Футуристический взгляд на приход весны от киевского художника

Поделиться



        Мир украинского искусства начинает оживать с приходом весны. Недавно свои оригинальные работы представил известный киевский художник Николай Журавль. И тематика соответствующая, и название. «Анатомия весны» — новая выставка робот неординарного мастера.


         На двух десятках работ можно увидеть, будто пунктиром начерчены очертания велосипедов, птиц, и больше всего женщин с детьми. Незаконченные на картинах формы искусник толкует как символ начала и оформления новой жизни. По словам художника, весну он любит более всего, ведь по ее сосудах вместо крови течет огромная необъятная любовь. Она делает человека чутким, творческим, напряженным, поднимает наружу глубокие, давно скрытые под шаром льда, чувства. Именно поэтому все люди ждут весну: надеяться на воскресение души и тела.


         Некоторые работы Николая напоминают топографические карты весенней земли, с которой только недавно сошел снег, которая стоит еще оголенная и без украшений. Много работ из серии «Анатомия весны» исполнены в технике левкаса. Это давняя иконописная техника нанесения специального грунта на дерево, с дальнейшим созданием рельефной картины. Рисунки Журавля одновременно похожи и на рисунки древних цивилизаций, и на футуристические изображения.  




Источник: /users/147

Французский концепт-художник Aeon-Lux и его работы

Поделиться







Суперструктура

 

Органично соединяет элементы фэнтези с научной фантастикой в своих артах, работающий под псевдонимом Aeon-Lux, художник. Настоящее его имя Джонатан Морин. Французский графический дизайнер создает удивительные иллюстрации уже четыре года. Кроме них и концепт артов, француз увлекается мэтт-пейтингом, т.е. созданием иллюстрации для фильмов на тему фантастики.

Его работы позволяют зрителю придуманные места ощущать реальными. Сам автор делится приемами своей работы, говоря, что к каждой из них старается подходить по-новому, изображать футуристические пейзажи или придуманные графические местности уникальными и реалистичными. Для этого приобретаемые навыки оказываются очень полезными.

































«Мне не нравится слово «футурист»: как создавать инновации здесь и сейчас

Поделиться



Большие институции с бюрократией, презентациями в PowerPoint, планированием и даже прототипированием теперь не нужны. Джой Ито, директор MIT Media Lab, в лекции на TED рассказал о новом подходе к созданию инноваций на примере проекта Safecast, возникшего после аварии на японской АЭС «Фукусима-1» из-за землетрясения и цунами в 2011 году. Публикуем основные идеи доклада.





www.garage.co.jp

«10 марта 2011 года я был в Кембридже в MIT Media Lab, где вместе с сотрудниками и студентами мы решали вопрос о моем назначении директором. Той ночью в Японии случилось землетрясение магнитудой в 9 баллов. Моя жена вместе с семьей были тогда в Японии, и по мере появления новостей меня охватывала паника. Я листал ленты сайтов, смотрел пресс-конференцию с членами правительства и Токийской энергетической компании, слушал о взрыве в ядерном реакторе и радиоактивном облаке, которое двигалось в сторону нашего дома, находящегося в 200 километрах от места аварии. Люди в телевизоре не говорили ничего, что хотелось услышать, а именно что происходит с реактором, с радиацией и в опасности ли моя семья.

Вместо того, чтобы сделать маленький сайт как ребята из Пало-Альто, в Шеньчжене выпускают мобильные телефоны

Я сделал то, что инстинктивно посчитал правильным: зашел в интернет и попытался понять, могу ли я взять дело в свои руки. В сети я встретил множество людей, которые как и я пытались выяснить, что происходит. Мы объединились в группу под названием Safecast и решили, что будем сами пытаться измерять уровень радиации и давать эту информацию всем, поскольку было ясно, что правительство этого делать не собирается. Три года спустя у нас есть 16 миллионов точек сбора данных, мы разработали свой счетчик Гейгера, конструкцию которого можно скачать, собрать и подключить к сети. У нас есть приложение, которое отображает места с наиболее высокой концентрацией радиации в Японии и других частях мира. Теперь мы, возможно, один их самых успешных гражданских научных проектов в мире, мы создали крупнейший открытый источник информации о показателях радиоактивности.

