Тетрада Маклюэна— как автомобили, селфи и DIY связывают нас с прошлым

Поделиться



Что общего у любителя селфи с Рембрандтом, как новинки попадают в поле нашего зрения text-align:justify">и почему любая инновация рано или поздно становится своей противоположностью? Как найти общие закономерности в том, как рождаются и исчезают продукты человеческой мысли и труда объяснил философ и исследователь медиа Маршалл Маклюэн — один из самых цитируемых ученых XX века. T&P публикуют его четыре закона, которые действуют для любого искусственного объекта, созданного человеком.





В конце жизни Маклюэн решил ответить критикам, ставящим под сомнение научную обоснованность его работ. В книге «Laws of Media: The New Science» он сформулировал четыре закона, которые действуют для любого медиа в его понимании — то есть, для любого искусственного объекта, созданного человеком (Маклюэн называл такие объекты артефактами).

По мнению ученого, из артефактов складывается наша среда обитания, и у разных культур и сообществ она выглядит по-разному. При этом искусственная среда постоянно трансформируется, поскольку каждый новый объект меняет связи между существующими. Рассказ Рэя Брэдбери «И грянул гром» — о том, как смерть одной бабочки отразилась на будущем целой страны — как раз про это. Чтобы описать, как новый артефакт влияет на среду, Маклюэн взял модель «фигура-фон» из теории гештальта.

Когда мы смотрим на гештальт-рисунок, мы можем увидеть либо одно, либо другое изображение, тогда как в реальности существуют оба. То, что мы воспринимаем — это «фигура», остальное — «фон». Похожим образом человек пользуется артефактами — в нашем мире сосуществует огромное количество предметов и идей, но одни активно задействованы в важных общественных процессах и повседневных практиках, а другие нет. Переход артефактов из состояния «фигуры» в «фон» и обратно — и есть основа трансформации искусственной среды человека. Четыре ключевых точки этого перехода и составляют «тетраду Маклюэна».Новое раздвигает рамки

Каждый новый артефакт расширяет возможности человека — с его появлением мы можем осуществлять ту или иную практику лучше, проще или быстрее, чем прежде. Это делает использование артефакта актуальным («фигурой») до появления более «продвинутого». Например, многопиксельные камеры в смартфонах позволяют фотографировать все, что встречается на пути, более быстро, чем классический цифровой фотоаппарат.

Старое отступает и приспосабливается

Каждый новый артефакт приводит к тому, что практика использования артефакта-предшественника с той же целью устаревает и уходит на второй план, с позиции «фигуры» в «фон». Это не значит, что новое непременно убивает старое — оно приводит к тому, что старое перестает использоваться в прежних целях, но если ему можно найти новое применение, оно не умрет. Например, распространение радио не убило прессу, как боялись некоторые, но сместило ее с позиции оперативного информирования, развернув в сторону аналитики.

Меняется не суть практики, а способ ее воплощения

Каждый новый артефакт возвращает практики из разных эпох, которые прежде были связаны с использованием других инструментов. Это очень важный и интересный элемент тетрады. По сути, получается, что все новое — хорошо забытое старое, но на другом витке развития. Например, смски снова сделали «фигурой» практику отправки короткого текстового сообщения, которую раньше люди осуществляли с помощью телеграммы. Селфи возвращает практику автопортрета, теперь для широких масс. Ведь в прошлом распространение зеркал привело к тому, что художники смогли массово писать свои портреты — после чего их начали обвинять в нарциссизме.

Инновация со временем становится своей противоположностью Каждый новый артефакт рано или поздно достигает предела своего развития и обращается в свою противоположность — с точки зрения того, какие возможности человека он расширяет. Он уходит из положения «фигуры» в «фон», освобождая место чему-то новому. Многие компьютерные программы, которые вначале были заточены под быстрое выполнение одной-единственной функции (например, просмотр изображений, запись на диск, прослушивание аудио), с добавлением новых опций стали все медленнее выполнять свое исходное предназначение. На смену им пришли другие программы и возможности. Но опять же, это не означает, что любой артефакт умирает, исчерпав себя.

Эти законы очень просты, но с их помощью можно описать развитие любой инновации (классические примеры перечислены в книгах Маклюэна «Законы медиа: Новая наука» и «Глобальная деревня: трансформация в мировой жизни и медиа в XX веке»). Например, мода на курение. Эта практика придает курящему уверенность, успокаивает, помогает не испытывать неловкости в группе незнакомых людей. Таким образом, из прошлого курение возвращает ритуальность, ощущение безопасности внутри группы. А дойдя до крайности, привычка приводит к противоположному эффекту — повышению нервозности и развитию зависимости.Другой пример — банковские кредиты. Активное использование этой практики увеличивает уровень инфляции, и рано или поздно от нее начинают отказываться. Единоличная собственность устаревает, и все смещается в сторону аренды. Таким образом, мы возвращаемся к образу жизни древних племен — исчезают наличные деньги, вновь становятся популярными бартер и DIY. А все, кто вовлечен в процесс кредитования, рискуют обанкротиться. Сам Маклюэн исследовал по этой модели различные артефакты западного общества. Например, автомобиль во второй половине XX века был «фигурой» среднего класса в США. Он позволил человеку перемещаться из точки А в точку Б с большой скоростью, находясь при этом в закрытом личном пространстве. Прежние средства передвижения резко отодвинулись на второй план. При этом, согласно Маклюэну, автомобиль возвращает из практик прошлого «ощущение квеста, поиска». Автомобилист в XX веке так же свободен в пространственной экспансии, как рыцарь на коне в Средние века. Но достигнув предела своего развития, всеобщая автомобилизация замедляет скорость передвижения: появляются многочасовые пробки. Тогда в обществе появляется мода на пешие прогулки. Она ведет к развитию велосипедного движения — тренд расширяется за счет увеличения скорости велосипеда по сравнению с пешеходом. Но велосипед возвращает из «автомобильного прошлого» потребность в более или менее ровной и отделенной от пешеходов дороге.Современные реалии подробно рассматриваются через призму «тетрады Маклюэна» в книге Джозефа Дуггана «Галактика Цукерберга: пособие для начинающих в медиа-Мальстриме», (названной вслед за маклюэновской «Галактикой Гуттенберга») и Пола Левинсона«Маклюэн для цифровых медиа: гид по информационному миллениуму». В интернете есть и подборка комиксов, объясняющих историю развития смартфонов — тоже согласно этим законам. Правила тетрады пытаются применять в IT-прогнозах, в менеджменте, образовании и других сферах. При этом предложенная Маклюэном модель открыта для дальнейшей разработки — как писал сам ученый, исследование в этой области только началось

