Манипуляторы не раскаиваются!

Поделиться



Главный признак манипулятора – он никогда не раскаивается

Извиняться извиняется, но в глубине души себя виноватым никогда не считает. Бросает просьбу о прощении, как собаке – кость: “На, подавись”, но сам угрызений совести не испытывает.

Понимаете, не то, чтобы их действительно не было, человек просто не слышит голос своей глубинной сущности. Выгода, удовлетворение, страхи, компенсация комплексов – этот шум замечается манипулятором в первую очередь. Он руководит жизнью непоколебимого.



Сомневаться в себе – это нормально, это здоровая реакция психики на происходящие с человеком каждый день изменения и события. 

Адекватная самооценка не избавляет от сомнений. Можно, любя себя, быть не уверенным в своей правоте, это нормально. Главное, чтобы чувство вины и неуверенность не брали верх постоянно и были основаны на реальных фактах, а не на вымышленных или внушенных косяках.

Вообще, взвешивать все за и против, соотносить доводы и ощущения, сделанное-сказанное с обратной связью – это естественно, и это здорОво.

Считать, что “мое мнение – самое правильное” можно только в том случае, если вы по-настоящему слышите себя, если есть связь со Всевышним или есть трансцендентная связь с миром. У неосознанных манипуляторов этой связи нет. Поэтому нет и многого другого – сочувствия, сострадания, любви.

Подумайте на досуге, часто ли извиняетесь по делу вы и делает ли это ваш партнер (можно обо всем своем окружении поразмышлять). опубликовано 

Автор: Лилия Ахремчик

фото ©Dariusz Klimczak

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //pticavpolete.com/manipuljatory-ne-raskaivautsja.html

Брене Браун: 4 «истины», которые делают нас несчастными

Поделиться



Мы и так достаточно хороши, и это чистая правда

Мы все очень разные, но хотим мы одного и того же. Встряхнуть наши жизни, которые могли бы быть и лучше. Быть счастливее, получать больше любви, уметь прощать и быть в здоровых отношениях с окружающими. Для этого мы делаем все возможное!

Брене Браун, автор книги Дары несовершенства и спикер TED,  уже 12 лет изучает, что же мешает нам жить. Что, несмотря на все старания, не дает нам вести открытую и настоящую жизнь, о которой все говорят? Выясняется, что многие предположения, которые мы считаем истиной, и которые, как нам думается, помогут решить все наши проблемы, на самом деле совершенно неверны.

 

1. Вписываться НЕ означает быть на месте

Мы употребляем некоторые слова и не совсем уверены в их значении, а порой используем их совсем неверно. Это мешает понять, что действительно происходит вокруг.

 





Так, быть на своем месте не означает «вписываться». Попытки вписать себя в какие-то рамки — это самое серьезное препятствие к тому, чтобы быть на месте.

Вы вписываетесь, когда вы оцениваете ситуацию и людей, а потом сворачиваете себя в бараний рог, чтобы соответствовать им — и людям, и ситуациям. Быть на месте — это совсем другое. Это быть таким, какой вы на самом деле, позволить другим видеть и знать вас настоящего. Быть на месте — это признаться, что вы любите раскрашивать тыквы и ненавидите выступать на публике.

Многие из нас страдают от этой разницы между тем, кто мы на самом деле, и тем, кем мы пытаемся казаться, чтобы нас принимали. Я, например, эксперт по вписыванию себя в какие-то рамки. Я расспрашивала людей, которых мы часто называем «другими»: ученых, художников, мыслителей — они обычно не вписываются ни во что. Если внимательно присмотреться к ним и к их работам, выяснится, что все пронизано принятием самих себя. Кто-то долго шел к этому, как и большинство, а у кого-то это было с детства. 

Один из моих собеседников, нейрофизик, рассказывал: «Мои родители не волновались, что я не играл в футбольной команде. Они не переживали, что я странный и нелюдимый. Я с друзьями в школе стал переводить книжки на клингонский язык, а родители сказали «Ух ты, как круто!» и взяли меня с собой на мероприятие, посвященное сериалу Star Trek!»

Родители научили его быть на месте. И если мы не получаем такой поддержки от своих родителей, придется самостоятельно вырастить в себе это чувство уже в сознательном возрасте.Иначе так и будем чувствовать себя как в школе на дискотеке: все веселятся, а ты подпираешь стенку. 

Ощущение «я на своем месте» начинается с принятия себя.

Если вы верите, что достаточно хороши, это дает мужество быть уникальным, уязвимым и несовершенным. Насколько вы принимаете себя, настолько вы сможете быть на месте. Если веры в себя нет, мы ведем себя как хамелеоны, пытаемся стать достаточно хорошими.Хотя мы и так достаточно хороши, и это чистая правда.

2. Вина — это НЕ плохо

Я скажу это: я за то, чтобы чувствовать вину. Вина — это здорово, потому что она помогает нам держаться курса. Она появляется, когда мы сравниваем свои поступки или недеяния со своими внутренними ценностями. Порой чувствуем себя после этого сравнения не очень хорошо, и это заставляет нас меняться и рефлексировать.

Я разговариваю с людьми разных конфессий, и многие говорят: «Как католик, я очень виноват» или «Как иудей, я очень виноват». А когда я прошу пояснить, они отвечают что-то вроде «Если я не прихожу на Шаббат каждую пятницу, я плохой сын. Вот мой брат все время ходит».

Строго говоря, это не вина. Это стыд, а в стыде самое плохое в том, что мы часто не знаем, когда именно мы чувствуем стыд. Те, кого я расспрашиваю, говорят: «Я бесполезный человек, кусок дерьма. Я не виню родителей за то, что они меня не любят — кто станет любить меня такого?» Это стыд. Мы не всегда может подобрать ему название. Но мы знаем, каково это — чувствовать этот самый стыд. И это совсем другая эмоция, нежели вина. 

Чтобы увидеть разницу, подумайте о том, что вы говорите, если ошиблись. Если это «Я совершил ошибку», значит, вы чувствуете себя виноватым. А вот если вы говорите «Простите. Я сам — одна большая ошибка», — это стыд. Когда понимаешь отличие вины от стыда, вину можно использовать себе на благо. Она указывает на разницу между тем, что мы сделали, и тем, кто мы есть на самом деле. Тут уже можно задуматься и поменять свое поведение.

 

3. Перфекционизм — это НЕ стремление к идеалу

Это звучит ужасно даже для меня, но я скажу это. Перфекционизм — это НЕ достижения и рост. Перфекционизм — это вера в то, что если мы живем идеальной жизнью, идеально выглядим и идеально себя ведем, мы избежим обвинений, осуждения и стыда.

 





 

Многих перфекционистов, включая меня, в детстве хвалили за достижения, хорошие оценки, вежливость и опрятный внешний вид. Тогда мы и усвоили эту опасную систему: я то, чего я достигаю, я хорош настолько, насколько хорошо у меня это получается. С тех пор у нас в голове все время бегущая строка: Соответствовать ожиданиям. Достигать. Делать в совершенстве. 

Здоровое стремление к лучшему фокусируется на вас самих. Оно появляется, когда вы спрашиваете: «Как и где я могу улучшить себя?» У перфекциониста фокус на других: «А что они подумают?» 

Исследования показывают, что перфекционизм мешает достижению успеха и нередко ведет к депрессии, раздражительности и зависимостям. Перфекционисты часто упускают возможности: они попросту боятся показывать миру что-то, что несовершенно и может разочаровать окружающих.

Перфекционист как рыцарь с щитом весом сто килограммов: щит вроде бы должен защищать, но в реальности не дает даже вступить в бой.

Вот вам еще один пример: в песне Леонарда Коэна Anthem есть такие слова: «Во всем есть трещины. Через них проходит свет».

4. Чтобы быть уязвимым, нужно мужество

Есть несколько мифов об уязвимости, которые не дают нам быть искренними, получать и отдавать любовь.

Первый миф: уязвимость — это слабость.

Второй — уязвимости можно избежать.

Во-первых, уязвимость — это не слабость. Это, пожалуй, самое точное мерило нашей храбрости. Я спрашиваю участников моих исследований о ситуациях, когда они чувствуют себя уязвимыми. «Когда беру на себя ответственность за то, что на работе что-то пошло не так», «Когда я признаюсь мужчине в любви», «Когда я звоню другу и говорю, что его сын только что погиб», «Когда я отправляю дочь в школу и знаю, что ей будет сложно, но она должна справиться», «Когда встречаюсь с сестрой из хосписа, которая будет заботиться о моей маме».