Главный вопрос в том, как группа непрофессионалов, которая понятия не имела, что делала, объединилась и создала то, что правительство создать не в состоянии. Я думаю, что все это связано с интернетом, и это не счастливая случайность. Случившееся объединило нас, но это был совершенно новый способ взаимодействия, о принципах которого я и собираюсь рассказать.

В доинтернетную эру жизнь была простой: все было евклидовым, ньютоновым и вполне предсказуемым. Многие люди, и даже экономисты, старались предсказать будущее. С появлением интернета мир стал гораздо сложнее, дешевле, быстрее, и те законы Ньютона, которыми мы так дорожили, стали «местными». Мы обнаружили, что большинство команд и проектов, которые выжили в этом сложноустроенном непредсказуемом мире, руководствовались несколько иными принципами.





safecast.org/tilemap

Для создания сервиса до интернета сначала вам нужно было сконструировать аппарат, настроить сеть и ПО, так что разработка чего-то значительного стоила миллионы долларов. Нужен был человек с MBA, который писал план и собирал деньги с инвесторов или больших корпораций, а уже после нанимались дизайнеры и инженеры. Это модель создания инноваций до интернета. Но теперь стоимость инноваций снизилась практически до нуля, и все — из-за закона Мура и значительного снижения затрат на совместную работу, распространение, коммуникации. Поэтому мы имеем Google, Facebook, Yahoo, студентов, у которых не было разрешения создавать инновации и PowerPoint’а. Они создали нечто, затем нашли деньги, написали что-то вроде бизнес-плана и, может быть, позже наняли кого-то с MBA. Инновации, переданные в руки инженеров и дизайнеров, ушли в общежития и стартапы, подальше от огромных институций и громоздких старых учреждений с властью, деньгами и авторитетом. Эти изменения коснулись и других сфер.

Как прекрасно сказал Николас Негропонте: «Демо или умри» в отличие от традиционного академического «Публикуй или пропади». Он также сказал, что demo-образец должен сработать всего раз, потому что до этого обычно мы влияли на мир через огромные компании, которые, вдохновившись нами, создавали продукты типа Kindle или Lego Mindstorms. Но с сегодняшними возможностями выпускать что-то так дешево, так что я официально меняю лозунг на «Запускай или умри». Выпускайте продукт в мир, чтобы он сыграл в нем какую-то роль. Теперь нам нужно делать это самостоятельно, не завися от крупных институций.

То, что раньше требовало завода, полного людей, работающих руками, теперь находится в коробке в Нью-Йорке

В прошлом году мы отправили группу студентов в Шеньчжень, где местные инноваторы показали им свои заводские цеха. Там были разные производственные устройства, и они не создавали прототипов или презентаций в PowerPoint’е, а возились с этим оборудованием, обновляя его прямо на месте. Завод буквально был разработчиком, а разработчик был непосредственно на заводе. Подходишь к киоскам, в них — мобильные телефоны. То есть вместо того, чтобы сделать маленький сайт как ребята из Пало-Альто, в Шеньчжене выпускают мобильные телефоны. То есть как те делают сайты, эти производят новые телефоны. Сейчас в этой индустрии целый лес новейших разработок. Они внедряют их, затем спускаются вниз, смотрят, продалось ли что-то из киосков, на продукт других команд, поднимаются обратно, производят еще парочку тысяч и снова спускаются. Это происходит также как разработка и улучшение ПО, A/B тестирование и итерации. То, что по нашему возможно делать только с ПО, ребята делают в аппаратной.



Мы говорим о 3D-принтерах и подобных вещах. Все это круто, но посмотрите на пример Лимор (Limor Fried — прим.ред), одну из наших любимых выпускниц, которая стоит напротив аппарата Samsung Techwin Pick and Place. Эта штука ставит на материнскую плату 23 тысячи деталей в час. Это завод в коробке. То, что раньше требовало завода, полного людей, работающих руками, теперь находится в коробке в Нью-Йорке. Или, например, Sorona — это процесс в DuPont, в котором задействован микроб, созданный с помощью генной инженерии, чтобы превращать кукурузный сахар в полиэстер. Это на 30% эффективнее использования ископаемого топлива и намного лучше для окружающей среды. Генетическая и биоинженерия — это множество возможностей для химии, вычислительных процессов, памяти. Мы, вероятно, будем делать много всего, связанного со здоровьем, но, возможно, что скоро мы также начнем выращивать стулья и здания. Проблема в том, что Sorona стоит 400 миллионов долларов, на ее создание ушло семь лет. Это некое напоминание о времени старых больших ЭВМ. Но смысл в том, что цены на инновации в биоинженерной индустрии также снижаются. Раньше секвенирование генома стоило миллионы, а теперь существует настольный прибор, которым могут пользоваться подростки.