Источник: theoryandpractice.ru

Критическое переосмысление прошлого: кто такие «белые мертвые мужчины»

Поделиться







© Brest Brest Brest

Даже сегодня можно услышать, что все основные открытия и достижения в сфере культуры — завоевание мужской половины человечества. Однако белые и, как правило, гетеросексуальные мужчины не только создавали культуру, но и продолжают определять каноны и нормативы ее оценки. T&P объясняют, что означает и что деконструирует популярное в критической теории выражение Мертвые белые мужчины.

Кто формировал мировую культуру и общество?

Представительницы и представители различных миноритарных дискриминируемых групп часто слышат в свой адрес упрек в том, что члены сообществ, к которым они принадлежат, никогда толком не оказывали влияние на развитие общества в целом и культуры в частности, и таким образом дали повод предсказывать, что и в будущем с их стороны это влияние оказываться не будет. В силу отсутствия способностей к активной деятельности и бог знает чему еще. И ведь действительно: с античности и до нашего времени практически каждый кирпич, заложенный в основу здания, которое собой представляет современная культура, — это белый мужчина, в большинстве случаев уже успевший умереть, этим актом и своими достижениями заслужив бессмертие. Одни белые мужчины свершениями и завоеваниями формировали историю, другие белые мужчины документировали и воспевали их подвиги, третьи воспринимали и тех, и других как ролевую модель и продолжали их дело.

Откуда появился термин?

Вспоминается британский фильм A Matter Of Life And Death 1946 года: главному герою предназначено умереть, и, чтобы оспорить свой приговор в Высшем Небесном Суде, он выбирает адвоката из всех когда-либо живших великих людей, громадными памятниками которых уставлена бесконечная лестница, ведущая в загробный мир. Нужно ли пояснять, что там нет ни одной статуи, изображающей людей, которые бы не вписывались в определение «Мертвые белые мужчины» — определение, с некоторых пор имеющее место в американском и в целом западном культурно-философском дискурсе, и нельзя сказать, что у него положительная коннотация.

Сам термин является отсылкой к Теории великих людей, появившейся и пользовавшейся большой популярностью в XIX веке: одним из главных ее сторонников был философ и историк Томас Карлейль, автор книги «Герои, почитание героев и героическое в истории». Он и другие участники дискурса восхищались великими личностями, утверждали, что все достижения цивилизации — результат деятельности некоторого количества выдающихся людей, и противопоставляли этих людей бессмысленной серой массе. Эту теорию подвергали сомнению еще во времена ее распространения. Что уж говорить о настоящем времени, когда для многих очевидно, что именно совокупность человеческих усилий приносит самые впечатляющие результаты. Критическое переосмысление прошлого — залог развития.

Что критикует это понятие?

С помощью термина «Мертвые белые мужчины» одновременно критикуется и взгляд на западную культуру и так называемую «высокую культуру» как на единственную достойную внимания и определяющую прогресс всего человечества, и заостряется внимание на том, что возможность оказывать влияние на социум — привилегия, которой до недавних пор обладали представители довольно широкой группы людей, но при этом в некотором роде элиты — доминирующей над остальными.

Кроме того, это понятие деконструирует систему четких иерархий и беспрекословный авторитет классиков, которые такие белые, такие великие и такие мертвые, что их не принято критиковать никогда и ни за что. С помощью выражения «Мертвые белые мужчины» мы как бы говорим: «Эй, я не имею к ним отношения! Почему я должна смотреть на них, затаив дыхание, и принимать на веру все, что они сказали?». Например, американская скульптор Дженет Скаддер в свое время заявляла: «Я не хочу присоединяться к уродованию американских городов мужской самовлюбленностью, с одержимостью заставляющей все рядами безобразных статуй мужчин-мужчин-мужчин, одна другой безобразней: кто стоя, кто сидя, кто на коне, и каждый напыщенно убежденный в том, что он собой украшает ландшафт».

Кто определяет списки классиков?

Что и говорить — взять хоть Шекспира, хоть Маркса, хоть Фрейда и так далее (аббревиатуру DWM — Dead White Men — часто расшифровывают и как Durkheim, Weber, Marx): все они и подобные им важные мужчины вписываются в понятие «классики», а ведь даже происхождение этого слова отлично указывает на элитизм явления, а также на существенную роль в становлении личности внешних факторов наряду с персональными особенностями.

В Древнем Риме граждан делили на шесть групп по имущественному признаку, и первые пять назывались классами, а представители шестой, самой богатой, — классиками. Ясное дело, что как в античные времена члены остальных групп не могли стать классиками, какими бы качествами они ни обладали, так и в течение других исторических периодов вплоть до нашего времени небелым и немужчинам приходилось и приходится преодолевать гораздо больше препятствий на своем пути к известности. В том числе не только в силу того, что множество дорог для этих людей всегда было либо вовсе закрыто, либо проход по этим дорогам был максимально затруднен, но и потому, что, как указано выше, белые мужчины традиционно не только делают, но и пишут историю или составляют различные списки вроде «Ста лучших писателей» или «500 лучших песен по версии такого-то музыкального журнала». Поэтому заслуги людей из других категорий они часто не замечают и не учитывают. Эти обстоятельства и критикуются с помощью понятия «Мертвые белые мужчины».

