Свника из дров

Поделиться



Пригород Бостона и Массачусетса

Поделиться





















Коммунистка, бисексуалка, любительница текилы, гениальная наркоманка Фрида Кало.

Поделиться



Творчество этой женщины восхищает. Сегодня ее картины оценивают в миллионы долларов, продают на аукционах, хранят в частных коллекциях и выставляют в национальных музеях и галереях разных стран мира.




Читать дальше →

Сериал на выходные: 10 ярких премьер лета. От них невозможно оторваться!

Поделиться



Поваляться на мягком диване под сериальчик в свободное время — дело святое. Только вот на поиски чего-то стоящего и увлекательного уходит намного больше времени, чем на сам просмотр. Редакция «Сайт» составила список новых русских сериалов 2017 года на любой вкус.

Премьеры сериалов

Горячие новинки

  1. «Вы все меня бесите»
    Соня Багрецова, которую сыграла Светлана Ходченкова, работает журналистом в модном глянцевом журнале. Девушка — гордая необщительная одиночка, что мешает ей и на любовном, и на профессиональном фронте. Соню бесят люди, но не смотря на это, ей всё же приходится подстраиваться под них. Поэтому героиня всегда находится в эпицентре комичных и интригующих ситуаций.


Читать дальше →

Погодите, девочки, неужели ей 100 лет? Неповторимая Мелани из «Унесенных ветром» о жизни…

Поделиться



Актриса Оливия Де Хэвилленд, чья звезда взошла благодаря роли Мелани Уилкс, жены того самого Эшли Уилкса в киноленте «Унесенные ветром», не верит в знамения. Говорят, умирать в кадре — плохая примета. Но кажется, актрису беды обходят стороной. Ведь 1 июля 2016 года прекрасная леди отметила 100-летний юбилей!




Читать дальше →

Код петербуржца

Поделиться



Лаконичные зарисовки о жизни северной столицы от автора бестселлера «Женщины непреклонного возраста».

Петербург мы, разумеется, обожаем. Хотя сам он жителей своих переносит с трудом, и его отношение к горожанам заметно даже плохо вооруженным глазом.





 

 

 

Вот представьте себе Париж без людей. Что наблюдаем? Серо-желтые коридоры брошенного замка.

Рим без людей: раскопки, с которых сбежали археологи.

Дубай без людей: город будущего после ядерной войны. Пусто, тихо и страшно.

А в какое время суток наш город выглядит лучше всего? Правильно, в «белую ночь», часов в шесть утра. На улицах никого, но чувства одиночества нет, город все равно кажется живым и наполненным. Наш город прекрасен без нас. 





 

 

Отношение к горожанам у Питера, как у благородного кота к хозяину: «Корми, убирай и не мешай. Разрешаю побыть рядом и повосторгаться моей красотой. Будешь плохо себя вести — поедешь в Москву». 

Но, несмотря на социопатию, город умудряется заманивать на свои улицы интереснейших людей. Они либо выбирают его для своего рождения, либо (если менее удачливы) приезжают сюда после появления на свет. И если внимательно смотреть по сторонам, то можно встретить тех, кто носит в себе «код петербуржца». И не важно, стоит перед вами гениальный писатель или забулдыга с Лиговского. Код проступает на лбу.

 

Дама-бомж

Невский проспект. Около двух часов ночи. Я шел пешком от площади Восстания. Где-то в районе Фонтанки рядом со мной из воздуха материализовалась дама-бомж. Описать её одежду не представляется возможным, но сразу понимаешь, что она бомж и дама в одном лице. В ней было прекрасно все: от туфель до шляпки. Возраст тоже определить было сложно, но думаю, она помнила площадь Восстания еще без нынешней стелы. По направлению её движения и взгляда стало понятно, что я вызываю её живой интерес. Изображать фонарный столб с перегоревшей лампочкой было невежливо по отношению к даме и бессмысленно по отношению к бомжу. В итоге я был вынужден выслушать следующее:

— Молодой человек, у меня сегодня чрезвычайно низкое давление, в связи с этим, не могли бы вы купить мне чашку кофе?

«Молодой человек» ответил:

— Осуществить покупку не готов, рад буду профинансировать.

Точку в разговоре поставила женщина:

— Не возражаю,— с достоинством произнесла она.

 

Интеллектуальный спор

Новогодние праздники. Утро. Люди делятся на тех, кто уже пьяный, и тех, кто еще пьяный. Пересекаю сквер на Манежной, там где памятники знаменитым архитекторам. Не жарко, но в общем и не холодно. На скамейке приютилась парочка. Любят выпить и друг друга. Судя по всему, оба чувства многолетние и взаимные. Возраст — неопределенный, равно как род занятий и, скорее всего, место жительства. Издалека вижу, что диспут идет серьезный, на повышенных тонах и с активной жестикуляцией. Тем не менее лица светятся, а значит, спор философский. Мое появление в сквере не могло остаться незамеченным, так как, кроме памятников и голубей, зрителей у пары не было. И тут я весь такой трезвый.

