Машина!

Моя мама гордилась тем, что умеет обращаться с деньгами, и очень хотела научить этому искусству единственную дочь. Поэтому с первого класса я ежедневно ходила в магазин за продуктами, а со второго - еженедельно получала 30 копеек на карманные расходы. Перед каждой выплатой мама ждала от меня отчета, на что потрачена предыдущая получка: на обалденный пломбир за 19 копеек или на роскошное пирожное за 22 копейки. Оставшуюся треть денег я, по совету мамы, откладывала на крупную покупку. - Нам предлагают обменять жилье с доплатой, - как-то сказала мне мама. - Никому не говори, это неофициально. - Мы переедем? - Нет, останемся жить здесь. Просто доплатим две тысячи рублей, и у нас появится еще одна квартира, однокомнатная. Вот только отец против: он хочет потратить деньги на машину... В тот месяц папа и мама много спорили. - Квартиру! - требовала мама. - Машину, - расстраивался папа. - Квартиру! - настаивала мама. - Машину, - умолял папа. [next] В итоге мама сдалась. В третьем классе я вернулась домой после школы. Меня встретил сияющий папа, он прижимал к груди синюю хозяйственную сумку. - Очередь на машину подошла, - сообщила мама. - А что в сумке? - поинтересовалась я. - Восемь тысяч рублей. - Ух ты! Это что, стоимость четырех квартир? Покажите!!! Мама отобрала у отца сумку и высыпала содержимое на мою кровать: восемь аккуратных пачек, перетянутых бумажными полосками. Отец издал нечленораздельный звук. Он забегал туда-сюда, пытаясь заглянуть мне в лицо, и стал похож на птицу, к гнезду которой подбирается кошка. - Можно потрогать? - спросила я с замиранием сердца. - Только аккуратно, - предупредила мама. - Дорогой, идем, поможешь мне на кухне. - Машина! - жалобно сказал папа. - Машина будет завтра, - строго ответила мама. - А это пока еще просто деньги. Ничего с ними не случится, дочь у нас уже взрослая. Они ушли, а я зачарованно присела на краешек кровати и потянулась рукой к пачкам. Подняла один из кирпичиков, взвесила на ладони. Он оказался твердым и тяжелым... Вечер, комната в хрущевке. Скрипучий дощатый пол недавно покрашен и до сих пор издает запах масляной краски. На стене висит колючий темно-красный ковер с коричневым орнаментом. Кровать застелена дешевым голубым покрывалом. И вот на этой кровати в полном одиночестве сидит третьеклашка с розовым бантом и играет в кубики пачками денег, на которые можно купить четыре квартиры. Через минуту с кухни прибежал отец. - Ээээ... - он в отчаянии посмотрел на мои игрушки. - Ну... За ним вошла мама: - Ладно, отдай отцу деньги. А то его сейчас инфаркт хватит. На следующий день под нашими окнами остановился новенький "Москвич", и из него вышел счастливый папа. Он был спокоен и горд. Птица спасла свое гнездо и защитила его на долгие годы вперед. Вскоре стало понятно: если деньги в семье общие, то машина принадлежит отцу. Это его личная территория, которую он будет отстаивать с самоотверженностью защитников Брестской крепости. Во время поездок мама пыталась командовать и критиковать: не туда свернул, не там остановился, не так затормозил. Обычно отец отмалчивался. Иногда коротко огрызался. А один раз не выдержал. Остановил машину, выскочил, обошел кругом и распахнул дверцу со стороны мамы: - Что ты говоришь под руку?! Если так хорошо все знаешь - веди сама! Это подействовало - мама замолчала надолго... За свою жизнь я один раз продавала и дважды покупала себе квартиру. Ничего особенного в этом не было, процесс проходил спокойно. Видимо, большая часть эмоций, связанных с крупными суммами, осталась далеко в детстве, на голубом покрывале. К автомобилям у меня отношение более трепетное. Я убеждена, что машина - это личное пространство водителя, и давать шоферу советы - все равно, что пить из его любимой кружки. В машине я еду, как в поезде. Здесь можно смотреть в окно, читать книжку, болтать с попутчиками. Но какой смысл переживать, если поезд едет слишком быстро или чересчур громко лязгает и стучит? Повлиять на это все равно нельзя. Водители мое отношение чувствуют и высоко ценят. Так что чему-то папа и мама меня все-таки научили. Источник: Коммерсант Машина!