Зачем сегодня нужен этот термин?

Зачем это нужно, учитывая, что все они сыграли свою роль и уже умерли? Потому что сейчас общество все еще находится на том уровне, когда ему необходимо напоминать о том, что перспектив может быть несколько: важно понимать, что, будь у тех, кто всегда молчал, возможность высказываться и действовать, грандиозные события могли бы выглядеть совсем по-другому. И еще важно знать, что, когда представительницы и представители миноритарных дискриминируемых групп получат собственные голоса взамен «лестной» возможности быть объектами, с которыми белые мужчины взаимодействуют в процессе свершения великих дел, тогда и они начнут творить историю. Они уже начали — XX век прекрасно это продемонстрировал. опубликовано 

Источник: theoryandpractice.ru

Стать доктором Лайтманом: как научиться распознавать ложь

Поделиться







© Matthieu Bourel

«Обмани меня» — один из немногих сериалов, в основе которых лежит подтвержденная научная гипотеза. Прототипом его главного героя, доктора Кэла Лайтмана, стал крупнейший специалист в области психологии эмоций Пол Экман. Он обнаружил, что с точки зрения мимики люди любой культуры одинаково выражают чувства, и открыл микродвижения — короткие эпизоды мимической активности, которые указывают на эмоции, — даже в случаях, когда человек старается их скрыть. 

Долгое время наука не обращала на мимику никакого внимания. Впервые ей занялся Чарльз Дарвин, в числе прочих своих работ опубликовавший в 1872 году книгу «О выражении эмоций у человека и животных». Ученый заявил, что выражения лица универсальны не только для нашего вида, но и для животных: например, как и собаки, люди скалятся, когда испытывают гнев. При этом Дарвин утверждал, что наши жесты, в отличие от мимики, можно назвать условными, и был уверен, что они зависят от того, в какой культуре принадлежит человек.

Почти век эта работа Дарвина оставалась практически забытой. Если ее и вспоминали в научных кругах, то только для того, чтобы оспорить. Лишь в 30-х годах XX века к ней обратился французский нейроанатом Дюшен де Булон, который старался опровергнуть теорию нацистского ученого, утверждавшего, будто «представителей низших рас» можно узнать по жестам.

В 60-х годах гипотезы, озвученные в «О выражении эмоций у человека и животных» и многократно упомянутые у де Булона, популяризовал американский психолог Пол Экман. Он провел ряд исследований, чтобы проверить эту теорию, и выяснил, что Чарльз Дарвин был прав: в разных культурах жесты и впрямь различаются, а вот мимика — нет. Оппоненты Экмана утверждали, что всему виной Голливуд и телевидение, которое транслирует усредненный образ мимики, во многом принимаемый за эталон в разных странах. Чтобы оспорить это предположение, в 1967 и 1968 годах ученый исследовал мимику представителей одного из племен в Папуа Новой Гвинее. Эти люди ни разу не контактировали плотно ни с западной, ни с восточной культурой и находились на этапе развития, аналогичном каменному веку. Экман обнаружил, что и в этом случае основные эмоции выражались теми же способами, что и во всем мире. «Система кодирования лицевых движений» (FACS) — метод классификации выражений лица человека, изначально разработанный Полом Экманом и Уоллесом Фризеном в 1978 году и основанный на подборке фотографий с соответствующими эмоциями — оказалась универсальной. Эта своеобразная нотная запись для лица и сегодня позволяет определить, из каких мимических движений состоит то или иное эмоциональное выражение.

От удивления до презрения: семь универсальных эмоций




Существует всего семь эмоций, которые имеют универсальную форму выражения:

— удивление,
— страх,
— отвращение,
— гнев,
— радость,
— печаль,
— презрение.

Все они зашифрованы в FACS и EmFACS (обновленной и расширенной версии системы), так что каждую эмоцию можно найти и определить по характерным признакам, оценив ее интенсивность и степень смешения с другими чувствами. Для этого существуют основные коды (например, код 12: «Подниматель уголка губы», большая скуловая мышца), коды движений головы, коды движений глаз, коды видимости (например, когда не видно бровей, нужно поставить код 70) и коды общего поведения, которые позволяют зафиксировать в записях глотание, пожатие плечом, дрожь и др. «Существуют неконтролируемые, непреднамеренные выражения лица, а также смягченные или притворные выражения, в которых ослабляется переживаемая эмоция, либо симулируется эмоция, не испытываемая в данный момент», — пишет Пол Экман в своей книге «Узнай лжеца по выражению лица». Непреднамеренные выражения всегда проступают за «ширмой», создаваемой на лице. В этом случае их можно определить по микродвижениям. Обычно такие выражения возникают всего на доли секунды, так что для того, чтобы их обнаружить, нужна тренировка.

На нашем лице есть три области лица, способные двигаться независимо:

— брови и лоб;
— глаза, веки и переносица;
— нижняя часть лица: щеки, рот, большая часть носа и подбородок.

Для каждой из них существует своя схема движения в каждом из семи случаев. Например, при удивлении брови приподнимаются, глаза широко раскрываются, челюсти разжимаются, а затем размыкаются губы. Страх выглядит иначе: брови приподняты и слегка сведены к переносице; верхние веки также подняты, обнажая склеру, нижние веки напряжены; рот приоткрыт, а губы тоже слегка напряжены и оттянуты назад.