Кто-то говорит, что никогда не чувствует себя уязвимым. Но на самом деле это случается с каждым из нас, это мучительное и страшное ощущение, что мы как будто голые и некуда деться. А вот справляемся мы по-разному. Можно отстраниться, затолкать уязвимость куда подальше, превратить в ярость или перфекционизм — так делаю лично я. Факт в том, что все мы так или иначе его трансформируем.

Чтобы превратить уязвимость в мужество, нужно научиться распознавать это чувство и просто быть здесь и сейчас, с этой неуверенностью и риском.

Когда вы знаете, что вы чувствуете и почему, вы можете остановиться, подышать, помолиться, попросить помощи, — и сделать выбор, который отражает вас и то, во что вы верите. опубликовано 

 

©Брене Браун, перевод Надя Борисова

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //www.refreshschool.com/single-post/2016/11/17/4-istini-1

Русское тело: броня генетической памяти

Поделиться



Возможно ли? Принято говорить о «русском характере», о загадочной «русской душе». Но о теле, телесности?

Поднимая разговор о Русском теле, вообще о теле, — следует различать несколько видов тел.

Индивидуальное тело и ряд групповых тел:

  • семья как тело, имеющее свои органы и взаимоотношения между ними (скажите, кто в Вашей семье, например, — голова),
  • коллектив,
  • наконец, государственность как тело.




©Петров-Водкин

Все виды тел пронизывают друг друга, взаимодействуют и влияют друг на друга. Так, наше индивидуальное тело сформировывалось и сейчас значительно зависит от государственной телесности. В равной степени и наоборот.

Может показаться странным для настоящего практического издания начать разговор о специфике русской телесности с государственного тела, а не, например, с индивидуального. Но, как известно, нет ничего практичнее хорошей теории. Хорошая же теория — это всегда обобщения высокого порядка. В нашем случае такого рода обобщения затрагивают, прежде всего, государственность, что, кстати, хорошо иллюстрируют пословицы и поговорки русского народа и о русском народе, являющиеся своеобразными и наиболее устойчивыми обобщениями.

Начнем с «корней», «опор», НОГ. Это важно, поскольку решающие особенности человеческой телесности, прежде всего, связаны с изменением позиции тела — с превращением нас из животных в этих «homo erectus» — «людей прямостоящих».

О Руси, России всегда говорили: «Колосс на глиняных ногах», — очень точно указывая как на одну из наших базовых проблем — отсутствие стабильности, неустойчивость, так и на область государственной психосоматики — НОГИ.

Действительно, вряд ли можно назвать другую страну, которая за свою историю вынесла на своих плечах (о плечевом поясе Русского тела см. ниже) столько войн и революций. И ведь не просто дворцовый переворот с обычной сменой власти, а — «до основания...».

В чем смысл и есть ли он вообще?





Давайте проделаем опыт.

Неожиданно схватите человека за грудки и сильно встряхните. Наблюдайте за ним. Что происходит? Правильно, он ОПУСКАЕТСЯ!

Опускается (не в другом значении этого слова, хотя связь с другим значением в нашей истории прослеживается тоже!) — в смысле УКОРЕНЯЕТСЯ. Он пытается быть ближе к Земле, ищет в ней опору; если хотите — пытается своим же телом решить свою же проблему.

В этом мне видится смысл (но не оправдание) столь разрушительных встрясок. В этом смысл политических, нравственно-человеческих метаморфоз наших политиков и государственных чиновников, когда в предвыборных обращениях — «обретение стабильности», а по приходу к власти — «предоставление дополнительных полномочий силовым структурам во взимании налогов» вместо разработки толкового налогового законодательства.

Здесь мы сталкиваемся с другой проблемой Русского тела. В ногах, являющихся, как нам известно, оплотом стабильности, в коленях содержатся еще и СТРАХИ (ср. «душа от страха ушла в пятки», «присел от страха», «ноги подкосились» и «колени задрожали»). Здесь следует сделать некоторые пояснения.

Та или иная проблема, формирующая Русское тело (пронизывая все его виды: индивидуальное тело граждан, семьи, коллективы, государство в целом) и сама являющаяся его продуктом, — вполне материальное, живое образование, обладающее собственной телесностью (не случайно многие проблемы имеют вполне визуальные характеристики). А любое живое имеет потребность в пище и жизни. Страхи, живые образования, поселившись в ногах Русского тела, нуждаются в пище.





Вот Вам и еще ответ на странные и внешне, вроде бы, необоснованные действия по даче дополнительных полномочий силовикам.

Действительно, таким образом можно собрать ВСЕ (не только налоги), дав пищу нашим страхам. Для нашей страны — это максимально действенный и реально быстрый способ. Но способ чего? Только не решения проблемы Русского тела.

Как видим, неожиданно узко-государственная задача (всего-то налоговое законотворчество!) превращается в задачу ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКУЮ (государственно-терапевтическую).

Связь страхов (а самый «страшный страх» — страх СМЕРТИ) с реальностью нашей жизни — самая прямая. Это и наш РУССКИЙ БИЗНЕС, и БАНКОВСКОЕ ДЕЛО   —   под грохот взрывных устройств и свист пуль. Это и обвальные денежные реформы, которых «быть не может», и неожиданно замороженные валютные вклады Внешэкономбанка (уже забыли?), и «сгоревшие» рублевые вклады Сбербанка. Это… Это… Остается вопрос: зачем это делается? На уровне государственного тела; на уровне индивидуального — почему мы этому позволяем случаться?

Ответ парадоксален с точки зрения здравого смысла, но совершенно объясним с точки зрения вышесказанного: складывается впечатление, что мы ЖЕЛАЕМ БОЯТЬСЯ, мы ИСПЫТЫВАЕМ В ЭТОМ ПОТРЕБНОСТЬ. Мы позволяем иметь законы, позволяющие нам жить в нестабильности и страхе за эту нестабильность.

Следующая часть Русского тела — ПАХ (вижу, как заулыбался читатель). Действительно, паховая область напрямую связана с ногами (известна шутка-загадка «откуда растут ноги?») и с нашей государственностью. Большинство эпитетов, отпускаемых в сторону нашей государственности (не путать с Родиной!) — из этой области нашего тела.

И здесь многое понятно! Паховая область — это область максимально глубоких и сильных чувств, поскольку сфера сексуальных отношений, оргазма — это область высокой энергии (читайте хронику происшествий сферы бытовых убийств и тяжких телесных повреждений, произошедших на любовной почве!).

Любые электроприборы, особенно повышенной мощности,- обязательно заземляют. В нашем теле, мы помним, — это ноги. Так что претензии ПАХА к НОГАМ совершенно обоснованы.

Другое дело — в какой форме они выражены. Здесь неоценимую услугу играет наш «великий и могучий»,  наш русский язык.  Конечно же, — это наш мат.

Напрашивается гипотеза, что именно в силу избытка чувств в ситуации отсутствия их «заземления» такую функцию «опор» берет на себя язык.

Действительно, по семантике, обилию оттенков, количеству матерных слов — русский язык «впереди планеты всей». Гражданину нашей страны трудно понять западный фильм и реплику главного героя в момент падения холодильника с трехметровой высоты на мизинец его ноги.

Кроме вообще глубоких и сильных чувств, паховая область Русского тела — это и область конкретных чувств русского срама и стыда (ср.мед.-срамные губы). Не задумывались ли Вы над тем, почему у нас такие туалеты? В смысле — уборные, отхожие места. То, от чего впадают в шок иностранцы, посещающие нашу страну. И ведь действительно трудно им объяснить — почему. Это же никак не связано с нашей чистоплотностью/ нечистоплотностью. В чем же причина? Одна из них — уборные, отхожие места, как ни покажется это странным, — своеобразные символы паховой области и, одновременно, — ее материализация.

Следуя логике, описанной выше, проблема срама, стыда оказывает влияние на нашу жизнь так, что формирует ситуации, в которых она получает свою пишу: «стыд и срам, стыд и срам». И подтверждение этому — наша история. Российские помещики, покупая итальянские и греческие скульптуры обнаженных героев повсеместно одевали их в металлические трусы. А СОВЕТСКИЙ СЕКС, «которого нет»! А разговоры, книга и телепередачи «про Это».