Инновации в руках инженеров и разработчиков — это фундаментально новый способ осмысления новых технологий. Он переворачивает мир вверх ногами, он демократичен, хаотичен, его сложно контролировать. Это значительно отличается от того, что было раньше, и я думаю, что традиционные правила, по которым жили институции, уже не работают, а большинство из нас руководствуются разными наборами принципов. Один из моих любимых — «сила притяжения», его идея в том, что все ресурсы нужно вытаскивать из системы по мере необходимости, а не складировать и контролировать их все.

В истории с Safecast о землетрясении я не знал ничего, но я нашел Шона, организатора сообщества хакеров, Питера, разработчика аналогового оборудования, который создал наш первый счетчик Гейгера, и Дэна, который построил систему мониторинга Три-Майл-Айленд после аварии на АЭС (в 1979 году в США — прим.ред). Я не мог познакомиться со всеми этими людьми ранее, и, возможно, это к лучшему, что я нашел их в нужное время в сети.

Образование — это то, что люди делают с тобой, а обучение — то, что ты делаешь для себя сам

Меня три раза выгоняли из колледжа, так что вопрос разницы между обучением и образованием очень мил и близок моему сердцу. Для меня образование — это то, что люди делают с тобой, а обучение — то, что ты делаешь для себя сам. Возможно, я отношусь к этому предвзято, но у меня ощущение, что нас заставляют запомнить всю энциклопедию, прежде чем отпустят поиграть. В моем телефоне есть Википедия, но они предполагают, что вы окажетесь на вершине горы один с двумя карандашами, где будете пытаться понять, что делать. Фактически же вы всегда на связи, у вас есть друзья, вы можете открыть Википедию, когда понадобится. Нужно лишь научиться учиться. В случае с Safecast три года назад мы были группой новичков, а сегодня, я убежден, мы как объединение знаем больше остальных организаций о том, как собирать, публиковать данные и как заниматься гражданской наукой (citizen science).

Идея «Компасы или карты» заключается в том, составить план или нарисовать карту — это очень дорого, но не особенно полезно. В Safecast мы знали, что нам нужно собирать данные, которые мы затем хотим публиковать, и вместо того, чтобы составлять точный план, мы решили, что сначала нужно купить счетчики Гейгера. Ах, они закончились, тогда давайте сделаем их. У нас недостаточно датчиков, тогда мы сделаем его мобильным: мы можем ездить, найти волонтеров. У нас недостаточно денег, давайте соберем их на Kickstarter’е. Мы не планировали все эти действия, но у нас было четкое направление, и в конце концов мы пришли туда, куда шли. Это очень похоже на методологию гибкой разработки ПО.

Так что эта идея с компасом очень важна, и я считаю, что хорошие новости в том, что даже в нашем крайне сложноустроенном мире сделать что-то необходимое очень легко. Я ставлю под сомнение эти правила о том, что нужно все планировать, все хранить, что нужно быть ко всему готовым. Оставайтесь на связи, постоянно учитесь, делайте это осознанно и чувствуйте настоящий момент. Мне не нравится слово «футурист». Я думаю, что нужно действовать здесь и сейчас».

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: theoryandpractice.ru

Чего ждать от науки в ближайшие 50 лет

Поделиться



Всегда интересно заглянуть в будущее, и узнать, что нас ждет в ближайшие 10-50-100 лет. Недавно ученые сделали свои предположения на этот счет. В середине декабря состоялась юбилейная, пятидесятая конференция Американского общества клеточных биологов. Ее участникам предложили написать, каких прорывов в биологии стоит ждать в следующие 50 лет. И вот что у них получилось:

2010-2019
— Эпигенетические лекарства от рака: они призваны глобально перестраивать неправильную работу генов в раковой клетке.
— Придет понимание того, зачем нужна «мусорная» ДНК. Дело в том, что если вычесть гены, функции которых мы знаем, а также их регуляторные элементы, все равно остается большое количество ДНК, около 90%, которое непонятно зачем нужно. 30 лет назад так же думали и про регуляторные элементы.
— Световая микроскопия с разрешением до 1 нм, что в два раза меньше, чем диаметр спирали ДНК.
— Разработка High content screening: технологии, которая позволяет увидеть все молекулярные процессы происходящие в живой клетке, в том числе и те, которые происходят под действием лекарств.
— Доставка siRNA в человека. siRNA — это такой тип РНК, который позволяет блокировать работу любого необходимого гена. Значит, с ее помощью можно будет лечить некоторые генетические болезни.