Они разом замолчали, сфокусировав на мне остатки зрения. Я уверенно топтал снег. Неожиданно на лице мужчины заиграла мысль, и он, выбрав короткую, но кривую траекторию, подкатился ко мне с полукриком-полушепотом:

— Но вот вы-то! Вы! Сразу видно, образованный человек, объясните ей,— он всем телом обернулся к подруге,— что Петропавловский собор построил не Кваренги!

В блестевших выступившим алкоголем мутноватых глазах я увидел надежду на справедливость. Не оправдать надежды такого человека было бы свинством. От неожиданности я сразу забыл, кто построил собор и что построил Кваренги. Знаток архитектуры смотрел на меня с мольбой, его спутница начинала торжествовать. Мужичонка же словно съежился.

Но тут я достал из широких штанин шайтан-машинку товарища Джоббса. Вопрошавший стал похож на индейца, увидевшего головорезов Кортеса. Пока глаза моего нового друга закатывались обратно, интернет сообщил, что Петропавловский собор построил Трезини. Я рассказал об этом жаждущим истины. Мужик вырос на голову и, словно танк ИС-2, двинулся назад. Подойдя к своей избраннице, он четко произнес: «Ну я же говорил…», затем обернулся ко мне и поклонился.





Сила искусства

Лечу в Петербург. Мое место в середине. Подхожу. Сидящий у прохода пассажир уже откинул столик, поставил комп и отчаянно стучит по клавишам. Думаю: «Вот же болван! чего разложился, если ни мое место, ни место у окна еще не занято?!»

Он быстро все собрал, пропустил меня, и снова все разложил. Печатает. Самолет полный, и очевидно, что место у окна тоже будет занято и придется опять все собирать.

Не удержался, спросил:

— Отчет горит?
— Нет, рифма пришла.

Смотрю в экран — там стихи… неплохие.

 

Из беседы с петербургским милиционером

«В связи с новым законом о запрете в Питере громкого секса после 23:00, звонки на мобильный с 22:55 до 23:00 считаются хамством».

 

Добрый полицейский

Гуляем по улице Пестеля, пьем вино из горлышка.

Патруль:
— Ну что, молодые люди, поехали оформлять протокол.
— Мы же бутылку в пакет спрятали!
— Из пакета — это в Америке, так что допивайте, ЧТОБЫ НЕ ПРОПАДАЛО, и поехали.

Заботливые…

 

Оптимистка

(оживший анекдот советского времени)

Ресторан «Мансарда» в Питере. Сижу с очень старшими товарищами, которые, в связи со сложностью обсуждаемой темы, заказали водку с икрой.

После 250 граммов икра иссякла. Официантка смущенно-игриво и слегка виноватым тоном:

— Икра кончилась, но у меня есть чем вас порадовать.

Все трое, и даже я, хором:

— Чем?!
— Водка не кончится.

 

Варвара не даст

Бродил с товарищем по Галерее. Заглянули в обувной отдел. Ботинки так себе, продавщица великолепна. Пока я пытался примириться с безвкусием производителей, мой друг вербовал девушку с табличкой «Варвара». Делал он это весело и профессионально. Наконец я обнаружил что-то приемлемое и обратился к увлеченному другу за советом:

— Бери, Саня, тебе хорошо, Варвара не даст соврать,— и азартно улыбнулся девушке.

Варвара тоже улыбнулась, но по-другому. Она несколько секунд смотрела на ищущего очередное приключение оболтуса, представила себе всю последовательность от первого кофе до последнего смс, взгрустнула, поразмыслила, взвесила и приняла решение:

— Варвара не даст.

 

Реалист

Из разговора с возрастным петербуржцем:

— Молодость проходит — это полбеды, оказалось — и старость проходит!





Петербургский наезд

Один мой товарищ поведал о милейшей истории. Он живет на третьем (это важно) этаже хорошего питерского дома, с хорошими соседями. На первом (это важно) живет музыкант из Мариинского театра. Товарищ решил «раскрасить вечера», купив караоке. Пел он тихо, вечером, один. Репетировал, так сказать. Через два (это важно) месяца сосед с первого этажа, столкнувшись с ним в парадной, обозначил свою претензию по-питерски иносказательно. «Уважаемый N… N… Я уже два месяца вас слушаю. Поздравляю, вы делаете успехи, начали попадать в ноты».

 

…опа

Вечер. Ловлю на Невском машину. Останавливается пожилой «форд», в нем пожилой человек.

— До Биржи, пожалуйста. Но там, на Дворцовом, треш, так что, если что, я пешком мост перейду.
— Простите, ради бога, отстал я от жизни. Я правильно понимаю, что чисто семантически «треш» означает «жопа»?

 

Фаталист

Ухожу из очереди и говорю стоящему за мной и читающему книгу:
— Я вернусь.
Человек, не отрываясь от чтения:
— Кто знает, кто знает…

 

Чужой

Я:
— Питер более гомогенный город, чем Москва.
Собеседник:
— Это точно, гейский у вас город!