Вполне закономерно в сознании и культуре граждан нашей страны формировалось и сложилось определенное (в основном негативное) отношение к «этому». При колоссальном интересе (запретный плод...). Раз «этим» занимаются обнаженными (заземляя энергию чувств через контакт с другим телом), таким табу выступило не только все обнаженное тело, но даже отдельные его части — ноги, руки. Табуированным стало даже само слово — ТЕЛО!

Поднимаясь выше по Русскому телу, мы оказываемся в области ГРУДИ. Это — область наших чувств, переживаний. Объем статьи и, прежде всего, серьезность разговора не позволяют в полном объеме рассмотреть данную область. Ведь здесь скрывается загадочная РУССКАЯ ДУША. Именно она и та атмосфера, в которой она раскрывается, проявляется в полном объеме — так привлекает тех же иностранцев (несмотря на наши туалеты!).

Чувств много и они глубоки! Но при таких ногах (см. выше) чувства удерживаются (небезопасно!). Если прорывает — то с перехлестом (отреагирование). Не в этом ли одна из причин нашей дружбы с Зеленым Змием? Отпускает! Спросите почему? Тело расслабляется, а значит — опускается, укореняется (максимальное расслабление и реальное заземление — это смерть, отсюда — «мертвецки пьян»). Да еще сверхконтроль со стороны сознания ослабевает (т.н.«дурь»).

Разговор о Русском теле был бы неполный, если бы мы не указали еще на несколько его частей, имеющих ключевое значение для понимания логики его устройства. Колоссность, колоссальность Русского тела — это, прежде всего, его ПЛЕЧИ. Плечи — это то, что мы БЕРЕМ НА СЕБЯ, или СОБИРАЕМСЯ ВЗЯТЬ. В последнем случае здравомыслящий человек, как правило, задает вопрос «а выдержу?».

Но это, прежде всего, вопрос к НОГАМ. А ноги-то мы помним какие. При таких-то ногах какое же «громадье» мы можем осилить? Можем! За счет замечательных качеств, снискавших былую славу советскому человеку, — воля, мужество, терпение (ср. «вынесет все!», «нам нет преград!»). Но это — психологические качества.

А что же тело? А в теле — колоссальное перенапряжение и зоны конфликтов — СПИНА, ЖИВОТ и упоминавшиеся уже КОЛЕНИ. Поставьте спортсмена-тяжелоатлета в момент взятия им веса па неустойчивую опору — вот аналог нашей с Вами ситуации.

То, что сейчас говорится о потере наших «корней», об утрате культуры, о недостаточности понимания ценности нашей семьи (ср. Германия, Америка), о сложностях отношений внутри коллективов (ср. Япония) — это прежде всего проблемы СПИНЫ. Спина — это основа, остов всего тела, связующая всех его частей.

Так же, как ЖИВОТ — это жизнь (ср. «положить живот за отечество»). И эта жизнь постоянно подвергается опасности. А при такой нагрузке на плечевой пояс — это постоянное перенапряжение жизни, области живота. Это, наконец, — трудности вынашивания детей и родов у женщин (о Русском теле женщин — отдельный и очень важный разговор).

Наконец, разговор о Русском теле хотелось бы завершить еще одной ключевой его частью. Это — НИЖНЯЯ ЧЕЛЮСТЬ. Нижняя челюсть лица — это одновременно и аналог паховой области на теле (см. выше), и подавляемые человеком негативные чувства, эмоции, переживания, в основном — ярость, агрессия, ненависть. В силу акцентирования этой части Русского тела и ее двойного употребления (ярость, агрессия и — сексуальные отношения) имеет смысл еще раз вернуться к уже упоминавшийся хронике происшествий и убедиться в правоте выявляемых соответствий и связей.

С другой стороны, вся наша история, особенно история многочисленных войн, показывает эффективность обращения к этой части Русского тела («пусть ярость благородная вскипает...»). Не важно, что ценой десятков миллионов жизней, а мы бы сказали и подчеркнули — смертей (опять тема СМЕРТИ!). И это зачастую произносится чуть ли не с гордостью, как своеобразное достижение!

Подведем итог. Данная статья не претендует на законченность. Это — взгляд, видение. В основе этого видения — собственный опыт деятельности психолога-консультанта, практикующего телесно-ориентированного психотерапевта, ведущего семинаров и координатора ряда международных программ в области культуры тела (не путать с физкультурой!). Данное видение позволяет в индивидуальной работе находить объяснения особенностям строения индивидуальных тел, соответственно индивидуальных проблем и болезней; а в обыденной жизни находить объяснения и, как нам даже кажется, смысл зачастую совершенно бессмысленных (и даже бездумных) поступков наших государственных деятелей и политиков.

И, наконец, исконно русский вопрос, без которого данная статья совершенно не смотрелась бы: «Что же делать?»

Жить!

Осознавая, что происходит; в каком теле (индивидуальном ли, семейном ли или государственном) живем; какую цену за каждое действие платим; в чем смысл того, что имеем.опубликовано

из хрестоматии по телесно-ориентированной психотерапии и психотехнике «СВОБОДНОЕ ТЕЛО», редактор-составительВ.Ю.Баскаков.

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: //teleska.pro/klientam/russkoe-telo/

Ирина Медведева: Отсутствие интимного стыда — признак шизофрении

Поделиться



Мы живем в обществе, в котором грубые психиатрические симптомы — именно те симптомы, которые принадлежат настоящей психиатрии, выдаются за эталоны моды и поведения, - считает Ирина Медведева, директор Общественного института демографической безопасности.





Психиатрические поражения ведут к нарушению нравственности, а нравственные искажения обязательно влекут за собой психические деформации.

По убеждению Медведевой, происходит искусственное психическое заражение российского народа, в особенности молодого поколения, и даже детей. Иногда это называется «сексуальным просвещением», иногда предлагается что-то иное, при этом всякие гадости, ядовитые для нравственности человека, для его психики подаются в очень красивых «гуманистических уловках».

«Обратите внимание, — говорит психиатр, — сейчас активно пропагандируется неряшество — грязные засаленные волосы, рваные чулки, драные джинсы, полы пальто или рубашки разной длины или застегнуты не на те пуговицы.

В психиатрических больницах знают, что в истории болезни есть такая графа: опрятность больного. Если больной неопрятен, это показатель очень тяжелого психиатрического расстройства.





Когда человек постоянно носит рваные носки или чулки, не моет волосы или неправильно застегивает рубашку, это есть психиатрический симптом, который сегодня, к сожалению, существует в качестве признака молодежной моды».

«Или возьмём героев многих боевиков и триллеров — это сверхсильные люди, которые решают свои проблемы, круша и уничтожая все живое и неживое на своем пути. Этот эффект в психиатрии называется гипоидная шизофрения, в которой сочетается юношеская патологическая жестокость с патологическим отупением сердца, то есть патологическим бесчувствием», — замечает Медведева.

Другое качество человека — излишний рационализм, который сегодня навязывается как прагматизм. Это тоже признак шизофрении.

Обыватель часто думает, что шизофреник иррационален. Это не так. Шизофреник излишне рационален, но при этом бесчувственен. Собственно к этому — «меньше эмоций, больше прагматизма» — и призывают сегодня молодых людей идеологи новой моды, но это очень тяжелый симптом.

А что такое разрушение интимного стыда с точки зрения психиатрии? По мнению Ирины Медведевой, «это не просто навязывание разного рода извращений, типа вуайеризма (когда по телевизору показывают то, что происходит в чужих спальнях), но и популяризация сексопатологических отклонений. А сексопатология — часть психопатологии».

Но самое главное в разрушении интимного стыда то, что, рассказывая молодым людям о безопасном сексе, их подталкивают к удовлетворению сексуального интереса, принижая ценность семейно-брачных отношений, которые являются важнейшим элементом в строительстве нормальной психики. При их отсутствии неизбежны различные нарушения, весьма болезненные для психики. Это ведет, в частности, к умственной деградации всего общества.опубликовано

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: www.saphris.ru/otsutstvie-intimnogo-styda-priznak-shizofrenii-psixiatr/

Табу, страх страха и стыд стыда

Поделиться



«В семье повешенного о веревке не говорят», — говорила нам на 2 ступени обучения наш тренер Надежда Руманова, когда мы учились, как терапевты, обсуждать табуированные темы, — «А также о мыле и о табуретках».

Одно из препятствий, которое отравляет и без того непростые ситуации — это сложность обсуждать такие темы как секс, смерть и деньги.