2020-2029
— Вакцина от СПИДА. С 1981 по 2006 от СПИДА умерло 25 миллионов человек, сейчас заражено около 0.6% популяции. Вакцина от СПИДа — что-то вроде философского камня современной науки. Найдут — приобретут неограниченный кредит доверия на следующие полвека.

— Лечение синдрома дефицита внимания и гиперактивности. Синдром выявлен у 4.7% взрослых американцев, очень неприятная и деструктивная вещь — лишает человека возможности работать и сосредотачиваться.
— Бионические органы. Это, например, сердце, которому помогают биться батарейки, или механическая кисть, которой можно шевелить как обычной.
— Понимание фолдинга белков. Чтобы работать и выполнять свои функции, белки сворачиваются строго определенным образом. Как именно — понятно далеко не во всех случаях. Над вопросом бьются математики, молекулярные биологи, и даже простые люди, играющие в эту игру.
— Первый клонированный человек. Пока что в Америке, России и большинстве стран Европы, клонирование человека после 14-го дня развития запрещено — никто и не умеет клонировать людей. Максимально близко к этому подошли в 2007 году, когда смогли клонировать обезьяну.

2030-2049
— Регенерация органов. Сейчас об этом принято писать в заключении статей про медицинское использование эмбриональных стволовых клеток человека, и их пациент-специфичных искусственных аналогов — iPSC. Из них уже умеют делать кожу, нервные клетки, клетки крови, сердца — но пока что все это только в пробирке.
— Использования водорослей как биотоплива для автомобилей. В них и правда много химических веществ, которые могут быть переработаны в энергию, и они очень быстро размножаются — почему бы и нет?
— Живые растения, которые могли бы выдерживать экстремальный климат в качестве универсального средства пропитания. ГМО, которых все так опасаются — первый шаг в этом нелегком деле.

— Фабрики человеческой крови. Есть очень редкий бомбейский синдром, когда у людей не синтезируется предшественник A и B антигенов, собственно отвечающий за формирование группы крови — если научиться искусственно получать такую «пустую» кровь, она могла бы стать универсальной донорской кровью.
— Регенерация ампутированных конечностей. Этот процесс изучают у ящериц, надеясь увидеть какие-то принципиальные сигнальные пути, которые за это отвечают.

2050-2060
— Механизмы памяти. Cейчас разработан только маленький кусочек всей громадной машины запоминания, к 2060 году поймут, как мы учим стихи.
— Искусственная жизнь, созданная в лаборатории. Ученые смастерят роботов, способных делать собственные выводы и пройти тест Тьюринга. Есть два разных подхода к этой проблеме: одни ученые пытаются понять, как работает наш разум, и воспроизвести его принципы, а другие пытаются построить подробную работающую модель мозга.
— Возможность смоделировать и предсказать поведение людей. Пока что ни генетики, ни физиологи не дадут даже 50% прогноза простейших действий человека.
— Настолько маленький компьютер, что его можно будет имплантировать в мозг. Мечта о чипованных людях реализуется.

Чем дальше прогнозы, тем они менее конкретны, и тем больше напоминают научную или даже псевдонаучную фантастику.За 50 лет мир, в том числе и научный, много раз поменяется. Но с помощью этих, вроде как, несерьезных предположений, сделанных все-таки учеными, а не кем попало, можно немного приоткрыть дверь и заглянуть, что же там будет.



Марк Андрессен: почему оптимизм — всегда выигрышная стратегия

Поделиться



Погожий денек будущего

Поделиться



На стыке двух времен - роботы коммунистов

Поделиться



Иллюстрации Якуба Розальски




Читать дальше →

Ну что, ждем памяти в 128TB в 2030?

Поделиться



Убийцы пластика: 9 материалов будущего

Поделиться



Футуризм от Mark Goerner

Поделиться