 

Своя

Кассир в магазине, шепотом:
— Не могу не предупредить, что черничный сок стоит двести пятьдесят рублей, ужас, конечно, извините.





Сдержанность

Интеллигентный, но эмоциональный коллега на совещании: «Ну нельзя на елку влезть и… (посмотрев на дам)… и сидеть потом нормально на стуле!»

 

Ленинградская дипломатка

«Он так начал меня раздражать, что пришлось имитировать отсутствие оргазма».

 

Ленинградская учительница

— Хорошая у тебя голова, Цыпкин, а вот жопы, извини за нецензурное слово, нет! А, чтобы добиться чего-то в жизни, жопа нужна!
— Простите, а зачем?
— Простите, чтобы сидеть на ней и зубрить!

 

Ленинградская мама

Мама, зная про мою аритмию, заботливо предупредила меня перед поездкой на Ибицу:

— Следи за пульсом.
— За чьим?

Мама со снисходительным умилением:

— За чьим сможешь.

 

Ленинградский друг

«Сань, мог ли я, простой ленинградский пионер, думать, что когда-нибудь получу письмо из Швейцарии с просьбой оплатить штраф за превышение скорости?»

 

Вежливость

Забираю машину со штрафстоянки, говорю:
— До свидания.

В ответ:
— Здесь это слово не очень уместно, лучше — всего доброго.

 

Ценности

Друг-филолог: «Настоящий петербуржец больше волнуется о том, не найдет ли вернувшаяся из поездки жена пакет из-под семечек, нежели использованный презерватив».опубликовано 

 

Автор: Александр Цыпкин

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //izbrannoe.com/news/mysli/kod-peterburzhtsa/

Рэй Брэдбери об исцеляющей силе литературы

Поделиться



Искусство дано нам для того, чтобы не погибнуть в реальности

В семидесятые в одной из передач для телеканала CBC Рей Бредбери рассказал о том, почему именно литература не дает нам погибнуть в современном мире. 





«Не важно, чем вы заняты в этом мире, вы держитесь за часть действительности, интерпретируя ее, помогая выживать себе и другим. Я имею в виду, что мы существа, активно реагирующие на напряженность окружающей среды. В то же время, именно мы единственные во Вселенной способны отказаться от применения насилия, если не брать в расчет возможные акты агрессии, к которым нам пришлось бы прибегнуть в мире дикой природы.

Для того, чтобы существовать в городах, мы отказываемся от насилия и заботимся друг о друге — единственные в мире! Животные следуют инстинктам, чтобы уничтожать или выживать. Мы же принимаем решение не вести себя таким образом.Мы строим стены, города, и внутри них нам нужны творческие люди, одним из которых являюсь я сам, которые берут какой-то кусочек реальности и говорят — посмотрите, что это такое.

Люди стараются не плакать. Для этого и нужны писатели, чтобы помочь вам заплакать.

Люди экономят смех (для политиков, наверное) — писатели помогают им смеяться. Литература позволяет нам держать внутри врожденный инстинкт убийцы — ведь один из самых прекрасных фактов о нашей цивилизации состоит в том, что большинство людей не убивают друг друга. Так что писатель появляется со своей историей и позволяет нам виртуально убивать в течение часа, чтобы на следующий день вам не пришлось делать это в реальной жизни.

Искусство дано нам для того, чтобы не погибнуть в реальности — ведь она находится к нам слишком близко. Мы слишком многое знаем о смерти, старении, о любви, которая порою обманывает нас. Люди уходят навсегда и исчезают из нашей жизни. Наши друзья покидают этот мир и больше никогда не возвращаются.

Наши дети выходят во взрослую жизнь и становятся самостоятельными.Каждый из нас так или иначе прекращает свое существование. Все это создает невероятное напряжение, это гигантский стресс. Как с этим справляюсь я: беру свою печатную машинку и на протяжении многих дней экспериментирую со словами, чтобы выяснить, что меня на самом деле беспокоит. Плакать мне или смеяться? Иногда я сам этого не знаю.





Так что я начинаю печатать все, что приходит мне в голову: «карлик», «ночь», «озеро», «ветер», «машина времени». И потом я спрашиваю себя, почему ты все это написал? Почему ты написал, к примеру, «детская комната»?

Какого она типа, где она находится — в прошлом или будущем? Или нет, что насчет будущего? Может, она будет автоматизирована? Может быть, будет так, что ты сможешь войти в эту детскую комнату и приказать ей перенести тебя на восточное побережье Америки, в Африку или на Северный полюс? И внезапно ты будешь помещен в трехмерное, цветное отображение этой внешней среды?

