Почему дети врут

Поделиться



В каждом случае необходимо разбираться индивидуально, но совершенно очевидно, что ложь – это механизм психологической защиты в той системе координат, которой находится ребенок. Опишу несколько возможных вариантов.





Ложь как способ избежать наказания.

Если родители чрезмерно требовательные и строгие, то ребенок оказывается перед дилеммой: сказать правду и быть наказанным (иногда очень жестоко) или соврать и избежать наказания. Вы бы что выбрали?

Ложь – как протест на излишний контроль родителей.

Если родители контролируют каждый шаг ребенка, то у него не остается личного пространства, в котором бы развивалась его индивидуальность. Родителям не хватает то ли деликатности, то ли психологических знаний признать, что ребенок – это отдельная личность, которая нуждается в личном пространстве, куда бы не было доступа никому, даже родителю. И поэтому с помощью лжи ребенок  начинает формировать это пространство. Ложь становится единственно возможным условием выживания его души!

Ложь как уход в фантазии от непереносимой реальности.

Взрослые могут недооценивать сложность внутренней психологической работы ребенка на этапе взросления. Ребенку необходимо ответить себе на очень многие вопросы: Нужен ли я на земле? Любят ли меня родители? Зачем я появился? Бывает так, что реальность складывается не в пользу поддержки растущего человека, а иногда даже наоборот. Тогда ребенку необходимо с этой реальностью справляться.

И одним из вариантов является уход в фантазии, которую родители могут интерпретировать как ложь. Приведу самый типичный пример. Родители много работают и поэтому ребенок воспитывается бабушкой и дедушкой. У такого ребенка, как правило, много боли по этому поводу и много фантазий, чтобы с этой болью справиться. Это фантазии о родительской любви, поддержке, совместных поездках. В зависимости от возраста ребенка фантазии  и реальность могут путаться в его голове, и тогда взрослые могут обвинять ребенка во лжи.





Ложь как отражение большого количества лжи в семейной системе.

 В некоторых семьях в порядке вещей лгать, недоговаривать, скрывать. Дети могут быть втянуты в ложь одним из родителей. Например, мать может сказать дочери: «Только ты этом папе не говори!» И тогда подрастающий ребенок воспринимает ложь как нормальную модель поведения. И соответственно воспроизводит ее в своей жизни на основе подражания примеру взрослых.

 



Волшебная таблица: Во сколько ребенок должен ложиться спать

10 физических упражнений, которые вредны для девочек

 

Родителям, прежде чем наказывать ребенка за ложь, желательно сначала разобраться в мотивах его поступка. Наказать – это самый простой, реактивный способ реагирования. А может стоить взять на себя ответственность за сложившуюся ситуацию? Ведь ребенок — часть вашей семейной системы и степень его открытости зависит о того, насколько он чувствует себя в безопасности.опубликовано 

 

Автор: Ирина Рыженко

 



Источник: www.b17.ru/article/23943/

Двое в драке, не считая родителей: Подходы к решению детских конфликтов

Поделиться



На днях меня спросили: как учить ребенка реагировать, если его бьют. Давать сдачи, жаловаться взрослым? Что делать? На ближнюю перспективу и на дальнюю? Такая постановка вопроса очень характерна для сегодняшних, увы, тревожных родителей. Им хочется прямо сейчас, прямо сразу, научить ребенка всему, что только должно и сможет защитить его от бед и опасностей во всей последующей жизни. Раз и навсегда!





Универсального рецепта нет

Понимая такое стремление, хочу предостеречь: защитить свое дитя конкретными указаниями, как поступать, да еще и на перспективу – «всегда бей; никогда не бей; всегда жалуйся на драчуна; никогда ни на кого не ябедничай», и вообще любыми конкретными указаниями на все случаи жизни, в любой области социальных отношений, невозможно. Но взрослые могут и должны научить детей основным правилам именно отношения – к себе и к другим в мире, где все мы со всеми связаны.