Само по себе цивилизованное обсуждение этих тем уже снимает массу проблем в их решении, поскольку из-за невозможности говорить об этом, задавать вопросы и получать обратную связь, человек, имеющий трудности в табуированной зоне:

1. Имеет слепые пятна (то есть, мало информирован).

2. Сам себя пугает неизвестностью и страшными фантазиями, блокирует свои действия и мышление, а потому не эффективен (страх страха).

3. Испытывает сложности в общении с теми близкими людьми, кого эта тема непосредственно касается (недоразумения, взаимонепонимание, конфликты из-за отсутствия ясности и доверия).

4. Сильно заряжен на действия волнующей его темой и в связи с этим может поступать опрометчиво, тогда как простое обсуждение в принципе снижает заряд на действия, и может оказаться, что и делать-то ничего не нужно, или нужно намного меньше, чем казалось.

Обсуждение табуированных тем — вопрос тонкий, прежде всего потому, что табу — это не просто архаичный запрет, в нем есть довольно глубокий смысл: 

1. Сакральность. Все эти три темы касаются вопросов творческой энергии, того, что изначально является непознаваемым и божественным. Да-да, и деньги — тоже, поскольку сами по себе деньги — это всего лишь материализация творческого ресурса.

2. Интимность: это темы, более всего связанные с вопросами доверия.

3. Заряженность: эти вопросы (смерть, сексуальность и ресурсы) вызывают наибольшую включенность человека на биологическом уровне, связаны с инстинктами, архаическими чувствами, которыми трудно управлять, поскольку это — силы природы.

Что делает человек, которого волнует одна из этих тем? Он испытывает в ней трудности и нуждается в их разрешении.





Если в его окружении нет близкого человека, чьей этичности и компетентности в этих вопросах он доверяет — он интересуется этими вопросами у «ребят в подъезде», то есть в интернете.

Кажется, что в наше время «свободы слова» в интернете можно найти ответы на все вопросы, и все табу давно разрушены.

Однако, интернет не является достаточным для решения этих проблем по следующим причинам:

1. Общая информация, которую вы можете найти, не учитывает вашей уникальной, индивидуальной ситуации. А нюансы в этих трепетных вопросах имеют огромное значение.

Так, например, начитавшись о том, что является причинами сексуального охлаждения в супружеской паре, вы можете найти у себя и своего партнера все, что описано в медицинской энциклопедии, кроме родильной горячки, а сложность может оказаться вообще в другой зоне.

2. Никакое чтение текстов не поможет вам разобраться со своими переживаниями на эту тему, поскольку эта информация для ума, и ваших чувств опять же не учитывает. Там нет ответа о том, что, например, делать со своим страхом и стыдом перед близкими, если вы попались на разводку мошенников и потеряли все деньги.

3. Там нет человеческого живого, присутствующего, телесного соучастия, сопереживания, которое помогает справиться и перенести непереносимые, на первый взгляд, чувства по поводу возможной потери близких, например, или о своем физическом или психическом здоровье. Именно возможность быть в этих чувствах с другим живым человеком, который способен вас понять, отнестись к вам и вашим переживаниям с уважением, и сам подобное переживал и справился, дает возможность пережить трудные чувства и не разрушиться.

Страх и стыд сами по себе являются блокираторами действия и развития, не смотря на их природную полезность — оба эти переживания отвечают за целостность и безопасность человека.

Но если у вас нет возможности быть со страхом и стыдом принятыми другим человеком, если нет возможности обсудить стыдное и страшное, то страх страха и стыд стыда сковывают вас намертво, блокируя протекание всех остальных жизненно важных эмоционально-телесных процессов, и как следствие — вашей простой ежедневной деятельности.

Публичные обсуждения этих тем в социальных сетях или дружеских компаниях часто не дают облегчения просто потому, что нет той степени доверия, которая помогла бы оставаться максимально собой. Большей частью эти обсуждения, скорее, носят характер защиты от этих переживаний своей нарочитой открытостью и бравадой. Анонимные обсуждения так же не дают результата, поскольку реакции других людей адресованы не вам, живому и настоящему, а некоему виртуальному персонажу. Впрочем, и неанонимные — тоже.

К чему я вас склоняю, дорогие читатели. Если вы чувствуете что попали в эту ловушку — обращайтесь к терапевту или в психологическую группу, поскольку хороший психотерапевт, как никто другой, компетентен в обсуждении табуированных тем. Нас этому специально учат: не удивляться тому, чему удивляются обычные люди, сохраняя конфиденциальность и обнаруживая вместе с вами ваши индивидуальные особенности, и как сними обходиться в трудных вопросах. 

 

Автор: Нина Рубштейн

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: rubstein.livejournal.com/1153923.html

Главные враги на пути к стройному телу

Поделиться



Психотерапевт и психиатр Наталья Стилсон работает с нарушениями образа тела и пищевого поведения. Она уверена: главные враги на пути к стройному телу и здоровой психике — стыд и чувство отвращения к себе.

Вместо того, чтобы терзать свой организм жесткими диетами, и наказывать себя за каждый срыв спортивными нагрузками, нужно принять и простить свои пищевые ошибки и настроиться на долгосрочное сотрудничество с собственным телом.





— В чем психологические причины того, что многие люди недовольны своим весом, но, как ни стараются, не могут изменить ситуацию?

Нужно понимать, что работа над собой, в частности, похудение — долгий и постепенный процесс. С решения быстро и срочно что-то изменить в своем теле обычно начинаются нарушения пищевого поведения. Очень опасно желание «исправить» себя, похудеть, как можно скорее, и чтобы об этом никто не узнал. Помимо клинических случаев, (например, анорексии) тяга к быстрым решениям приводит к большому количеству скрытых расстройств. Люди годами пьют слабительные или мочегонные средства, надеясь похудеть. Обычно такие пациенты в первую очередь оказываются не у психолога или у психиатра, а у нефролога — у них начинаются проблемы с почками.

Поиск быстрых решений в этом вопросе опасен: люди садятся на жесткие экспресс-диеты, которые, по сути, сводятся к очистке кишечника и выводу воды из организма. После таких диет обычно все потерянные килограммы возвращаются, и даже более того. Нельзя решить проблему с весом быстро и навсегда.

— Как в таком случае изменить свой вес, не рискуя заработать пищевое расстройство?

В первую очередь надо осознать, что здоровое похудение и поддержание формы тела это длинный путь. Приходить в форму — долго. В процессе этого пути случаются срывы, расстройства и разочарования: не смогла влезть в любимое платье, не удержалась перед праздничным столом. Срывы, в свою очередь, вызывают чувство стыда, что только ухудшает ситуацию.

Самое главное при похудении помнить: если произошел срыв, это нормально. Срывы — ожидаемое явление. Мозг людей, которые привыкли много есть, запрограммирован на получение удовольствия от еды. Если вы корректируете свое питание, ждите, что мозг будет всячески мешать вам в этом. Не выдержали и наелись? Ничего страшного, выдохнули и продолжаем.

Очень вредно в таких случаях истязаться: многие «наказывают» себя за переедание дополнительными физическими нагрузками. По принципу: съел тарелку салата «Оливье» — 30 раз качаем пресс. Так делать не надо. Если срыв приводит к чувству вины и наплыву отрицательных эмоций, высок риск того, что очень скоро все повторится снова.

— А чем конкретно опасны стыд и чувство вины?

Именно из-за стыда многие люди, которые недовольны своей массой тела, не занимаются какой-то рациональной работой по ее изменению. Они просто сидят дома, и им стыдно. В том числе стыдно начать заниматься спортом, стыдно пойти в спортзал, где все наверняка будут над ними смеяться. От стыда и безысходности люди еще больше едят. Получается замкнутый круг, и подобное отношение формирует определенный задел для того, чтобы в будущем у таких людей развилось более серьезное пищевое расстройство.

— Сайты и форумы, посвященные борьбе с лишним весом, полны негативных эпитетов. Люди пытаются улучшить свою мотивацию, называя себя «жирными свиньями», «коровами» и прочими обидными словами. Помогают ли ненависть и отвращение к собственному телу настроиться на потерю веса?

Наоборот, эти чувства формируют негативные установки. В современном обществе принято думать, что полные люди обязательно должны испытывать к своему телу ненависть и отвращение. По умолчанию считается, что толстяки должны себя ненавидеть. Стыдиться себя учат с детства, и это очень плохо. Я уверена: нельзя указывать ребенку на полных людей, поясняя: «смотри, он такой толстый потому что много ест. Если ты будешь много есть, станешь таким же противным».