Хорошо, поместите ваших детей в это окружение, покажите это их родителям. Как эта среда повлияет на их взаимоотношения? Внезапно ты взлетаешь и уже паришь в воздухе — все из-за того, что ты посмел нанести на бумагу слова «детская комната». Вы не живете с историей внутри себя, но следуете за ней». опубликовано 

 

@ Рей Бредбери

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание - мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //theoryandpractice.ru/posts/7555-raymond-douglas

Сергей Капица: Шедевры за деньги не рождаются

Поделиться



«Если вы перед людьми изображаете умника, говорите с ними на каком-то заграничном языке – этого они вам не прощают»

 

Сын лауреата Нобелевской премии Петра Леонидовича Капицы, советский и российский учёный-физик, просветитель Сергей Петрович Капица для большинства из нас не нуждается в представлении. Он был выдающейся личностью. Он относился к категории людей, меняющих этот мир к лучшему. Мудрых, гениальных людей хочется слушать сутками напролет, прислушиваться к их жизненному опыту, суждениям, мыслям; вдохновляясь идеями внедрять в свою жизнь самое лучшее. Такие люди плохого не посоветуют, плохому не научат.

Сергей Петрович прожил долгую, насыщенную жизнь, умер в Москве 14 августа 2012 года, в возрасте 84-х лет.





Сергей Петрович неоднократно делился своими мыслями о современном поколении, а также нередко объяснял разницу между поколениями.

Предыстория: В 2009 году Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) провёл исследования, которые власти предержащие как-то не заметили. А напрасно. Их результаты таковы, что как минимум двум министерствам — культуры и образования — нужно жать на все «тревожные кнопки» и собирать экстренные заседания кабинета министров. Потому как, согласно опросам ВЦИОМ, 35% россиян НЕ ЧИТАЮТ КНИГ ВООБЩЕ!

А ведь Россия, если верить речам президента и премьер-министра, взяла путь на инновационное развитие. Но о каких инновациях, научных прорывах, развитии нанотехнологий и т. п. может идти речь, если больше трети населения страны за год ни разу не взяли в руки книгу? По этому поводу в 2009 году газета АИФ взяла небольшое, но развернутое интервью у профессора С. П. Капицы. Вот выдержки из этого интервью:

«Россию превращают в страну дураков»

«Данные ВЦИОМ говорят о том, что мы наконец пришли к тому, к чему стремились все эти 15 лет, — воспитали страну идиотов. Если Россия и дальше будет двигаться этим же курсом, то ещё лет через десять не останется и тех, кто сегодня хотя бы изредка берёт в руки книгу. И мы получим страну, которой будет легче править, у которой будет легче высасывать природные богатства. Но будущего у этой страны нет! Именно эти слова я произносил пять лет назад на заседании правительства. Время идёт, а процессы, которые ведут к деградации нации, никто даже не пытается понять и приостановить.

У нас происходит полный разрыв слов и дел. Все говорят об инновациях, но при этом не делается ничего, чтобы эти лозунги начали осуществляться. И объяснения «Я так много работаю. Когда же мне ещё и читать?» не могут служить извинением. Поверьте, наше поколение работало не меньше, но время для чтения при этом всегда находилось. А производительность труда в обществе несколько десятков лет назад была выше, чем сейчас.

Сегодня же чуть ли не половина трудоспособной молодёжи работает в охранных организациях! Получается, что все эти молодые парни — тупые, ограниченные люди, способные лишь бить морду?»

Зачем человеку читать?

«Вы спрашиваете, зачем вообще человеку читать. Опять-таки приведу пример: организмы человека и обезьяны очень близки по всем своим характеристикам. Но обезьяны не читают, а человек читает книги. Культура и разум — вот основное отличие человека от обезьяны. А разум основан на обмене информацией и языке. И величайший инструмент обмена информацией — именно книга.

Раньше, начиная ещё со времён Гомера, существовала устная традиция: люди сидели и слушали старцев, которые в художественной форме, через сказания и легенды прошедших эпох, передавали накопленные поколением опыт и знания. Потом возникло письмо и вместе с ним — чтение. Традиция устного сказа угасла, а теперь угасает и традиция чтения. Возьмите как-нибудь и хотя бы ради любопытства перелистайте переписку великих.

Эпистолярное наследие Дарвина, которое сейчас издаётся, — 15 тыс. писем. Переписка Льва Толстого тоже занимает не один том. А что останется после нынешнего поколения? Их эсэмэски будут издавать в назидание потомкам?»

Роль ЕГЭ в образовании

«Я давно предлагал изменить критерии приёма в высшие учебные заведения. Не надо никаких экзаменов — пусть абитуриент напишет сочинение на пяти страницах, в котором объяснит, почему он хочет поступить на тот или иной факультет. Умение грамотно изложить свои мысли, суть проблемы демонстрирует интеллектуальный багаж человека, уровень его культуры, степень развития сознания.

А ЕГЭ, который сегодня используют, не может дать объективной картины знаний школьника. Он построен лишь на знании или незнании фактов. Но факты далеко не всё! Впадает ли Волга в Каспийское море? Ответ на этот вопрос заслуживает не галочки в соответствующей клеточке, а отдельной серьёзной беседы. Потому что миллионы лет назад Волга впадала не в Каспийское, а в Азовское море, география Земли была другой. И вопрос из хрестоматийного превращается в интересную проблему. Чтобы решить её, как раз-то и требуется понимание, которого без чтения и образования добиться невозможно.»

