Русская деревня. Зато мы империя...

— Вон, кто-то идет, притормози.
Елена вышла из машины, в которой сидел мент, водитель и еще одна дама преклонных лет, работающая в соц. службе.
— Добрый день – поздоровалась она с женщиной средних лет в изношенной фуфайке, трениках, голошах на босу ногу и косынке, повязанной как бандана, на макушке которой виднелся знак анархии.
— Добрый – щурясь промямлила «анархистка»
— Вы не знаете, где тут дом Ромашиных или Ромашевых? – и Елена полезла в папку, чтобы посмотреть фамилию. Вот, нашла… Ромашевы. – убирая в папку бумагу, уточнила она
— Девушка, тут все Ромашевы. Кто именно вам нужен? – и женщина, подняв руку, как Ленин, указала в сторону домов, стоящих по бокам проселочной дороги. Только в отличии от вождя, который указывал в идеалистическое будущее, деревенская баба указала в сторону российской реальности. А реальность — это полумёртвая деревня, состоящая из покосившихся домов, где живут остатки Ромашевых. ( Collapse )

— Деревня то Ромашево, вот и мы тут все Ромашевы – уточнила женщина, почесывая свою филейную часть.
— Да…Анекдот прям. Ромашевы из Раши – усмехнулся мент, который все это время сидел молча и пытался отскрести засохший кетчуп, который он пролил на новую форму.
— Мммм, минутку – Елена снова полезла за бумагой. Нам нужна Валентина Николаевна. Знаете где ее дом?
— А по что она вам?– продолжая чесаться, ответила местная жительница.
— Мы из социальной службы, хотим проверить условия проживания ее ребенка. В школу он не ходит, никакой информации о нем нет.
— Да какие к херам тут условия, акститесь! Какая школа? Девушка, кому как не вам знать о том, что школы тут все позакрывали, единственная школа в «центре», а до нее 20 км. Вон, у меня давеча, муж выпил, и детей не забрал из школы, так и ночевали там. Так что….- махнула рукой женщина
— И как же? – покосилась Елена?
— Как же, як же, вак же… Муж, детей в телегу закидывает и на тракторе везет, то, что с колхоза успел скоммуниздить на том и ездим.
— И зимой? – удивилась Елена
— Нет, конечно. Зимой мы исключительно на джипах передвигаемся, а телега только летом, чтобы как богатые ездить на…, как в телевизоре кажут, как его… Нууу…
— Кабриолете – зевнул мент
— Во, во, он самый – перестав чесать задницу и начав, по новой перевязывать бандану сказала женщина
— Шутите? – косо посмотрела Елена
— Да какие уж там шутки, слезы одни
— А как ваша фамилия? – опять полезла в бумаги Елена
— Ромашева конечно же – женщина наконец-то одела бандану правильно. И теперь стала похожа на настоящую анархистку.
— А в каких условиях, у вас дети проживают? – покосилась Елена на женщину
Местная жительница, хоть и не была высокообразованной особой и не разбиралась в тонкостях социальной и экономической политике РФ, но ответила настолько точно, насколько это вообще было возможно. Она сказала:
— Господи, да в тех же что их прадеды и деды жили. В тех, в которых проживали и мы с мужем, в тех, в которых будут жить их дети и внуки. Путин же сказал, что главное стабильность, вот и следуем линии партии. Это вы девушка меняетесь, а у нас все неизменно, по пояс в навозе и по локоть в саже.
— То есть условия плохие? – переспросила Елена
— То есть условия такие, какие нам предоставило наше любимое государство. А они просты, как коровий хвост. Государство нам предоставило президентский хер и пособие в 50 рублев на ребенка. Не туда вы приехали, уважаемая, про условия спрашивать, вам эдак верст 250 в сторону Москвы ехать надо, вот там и поспрашали бы про наши условия.
— А я могу к вам пройти посмотреть, как дети живут? – спросила социальный работник
— Можете, а еще можете ухватом по своей умной голове получить – начала заводиться женщина

Елена покосилась на мента, но тот только развел руками, понимая, что без бумаг их никто никуда пускать не будет, да и ему самому, если честно не хотелось никуда идти. Внутри свербила какая-та совесть, которая кричала о том, что трахать мозг и без того заебаным людям, явный перебор.