Пол Экман дает в своей книге подробную карту микродвижений для каждой универсальной эмоции и предлагает фотографии для самостоятельной практики. Чтобы по этой книге научиться быстро определять, какое чувство выражается на человеческом лице, нужно найти партнера, который будет показывать вам эти фотографии — полностью или закрывая L-образной маской часть изображения. Книга также позволяет научиться определять степень выражения эмоций и распознавать компоненты смешанных выражений лица: горьковато-сладкой печали, испуганного удивления и так далее.

 

Обманчивые выражения: контроль сообщения




«Проще фальсифицировать слова, чем выражения лица, — пишет Пол Экман. — Нас всех учили говорить, мы все обладаем достаточно большим запасом слов и знанием правил грамматики. Существуют не только орфографические, но и энциклопедические словари. Вы можете заранее написать текст своего выступления. Но попытайтесь сделать то же самое с выражением своего лица. В вашем распоряжении нет никакого «словаря выражений лица». Намного проще подавлять то, что вы говорите, чем то, что вы показываете».

По мнению Пола Экмана, человек, который лжет в мимических проявлениях своих чувств или в своих словах, обычно стремится удовлетворить свою текущую потребность: карманник изображает удивление, неверный муж скрывает улыбку радости при виде любовницы, если рядом жена, и так далее. «Однако слово „ложь“ не всегда правильно отображает то, что в этих случаях происходит», — объясняет Экман. — Оно предполагает, что единственно важное сообщение — это сообщение об истинном чувстве, которое лежит в основе ложного сообщения. Но ложное сообщение также может иметь важное значение, если вы знаете, что оно ложно. Вместо того чтобы называть этот процесс ложью, вам следовало бы лучше называть его контролем сообщения, потому что ложь сама по себе также может передавать полезное сообщение».

В таких случаях на лице человека присутствуют два сообщения: одно отражает фактическое чувство, а другое — то, что он хочет передать. Пол Экман впервые вплотную заинтересовался этой проблемой, когда столкнулся с поведением пациентов, страдающих тяжелой депрессией. В беседах с врачами они утверждали (мимически и на словах), что испытывают радость, однако на самом деле стремились добиться прекращения своей госпитализации и совершить самоубийство. В «Обмани меня» сценаристы тоже поднимают эту проблему: по сюжету, мать доктора Кэла Лайтмана покончила с собой после того, как ей удалось таким образом обмануть психиатров. Позже, просматривая видеозаписи ее бесед с врачами, главный герой сериала обнаруживает микровыражение печали у нее на лице.

Контроль мимического сообщения может быть разным:

— смягчение,
— модулирование,
— фальсификация.

Смягчение, как правило, происходит за счет добавления мимических или словесных комментариев к уже присутствующему выражению. Например, если взрослый человек боится зубного врача, он может слегка сморщиться, добавив к выражению страха на своем лице элемент отвращения к себе самому. С помощью смягчения люди часто сообщают окружающим, что способны справиться со своими чувствами и добиться соответствия собственного поведения культурным нормам или текущей ситуации.

В случае с модулированием человек корректирует интенсивность выражения эмоции, а не комментирует ее. «Есть три способа модулирования выражения лица, — пишет Пол Экман. — Вы можете менять количество вовлекаемых областей лица, длительность сохранения выражения или амплитуду сокращения лицевых мускулов». Как правило, используются все три метода. А вот при фальсификации мимический процесс становится ложным: на лице демонстрируется не та эмоция, которую человек испытывает на самом деле (симуляция), не показывается ничего, когда на самом деле чувство есть (нейтрализация), либо же одно выражение скрывается за другим (маскировка).

 

Физиология лжи: место, время и микровыражения




Чтобы научиться распознавать ложь на лицах, нужно обращать внимание на пять аспектов

— морфологию лица (конкретную конфигурацию черт);
— временные характеристики эмоции (как быстро возникает и как долго держится);
— место проявление эмоции на лице;
— микровыражения (они прерывают основное выражение);
— социальный контекст (если на рассерженном лице виден страх, нужно подумать, есть ли для этого объективные причины).

Люди, которые контролируют выражение своего лица, больше всего внимания уделают его нижней части: рту, носу, подбородку и щекам. Ведь именно через рот мы осуществляет звуковую коммуникацию, в том числе бессловесную: крики, плач, смех. А вот веки и брови чаще «показывают» истинное чувство — впрочем, брови тоже используются для мимической фальсификации, что может влиять на внешний вид верхних век. Что и как именно оказывается «не на месте» в процессе обмана, зависит от того, что именно транслируется, а что скрывается. Например, выражение радости вообще не требует от нас задействовать лоб — так что если она прикрывает другую эмоцию, последнюю нужно искать в этой области.

По книгам Экмана можно научиться распознавать разные фальсифицированные выражения лица в разных ситуациях: видеть испуганные брови на нейтральном лице (что свидетельствует о неподдельном страхе), обнаруживать отсутствие напряжения нижних век на разгневанном лице (что говорит о том, что злоба поддельная), находить утечку информации о настоящем гневе под маской отвращения, замечать паузы между словесным сообщением об эмоции и появлением ее ложной версии на лице (1,5 секунды) и обращать внимание на другие важные мелочи.

Но главный навык, который позволяют выработать книги и тренинги Экмана, — это распознавание микровыражений. Эти проявления эмоций обычно длятся совсем недолго: от половины до четверти секунды. Научиться находить их можно, используя те же фотографии и L-образную маску, — если изображения будут быстро сменять друг друга. Присутствие микровыражений тем не менее не означает, что человек одновременно не маскирует, не ослабляет и не нейтрализует переживаемые эмоции. Эти короткие эпизоды мимической активности являются симптомом обмана либо в крайнем случае признаком, что человек сам не знает, что чувствует, однако их отсутствие еще ни о чем не говорит.