Первое такое правило – это отношение к себе как к суверенной личности, обладающей безусловным правом на безопасность и защиту. Попросту говоря, ребенок должен знать: бить людей нельзя, ни ему – других, ни другим – его. На практике это правило означает две вещи:

  • ребенку не разрешается первым проявлять физическую агрессию. «Нельзя бить мальчика!» — Говорит мама, оттаскивая своего, тумаком пытающегося бороться за справедливость карапуза от шустрячка, выхватившего у него из рук машинку;

  • ребенок должен твердо знать, что имеет право на защиту от любых посягательств на его свободу и собственность, и – это принципиально важно! – что родители всегда его защитят. «Эта машинка – Денискина, верни ему», — должно быть непременным продолжением описанного конфликта.

Из этого вытекает, что ребенок, особенно маленький – но и подросток, если его самостоятельного ресурса в данный момент не хватаетможет и должен обращаться к взрослым за помощью, когда на него направлена агрессия.

Принцип невмешательства?

Удобная для многих взрослых позиция «в детские конфликты вмешиваться не нужно, сами разберутся» — это мифология. Научиться разбираться, как и всему другому в области коммуникации, дети могут только на примерах отношения и поведения взрослых. Вмешиваться в их конфликт – это и означает их учить.

Можно ли позволять ребенку давать сдачи? В определенном возрасте можно и даже нужно. По крайней мере, в определенном возрасте (до 4–5 лет) не следует ребенка за такое бранить. Разумеется, примером поведения в конфликтной ситуации должно быть стремление договориться, научиться решать конфликты словами. Этому непременно нужно учить. Но маленький ребенок, когда на него нападают, в первую очередь должен быть уверен в своем праве на самозащиту. И не должен бояться ударить в ответ.





Подавлять агрессию, особенно в раннем возрасте, вообще опасно. Конечно, взрослые учат детей ее осознавать и выражать безопасным для окружающих способом. Но ведь на любое обучение нужно время и определенная зрелость. Пока что, совсем малышам, нельзя запрещать ударить в ответ на удар. Но при этом ребенка нужно учить «не расходиться», не набрасываться на обидчика в порыве «полностью уничтожить» его. «Хватит-хватит, не расходись, он уже все понял», — необходимая реакция на то, как ваш малыш решил отстаивать свои права кулаками. И здесь же нужно показать пример того, как дальше решать конфликт на договорной основе.

Это же девочка!

Отдельные вопросы на эту тему всегда возникают у родителей девочек. С ними-то как быть? Им можно драться? Как не превратить их в «ябед», как избежать опасности того, что они будут манипулировать своей «девчачестью», слабостью?

Девочки, являясь полноценными «субъектами права», обладают всеми теми же правами и обязанностями, что и мальчики. Да, они тоже вправе отпихнуть и стукнуть обидчика и тоже не имеют права первыми проявлять физическую агрессию.

Девочки, как и мальчики, должны быть уверены, что их защитят – родители, взрослые, дети постарше. Но я бы порекомендовала еще и учить девочек осознавать свою природную, естественную привилегию – умение примирять, утешать, действовать, исходя из доброты и жалости.

 



7 ошибок родителей, которые мешают детям стать лидерами

Зависимость от прощения: Не грузите детей чувством вины!

 

Девочка, которая после толкания и взаимных тумаков, готова – искренне, принуждать не нужно, но предложить стоит, –подойти к обидчице, сказать: «Мне жалко, когда ты плачешь. Давай мириться» и протянуть «игрушку раздора» наказанной забияке, будет обладать дополнительным, очень нужным, умением решать конфликты. А в дальнейшем – и предупреждать их. А, может быть, этому стоит учить и мальчиков? опубликовано 

 

Автор: Лиля Дубинская

 



Источник: womo.ua/dat-sdachi-ili-net-mnenie-psihologa-lili-dubinskoy-o-detskih-konfliktah/

Юлия Гиппенрейтер: Мы даём не то, что надо ребёнку

Поделиться



Юлия Гиппенрейтер – первая в России так громко и смело высказала новаторскую мысль: «Ребёнок имеет право на чувства».