— Ладно, так, где проживает Валентина Николаевна?
— Да там, дом покосившийся – махнула вдаль женщина
— Они все покосившееся — приглядываясь, сказала Елена
— Ну, что есть, то есть, по-моему, третий с конца, голубенький такой – бросила женщина, удаляясь от Елены.

Квартет получив информацию и двинулся в сторону дома Валентины. Машина, раскорячившись на кочках, явно сопротивлялась, и водителю стоило неимоверных усилий, чтобы не раздобать дно волжского баркаса. Доехав до места, все вышли из машины и направились к крыльцу, постучали, но никто не открыл. Решили обойти дом и посмотреть в огороде, но там тоже никого не было. Через дыру в заборе, непрошенные гости разглядели соседку Валентины, старушку лет 100 не меньше, которая пыталась приструнить своенравную козу по имени Машка.

— Ну, кормилица, пошли, пошли. Пошли, родная… — причитала бабка
Коза лишь блеела и упиралась всеми четырьмя копытами. В какой-то момент она изловчилась и рогами слегка поддела худосочную бабкину задницу, выразив этим всё своё негодование тому, что ее куда-то тащут, против воли.
— Ах ты сучка засратая! – возмутилась бабка. Схватив дрын, она ебнула скотине по башке, вследствие чего последняя пришла в себя и сообразила, что лучше идти, нежели получать оглоблей промеж рогов.
— Бабуля, день добрый, вы не знаете где соседка ваша? – поинтересовалась Елена.
— Кто там? Не вижу я без очков – прохрипела бабуля
— Мы из социальной службы, ищем соседку вашу – сказала в дырку забора Елена
— Какой службы? – не слышу я, громче говорите
— Социальной! – прокричала Елена
— Коммунисты что ли? Агитируете? – спросила бабуля.
— Нет, мы социальная служба
Мент, поняв, явную четность произнесения слова: социальная. Крикнул: Это полиция, где соседка ваша?
— Ууууу, полицаи…. Война что ли? – явно тупила бабуля

Работницы социальной службы и мент переглянулись. Спрашивать что-либо было бесполезно, но тут послышался вменяемый женский голос:

— Сталинида Павловна идите домой уже, с кем вы там разговариваете? Вам лежать надо, а не по огороду бегать — по обращению было понятно, что говорила невестка этой бабки, которая пыталась загнать ее домой.
— Дочка, да тут, какие-то коммунисты с полицаями пришли – и бабка махнула в сторону забора
— Сталинида Павловна, сколько раз вам говорила, в вашем возрасте нельзя столько наливки потреблять, какие еще к черту коммунисты? – сердилась невестка
— Извините, вы нам не поможете, мы из социальной службы, к вашей соседке приехали, не скажете где она? – прокричала Елена
— Вот….Я же говорю коммунисты – настаивала бабка
— А зачем она вам? – крикнула женщина
— Проверить хотим, в каких условиях ребенок живет, он в школу не ходит – продолжала кидать слова через забор Елена
— Ааааа, не знаю где она, а если бы знала, не сказала. Вы приезжаете только когда вам нужно. А когда просили приехать и разобраться с тем, что у нас детский сад, школу и медпункт закрывают хер кто нарисовался.
— Женщина, я из полиции, дело серьезное – крикнул мент
— Ооо, куда же без вас. У вас все дела серьезные, мужа моего на 5 лет законопатили не за что, видеть вас не могу. Идите на хуй, по добру по здоровому. Сталинида Павловна, да бросьте вы уже эту козу, пошли в дом — прокричала она
— Женщина вы так не выражайтесь, я при исполнении – разозлился мент
— Ну, иди и исполняй, хули ты ходишь с этим мандавошками, детей отбираешь? Последнее готовы отнять.