Сегодня Пол Экман и его исследовательская группа проводит тренинги распознавания эмоций для работников таможни, полиции и пограничной службы, HR-специалистов и других людей, которым часто приходится искать обман или подтверждать факты. Однако его разработки полезны не только на границе: они могут помочь журналистам во время интервью, преподавателям на уроках, бизнесменам на переговорах и многих другим людям. Впрочем, ни техники доктора Лайтмана из сериала, ни техники доктора Экмана, которые легли в основу «Обмани меня», не стоит использовать дома. Ведь далеко не каждый обман в действительности влечет за собой негативные последствия, — а близким людям нужно давать право на тайну, поскольку не все, что они скрывают, имеет отношение к нам.опубликовано 

Картинки © Matthieu Bourel

Источник: theoryandpractice.ru

Эмоциональные дальтоники: почему не все способны осознать собственные чувства

Поделиться







© Axel Oswith

Некоторые люди очень хорошо разбираются в своих эмоциях и легко отдают себе отчет в том, что заставляет их совершать тот или иной поступок. А другим сложно понять, что именно они чувствуют в данный момент, и уж тем более — объяснить это окружающим. Такое свойство личности называется алекситимией.

«Помогите отреагировать» — просит друзей герой популярного сериала «Сообщество» Эбед Надир, попав в ситуацию, требующую немедленного эмоционального отклика. Этот персонаж наделен целым букетом особенностей, часто приписываемых талантливым гикам, — он тяжело сходится с людьми, плохо понимает чужие эмоции и вытесняет в подсознание свои собственные. У обычного человека, даже растерявшегося, скорее всего, не возникло бы проблем с пониманием того, что он ощущает в связи с ситуацией, — гнев, радость, страх или что-то еще. Алекситимик же довольно легко может отследить свои текущие мысли, но не способен разобраться в аффективной стороне своего «Я».

Сам термин в 1973 году предложил гарвардский психиатр и психоаналитик Питер Сифнеос, подметивший ряд специфических особенностей у пациентов психосоматической клиники. Алекситимия буквально означает «без слов для чувств». Термин не раз подвергался критике, но приобрел большую популярность.

Согласно психологическим справочникам, алекситимия включает следующие качества:

— трудности в определении и описании (вербализации) собственных эмоций и эмоций других людей;
— трудности в различении эмоций и телесных ощущений;
— сниженная способность к символизации, в частности, к фантазии;
— стремление фокусироваться прежде всего на внешних событиях в ущерб внутренним переживаниям;
— склонность к очень конкретному, логическому и утилитарному мышлению при дефиците эмоциональных реакций. Алекситимик, скорее всего, будет принимать решения, не пытаясь докопаться до своих сокровенных желаний и мотиваций.

Некоторые исследователи также полагают, что люди с алекситимией редко видят яркие, красочные сны, либо их сны полны событий из повседневной жизни и отличаются бедностью сюжета. Впрочем, человек с ярковыраженными алекситимическими чертами не обязательно должен соответствовать всем пунктам из списка — эти черты можно поделить на группы, связанные с нарушениями в когнитивной и аффективной сферах. К первым, например, относятся утилитарное мышление, бедность фантазии и недостаточная способность к творчеству. Ко вторым — собственно проблемы с различением эмоций.

Но так ли велики эти проблемы? На первый взгляд может показаться, что единственная трудность, которую испытывает человек с алекситимией, — неспособность описать свои чувства так же хорошо, как это сделали бы Пруст или Достоевский. А несклонность к мечтаниям и утилитарное мышление могут оказаться даже плюсом в какой-нибудь критической ситуации. Если бы не пара нюансов. Во-первых, алекситимик переживает не меньше эмоций, чем любой другой человек, но у него они не находят никакого выхода, а наши психические механизмы так устроены, что регулярно «выпускать пар» в той или иной степени необходимо. Необязательно кричать или устраивать бой подушками — но, позволяя себе ощущать ту или иную эмоцию и наблюдая за ее течением, мы уже во многом изживаем накопившееся напряжение. Вот этой возможности снять напряжение алекситимик и лишен.

Кроме того, разбираться в своих эмоциях хотя бы на базовом уровне полезно, потому что в каких-то случаях это помогает принимать верные решения: остаться ли на этом рабочем месте, пригласить ли ту девушку на свидание, стоит ли еще раз пойти на спектакль в этот театр и так далее. Далеко не все вопросы мы способны решить логически, иногда требуется тот самый эмоциональный «внутренний голос». А алекситимик, даже если ему удастся понять (часто по физическим ощущениям), что он испытывает какие-то негативные эмоции, часто не может различить, гнев это, тоска или страх. Не говоря уже о том, что он не всегда способен отличить позитивное эмоциональное возбуждение от негативного, — а это, как ни крути, критически важно.

Психическое здоровье и EQ

Несмотря на все связанные с ней трудности, алекситимия — не болезнь и не диагноз, а всего лишь характеристика личности. Стоит помнить, что алекситимиком может быть вполне здоровый человек, хотя алекситимия часто встречается у людей, болеющих психическими заболеваниями, — в том числе депрессией, шизофренией, аутизмом и психосоматическими расстройствами.

Также важно не путать алекситимию с нехваткой эмоционального интеллекта: EI является гораздо более широким понятием и предполагает успешное распознавание чувств других людей, эмпатию, умение управлять своими эмоциями и поворачивать ситуацию в свою пользу исходя из всех этих навыков, а алекситимия в традиционном толковании этого термина ставит акцент на способности субъекта осознавать и описывать собственные эмоции. Но она часто идет в связке со слабой эмпатией, поэтому у алекситимиков нередко бывают проблемы и с коммуникацией. Не говоря уже о том, что не все готовы строить отношения с человеком, неспособным на богатый эмоциональный фидбек. Впрочем, все это не означает, что алекситимик не может самореализоваться в амбициозном проекте или в личной жизни. Просто какие-то вещи будут даваться ему сложнее, чем другим.