Чувства вместо умов

«…Вопрос потери интереса к чтению — это вопрос о том, что сейчас происходит с людьми. Мы упёрлись в очень сложный момент развития человечества в целом. Темпы развития техники сегодня очень высоки. А наша способность это всё осмыслить и разумно в этой технической и информационной среде жить от этих темпов отстаёт.

Мир переживает сейчас очень глубокий кризис в сфере культуры. Так что ситуация в нашей стране довольно типична и для всего остального мира — в Америке и в Англии тоже мало читают. Да и такой крупной литературы, которая существовала в мире 30-40 лет назад, сегодня уже нет. Сейчас властителей умов вообще найти очень сложно. Возможно, потому, что никому не нужны умы — нужны ощущения.

Нам сегодня не к чтению нужно отношение менять, а коренным образом поменять отношение к культуре в целом. Министерство культуры должно стать важнейшим из всех министерств.А первоочередная задача — перестать подчинять культуру коммерции.

Деньги есть не цель существования общества, а всего лишь средство достижения тех или иных целей.

Вы можете иметь армию, солдаты которой будут доблестно сражаться, не требуя вознаграждения, потому что верят в идеалы государства. А можно иметь на службе наёмников, которые с равным удовольствием будут убивать и своих, и чужих за одни и те же деньги. Но это будут разные армии!

И в науке прорывы делаются не за деньги, а для интереса. Такой вот кошачий интерес! И с крупным искусством то же самое. Шедевры за деньги не рождаются. Если же всё подчинять деньгам, то деньгами всё и останется, не превратятся они ни в шедевр, ни в открытие.

Чтобы дети вновь начали читать, в стране должна сложиться соответствующая культурная обстановка. А что сейчас определяет культуру? Когда-то тон задавала Церковь. Люди в выходной день шли в храм и вместо телевизора смотрели на фрески, иконы, витражи — на иллюстрацию жизни в образах. Великие мастера работали по заказу Церкви, большая традиция освещала всё это.

Сегодня люди ходят в Церковь гораздо меньше, а обобщённую картину жизни даёт телевидение. Но никакой великой традиции, никакого искусства здесь нет. Ничего, кроме мордобоя и стрельбы, вы там не найдёте. Телевидение занимается разложением сознания людей. На мой взгляд, это преступная организация, подчинённая антиобщественным интересам. С экрана идёт лишь один призыв: «Обогащайтесь любыми способами — воровством, насилием, обманом!»

Вопрос развития культуры — это вопрос будущего страны. Государство не сможет существовать, если не будет опираться на культуру. И не сможет лишь деньгами или военной силой укрепить свои позиции в мире. Чем мы можем сегодня привлечь бывшие наши республики? Только культурой! В эпоху СССР они прекрасно существовали в рамках нашей культуры.

Сравните уровень развития Афганистана и республик Средней Азии — разница огромная! А сейчас все эти страны выпали из нашего культурного пространства. И, на мой взгляд, важнейшая задача сейчас — вновь их в это пространство вернуть.

Когда распалась Британская империя, важнейшими инструментами воссоздания целостности англоязычного мира стали культура и образование. Британцы открыли двери своих высших учебных заведений для выходцев из колоний. В первую очередь для тех, кто в дальнейшем мог бы стать управленцем этих новых стран.

Я недавно разговаривал с эстонцами — они готовы учиться медицине в России. Но мы берём с них огромные деньги за учёбу. При том что возможность учиться в Америке или Англии они получают даром. И чем мы после этого сможем тех же эстонцев привлечь, чтобы взаимодействие с нами им стало важнее, чем взаимодействие с Западом?

Во Франции существует министерство франкофонии, которое продвигает культурную политику Франции в мире. В Англии Британский совет считается неправительственной организацией, но на самом деле проводит чёткую политику по распространению английской культуры, а через неё — глобального английского влияния в мире. Так что вопросы культуры сегодня переплетаются с вопросами политики и национальной безопасности страны. Пренебрегать этим важнейшим элементом влияния нельзя.

В современном мире всё в большей степени наука и искусство, а не ресурсы и производительные силы определяют могущество и будущее страны.





Мы сами себя разрушили

∗ Выдержка из интервью за 2008 год.

Сколько вообще теперь понадобится лет, чтобы российская наука вновь отвоевала утерянные позиции?

— Моего отца в 1935 году Сталин оставил в Советском Союзе, за два года построив ему институт. У нас за прошедшие 15 лет ни одного научного института не построено, а разорено почти всё, что было.

— В массовом сознании сложился устойчивый стереотип: развал страны — это диверсия Запада. А как вы считаете, что послужило причиной этому: наша безалаберность, глупость или борьба за передел мира, чтобы сильную и мощную страну опустить до какого-то предела и потом её доить: нефть — газ, нефть -газ?

— Такие попытки были, но они не удались. Мы сами себя разрушили.