Юлия Борисовна в своей неповторимой мягкой ироничной манере рассказывала, почему нельзя заставлять детей делать уроки, убирать игрушки, какое значение имеет игра в жизни ребёнка, и почему родителям нужно поддерживать жажду игры в детях.





Заботы родителей концентрируются вокруг того, как воспитать ребёнка. Мы с Алексеем Николаевичем Рудаковым (профессор математики, супруг Ю.Б.) тоже в последние годы профессионально этим занялись. Но в этом деле нельзя быть профессионалом, совсем. Потому что воспитывать ребёнка – это душевный труд и искусство, я не побоюсь этого сказать. Поэтому, когда доводится встречаться с родителями, мне совсем не хочется поучать, да я и сама не люблю, когда меня учат, как делать.

Я думаю, что вообще поучение – это плохое существительное, особенно в отношении того, как воспитывать ребёнка. О воспитании стоит думать, мыслями о нём нужно делиться, их нужно обсуждать.

Предлагаю вместе подумать над этой очень сложной и почетной миссией – воспитывать детей. Я знаю уже по опыту и встреч, и вопросов, которые мне задают, что дело часто упирается в простые вещи. «Как сделать так, чтобы ребёнок выучил уроки, убирал игрушки, чтобы ел ложкой, а не лез пальцами в тарелку, и как избавиться от его истерик, непослушаний, как сделать так, чтобы он не грубил и т.д. и т.п.?»

Однозначных ответов на это нет. Когда взаимодействуют ребёнок и родитель, и ещё бабушки, то получается сложная система, в которой закручиваются мысли, установки, эмоции, привычки. Причём установки иногда бывают вредящие, отсутствует знание, понимание друг друга.

Как сделать так, чтобы ребёнок хотел учиться? Да никак, не заставить. Как нельзя заставить любить. Поэтому давайте вначале поговорим о более общих вещах.

Существуют кардинальные принципы, или кардинальные знания, которыми мне бы хотелось поделиться.

 

Не различая игру и труд

 

Начать надо с того, каким человеком вы хотите, чтобы вырос ваш ребёнок. Конечно, у каждого есть в уме ответ: счастливым и успешным. А что значит успешным? Тут есть некоторая неопределенность. Успешный человек – это какой?

В наше время принято считать, что успех – это чтобы деньги были. Но богатые тоже плачут, и человек может стать успешным в материальном смысле, а будет ли у него благополучная жизнь эмоциональная, то есть хорошая семья, хорошее настроение? Не факт. Так что «счастливость» очень важна: а может быть счастливым человек, не очень высоко социально или финансово взобравшийся? Может. И тут приходится думать, на какие педали надо нажимать в воспитании ребёнка, чтобы он вырос счастливым.





Мне бы хотелось начать с конца – с успешных счастливых взрослых. Примерно полвека тому назад такие успешные счастливые взрослые были исследованы психологом Маслоу. В результате обнаружилось несколько неожиданных вещей. Маслоу стал исследовать особенных людей среди своих знакомых, а также по биографиям и литературе. Особенность его исследуемых состояла в том, что они очень хорошо жили. В каком-то интуитивном смысле, они получали удовлетворение от жизни. Не просто удовольствие, ведь удовольствие бывает очень примитивным: напился, лёг спать – тоже своего рода удовольствие.

Удовлетворенность была другого рода – исследуемые люди очень любили жить и работать в избранной ими профессии или области, получали удовольствие от жизни.

Мне тут вспоминаются строки Пастернака:

«Живым, живым и только,
Живым и только, до конца».


Маслоу заметил, что у человека, активно живущего, присутствует целый комплекс других свойств.

  • Эти люди  доброжелательны, они очень хорошо общаются, у них, в общем, не очень большой круг друзей, но верных, они хорошо дружат, и с ними хорошо дружат, общаются, они любят глубоко, и их глубоко любят в семейных или романтических отношениях.
 

  • Когда они работают, они как будто играют, они не различают труд и игру. Трудясь, они играют, играя, они трудятся.
 

  • У них очень хорошая самооценка, не завышенная, они не выдающиеся такие, не стоящие над другими людьми, но относятся к себе уважительно.
 