Врожденная или приобретенная?

Считается, что алекситимия может быть как врожденной, так и приобретенной. Врожденная связана с физическими причинами — это могут быть незначительные пороки развития, последствия гипоксии во время беременности или при родах, заболевания, перенесенные в младенчестве. Эта форма алекситимии плохо поддается лечению. Возможно, у людей с алекситимией также существуют микроогранические нарушения в структуре мозга — по крайней мере, данные некоторых исследований позволяют предположить, что у таких людей нарушена связь между полушариями головного мозга из-за нарушений в структуре, осуществляющей эту связь, — мозолистом теле.

Приобретенная, или вторичная алекситимия, появляется в старшем возрасте у физически здоровых людей — как следствие серьезных нервных потрясений, стрессов, различных психотравм, неврологических заболеваний. На развитие алекситимии может влиять и воспитание. Малоэмоциональные родители, табу на выражение эмоций на людях или, наоборот, отрицательный опыт общения с гиперэмоциональными личностями приводят к неспособности различать и описывать чувства во взрослом возрасте.

Ярковыраженные алекситимические черты проявляют около семи-восьми процентов населения. Причем у мужчин осознание и описание собственных чувств вызывает трудности примерно в четыре раза чаще, чем у женщин, — и это может быть связано с давлением общества и расхожим стереотипом про «парни не плачут».

Выпустить пар

Как мы уже писали, даже если алекситимик внешне выглядит бесстрастным, это не означает, что он испытывает меньший спектр эмоций, чем обычный человек. Куда же деваются эти неосознанные эмоции?

В некоторых случаях они накапливаются, что приводит к так называемым аффективным реакциям, когда человек на незначительное событие вдруг выдает фонтан чувств, явно неадекватных ситуации, — например, ломает мебель или бьет посуду во время спора из-за зубной пасты. Когда это состояние проходит, субъект понимает, что реакция была несоразмерна поводу, и чувствует вину и стыд, которые проявляются в неприятных ощущениях. Это заставляет его в дальнейшем еще больше контролировать свои чувства, отчего они накапливаются еще больше, и это приводит к новым вспышкам. Получается замкнутый круг.

В других случаях невысказанные эмоции находят выход в физических недомоганиях — собственно, именно поэтому доктор Сифнеос обнаружил этот феномен именно в клинике для людей с психосоматическими расстройствами. Типичный пример — так называемая маскированная депрессия: когда человек не осознает своего недовольства жизнью или не позволяет себе его проявлять, у него не обнаруживаются типичные признаки депрессии (сниженное настроение, ощущение бессмысленности жизни, апатия и так далее), но зато негативные эмоции проявляются в слабости, болях, проблемах с дыханием и сердцебиением и так далее.

Как измерить

Для определения степени выраженности алекситимии использовались различные анкеты: BIQ (опросник Бет, Израиль), АРВQ (создан на основе шкалы BIQ), SSPS (личностная шкала Sifnoes); применялась также 22-пунктовая шкала алекситимии в MMPI. Но данные, полученные с их помощью, оказались довольно противоречивыми, так что наибольшее распространение получила предложенная в 1985 году Джорджем Тейлором 26-пунктовая Торонтская алекситимическая шкала (TAS). Многочисленные исследования с ее использованием доказали стабильность, надежность и валидность полученных результатов. Сейчас существует более современная 20-пунктовая версия опросника.

Что делать, если вы или ваш близкий — алекситимик?

Считается, что врожденная алекситимия плохо поддается коррекции, а вот вторичную можно вылечить с помощью психотерапии — в частности, гештальттерапии, арт-терапии, гипноза и психодинамической терапии. Все эти виды терапии помогают человеку осознавать и высказывать свои эмоции. Психосоматические расстройства, панические атаки и депрессии, иногда сопутствующие алекситимии, имеет смысл лечить медикаментозно — но для этого в любом случае нужно проконсультироваться с психотерапевтом.

Профессор психологии Дебора Серани дает алекситимикам и их родным следующие советы:

«Если ваш близкий — алекситимик, не наказывайте его за его эмоциональную неотзывчивость — это следствие его нейробиологической и психологической природы. Вместо этого будьте терпеливы, объясняйте свои нужды буквальнее и лаконичнее: «Я устала и не хочу готовить еду. Давай закажем готовый ужин» (вместо того, чтобы долго рассказывать о своей усталости в надежде, что человек поймет, что вы неспособны приготовить ужин. — Прим. Т&Р). И помогайте им распознавать эмоции и давать им названия: «Ты выглядишь рассерженным. Тебя что-нибудь беспокоит?» Помогайте им обращать внимание на очевидные триггеры эмоций: «У тебя скоро экзамены, ты чувствуешь тревогу?» Осознание того, что ваш близкий может не говорить с вами на одном эмоциональном языке, поможет в случае конфликта или недопонимания.

Если у вас алекситимия, ваша цель — в том, чтобы усилить вашу способность идентифицировать и понимать чувства. Изучение субъективного опыта других людей тоже важно. Вот несколько способов развить эти навыки:

1) Дневник. Исследования показывают, что экспрессивное письмо может помочь развить способность человека распознавать эмоции. Рекомендуется вести дневник каждый день, описывая более-менее значимые события.

2) Чтение романов. Язык описания мыслей, чувств, моментов и опытов буквально живет в романах. Исследования показывают, что это отличный способ научиться выражать накопившиеся чувства.

3) Экспрессивные искусства. Уроки актерского мастерства, танцев, изобразительного искусства или класс терапии через движение помогают людям с алекситимией распознать и выразить свои эмоции.

