежелательную для нас, пугающую, сами ее так восприняли и спрятали. Кого-либо обвинять в этом — тупиковый путь, который никак и ничем не поможет, а только усугубит положение. Приняв ответственность на себя за произошедшее и происходящее, можно исправить или удалить данную программу.

Как ни грустно звучит для многих, кто не имел соответствующих условий в детстве, но правильное воспитание в атмосфере любви, равенства, уважения и достоинства способствует успешности человека. Но этой данностью необходимо правильно пользоваться и приумножать. Кому многое дано с того и больший спрос. 

Если у вас было тяжелое детство и не сформировалось базовое доверие к миру, сложно взять ответственность на себя и обосновать себе в чем же ваша вина, то вина прежде всего в том, что вы нашли обвиняемого. Обвиняемым будет Внешний мир, и как следствие человек сам окажется в обвиняемых.

Наши миры равны, и как правило, все исходит изначально от нас, от нашего Внутреннего мира. Если идти с обвинением или претензией к миру, с вызовом, то это будет являться — как лучшая защита, это нападение. Внешний мир ответит тем же, с чем пришли, взаимодействуя с ним, то и получили.

Для начала надо понимать, что мы смотрим на мир через призму не совсем светлых детско-родительских отношений. Понимая, что в подсознании присутствует негативная информация, и наше отношение к миру есть отношение к самому себе, и мир, в свою очередь, ответит нам тем же, в итоге мы получим в двойне.

Эта работа механизма взаимодействия Внутреннего мира с Внешним миром, подмечена в житейской психологии, например — скупой платит дважды. Распространяется на все эмоционально заряженные процессы. Исходя из того, чем отвечает нам мир, можно определить, как мы относимся к миру и к себе.опубликовано

 

Автор: Екатерина Рогачева

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //www.b17.ru/article/75810/