У меня был один клиент, которому отец в детстве говорил: «Будешь много есть, станешь жирным, никто не будет тебя любить. Будешь сидеть один дома в кресле и смотреть телевизор». К 50 годам человек сделал все, что папа велел.

Не стоит связывать форму тела с возможностью счастья, как это делают современные СМИ. Это как раз приводит к пищевым расстройствам: естественно, все хотят быть счастливыми. Люди, вылечившиеся от анорексии утверждают, что во время болезни внутренний голос твердил им: стоит сбросить еще несколько килограммов, и все в жизни будет хорошо.

Здоровое и положительное отношение к своему телу существенно помогает в процессе снижения веса.опубликовано 

 

Беседовала Татьяна Хрылова

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: theageofhappiness.com/posts/natalya-stilson-chtoby-spravitsya-slishnim-vesomizbavtes-otchuvstva-styda/31egji6bbg5

Брене Браун: Собственное несовершенство — единственное, что делает нас уникальными

Поделиться



Стыд — это эпидемия в нашей культуре, считает исследователь Брен Браун, посвятившая последние 5 лет проекту по исследованию межличностных коммуникаций. Ей удалось выяснить, что главной проблемой, лежащей в основе социального взаимодействия,является уязвимость и неспособность принять собственное несовершенство — единственное, что делает нас уникальными.





 

Первые десять лет своей работы я провела среди социальных работников: получила степень по социальной работе, общалась с социальными работниками, делала карьеру в этой области. Однажды к нам пришел новый профессор и сказал: «Запомните: все, что не поддается измерению, не существует». Я очень удивилась. Мы там скорее привыкли к тому, что жизнь — это хаос. И большинство людей вокруг меня пытались просто любить ее такой, а мне всегда хотелось ее упорядочить — взять все это многообразие и разложить по красивым коробочкам.

Я привыкла так: ударить дискомфорт по голове, задвинуть его подальше и получить одни пятерки. И я нашла свой путь, решила разобраться в самой запутанной из тем, понять шифр и показать остальным, как это работает. Я выбрала отношения между людьми. Потому что пробыв десять лет соцработником, начинаешь очень хорошо понимать, что мы все здесь ради отношений, они — цель и смысл нашей жизни. Способность ощущать привязанность, связь между людьми на уровне нейробиологии — вот ради чего мы живем. И я решила исследовать отношения.

Знаете, бывает, вы приходите к начальнику, и он вам говорит: «Вот тридцать семь вещей, в которых ты просто лучше всех, и вот есть еще одна вещь, в которой тебе есть куда расти». И все, что остается у вас в голове — эта последняя вещь. Моя работа выглядела примерно так же. Когда я спрашивала людей о любви, они рассказывали о горе. Когда спрашивала о привязанности, они рассказывали о самых болезненных расставаниях. На вопрос о близости я получала истории об утратах. Очень быстро, через шесть недель исследований,я наткнулась на безымянное препятствие, которое влияло на все.

Остановившись, чтобы разобраться, что это такое, я поняла, что это стыд. И стыд легко понять, стыд — это страх утраты отношений. Мы все боимся, что недостаточно хороши для отношений — недостаточно стройны, богаты, добры. Это глобальное чувство отсутствует только у тех людей, которые в принципе не способны строить отношения.

В основе стыда лежит уязвимость, которая возникает, когда мы понимаем, что для того, чтобы отношения состоялись, мы должны открыться людям и позволить увидеть себя такими, какие мы есть на самом деле.

Я ненавижу уязвимость. И я подумала, что это отличный шанс напасть на нее со всеми своими инструментами. Я собиралась проанализировать ее, понять, как она работает, и перехитрить ее. Я собиралась потратить на это год. В итоге он превратился в шесть лет: тысячи историй, сотни интервью, какие-то люди присылали мне страницы своих дневников. Я написала книгу о своей теории, но кое-что было не так. Если разделить всех опрошенных мной людей на людей, которые действительно чувствуют себя нужными — а в итоге все сводится именно к этому чувству — и тех, кто беспрестанно борется за это чувство, между ними было только одно различие. Оно заключалось в том, что те, у кого высокая степень любви и принятия, верят в то, что они достойны любви и принятия. И все. Просто верят, что они достойны этого. То есть, то, что отделяет нас от любви и понимания — это страх не быть любимыми и понятыми. Решив, что с этим нужно разобраться поподробнее, я стала проводить исследование этой первой группы людей.

Я взяла красивую папку, аккуратно подшила туда все файлы и задумалась, как ее назвать. И первое, что пришло мне в голову, было «Искренние».

Это были искренние люди, живущие с ощущением собственной нужности. Оказалось, что главным их общим качеством была смелость (courage). И это важно, что я использую именно это слово: оно было образовано от латинского cor, сердце. Первоначально оно означало «рассказать от всего сердца о том, кто ты есть». Проще говоря, у этих людей хватало смелости быть несовершенными. Им хватало милосердия для других людей, потому что они были милосердны к себе — это необходимое условие. И у них были отношения, потому что у них хватило смелости отказаться от представления о том, какими они должны быть, ради того, чтобы быть такими, какие они есть. Отношения не могут без этого состояться.

 





У таких людей было еще кое-что общее. Уязвимость. Они верили, что то, что делает их ранимыми, делает их прекрасными, и приняли это. Они, в отличие от людей в другой половине исследования, не говорили об уязвимости как о чем-то, что заставляет их чувствовать себя комфортно или, наоборот, причиняет огромные неудобства — они говорили о ее необходимости. Они говорили о том, что нужно уметь первым сказать: «Я люблю тебя», что нужно уметь действовать, когда нет никаких гарантий успеха, о том, как спокойно сидеть и ждать звонка врача после серьезного обследования. Они были готовы вкладываться в отношения, которые могут не сложиться, более того — считали это необходимым условием. Получалось, что уязвимость — не слабость. Это эмоциональный риск, незащищенность, непредсказуемость, и она наполняет наши жизни энергией каждый день. Исследуя эту тему больше десяти лет, я пришла к выводу, что уязвимость, способность показать себя слабым и быть честным — это самый точный инструмент для измерения нашего мужества.

Я тогда восприняла это как предательство, мне казалось, что мое исследование перехитрило меня. Ведь суть процесса исследования в том, чтобы контролировать и предсказывать, изучить феномен ради ясной цели. А тут я прихожу к выводу, что вывод моего исследования говорит, что нужно принять в себе уязвимость и перестать контролировать и предсказывать. Здесь у меня случился кризис.Мой терапевт это, конечно, назвал духовным пробуждением, но я вас уверяю — это был самый настоящий кризис.

Я нашла психотерапевта — это был такой психотерапевт, к которому ходят другие психотерапевты, нам надо иногда это делать, чтобы сверять показания приборов. Я принесла на первую встречу свою папку с исследованием счастливых людей. Я сказала: «У меня проблема с уязвимостью. Я знаю, что уязвимость — источник наших страхов и комплексов, но оказывается, что из нее также рождаются любовь, радость, творчество и понимание. Мне надо как-то с этим разобраться». И она, в общем, покивала и сказала мне: «Это не хорошо и не плохо. Это просто то, что есть». И я ушла разбираться с этим дальше. Вы знаете, есть люди, которые могут принять ранимость и нежность и продолжают с ними жить. Я не такая. Я с такими людьми и общаюсь-то с трудом, так что для меня это была уличная драка длиной в еще один год. В итоге я проиграла битву с уязвимостью, но, возможно, вернула себе собственную жизнь.

Я вернулась к исследованию и стала смотреть, какие решения принимают эти счастливые искренние люди, что они делают с уязвимостью. Почему нам так надо с ней бороться? Я опубликовала на фейсбуке вопрос о том, что заставляет людей чувствовать себя уязвимыми, и за час получила полторы сотни ответов. Попросить мужа поухаживать за тобой, когда ты болеешь, проявить инициативу в сексе, уволить работника, нанять работника, пригласить на свидание, выслушать диагноз у врача — все эти ситуации были в списке. Мы живем в уязвимом мире. Мы справляемся с ним, просто постоянно подавляя свою ранимость. Проблема в том, что чувства нельзя подавлять избирательно. Нельзя выбрать — вот у меня здесь уязвимость, страх, боль, это все мне не нужно, я не буду этого чувствовать. Когда мы подавляем все эти чувства, вместе с ними мы подавляем благодарность, счастье и радость, тут ничего нельзя сделать. И тогда мы чувствуем себя несчастными, и еще более уязвимыми, и пытаемся найти в жизни смысл, и идем в бар, где заказываем две бутылки пива и пирожные.