4) Групповая психотерапия. Интерактивный аспект групповой терапии позволяет детям и взрослым как исследовать собственные мысли и чувства, так и переживать обмен эмоциональным опытом с другими людьми.

5) Гипноз и уроки релаксации. Пока большинство видов психотерапии используют разговор как основной способ уменьшить симптомы алекситимии, гипноз и уроки релаксации развивают воображение и навыки ментализации (способности вообразить психическое состояние другого человека. — Прим. T&P), чтобы усилить понимание эмоций.опубликовано 

Источник: theoryandpractice.ru

10 философских понятий, которые должны быть знакомы каждому

Поделиться





© Norvz Austria

Теория идей Платона

Платон был первым, кто отделил «мир вещей» от «мира идей». Идея (эйдос) по Платону — это исток вещи, ее прообраз, лежащий в основе конкретного предмета. Присутствующая в нашем сознании, к примеру, «идея стола» может либо совпасть с конкретным столом в действительности, либо не совпасть, но «идея стола» и «конкретный стол» по прежнему продолжат существовать в сознании раздельно. Яркой иллюстрацией разделения мира на идейный мир и мир предметный является знаменитый платоновский миф о пещере, в которой люди видят не предметы и других людей, а только их тени на стене пещеры. Пещера для Платона является аллегорией нашего мира, где люди живут, полагая, что тени на стенах пещер — единственный способ познания реальности. Однако на деле тени — всего лишь иллюзия, но иллюзия, из–за которой человек не в состоянии отказаться из–за своей неспособности поставить критический вопрос о существовании реальности и перебороть свое «ложное сознание». Развивая платоновские идеи, философы более позднего времени дошли до концепции трансцендентного и «вещи-в-себе».

Интроспекция

Интроспекция (от лат. introspecto — смотрю внутрь) — способ самопознания, в ходе которого человек наблюдает за своей внутренней реакцией на события внешнего мира. Интроспекция — это фундаментальная потребность человека, позволяющая ему тщательно изучать самого себя, объяснять себе, почему он верит в то, во что верит, и есть ли возможность того, что его вера ошибочна. Основоположником метода считается британский педагог и философ Джон Локк, который, опираясь на идеи Рене Декарта, указал, что существует лишь два прямых источника всех знаний: объекты внешнего мира и разум человека. В связи с этим все значимые психологические факты сознания открыты для изучения только самому субъекту познания — вполне может быть, что «синий цвет» для одного человека — совсем не то же самое, что «синий цвет» для другого.

Метод интроспекции помогает отслеживать стадии мышления, расчленяя чувства на элементы и предоставляя полную картину взаимосвязи мыслей и действий. Интроспекция учит мыслить абстрактнее и шире, к примеру воспринимать «большое красное яблоко», как «ощущение красного, сменяющееся впечатлением круглого, одновременно с которым возникает легкое щекотание в языке, по-видимому, след вкусового ощущения». Но не стоит слишком углубляться в интроспекцию — чрезмерная сосредоточенность на отслеживании собственных впечатлений притупляет восприятие реальности.

Солипсизм

Солипсизм (от лат. solus — «единственный» и ipse — «сам») — философская концепция, по которой человек признает в качестве единственной существующей и всегда доступной для его вмешательства реальности лишь собственный разум. «Нет бога, нет вселенной, нет жизни, нет человечества, нет рая, нет ада. Все это только сон, замысловатый дурацкий сон. Нет ничего, кроме тебя. А ты только мысль, блуждающая мысль, бесцельная мысль, бездомная мысль, потерявшаяся в вечном пространстве» — так формулирует основной посыл солипсизма Марк Твен в своем рассказе «Таинственный незнакомец». Эту же идею, в целом, иллюстрируют киноленты «Господин Никто», «Начало» и «Матрица».

Логическое обоснование солипсизма — то, что человеку доступно лишь его восприятие действительности и его мысли, тогда как весь внешний мир находится за гранью достоверности. Существование вещей для человека всегда будет лишь предметом веры, не более, так как если кто-то потребует доказательств их существования, человек не сможет их предоставить. Иначе говоря, ни один человек не может быть уверен в существовании чего-либо вне его сознания. Солипсизм — это не столько сомнение в существовании реальности, сколько признание первичности роли собственного разума. Концепт солипсизма либо необходимо усвоить таковым, какой он есть, либо принять «солипсизм наоборот», то есть дать себе рациональное объяснение относительного внешнего мира и обосновать для самого себя, почему этот внешний мир все же существует.

Теодицея

Если мир создан по какому-то высшему замыслу, почему в нем столько абсурда и страдания? Большинство верующих рано или поздно начинают задаваться этим вопросом. На помощь отчаявшимся приходит теодицея (от греч. θεός, «бог, божество» + греч. δίκη, «право, справедливость») — религиозно-философская концепция, согласно которой Бог безоговорочно признается абсолютным добром, с которого снимается любая ответственность за наличие зла в мире. Это учение было создано Лейбницем для того, чтобы условно «оправдать» Бога. Главный вопрос этой концепции: «почему Бог не желает избавить мир от несчастий?» Варианты ответов свелись к четырем: либо бог хочет избавить мир от зла, но не может, либо может, но не хочет, либо не может и не хочет, либо и может, и хочет. Первые три варианта не соотносятся с представлением о Боге как Абсолюте, а последний вариант не объясняет наличие зла в мире.

