Не мамина мечта

Мой сын ходит на спортивную гимнастику. Ну ходит и ходит, спорт у него, физическое развитие, и вообще врачи советуют. А у меня — час свободного времени.

И пускай это час в раздевалке, пахнущей грязными носками.

Пускай это час на шатающейся лавочке.

Пускай это час под телефонный стрёкот слишком болтливых мамаш.

Пускай.

Зато это час моей свободы. Час, не занятый работой-учёбой-уборкой-готовкой и даже не занятый сыном.

Сын занят гимнастикой, а я собой.

Вот на прошлой неделе книжку читала (художественную! про любовь там и прочие глупости), сейчас — пост пишу. Кто-то ждёт вдохновения, чтобы писать. Моё вдохновение ждёт свободной минутки, чтобы вылиться. А тут час…

Начала я совсем другой пост писать — давно уже тему придумала и даже обороты в голове держала. А потом закрыла. Сегодня — о другом.

Сегодня — о маленькой Саше.

Саше лет пять, может быть, шесть. Ходит она на художественную гимнастику, профессионально садится на шпагат и красиво крутит обруч. Я на Сашу смотрю восхищенно и во все глаза — никогда не умела крутить обруч. Про шпагат — вообще молчу.

У Саши тугие косички. А ещё у Саши мама.

Мама у Саши вместо диагноза. Такого, знаете, не смертельного, но на всю жизнь.

Пока мама заплетает Саше тугие косички, она заплетает ей в голову и свои комплексы.

Хлопнет её по животу, хлёстко так, со звуком, когда даже окружающим ясно, что это больно.

-Мааам, больнаааа… — подтверждает Саша наше впечатление.

-А ты чего живот вывалила? Ну-ка подбери!

Саша втягивает что-то там и хнычет:

-Ну я ж только покушалааа…

-А ты постоянно что-то ешь. Особенно в садике! И зачем ты столько жрёшь-то, госпааади?

-А кушать полезно, — парирует Саша.

-Ты посмотри, вон Лена какая худенькая. А ты скоро в костюм не влезешь! — угрожает мама. Громко, на всю раздевалку.

И Лена слышит, и Ленина мама слышит. Она смущённо улыбается, не знает, как помочь Саше и почему-то вдруг чувствует себя виноватой, что её Лена более худая.

-Бери воду и марш в зал! — Сашина мама торопится. У неё тоже свободный час. Час важнее «толстой» Саши, которая «жрёт всё подряд» назло маме. Назло достаточно упитанной, на мой некритичный к таким вещам взгляд, маме.

Между тем, Саша совсем не толстая. И даже не упитанная. Саша просто крепко сбита. У неё широкая кость, крепкие руки и ноги. И здоровый румянец в пол-лица. Точь-в-точь как у мамы.

Но вот только мама всю жизнь смотрится в зеркало и видит себя хрупкой статуэткой с бледной кожей. А в детстве она мечтала стать балериной. С тонкими ногами. И в невесомой пачке.

Теперь хрупкой статуэткой должна стать Саша. А она никак не становится.

Она в маму, а не в мечту.

Саша долго ищет бутылку с водой, пока мама не тыкает её носом в нужный карман рюкзака.

-Вот так и тупит постоянно, — объясняет она Лениной маме  в полный голос. Зычно, чтобы даже на улице все услышали и узнали, как ей, бедной, не повезло с дочерью.

А Саша жизнерадостно бежит в зал, на ходу огрызаясь:

-Сама тупишь…

Я сижу и смотрю, как прыгают её косички на каждом шагу.

Ты огрызайся, Саша, обязательно огрызайся. Изо всех своих пятилетних сил. Потому что статуэткой тебе не стать. И маминой мечтой не стать. Огрызайся, чтобы остаться собой. Это всё, что ты сегодня можешь противопоставить маме. И всему остальному миру.

Но я в тебя верю. У тебя обязательно получится. опубликовано 
 

Автор: Лёля Тарасевич