Хотелось бы вам так жить? Мне бы очень хотелось. А хотели бы вы, чтобы таким ребёнок вырос? Безусловно.

 

За пятёрки – рубль, за двойки – плётка

 

Хорошая новость состоит в том, что дети рождаются с таким потенциалом. В детей заложен потенциал не только психофизиологический в виде определенной массы мозга. У детей есть жизненная сила, творческая сила.

Я напомню вам очень часто произносимые слова Толстого, что ребёнок от пятилетнего до меня проходит один шаг, от года до пяти лет он проходит огромное расстояние. А от рождения до года ребёнок пересекает бездну. Жизненная сила движет развитием ребёнка, но почему-то мы это принимаем как должное: уже берёт предметы, уже улыбнулся, уже издает звуки, уже встал, уже пошёл, уже начал говорить.

И вот если нарисовать кривую развития человека, то вначале она круто идёт вверх, потом замедляется, и вот мы – взрослые. Останавливается ли она где-то? Может, она даже падает вниз.

Быть живым – это не останавливаться и не падать. Для того, чтобы кривая жизни росла вверх и во взрослом возрасте, нужно в самом начале поддерживать живые силы ребёнка. Давать ему свободу развиться.

Здесь начинается трудность – что значит свободу? Сразу начинается воспитательная нотка: что хочет, то и делает. Поэтому не надо так ставить вопрос. Ребёнок много хочет, он лезет во все щели, всё потрогать, всё взять в рот, рот – это очень важный орган познания. Ребёнок хочет всюду залезть, отовсюду, ну не упасть, но по крайней мере, испытать свои силы, залезть и слезть, может быть, неловко, что-то сломать, что-то разбить, что-то бросить, в чём-то испачкаться, залезть в лужу и так далее. В этих пробах, в этих всех стремлениях он развивается, они необходимы.

Самое печальное, что это может угасать. Угасает любознательность, если ребёнку говорят не задавать глупых вопросов: вырастешь – узнаешь. Ещё можно говорить: хватит тебе дурацкими делами заниматься, вот ты бы лучше…

Наше участие в развитии ребёнка, в росте его любознательности может гасить его стремление к развитию. Мы даём не то что ребёнку сейчас надо. Может быть, что-то от него требуем. Когда ребёнок проявляет сопротивление, мы его тоже гасим. Это по-настоящему ужасно – гасить сопротивление человека.

Родители часто спрашивают, как я отношусь к наказаниям. Наказание возникает, когда я, родитель, хочу одного, а ребёнок хочет другого, и я хочу его продавить. Если не делаешь по моей воле, то я тебя накажу или подкормлю: за пятёрки – рубль, за двойки – плётка.

К детскому саморазвитию нужно относиться очень внимательно. Сейчас стали распространяться методики раннего развития, раннего чтения, ранней подготовки к школе.Но дети должны до школы играть! Те взрослые, о которых я говорила в начале — Маслоу их назвал самоактуализантами — они играют всю жизнь.





Один из самоактуализантов (судя по его биографии), Ричард Фейнман – физик и лауреат Нобелевской премии. Я в своей книжке описываю, как отец Фейнмана, простой торговец рабочей одеждой, воспитывал будущего лауреата. Он ходил с ребёнком на прогулку и спрашивал: как ты думаешь, почему птицы чистят пёрышки? Ричард отвечает: они поправляют пёрышки после полета. Отец говорит: смотри, те, которые прилетели, и те, которые сидели, выправляют пёрышки. Да, говорит Фейнман, моя версия неверна.

Таким образом отец воспитывал в сыне любознательность. Когда Ричард Фейнман чуть-чуть подрос, он опутывал свой дом проводами, делая электрические цепи, и устраивал всякие там звонки, последовательные и параллельные соединения лампочек, и потом стал чинить магнитофоны в своей округе, в 12 лет.

Уже взрослый физик рассказывает о своём детстве: «Я всё время играл, мне было очень интересно всё вокруг, например, почему из крана идёт вода. Я думал, по какой кривой, почему там кривая – не знаю, и я стал её вычислять, наверняка она уже давно вычислена, но какое это имело значение!»