Проблема теодицеи возникает в любой монотеистической религии, где ответственность за зло в мире теоретически должна была бы возлагаться на Бога. На практике же возложение ответственности на Бога не представляется возможным, так как Бог признается религиями своеобразным Идеалом, имеющим право на презумпцию невиновности. Одной из основных идей теодицеи является идея, что мир, сотворенный Богом, априори есть самый лучший из всех возможных миров, а, значит, и в нем собрано лишь самое лучшее, и наличие зла в этом мире рассматривается лишь как последствие необходимости в этическом разнообразии. Признавать теодицею или нет — личное дело каждого, но изучить эту концепцию, безусловно, стоит.

Моральный релятивизм

Жизнь была бы гораздо проще, если бы добро и зло были фиксированными, абсолютными понятиями — но часто мы сталкиваемся с тем, что то, что является добром в одной ситуации, может оказаться злом в другой. Становясь менее категоричными относительно того, что такое хорошо и что такое плохо, мы приближаемся к моральному релятивизму — этическому принципу, отрицающему дихотомическое разделение понятий «добро» и «зло» и не признающему наличие обязательных нравственных норм и категорий. Моральный релятивизм, в отличие от морального абсолютизма, не считает, что существуют абсолютные универсальные моральные стандарты и принципы. Не мораль главенствует над ситуацией, а ситуация над моралью, то есть важен не просто факт какого-то действия, а его контекст.

Философская доктрина «вседозволенности» признает за каждым индивидом право на формирование собственной системы ценностей и собственного представления о категориях добра и зла и позволяет утверждать, что мораль, в сущности, понятие относительное. Вопрос в том, до чего додумается конкретный человек, взяв на вооружение такую концепцию, — знаменитый девиз Раскольникова, «тварь я дрожащая, или право имею?» тоже вырос из идеи морального релятивизма.

Трактовать эту идею можно по-разному — «от ничего святого» до «не стоит слепо вгонять жизнь в узкие рамки». В любом случае спектр вопросов, которые ставит моральный релятивизм, — полезное упражнение для ума и хорошая проверка любых убеждений.

Категорический императив

Золотое правило этики — «поступай с другими так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой» — звучит еще весомее, если сослаться на Иммануила Канта: это положение входит в его концепцию категорического императива. По этой этической концепции, человек должен поступать согласно той максиме, которая, по его мнению, могла бы стать всеобщим законом. Так же в рамках данной концепции Кант предлагает не рассматривать другого человека как средство, а относиться к нему как к конечной цели. Разумеется такой подход не избавит нас от ошибок, но решения становятся гораздо осознаннее, если думать, что каждый раз выбираешь не только за себя, но и за все человечество.

Детерминизм/индетерминизм

Размышляя о свободной воле, судьбе и предопределении, мы вступаем на поле детерминизма (лат. determinare — определять, ограничивать) — философского учения о предопределении, взаимосвязанности происходящего и о наличии у всего существующего единой причины. «Все предопределено. Все будет происходить по заданной схеме» — вот главный постулат детерминизма. Свободной воли, согласно этому учению, не существует, причем в разных трактовках детерминизма судьба человека зависит от различных факторов: либо она заранее определена Богом, либо обширной философски осмысляемой категорией «природа».

В рамках учения детерминизма никакие события не считаются случайными, а являются последствием заранее предрешенной, но неизвестной человеку цепочки событий. Детерминизм исключает веру в свободу воли, при которой вся ответственность за поступки ложится на самого человека, и заставляет личность целиком вверить свою судьбу причинности, закономерности и всевластию внешнего мира. Удобная, в общем-то, концепция — для тех, кто не хочет брать на себя ответственность за собственную жизнь. А тем, кому в рамках детерминизма слишком тесно, стоит изучить аргументы противоположной концепции — индетерминизма.

Cogito ergo sum

«Я мыслю, следовательно, я существую» — философский концепт рационалиста Рене Декарта и хорошая опора для сомневающихся во всем. Эта формула возникла при попытках найти первичную, бесспорную и абсолютную истину, на базе которой можно построить философскую концепцию абсолютного знания. Декарт ставил под сомнение все: внешний мир, свои чувства, Бога, общественное мнение. Единственное, что не удалось поставить под сомнение, — это собственное существование, так как сам процесс сомнения в собственном существовании, являлся доказательством этого существования. Отсюда появилась формула: «Я сомневаюсь, значит, мыслю; я мыслю, значит, существую», преобразившаяся в «Я мыслю, следовательно, я существую» — эта фраза стала метафизической основой философии Нового времени. Она провозгласила главенствующее положение Субъекта, вокруг которого и стало возможным выстроить достоверное познание.

Смерть Бога по Ницше

«Бог умер! Бог не воскреснет! И мы его убили! Как утешимся мы, убийцы из убийц! Самое святое и могущественное Существо, какое только было в мире, истекло кровью под нашими ножами — кто смоет с нас эту кровь?». Тезис «Бог мертв» Ницше провозглашал, подразумевая не смерть Бога в буквальном смысле — он имел в виду, что в традиционном обществе существование Бога было фактом, он находился в единой реальности с людьми, но в эпоху модерна он перестал быть частью внешней реальности, став скорее внутренней идеей. Это вызвало кризис системы ценностей, которая раньше базировалась на христианском мировоззрении. А значит, настало время пересмотреть эту систему — собственно, этим и занимается философия и культура постмодерна.

Экзистенциальный кризис

Экзистенциальный кризис стал следствием описанного выше крушения традиционной системы ценностей — он порожден мыслью о том, что человеческое существование не имеет ни заранее заданного предназначения, ни объективного смысла. Это противоречит нашей глубочайшей потребности верить в то, что человеческая жизнь имеет ценность. Но отсутствие исходного смысла не означает потери смысла вообще — согласно концепции экзистенциализма, ценность жизни проявляется именно в том, как человек сам себя осуществляет, в сделанных им выборах и совершенных поступках. опубликовано 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое cjpyfybt — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: theoryandpractice.ru/posts/8209-philosolophy-must-knows