На совете министров несколько лет тому назад решили выделить 12 миллионов рублей на квартиры для молодых учёных. А в это время разгорелся скандал с прокурором, который отремонтировал свою квартиру за 20 миллионов. Я за это зацепился и сказал, что, если бы вы выделили 12 миллиардов на квартиры для молодых учёных, вы могли бы поправить дело. А все полумеры бессмысленны. И закончил словами:

«Если вы и дальше будете продолжать такую политику, то получите страну дураков. Вам будет проще этой страной править, но будущего у такой страны нет». Вышел скандал, и председатель сказал, что согласен с мыслями профессора Капицы, но не с его формулировками.

— Как вам среди этих стрессов, борьбы, обид удалось сохранить такую энергию, остроту ума?

Нужно уметь находить себе дела. Когда меня прогоняли с телевидения, я занялся демографической наукой. Когда не мог заниматься ускорителем, нашёл себе другое занятие. И так было несколько раз в моей жизни.

И потом, у меня есть пример моего отца. Ведь отец, после того как Берия снял его с руководства Институтом физических проблем и кислородной промышленности, 8 лет прожил хоть и внутри страны, но, по сути, в изгнании — на даче. Меня тогда тоже уволили из ЦАГИ, карьера в авиации не состоялась. Я стал помогать отцу, и вместе начали заниматься экспериментальной работой по изучению течения тонких плёнок жидкости.

Чем это кончилось? В прошлом году я был введён в совет премии «Глобальная энергия». И один из её лауреатов — англичанин — получил её как раз за изучение тех самых плёнок, которыми занимался мой отец, и трогательно заявил об этом при получении премии!

Получается, что самый главный секрет долгожительства — увлечённость своим делом?

— Конечно! И тогда всё будет в порядке.

Пора внедрять добро

— Сергей Петрович, объясните, пожалуйста, такое несоответствие. Сегодня Интернет связал мир в единую сеть, развиваются нано-технологии, ведётся активное изучение стволовых клеток, клонирования… Казалось бы, учёные всё делают для того, чтобы жизнь человека стала лёгкой и безбедной. А в реальности люди по-прежнему болеют много, живут мало и тяжело.

— Думаю, дело в том, что общество не может правильно распорядиться своими знаниями.

— А как можно обвинять общество? Говорят, к примеру, мол, люди сами виноваты в том, что спиваются, потому что неправильно используют водку, — Менделеев её открыл в научных целях. Ну а как её ещё использовать? Только для примочек? Или взять создание ядерного оружия…

— Ядерное оружие — самый страшный пример. Мечта о самой большой бомбе завела человечество в тупик. Великое счастье, что во время всех этих переворотов, которые прокатились по миру, не случилось ядерной катастрофы.

Сейчас ядерные арсеналы уменьшаются, но медленно. И человечеству надо учиться жить с этим злом. Но проблема ядерного оружия не только техническая. Это ещё и проблема человеческого сознания и воспитания.

Смотрите, в Америке оружие носят все — включая школьников и людей с нездоровой психикой. Оружие стало более доступным, а мозги человеческие — менее устойчивыми. Эта неустойчивость — реакция на технический прогресс, когда наше сознание не успевает освоить созданную нами же технику. С моей точки зрения, это один из самых глубоких кризисов современного мира.

Поэтому ничего лучше правильного воспитания не придумаешь! Это требует большой работы, проделывать которую пока никто не рвётся. Но если мы не будем задумываться над этой проблемой серьёзно, человечество придёт к краху, первые симптомы которого уже наблюдаются в общественном сознании. Считать, что общество может дрейфовать куда угодно, — путь к самоубийству. Ведь человек отличается от животного только наличием культуры. Хотя и у животных не всё так примитивно — у них тоже есть запреты.

Звери не поедают самих себя — волки волками не питаются. В отличие от людей, которые легко «пожирают» себе подобных. Поэтому пора уже доброе и важное не только созидать, но и активно внедрять. Ведь та же заповедь «Не убий!» не требует пояснений — она требует исполнения.

На игле чужих технологий

— А почему человечество оказалось слабым звеном прогресса? Компьютеры стали суперсовершенными, а мы остались такими же, как миллион лет назад.

— А вы взгляните на те же компьютеры. В них есть, грубо говоря, «железо» и программное обеспечение. Программное обеспечение стоит в 10-20 раз дороже «железа», потому что продукт интеллектуального труда создать гораздо тяжелее. Так и с человечеством. «Железа» — энергии, оружия — у нас сколько угодно. А программное обеспечение — назовите это культурным потенциалом — отстаёт.

— У компьютеров, по крайней мере, проблема «железа» решена, но медицинская наука ещё не может решить проблемы человеческого тела.

— Тут уже много зависит от вас: пропиваете ли вы свою жизнь, перегружаете ли стрессами. Да и мозг, к сожалению, изнашивается гораздо быстрее тела. В Америке есть старухи, которым почти под 100 лет, они доживают свой век в одиночестве, в отелях, страдая от болезней Альцгеймера или Паркинсона. Жалкое зрелище! Получается, что душа умирает раньше тела. А это неправильно: нужно умирать вместе! (Смеётся.)