Вот несколько вещей, о которых, по-моему, нам стоит задуматься.

Первое — это то, что мы делаем из неопределенных вещей определенные. Религия прошла путь от таинства и веры к определенности. «Я прав, ты нет. Заткнись». Так и есть. Однозначность. Чем нам страшнее, тем мы уязвимее, и от этого нам только еще страшнее. Так выглядит сегодняшняя политика. Там больше нет дискуссий, нет обсуждений, только обвинения. Обвинение — это способ выплеснуть боль и дискомфорт.

Вторая — мы постоянно пытаемся совершенствовать свою жизнь. Но это так не работает — в основном мы просто перекачиваем жир со своих бедер на щеки. И я очень надеюсь, что люди через сто лет будут смотреть на это и очень удивляться.

Третья — мы отчаянно защищаем своих детей. Давайте поговорим о том, как мы относимся к своим детям. Они приходят в этот мир запрограммированными на борьбу. И наша задача не в том, чтобы взять их на руки, одеть красиво и проследить, чтобы в их идеальной жизни они играли в теннис и ходили на все возможные кружки. Нет. Мы должны посмотреть им в глаза и сказать: «Ты несовершенен. Ты пришел сюда несовершенным и создан для того, чтобы всю жизнь бороться с этим, но ты достоин любви и заботы». Покажите мне одно поколение детей, которых так воспитали, и, я уверена, мы удивимся тому, сколько нынешних проблем просто исчезнет с лица земли.

Мы притворяемся, что наши поступки не влияют на окружающих людей. Мы делаем это в личной жизни и на работе. Когда мы берем кредит, когда срывается сделка, когда в море разливается нефть, мы делаем вид, что мы здесь ни при чем. Но это не так. Когда такие вещи происходят, мне хочется сказать корпорациям: «Ребята, мы не первый день живем. Мы ко многому привыкли. Мы просто хотим, чтобы вы перестали притворяться и сказали: «Простите нас. Мы все починим».

Стыд — это эпидемия в нашей культуре, и чтобы вылечиться от него и найти обратный путь навстречу друг другу, нам надо понять, как он на нас влияет и что заставляет нас делать. Для постоянного и беспрепятственного роста стыду требуется три компонента: тайна, молчание и осуждение.

Противоядие от стыда — это сочувствие. Когда мы страдаем, самые сильные люди рядом с нами должны иметь смелость сказать нам: я тоже. Если мы хотим найти дорогу друг к другу, то эта дорога — уязвимость. И гораздо проще держаться вдалеке от арены всю свою жизнь, думая, что пойдешь туда, когда станешь пуленепробиваемым и лучшим. Дело в том, что это никогда не произойдет. И даже если ты максимально приблизишься к идеалу, все равно окажется, что когда ты выходишь на эту арену, люди не хотят с тобой воевать. Они хотят посмотреть тебе в глаза и увидеть твое сочувствие. 

 

Автор: Брене Браун, «Сила уязвимости»

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание- мы вместе изменяем мир! ©

Источник: theoryandpractice.ru/posts/6295-lyudyam-nado-nauchitsya-smelosti-byt-nesovershennymi-bren-braun-o-styde-i-uyazvimosti

Стыд и гордыня: 2 препятствия на пути к деньгам

Поделиться



Два препятствия на пути к финансовому благосостоянию

 

Давайте сделаем маленький эксперимент и разберем его результаты. Ситуация такая. Допустим, вы приходите в кафе с подругой и ей хватает денег только на кофе, а вам и на кофе, и на тортик. Отбросим то, что кофе мы не пьём и сахар не едим, это может быть что угодно. Есть факт – у вас денег сегодня больше, у нее меньше.

Итак, перед вами встаёт выбор — что делать?

Может быть, купить и ей торт? Или сделать вид, что она торта не хочет? Или есть торт и не думать о том, что думает она? Поделить свой торт на двоих? Отказаться от торта за компанию? Что выберете вы? А главное — какое чувство у вас внутри появляется? Какие мысли?





А если вы снова пришли в кафе и снова такая же ситуация? А если так происходит каждый день? Муж шутит, что через два месяца подруга, у которой денег меньше, будет стройнее и все же — что вы будете делать? И что вы будете чувствовать? Каждый день будете отказываться от торта? Как вы себя при этом будете чувствовать? И как будете ощущать себя по отношению к подруге?

Или каждый день будете покупать и ей торт? А если она через пару дней и на кофе не возьмёт денег, что тогда? Каждый день будете делить свой кусок? Перестанете ходить с ней в кафе? Что вы выберете в итоге? И какое чувство будет руководить вами?

Мы проводили этот тест в инстаграм, и, когда я просила писать о чувствах, многие писали о действиях, потому как тема чувств — запретная и непривычная. Говоришь человеку: «что ты чувствуешь?» А он начинает описывать то, что он делает. И все же, если собрать в кучу все написанное.

Есть два чувства, которые усложняют нашу финансовую жизнь. Стыд и гордыня.

И эти чувства у нас очень часто связаны с деньгами и появляются, когда денег становится чуть больше, чем обычно. Оба эти чувства блокируют для нас возможности зарабатывать и получать денег больше.

Все говорят, мол, мне бы миллион долларов, и все было бы отлично! Но почему-то миллион не приходит. Причин, конечно много разных. В том числе и потому, что человек этого не выдержит эмоционально. Либо появится жуткий стыд, либо разрастется гордыня. Его отношения, скорее всего, будут разрушены и жизнь может быть сломана. Поэтому денег и нет. И стоит разобраться, какое чувство больше ваше, чтобы справляться с ним, вместе с тем решая финансовые вопросы и задачи. Стыд или гордыня?

Когда у вас есть больше, чем у других, то легко может возникнуть стыд. Я бы даже сказала, почти у всех он и возникает. Перед близкими и родными, друзьями и знакомыми. Неприятное чувство, когда вы можете себе позволить больше. Вчера вас ещё любили, а сегодня на вас смотрят уже иначе, от вас больше ждут, требуют, и это дискомфортно. И многие это компенсируют, пытаясь давать денег тем, кто рядом просто так, развращая всех вокруг.

А многие просто решают отказаться от денег совсем, чтобы не выделяться. Часто — неосознанно.

Глупо отказываться от машины, если все твои друзья ходят пешком. Гораздо лучше иметь машину и пользоваться ей иногда и для того, чтобы помогать другим, когда вам по пути. Точно так же с деньгами.Пока у вас внутри есть стыд, вы не сможете выйти за его пределы и заработать больше. Стыд вернёт вас в комфортный для вашего окружения уровень.

На некоторых тренингах задается вопрос — кому будет плохо, если вы будете богаты? И как вам с этим живётся?

А ещё бывает гордыня. Мол, я лучше других потому, что у меня больше денег, и поэтому общаться с тобой не буду, ты нищеброд. Из этой оперы сейчас все эти модные теории о том что мужчина с заработком меньше 50-300 тысяч не имеет права размножаться. Кто этот бред вообще придумал?

Тут всегда вспоминаю одного известного бизнесмена, который не так давно посылал всех, у кого нет миллиарда, кое-куда, но где и как он сейчас? Сегодня деньги есть, но не факт, что так же будет и завтра. Поэтому гордиться тут особо нечем. Это может быть «наследство» предыдущей жизни, когда в этой мы лишь пожинаем плоды, ничего особо не делая. Ну соберёшь прошлый урожай — а дальше?

Если у нас разрастается гордыня и мы мним себя выше, то очень скоро мы оттуда упадём лицом в грязь. И это будет очень больно.





И если вернуться к деньгам. Деньги — это одна из энергий, которая может помочь вам сделать мир лучше. Не должно быть стыда, не должно быть гордыни. Честно зарабатывать и тратить с состраданием. И все.

Тратить деньги с состраданием в случае с тортом — это значит, что можно сегодня поделить свой кусок, угостить ее или отказаться от торта. А завтра просто не ходить с подругой туда, где и вам, и ей дискомфортно. Общаться в других местах — на прогулках, в гости ходить. Не кафе едиными жив человек.И не только деньгами жизнь измеряется.

Нет ничего постыдного в том, чтобы быть обеспеченным. Но и нет ничего такого особенного в том, что у вас много денег. Это не делает вас лучше или уникальнее.

Деньги — это просто деньги. Одна из составляющих материальной жизни. Не более того.