Когда Фейнман стал молодым ученым, он работал над проектом атомной бомбы, и вот настал такой период, когда голова ему показалась пустой. «Я подумал: наверное, я уже выдохся, – вспоминал учёный потом. – В этот момент в кафе, где я сидел, какой-то студент кинул тарелку другому, и она крутится и качается у него на пальце, а то, что она крутится и с какой скоростью, видно было, потому что на дне её был рисунок. И я заметил, что крутится она быстрее раза в 2, чем качается. Интересно, какое соотношение между вращением и колебанием?

Стал думать, что-то вычислил, поделился с профессором, крупным физиком. Тот говорит: да, интересное соображение, а к чему тебе это? Это просто так, из интереса, отвечаю я. Тот пожал плечами. Но на меня это не произвело впечатления, я стал думать и применять это вращение и колебание при работе с атомами».

В результате Фейнман сделал крупное открытие, за которое получил Нобелевскую премию. А началось с тарелки, которую студент бросил в кафе. Эта реакция – детское восприятие, которое сохранилось у физика. Он не замедлился в своей живости.

 

Дайте ребёнку повозиться самому

 

Давайте вернёмся к нашим детям. Чем мы можем им помочь, чтобы не замедлять их живость. Над этим ведь думали очень многие талантливые педагоги, например, Мария Монтессори. Монтессори говорила: не вмешивайтесь, ребёнок чем-то занимается, дайте ему это делать, не перехватывайте у него ничего, никакое действие, ни завязывание шнурков, ни карабканье на стульчик. Не подсказывайте ему, не критикуйте, эти поправки убивают желание что-то делать. Дайте ребёнку повозиться самому. Должно быть огромное уважение к ребёнку, к его пробам, к его усилиям.

Наш знакомый математик вел кружок с дошкольниками и задал им вопрос: чего больше в мире, четырёхугольников, квадратов или прямоугольников? Понятно, что четырёхугольников больше, прямоугольников меньше, а квадратов еще меньше. Ребята 4-5 лет все хором сказали, что квадратов больше. Педагог поухмылялся, дал им время подумать и оставил в покое. Через полтора года, в возрасте 6 лет его сын (он посещал кружок) сказал: «Пап, мы тогда неверно ответили, четырёхугольников больше».Вопросы важнее ответов. Не торопитесь давать ответы.

 

Не надо воспитывать ребёнка

 

Дети и родители в обучении, если мы говорим о школах, страдают от отсутствия мотивации. Дети не хотят учиться и не понимают. Многое не понимается, а выучивается. Вы по себе знаете – когда читаешь книгу, не хочется её запомнить наизусть. Нам важно схватить суть, по-своему прожить и пережить. Этого школа не даёт, школа требует учить от сих до сих параграф.

Вы не можете понять за ребёнка физику или математику, а из детского непонимания часто растёт неприятие точных наук. Я наблюдала мальчика, который, сидя в ванне, проник в тайну умножения: «Ой! Я понял, что умножение и сложение – это одно и то же. Вот три клеточки и под ними три клеточки, это всё равно, что я три и три сложил, или три по два раза!» – для него это было полное открытие.





Что же происходит с детьми и родителями, когда ребёнок не понимает задачу? Начинается: как же ты не можешь, читай ещё раз, вот вопрос видишь, запиши вопрос, ещё надо записать. Хорошо, сам думай – а он не знает, как думать. Если возникает непонимание и ситуация выучивания текста вместо проникания в суть – это же неправильно, это неинтересно, от этого страдает самооценка, ведь мама и папа сердятся, а я балбес. Как результат: я не хочу этим заниматься, мне это не интересно, я этого не буду.

Как здесь помогать ребёнку? Наблюдать, где он не понимает и что он понимает. Нам рассказывали, что очень трудно было учить арифметике в школе для взрослых в Узбекистане, а когда ученики арбузами торговали, то они всё правильно складывали. Значит, когда ребёнок не понимает чего-то, надо исходить из его практических понятных вещей, которые ему интересны. И там он всё сложит, всё поймет. Так можно помогать ребёнку, не поучая его, не по-школьному.