— Но всё равно мы даже грипп и насморк не можем победить! Про рак уже не говорю!

— В этом случае прежде всего нужна ранняя диагностика. Если вовремя заметить болезнь, шансы на исцеление многократно возрастают. Но подобные процедуры требуют и много денег, и квалифицированных врачей, и техники. Если бы приборы для ранней диагностики были доступны не только богачам, то смертность от рака снизилась бы.

В своё время — «в той жизни», как я говорю, — я занимался разработкой ускорителей. У них есть две сферы применения. Первая — безопасность корпусов ядерных реакторов. Но с их помощью можно было излечивать людей от рака. Прибор воздействовал на поражённый орган, не задевая ничего вокруг. Перед тем как в стране всё рухнуло, у нас было сделано 6 машин: одна до сих пор работает в Институте имени Герцена, через неё прошли 20 тысяч человек.

Чтобы обеспечить весь СССР, нужно было 1000 машин, и мы были готовы их производить. Но тут, в эпоху чудовищного хаоса, к российским чиновникам пришли немцы и сказали:

«Мы дадим вам миллиардный заём, чтобы вы смогли купить наши машины». В результате мы оказались посаженными на иглу немецкой технологии. Мы писали письма, что у нас есть и клинический опыт, и что наши машины дешевле в эксплуатации, а мне отвечали: мол, чтобы изменить ситуацию, нужно дать такому-то чиновнику 20% «отката». И так — в любых областях.

На одной из своих последних встреч со зрителями Сергей Петрович признался:

— Лет 20 назад мне казалось, что главная проблема на нашей планете – это проблема мира, потому что мы были вооружены до зубов, и неизвестно, куда эта военная сила могла нас привести. Сейчас, мне кажется, нам надо обратиться к самому существу нашего бытия — к росту населения, к росту культуры, к целям нашей жизни. Мир, и не только наша страна, переживает глубокий перелом в своем развитии, вот этого не понимают ни политики, ни большинство людей. Почему происходит этот перелом, с чем он связан, как на него повлиять, как реагировать? Сейчас люди должны разобраться в этом, потому что прежде чем действовать, надо понять. Когда я пойму, то обязательно расскажу вам".

Теперь поймем ли мы сами, без него? опубликовано 

 

Автор: Андрей Русский

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: moiarussia.ru/sergei-kapitca-o-rossii/

Волшебный лобзик деда Николая: наш земляк создает удивительные вещи!

Поделиться



Редакция «Сайт» спешит поделиться с любимыми читателями удивительной историей о нашем земляке. Знакомьтесь, это Николай Дмитриевич Селезнев — житель села Пески Поворинского района Воронежской области. Наш герой — местная знаменитость, здесь все знают, что он не на шутку увлекается резьбой по дереву!




Читать дальше →

Татьяна Черниговская: Почему собаки не ходят в музей

Поделиться



Татьяна Владимировна Черниговская - заслуженный деятель науки РФ, выдающийся учёный в области нейронауки, психолингвистики и теории сознания,  говорит об искусствекак о видовой цели человека.





 

«И начну я с провокации. Несколько лет назад я была на международном семиотическом конгрессе, там был один доклад, название которого я никогда не забуду. И оно было таково: «Почему собаки не ходят в музеи». 

Это на самом деле очень серьезный вопрос, потому что почему, собственно, им туда не ходить? Там есть пол, по которому они могут ходить, есть воздух, которым они могут дышать, у них есть глаза, уши. Почему-то они и в филармонию тоже не ходят. Вот почему? Этот вопрос возвращает нас к тому, что что-то в нас, людях, есть особое. 

И я сегодня дважды вспомню Бродского. Первый раз сейчас. Бродский говорил, про поэзию, не про искусство в целом, но оно вполне приложимо:«Поэзия — это наша видовая цель».

Это я к тому клоню, что, насколько нам известно, ничего похожего ни у кого из наших соседей по планете нет. 

Мы живем отнюдь не среди объектов, вещей, гор и рек. Мы живем в мире идей. Думаю, что уместно упомянуть Юрия Михайловича Лотмана, с которым я имела счастье общаться много, и это, конечно, забыть нельзя. Ведь идея Юрия Михайловича была такова, что искусство не отражает жизнь, а искусство создает жизнь, оно порождает жизнь,а это принципиально другая история. Лотман, между прочим, тогда говорил, что до того, как появились тургеневские барышни, не было никаких тургеневских барышень, до того, как появились лишние люди, не было никаких лишних людей. Сначала нужно было написать Рахметова, а после этого все легли на гвозди проверять, сколько они там выдержат. Вот господин Учитель сейчас сказал, что все дело в голове. Да, все дело в голове, именно поэтому собакам, а также всем прочим прелестным животным совершенно незачем ходить ни в Мариинский театр, ни в музей, потому что мы смотрим глазами, а видим мозгом, мы слушаем ушами, а слышим мозгом, и так далее по всем сенсорным системам можно пройтись. Нужен подготовленный мозг. Это я, кстати, говорю и на тему элитарности.