Говорят, что для изменения жизни нужно изменить окружение. Да, это проще всего. Но куда вы денете, например, родителей, выросших в СССР и неосознанно осуждающих любое богатство, даже ваше? Выбросите?

Поэтому мне кажется, менять в первую очередь нужно своё внутреннее ощущение, работать со своими чувствами. И именно так воздействовать на ситуацию, чтобы она пришла к состоянию гармонии. Денег не должно быть много или мало.Их должно быть достаточно. А уж достаточно у каждого свое. опубликовано 

 

Автор: Ольга Валяева

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: valyaeva.ru/dva-prepyatstviya-k-finansovoj-garmonii/

12 сфер стыда

Поделиться



Если вспомнить «12 сфер стыда» (внешний вид, деньги и работа, родительство, семья, воспитание, психическое и физическое здоровье, пристрастия, секс, старение, религия, переживание травмы, стереотипы), то первичным фактором для женщины, с точки зрения его мощности и универсальности, является самая первая область: внешность. 

Вот так! Даже с учетом повышения сознательности и применения критического мышления, мы все еще испытываем стыд, если считаем себя недостаточно стройной, молодой или красивой.





Интересно, что среди факторов, провоцирующих чувство стыда у женщин, материнство стоит на втором месте. И (бонус!) вам не обязательно быть матерью, чтобы испытать материнский стыд.

Общество считает, что женская природа подразумевает материнство, поэтому наша ценность как женщины часто определяется нашей ролью как матери или как потенциальной матери.

Женщин постоянно спрашивают, почему они не замужем или, если они замужем, почему у них нет детей. Даже тех женщин, которые замужем и уже имеют одного ребенка, часто спрашивают, почему они не рожают второго.

Если вы держите дистанцию с детьми, то вас спрашивают: «О чем вы вообще думаете?» Если вы слишком близки с ними, то вас спросят: «Зачем?» Если вы ходите на работу, то первый вопрос: «А как же дети?» Если вы не работаете, то непременно заметят: «Какой пример вы подаете своим дочерям?» Материнский стыд преследует женщин на протяжении всей жизни.

При этом для женщин настоящим испытанием, усиливающим чувство стыда, является то, что общественные ожидания предписывают им быть совершенными. И вот еще что важно: нужно, чтобы казалось, будто женщины не прикладывают для этого никаких усилий.

Женщины хотят как-то реализовать это ожидание. Все должно даваться легко. Ожидание состоит в том, что у женщин все должно быть естественным – красота, материнство, лидерство и в результате они стремятся к естественно прекрасным семьям.

Подумайте о том, сколько денег заработано на продаже продуктов, которые обещают «естественный вид». И мы все рады услышать: «У нее все так просто получается» или «Она естественная, она настоящая». Я познакомилась с огромным количеством определений и примеров, которые приводили женщины в наших беседах, и обнаружила, что все это сплетается в плотную паутину.

Это сложная паутина противоречивых ожиданий, которые диктуют:

  • кем мы должны быть;

  • какими мы должны быть;

  • как этого достичь.

Когда я думаю о своих собственных попытках стать всем для всех – то есть о том, чего от женщин ждет общество, – я вижу, как каждый мой шаг еще сильнее затягивает меня в эту паутину. Каждый мой шаг в попытке выпутаться приводит к тому, что я еще больше застреваю.

Это оттого, что каждый выбор имеет свои последствия и приводит к тому, что хоть кто-то, но обязательно будет разочарован. Паутина является метафорой для классической ситуации «двойной капкан».

Мэрилин Фрай описывает двойной капкан, как «ситуацию, в которой выбор сведен к минимуму, при этом каждая альтернатива ведет к наказанию, цензуре или ограничениям в самом необходимом».

Если взять конкурирующие и конфликтующие ожидания (которые часто недостижимы с самого начала),то мы получим следующее.

  • Будьте совершенны, но не поднимайте шум по этому поводу. Для достижения совершенства не отнимайте время у своей семьи, партнера или работы. Если вы действительно хороши, то совершенство должно быть легким.

  • Никого не расстраивайте и не обижайте, но говорите то, что думаете.

  • Дайте волю своей сексуальности (после того, как уложите детей спать, выгуляете собаку и уберетесь в доме), но делайте это, когда вы отдохнули и у вас есть свободное время.

  • Будьте собой, но не будьте застенчивой или неуверенной в себе. Нет ничего сексуальнее, чем уверенность в себе (особенно, если вы молоды и прекрасны).

  • Не заставляйте людей чувствовать себя неудобно, но будьте честной.

  • Не будьте слишком эмоциональной, но и не слишком непроницаемой. Чрезмерная эмоциональность делает вас истеричной, а чрезмерная непроницаемость – бессердечной.

В одном американском исследовании на соответствие женским нормам ученые перечислили наиболее важные атрибуты «женственности». В список попали аккуратность, стройное тело, скромность, предполагающая, что женщина не акцентирует внимание на своих талантах и способностях, уход за домом и детьми, вклад в романтические отношения, поддержка сексуальной близости с одним партнером и забота о внешности.

То есть мы должны быть тихими, незаметными, скромными и прелестными и использовать свое время и талант, чтобы выглядеть красиво. Наши мечты, амбиции и желания не важны. Не дай бог, чтобы какая-нибудь молодая девушка, которая захотела найти лекарство от рака, прочитала этот список и решила его придерживаться. Если она это сделает, мы никогда не узнаем о ее гениальности – я просто уверена в этом.

Почему? Потому что каждая успешная женщина, с которой я разговаривала, рассказывала мне о ежедневной борьбе против «правил» для того, чтобы самоутвердиться, выступать за свои идеи и, будучи облеченной властью, чувствовать себя комфортно.

Для меня сейчас проблема «быть тихой, скромной, незаметной и прелестной» звучит уже неактуально и кажется устаревшей, но женщины по-прежнему сталкиваются с этими требованиями, когда хотят, чтобы их голос услышали.





Когда видео с конференции TED-Хьюстон вышло в эфир, я хотела умереть. Я просила своего мужа Стива взломать сайт TED и «убить это видео». Я мечтала ворваться в офис, где хранилось видео, и выкрасть его. Я была в отчаянии. Именно тогда я поняла, что подсознательно старалась на протяжении всей своей жизни сделать свою работу незаметной.

Мне нравилось писать для небольшого сообщества читателей, потому что это было легко и относительно безопасно. Популярность была именно тем, чего я всегда старалась избежать. Я не хотела «показываться», и я была в ужасе от критики, которая так распространена в интернет-культуре. Большая ее часть была направлена на укрепление норм из серии «сиди тихо».

Когда новостная программа разместила видео на своем сайте, в «Комментариях» вспыхнули жаркие споры (конечно же!) о моем весе. «Как она может говорить о самоуважении, когда ей явно надо похудеть?» На другом сайте взорвалась дискуссия об уместности срыва у матерей. «Я сочувствую ее детям. Хорошие матери держат себя в руках».

Нечто подобное произошло, когда я написала статью о несовершенстве. Для сопровождения статьи редактор использовал фото моей хорошей подруги, у которой на майке в районе груди было написано: «Я – самодостаточный человек». Это прекрасное фото, которое висит в моем кабинете в качестве напоминания. Конечно, фото вызвало комментарии вроде: «Она может полагать, что она самодостаточна и полноценна, но груди у нее явно недостаточно» и «Если бы я была похожа на Брене Браун, я бы тоже задумалась о несовершенстве».

Я знаю, что эти примеры – симптомы жестокости современной культуры, в которой каждый, якобы, выступает за честность, но подумайте о людских нападках: удары приходятся в первую очередь на внешность и материнство. Ведь они даже не пытались задеть мой интеллект или мои доводы, потому что это не задело бы меня слишком сильно.

Таким образом, эти социальные нормы совсем не устарели. И стыд способствует их усилению. И это еще напоминание о том, почему устойчивость к стыду является необходимым условием для уязвимости.

Я полагаю, что мое выступление на TED-Хьюстон стало великим дерзанием. Рассказ о собственных трудностях стал для меня проявлением мужества, учитывая мое стремление к постоянной самозащите и использованию для этого всего арсенала моих исследований.И единственная причина, по которой я не сдалась (и вообще пишу эту книгу), в том, что я выработала некоторые довольно жесткие навыки по стыдоустойчивости.