Если речь идёт о школе, там методы образования механические – учебник и экзамен. Мотивация пропадает не только от непонимания, а от «надо». Общая беда родителей, когда стремление подменяется долгом.

 

Также интересно: Юлия Гиппенрейтер: Позволяйте детям достигать всего самим​

Юлия Гиппенрейтер: Не живите ЗА ребенка!

 

Жизнь начинается с желания, желание пропадает – жизнь пропадает. Лучше быть союзником в желаниях ребёнка. Приведу в пример маму 12-летней девочки. Девочка не хочет учиться и ходить в школу, уроки делает со скандалами, только когда мама приходит с работы. Мама пошла на радикальное решение – оставила её в покое. Девочка продержалась полнедели. Даже недели она не выдержала. Прошёл, как она рассказывала, примерно месяц, и вопрос закрылся. Но сначала маму корежило, что нельзя подойти и спросить.

Получается, если дети не будут слушаться, то мы их накажем, а если они будут слушаться, то станут скучными и безынициативными. Послушный ребёнок может окончить школу с золотой медалью, но ему неинтересно жить. Тот счастливый, успешный человек, которого мы в начале нарисовали, не получится. Хотя мама или папа очень ответственно подходили к своим воспитательным функциям. Поэтому я иногда говорю, что не надо воспитывать ребёнка.опубликовано 

 

Автор: Нина Архипова, из диалога со встречи с Юлией Гиппенрейтер

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление — мы вместе изменяем мир! ©

Источник: alpha-parenting.ru/2017/01/16/yuliya-gippenreyter-myi-dayom-ne-to-chto-nado-rebyonku/

Михаил Литвак: Рождение ребенка многих родителей застает врасплох

Поделиться



В начале было Слово, и слово было у Бога, и Слово было Бог… Все через него начало быть, что начало быть. В нем была жизнь...

Иоан., гл.1 ст. 1-4. 

 

Мне нравятся эти стихи из Евангелия от Иоанна. В них записано, по каким принципам мы живем. Прежде чем что-то делать, мы вначале должны подумать, составить проект. Потом следует проверить, соответствует ли проект нашей природе, социальным и экономическим законам, правилам общежития и т.п.





У животных все проще. Волку думать не нужно. Свинье читать книги необязательно и даже нежелательно. За них думает инстинкт, который диктует им те или иные формы поведения. Животное роет нору, птица вьет гнездо, пчела строит соты без предварительного составления плана. Инстинкт сам подскажет им и форму дома, и место строительства, и глубину и высоту его.

Человек вначале должен составить хоть плохонький, но все же проект дома. Но если он хочет построить хороший дом, то он должен составить хороший проект, согласовать его с архитектурным управлением, найти работников, средства и пр. Учитывается также защита дома от бурь, воров, подпочвенных вод и пр. Если же нет соответствующего материального, физического и прочего основания, откладывает строительство дома, как бы ему этого ни хотелось. Он поступает по разуму и на эмоции не обращает никакого внимания. И так в любом деле.

Но и чувства сбрасывать со счета нельзя. Ведь, в конечном счете, вся культура наша направлена на то, чтобы лучшим образом удовлетворить наши инстинкты. И живет человек, прежде всего, чувствами. А дело разума организовать их так, чтобы потом особенно и думать-то не надо было. Когда человек пускается в любое деловое предприятие, он его обдумывает, производит кое-какие расчеты, и если что-то не склеивается, то он и не организовывает это предприятие, иначе оно разорится.

Когда же человек строит семью, где контрольных пакет акций за сексом, а побочным продуктом становятся дети, он больше подчиняется своим буйным и неорганизованным эмоциям, которые заглушают голос разума. Вот почему семья, самое сложное предприятие, где в один клубок слились материальные факторы, инстинкты, чувства, социальные проблемы и многое другое, оказывается самым непрочным предприятием, которое нередко терпит банкротство при первых форс-мажорных обстоятельствах, например рождение ребенка.