— Попробовали бы вы ко мне сунуться, перебила всех до одного, манадалаи. Как гири, на шее у нас висите – продолжала кричать женщина
— Смотрите, там за забором, в усадьбе – и мент указал на две фигуры, которые к верху задом ковырялись в картошке.
Все трое устремились к полю. Подойдя, они увидели мальчика лет 10 ти и женщину, которые копали картошку.
— Валентина? – крикнула Елена
— Да, — обернулась женщина. В ее глазах читалась усталость и полный крах жизни. Глаза не горели, душа от переживаний, болезней и труда давно умерла или отошла, жила только оболочка, жила благодаря тому, что рядом ковырялся сын, и она ему нужна была.
— Мы из центра из социальной службы, ваш ребенок не ходит в школу, не понятно что у вас происходит, хотим посмотреть на условия жизни мальчика – и Елена полезла за документами.

Парнишка явно чуя не ладное, бросил ковыряться в земле и прижался к матери. Картина маслом, власть и нищий и народ. У одних документы и полная решимость прогнуть человека, у других ничего, кроме картошки на ужин, страха и веры. Мент посмотрел на Елену, потом оглядел мать и сына, прочитал страх в их глазах и поспешил успокоить:

— Да мы просто посмотрим и всё, не волнуйтесь
— Да, посмотрим, если все в порядке, то хорошо, если нет, то придется выписать предписание – продолжая ковыряться в бумагах, отозвалась Елена. Почему ребенок в школу не ходит?
— Так, закрыли ее, а транспорта нет, не 20 километров ходить же до центральной школы? А соседей как-то неудобно просить, да и они не каждый день ездят, солярка денег стоит. Я инвалидка, не работаю, на производстве в свое время работала, там облучилась, опухоль, операция. Денег не хватает. Муж давно помер – замялась женщина

— То есть вы воспитывать ребенка не можете по состоянию здоровья? – спросила Елена
— Я этого не говорила, просто объяснила, почему ребенок не ходит в школу – потупила взгляд Валентина
— Ладно, идемте, посмотрим жилищные условия – сказала Елена.

Женщина с пацаненком послушно поплелись за соц. работницами и ментом.
— Мам, а что эти женщины хотят? – спросил парнишка
— Ничего, просто в гости приехали, не волнуйся – сказала мать
Но он не верил и все и больше прижимался к Валентине.

Они дошли до дома. Валентина открыла дверь.
— Вы дверь не запираете? – удивилась Елена
— Нет, а по что? У меня брать нечего…- вздохнула Валентина

Зайдя в дом перед глазами проверяющих открылась картина стандартного деревенского дома. Все было бедно, но чистенько и по-сельски уютно. Елена осмотрела и начала делать пометки. Заглянула в старенький холодильник, в котором хранились в основном домашние заготовки, осмотрела рукомойник и спальное место мальчика.

— В целом сносно, но есть недос татки. Я выпишу вам предписание, вам нужно провести водопровод и топить получше, здесь очень холодно. Так же найдите способ доставлять ребенка в школу все-таки. Да и меню ребенка как-то разнообразьте что ли. Я дам вам на устранение вышеперечисленных замечаний две недели. И попробуйте найти, хоть какую- нибудь работу.
— Я не смогу. Перекупщики за молоком и творогом приезжают раз в месяц, поэтому дрова куплю только ближе к зиме, на водопровод у меня нет денег. Я очень хочу, чтобы ребенок ходил в школу, постараюсь продать часть картошки и оплатить соседу солярку, а то неудобно просить просто так. А работы нет, только в центре, да и там ее, по сути, тоже нет. Кому инвалидка нужна – сказала Валентина

— Я понимаю, но и вы нас поймите, есть нормы. Если вы не соответствуете, нам придется принять меры – составляя предписание, сказала Елена
— Понимаю, но…
— Вы поймите эта ребенок, а не игрушка. Он учиться должен, а не картошку копать – сказала Елена. Возможно, вам стоит рассмотреть вариант детского дома, там и питание, и обучение.
— Нет – отрезала Валентина
— Ваше дело, в любом случае, если требования не выполните, нам придется забрать ребенка – отрезала чиновница
— Мне нечего Вам ответить, плакать и просить не буду. Нет у меня уже слез. Но ребенка я вам не отдам – прижала к себе сына женщина
— В любом случае, как комиссия решит, так и поступим – заканчивая дописывать предписание, ответила Елена

За окнами послышался какой-то шум. Мент выглянул в окно:

— Люди собираются, пойду, выйду – и он пошел во двор.
— Что вам от нее надо? – кричала соседка
— Успокойтесь граждане, это плановая проверка – ответил мент
— Знаем мы эти проверки, в соседней деревни отняли у матери детей за хрен собачий! Ничем не помогаете, только проверяете – выкрикивала женщина с двумя детьми.
— Есть закон, успокойтесь – пытался усмирить людей мент
— Иди на хуй со своим законом. Весь ваш закон только для того что бы русского человека раком ставить! – кричал какой то дед
— Я при исполнении не забывайте, можете и 15 суток получить
— Ой, напугал, дрыщ. Я столько отсидел, сколько вся твоя родня прожила – кричал дед
— Оставьте ее в покое! Баба и так из последних жил тянет! Грех это – возмущалась какая-та старушка.

В этот момент на крыльцо вышли Валентина, сын и проверяющие из соц. службы.

— Шли их на хер Валь, своих мы им не отдадим – кричала соседка
— Вы как фашисты! Детей отбираете – орала женщина с двумя детьми.

Обстановка накалялась, мент, понимая, что в толпе есть и мужики не решался резко отвечать, потому что взгляды говорили только об одном: рявкнешь, тут и похороним.

— Что они хотят?
— Предписание мне дали – показала бумагу Валя

Соседка подскочила к Вале, вырвала бумагу из рук, разорвала и демонстративно бросила клочки в лицо Елене. Мент не пошелохнулся.

— Убирайтесь с нашей земли и появляйтесь больше – прокричал мужской бас из толпы.
— Ладно, мы еще вернемся с тотальной проверкой – ухмыльнулась Елена
— Давай, давай, посмотрю, как ты зимой тут на своих шпильках по сугробам будешь проверку чинить – кинула вдогонку женщина

Проверяющие сели в машину и под крики, и мат двинулись в сторону выезда из деревни.

— Чего они хотели — спросила «Анархистка»
— Да говорят ребенок в школу не ходит
— Ну? А ты?
— Сказал, что неудобно соседей напрягать, что бы возили, еще про водопровод сказали – прижимая сына к себе, сказала Валентина
— Ой, ну и малахольная же ты Валька. Какой напрягать? А водопровод завтра шланги тебе перекинем, вкопаем, чтобы не промерзли и все. Вань, слышишь меня? – сказала женщина
— Чаво? – отозвался муж
— Ни чаво, а что, идиот. Завтра Валькин сын тоже поедет в школу, не забудь всех пересчитать. И шланг вкопай – приказала жена
— Я, это думал сегодня рюмочку, праздник вроде, церковный – сказал Иван
— А промеж глаз коромыслом. Бог работать велел, а не рюмки поднимать – гаркнула она
— Ладно, сделаю – смирился Иван

Тем временем в машине, Елену распирало от негодования.
— Нет, вы видели? Вот быдло. Ничего я им устрою. Живут как свиньи – кричала Елена. А ты? Полицейский тоже мне. Ну, я им напишу характеристики.
— Да заткнись, курица – неожиданно выпалила вторая сотрудница. Не ебаная что ли? Своих детей нет вот и куражешься. Только, сучка, попробуй что-то накатать, я на тебя такую телегу напишу, что век не отмоешься.

Елена вопросительно посмотрела на коллегу

— Что смотришь? Я по этим деревням не первый год мотаюсь. Наше государство распрекрасное только и может, что детей у родителей отбирать, не давая ничего взамен. Причем гребут всех без разбору. А тут люди сплочённые, они же тебе дуре сказали, что все Ромашевы, на них переть бесполезно.
— Да, но есть закон – возмутилась Елена
— Этот закон их в такое положение поставил – поэтому сиди и молчи лучше.
— Завтра рапорт напишу, в жизни больше не поеду.– отозвался мент

Машина с проверяющими неслась по раздолбанным дорогам России. А Валентина с сыном обсуждали, как завтра он пойдет в школу и собирали не хитрый ученический скарб.

Не важно кем станет сын Вали, куда занесет его судьба, главное, чтобы он помнил, что в России людей, больше, чем нелюдей, и ради них стоит жить и служить этой стране.

top-lap
отседова





Источник: www.yaplakal.com/
  • 681
  • 13/04/2014
  • 0,2