Я точно помню, что эти комментарии вызвали во мне стыд, и я быстро смогла сопоставить их с реальностью. Да, мне было больно. Да, я была зла. Да, я рыдала. Да, я хотела исчезнуть. Но я разрешила себе чувствовать все это в течение нескольких часов или дней, а потом я обращалась за помощью к людям, которым доверяю, которых люблю, я рассказала им о своих переживаниях и начинала двигаться дальше. Я чувствовала себя более мужественной, более сострадательной, более взаимосвязанной с другими людьми. (Я также перестала читать анонимные комментарии. Если вы не «на арене» вместе с нами, то я не заинтересована в обратной связи.)опубликовано 

Из книги Брене Браун «Великие дерзания»

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: vk.com/wall-99950428?offset=80&own=1&w=wall-99950428_126

Выученнаая хорошесть — опасная привычка!

Поделиться



Нас с детства учат быть хорошими. Только вот хорошесть понимается всеми по-разному, в каждой семье. Оттого она всегда субъективна. 

Но есть и распространенные идеи о хорошести:

Скажи спасибо — учат нас быть вежливыми;

Не будь жадиной, поделись с Ваней игрушкой/конфетой/чем-либо ценным — оценочно стыдят нас родители за эгоцентризм, мешающий интегрироваться в общество;

Не кричи/не ругайся/не злись/не конфликтуй — учат нас быть удобными, опять-таки, во имя интеграции в общество;

Не ной, нюня/рева-корова — учат не показывать нас уязвимость.





Вообще-то во всех этих воспитательных моментах есть здравое, на мой вкус, зерно:

Вежливость позволяет сделать приятным или хотя бы сносным сосуществование с другими людьми, не тратя силы на прояснение отношений (вступать во включенные отношения с кассирами супермаркета, например, утомительно);

Делиться с другими позволяет научиться соотноситься с другими, замечать их, транслировать дружелюбие, приглашать в отношения, заботиться.

Способность решать конфликты без применения силы/криков/оскорблений/рукоприкладства позволяет не рушиться и не рушить других.

Не показывать свою уязвимость всем подряд, позволяет обезопасить себя от обесцениваний и использования.

Но все эти здравые зерна рушатся, если вся эта выученная хорошесть становится должествованием, за невыполнение которого расплата — стыд.

Стыд всегда есть там, где есть оценка «хороший/плохой». И очень часто, если мы не делаем как «хорошие» мальчики/девочки (то есть так, как нас оценивали значимые взрослые), то тогда всплывает жгучее, ядовитое клеймо, высасывающее силы, парализующее «я плохой».

Клеймо это настолько сильное, что даже когда речь заходит о ценностях, парализованность стыдом может быть сильнее импульса остаться собой, соответствовать своим ценностям.

Сколько матерей и отцов, любящих своих детей, желающих их защитить, вступали в ступор, если их ребенка обижали в школе учителя или директор? Или врачи. Или любые властные фигуры на которые мы бессознательно навешиваем родительскую роль. 

Потому что это фигуры, наделенные властью

И часто взрослые умные люди вдруг становятся будто снова детьми, впадающими в эту знакомую оторопь, которая толкает на избегание конфликта с такими фигурами, даже если дело заходит неприлично далеко.

Сколько умных людей попадались на удочки манипуляторов, самая частая фишка которых — выставить все так, что они хорошие, любезные, вежливые, даже если при этом откровенно используют, и вот хочется их послать, а тут вдруг стыд сковывающий: «ну ведь он(а) вежлив(а), и все так красиво обставлено хорошими поступками, что если я выражу то, что я чувствую (пошлю, короче), то я буду виноватой/ым в том, что послал(а) хорошего человека». Будто посылать можно только если очевидно нарушаются границы. А если они нарушаются по-хитрому, с приемом «а ручки-то — вот они!», то посылать вроде как-то неадекватно. А самому становиться манипулятором ну совсем не хочется, ибо это противоречит личностным ценностям.

Сколько людей чувствуют потребность в поддержке, но не выражают ее, не показывают, не говорят о своих чувствах. Даже с теми, кому доверяют. Потому что берегут их. Так же, как учили родители беречь их от своей уязвимости, потому что переживать родительское бессилие куда сложнее, чем научить ребенка прятать отчаяние, злость, печаль и горевание

И, так как мало кого из нас поддерживали в том, как можно проживать сложные чувства, как их можно безопасно выражать, то родитель не может, естественно, научить ребенка тому, чего не умеет сам. Приходится затыкать, запрещать, запугивать и пристыживать. В общем, делать все то, что родитель делает сам с собой.

И получается, что выученная хорошесть часто становится разрушающей, парализующей, сковывающей стыдом.



Что делать?

Искать середину. Искать свои собственные оценки и адекватность. Ведь в разных ситуациях невозможно применять один и тот же шаблон.

Адекватно ли вежливых мошенников слать лесом, даже если внешне все шито-крыто? На мой вкус — адекватно. 

И, естественно, им это не нравится. Для них вы становитесь плохим хамом.

Да, быть плохим неудобным хамом с вежливыми людьми, которые по форме делают все правильно, но по сути, хотят вас отыметь, это плохо. Для них. Но можно, конечно, позволить себя насиловать во имя соответствия понятию «вежливый хороший человек».

Адекватно ли отказывать «хорошим людям», которые вроде не делают ничего плохого, но ощущение, что вас имеют? Вроде ничего плохого человек не делает, но эта назойливость, обличенная в благовидные предлоги, глубочайшая обида, если не давать желаемое, молчаливое жертвенное молчание, наполненное трагизмом и демонстрацией разрушения… или демонстративная гордость, выражающая обиду… или вежливое «да ну ничего страшного, все в порядке. Прости-извини, это я во всем виноват(а)», приглашающее почувствовать себя жестокой бесчувственной тварью. 

Адекватно ли быть жестокой бесчувственной тварью по отношению к тем, кто играя на светлых чувствах стремиться хапнуть желаемое? На мой вкус — да.

Читала тут в интернетах описание весьма забавных случаев.

Например, человек размещает объявление о продаже чего-либо и стучится девушка с примерным текстом:

— Ой, мне так понравилась сумка, которую вы продаете. А я мама двоих детей, сижу в декрете, денег нет, времени нет. Может быть вы поможете одинокой мамочке, привезете мне свою сумку бесплатно, а я вам буду безмерно благодарна!

— Нет, извините, сумка продается за вполне конкретную цену.

— Бог вас накажет за то, что вы не помогаете тем, кому так трудно!

Восхищение, услужливость, причинение добра — в ту же копилку. Такая манипуляция работает по принципу: ну я же только добра желаю, от всего сердца, с самыми светлыми намерениями, а меня посылают. Так делают только бесчувственные жестокие люди, обесценивающие светлые порывы. А то, что этот «светлый порыв» — «медвежья услуга», это место проезжается как бы невзначай. А дальше в этом сценарии идут сплети, обвинения и обиды в стиле «я столько всего сделал(а), и так старалась, и сяк, а меня...». Хотя на деле схема выглядит так: человек делает что-то другому, что бы тот чувствовал себя обязанным/хорошим/ценным/нужным, НО взамен на то, что нужно автору причинения добра или лести.

Адекватно ли жестко ставить границы пристыживателям, которые суют нос не в свое дело?

— Ой, ты такая классная! А почему ты до сих пор не замужем/нет детей/не преуспела в карьере/не сделала что-либо.

В таком, казалось бы, привычном вопросе, уже содержится оценка. Типа «классные» — это те, кто в браке/с детьми/успешные в карьере/сделали что-либо.

А ловушка стыда в чем? Что если доверяться чьей-то оценке про собственную хорошесть, то автоматом, неизбежно открывается доверие к оценке «ты плохой» (что и есть пристыживание).

И получается, от этого вопроса, если довериться оценке собеседника, можно сначала приподняться, и вот в этой приподнятости почувствовать что-то горькое, отравляющее. Стыд, короче. И начать оправдываться про то, отчего же до этой «классности» не получилось дотянуться. Или пуститься в долгие дискуссии про то, как космические корабли бороздят просторы жизненных перипетий.

В общем, я, как человек не понаслышке знакомый с токсическим, внушенным стыдом, и посвятивший этой теме не один год исследований — и личных, и профессиональных, всячески поддерживаютщательно пережевывать транслируемые нам из вне оценки и формировать свои собственные, ориентируясь на каждую конкретную ситуацию и контекст.опубликовано 

 

Автор: Ксения Аляева

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: alyaeva.livejournal.com/108452.html