Это событие многих наших родителей застает врасплох, как снег в начале зимы наши коммунальные службы. Родители нередко совершенно неподготовлены к такому ожидаемому и, как оказывается, совершенно неожиданному событию. Конечно, семью строить должны люди, любящие друг друга, но прежде чем строить семью, они должны обратиться за разрешением к своему царю на брак, и если такое разрешение получено, то в добрый путь. Кто же этот царь? Это наш интеллект. И что же он нам скажет?

Он скажет, что жениться имеет право мужчина, который может прокормить себя, жену и детей, которые появятся от этого брака. Женщина имеет право на замужество, если она может прокормить себя, детей, да и мужа, если с ним что-то непредвиденное случится. При создании любого предприятия нам нужен офис (в данном случае квартира), стартовый капитал и квалифицированные кадры.

Что же мы имеем в действительности. Как правило, в первый брак молодые люди вступают, ничего этого не имея. Поэтому не может выдержать бурю корабль, совершенно не оснащенный для плавания в бурном океане нашей жизни. Как правило, молодые люди, построившие семью, не имеют квартиры, свободных средств и устойчивого заработка. Кроме того, нужно еще уметь воспитывать детей, которые в семье появятся. Конечно, если у них есть средства, для того чтобы нанять хороших воспитателей, и если они их смогут найти в нашей стране, то можно не учиться этому искусству. Но я знаю, что у многих строящих семью свободных средств нет, квартиры нет, да и детей воспитывать они не умеют.





У нас сложилась парадоксальная ситуация. Воспитанием детей раннего возраста, когда закладываются основы личности, занимаются люди, не имеющие никакого образования. Далее квалификация педагогов повышается, достигает пика на факультетах совершенствования специалистов. Чтобы допустить хирурга к телу пациента, его десять лет учат в школе, потом шесть лет в институте и еще до пять-шесть лет на различных циклах специализации и повышения квалификации.

К формирующимся нежным душам ребенка допускаются неквалифицированные любители, даже не осознающие того, что они не умеют воспитывать, а точнее, формировать характер ребенка. У ребенка еще есть шанс вырасти достойной личностью, если родители не слишком лезут в его воспитание. Дерево, если ему не мешать, растет ровным. Но и это встречается крайне редко.

Предположим, молодой человек уже научился воспитывать детей. Но теперь нужно составить проект, ибо понятно, что, как и любое дело, воспитание детей нужно начинать с проекта, то есть со стратегии. Вначале решите, какого качества продукт (ребенок) вам нужен. Только при выборе материала не все в вашей власти. Итак, половину строительного материала (генетического фонда) дает один родитель, вторую половину — другой.

С первой половиной вы ничего не можете сделать. Какая есть, такая есть. Но вот подобрать вторую половину исходного материала вы можете. Кое-что можно сделать не наобум. Вот здесь и можно помочь нашей молодежи. Пока еще наука не может точно определить состояние генного набора. Поэтому приходится руководствоваться внешними критериями, по которым можно судить, что генный набор вашего партнера вам подходит.

Это должен быть, прежде всего, как мы уже говорили, физически здоровый, экономически независимый и духовно развитый человек. Тогда можно с известной долей вероятности сказать, что с генетическим набором у него все в порядке. Важность физического здоровья не нуждается в обосновании. Экономическая независимость еще необходима и для того, чтобы быть уверенным, что ваша половина вас любит. Если она материально зависима от вас, то тогда она точно не любит. Не может незрелый человек любить в принципе.

А вот духовная зрелость предполагает умение воспитать ребенка. Духовно зрелого человека можно охарактеризовать как профессионала высокого класса, имеющего систему ценностей и веру, которые определяют направленность его действий. Только духовно зрелый человек сможет достойно воспитать своего ребенка. Следует помнить нашу природу.

Человек не рождается человеком. Он рождается обезьяной, которая может стать человеком. Прошу прощения за некоторую резкость в выражениях, но это научный факт. Мы относимся к отряду приматов. И эта обезьяна может стать человеком, если рядом есть пример, с которого можно собезьянничать систему ценностей и поведения.