Не в том дело, что есть плохой и хороший мозг, а в том, что мозг должен быть образован, иначе ему бесполезно смотреть на «Черный квадрат», на «Красный квадрат», слушать Шенберга и так далее. 





Когда Бродский говорит о том, что искусство — это наша «видовая цель», то я бы хотела подчеркнуть вот какую вещь. Искусство — это другой, в отличие от науки, которой, скажем, занимаюсь я, другой способ познания мира и другой способ описания мира.Вообще другой.

 Я хочу сказать, что обычная, широкая публика считает, что есть вещи серьезные — это жизнь, в крайнем случае технологии, науки. А есть такой довесок, так сказать, десерт: можно съесть, а можно и не съесть, можно использовать разные ложки, вилки, щипчики и так далее, а можно просто руками хватать. Вопрос в том, кем мы хотим быть. Если мы просто владельцы ушей, носов, глаз и рук, тогда без этого всего можно обойтись.

Но искусство делает то, что — я опять вам подыгрываю, — что сделал Пруст на тему памяти. Пруст открыл — я хотела сказать, законы памяти, но это слишком пафосно.

Он сказал про память то, до чего современная наука со всеми её технологиями и огромными возможностями только подбирается. У художников — в широком смысле, совершенно неважно, какие это художники, — есть какие-то щупальца такие, которыми они открывают вещи, которые невозможно открыть с помощью науки. Точнее говоря, возможно, но очень нескоро. Импрессионисты открыли про зрение.Не про палочки и колбочки, не про структуру глаза, а про видение. Они открыли то, что через несколько десятилетий после этого открыла сенсорная физиология, которая стала изучать, как человек воспринимает сложные зрительные объекты.





 

Поэтому, опять возвращаясь к Бродскому, это то, чего другие сделать не могут. Для того чтобы я могла увидеть, услышать, осознать что-то, у меня должен быть тренированный мозг. 

Мы рождаемся на этот свет с одинаковым мозгом более-менее (если не считать генетику), пустым текстом на нейронной сети, которая у нас всех есть. Но мы, каждый в свое время, предстанем перед Создателем с совершенно другой нейронной сетью, и там будет написан текст всей нашей жизни, включая еду, Леонардо, губные помады, юбки, книжки, ветер, солнце в определенный день — все там написано. Так мы хотим, чтобы этот текст был сложный, или мы хотим, чтобы это были комиксы? Тогда мозг надо готовить.

Кстати говоря, скажу еще и материалистическую одну вещь, кому интересно, могу дать ссылки на серьезные научные статьи. Вы, кстати, тоже говорили о фитнесе: искусство — это фитнес. Конечно, если мы ляжем на диван и будем на этом диване лежать полгода, то после этого мы не будем знать, как с него встать, не то что как ходить. 

Если мозг не занят трудной работой, тогда нечего удивляться и обижаться. В нем будет простой текст, скучный и простой текст. Мозг совершенствуется от сложной работы, а искусство — это очень сложная работа для мозга, потому что оно требует, я повторяю, подготовки и там много нетривиальных ходов.

Это так тренирует нейронную сеть, что она физически улучшается. Мы знаем, что как от собственного музицирования, так и от прослушивания сложной музыки нейронная сеть становится качественно другой, очень сложные процессы идут в мозгу человека, который слушает музыку или играет её. Очень сложные процессы идут, когда человек (который понимает, что он делает, а не просто у него глаза открыты) смотрит на сложную картину или живопись. И сам объект, будь он живопись, скульптура, кино или что угодно, он ведь не автономен, он зависит от того, про что Цветаева в свое время говорила «читатель-соавтор». Вот зависит от того, кто читает, кто слушает, кто смотрит. Это серьезная история. 

Я недавно как раз читала одну статью в очень серьезном западном журнале про то, что происходит в мозгу у танцовщика. Очень сложные процессы идут. То есть не стоит думать что искусство — это какая-то такая легкая, приятная добавка, что можно вообще просто одеться, а можно — красиво. Это не про это, это не про «красиво». Это другое видение мира, принципиально другое, не цифровое, если понятно, что я имею в виду, это не алгоритмы, это гештальты, это размытое, это про то, что философия называет qualia, качество.

Qualia — это то, что не может быть никак описано, это first person experience, это «как я чувствую». Вот мы пьем одно и то же вино, вы говорите: как-то кисловато, ну напрасно здесь эти ноты. А я говорю: а по-моему, как раз эти ноты здесь как следует, хороши… Никакие граммы, миллиграммы, спектры не описывают таких вещей, как холодно, тепло, приятно, красиво. Здесь наука бессильна». 

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! © econet

Источник: izbrannoe.com/news/mysli/tatyana-chernigovskaya-mozg-dolzhen-byt-obrazovan-inache-emu-bespolezno-smotret-na-chernyy-kvadrat-i/