Следует помнить, что в первые годы жизни воспитывает пример, а не слова. Если нельзя взять пример со своих родителей, дети ищут его на стороне, и не всегда находят то, что им полезно и нужно. Но все-таки при выборе партнера нельзя ни в коем случае ограничиться разумом. Более того, здесь важно полагаться на чувства. Если чувств нет, то не стоит строить дом под названием «семья».

 



Злость — ВСЕГДА маркер чего-то ВАЖНОГО!

Отношения-проверки: Благодарите и идите дальше

 

Однако если ум не санкционирует действия, то лучше отказаться от проекта. Ибо следует помнить указания А. Шопенгауэра, что «конечная цель всех любовных треволнений, разыгрываются ли они на комической сцене или на контурах трагедии, поистине важнее, чем другие цели человеческой жизни. Именно: то, к чему ведут любовные дела, это ни более, ни менее, как создание следующих поколений». опубликовано 

 

Автор: Михаил Литвак

 



Источник: cross-club.ru/vospitanie/99-o-strategii-vospitaniya.html

Неприглядная правда: Почему я воспитываю дочь не так, как сыновей

Поделиться



У меня четверо детей и я утверждаю, что — да, девочек и мальчиков надо воспитывать по-разному. На самом деле это было бы неправильно, но этот мир таков, каков есть, поэтому вам придется воспитывать детей по-разному. К сожалению, но факт.



Три мальчика и одна девочка

У меня три сына и одна дочь. Я буду учить всех своих детей тому, чтобы они были сильными. Чтобы они размышляли. Чтобы они были на стороне правды. Чтобы они проявляли доброту и любовь, чтобы умели прощать. Чтобы всегда думали своей головой. Чтобы они помнили о том, что в жизни нужно не забывать радоваться, а не только работать в направлении какой-то цели. Но дочь я буду воспитывать чуть по-другому, чем мальчиков.

Я хочу, чтобы все мои дети выросли хорошими людьми, сильными, подготовленными к жизни во взрослом мире. И сейчас для мальчиков и девочек это означает разные вещи. Потому что им придется иметь дело со стереотипами. Поп-культура влияет на моих детей так, как я не всегда могу предположить и предотвратить.

Нам постоянно встречаются люди, которые пытаются сделать тверже моих сыновей, а девочку — мягче. Эти люди говорят, что мальчики не плачут, а девочки — носят розовые рюши. Кое-что иногда имеет смысл, потому что бывают ситуации, когда мы просто не можем плакать — и мальчики, и девочки. также есть время и место розовым рюшам, если вам они нравятся — неважно, мальчик вы или девочка.

В чем отличие

Я хочу, чтоб моя дочь была уверенной в себе и сильной. Она часто носит футболки Star Wars и донашивает спортивные штаны старших братьев. Платья она тоже носит, когда хочет, и просит пришить к юбке карманы.

Я говорю ей, что если нужно, то она вполне может возмущаться и поднимать голос, драться, когда это необходимо. Все всегда хотят и будут хотеть, чтобы она, как девочка, была тихой и спокойной всегда.

Но я говорю, что иногда можно быть «громкой». А вот ее братьям я говорю, что да — девочка может на вас накричать, вы должны прислушиваться к ней, а не говорить: а, она девчонка, еще и младше нас! Говорю, что если ты проигрываешь в чем-то девочке — то это не беда.

Правда в том, что мир все еще слишком жесток с девочками. Я столько говорила об этом с коллегами-женщинами: мы должны быть жесткими и энергичными, чтобы добиться успеха, но мы платим высокую цену за это. Поэтому, не смотря на то, что я хочу, чтобы моя дочь была успешной, я ее учу, как лавировать.



Фигуры высшего пилотажа

Конечно, я учу дочь стоять за себя, говорить и действовать четко и ясно. Но еще я учу ее альтернативным методам общения — на случай, когда приходится иметь дело с людьми, которые не могут или не хотят иметь дела с такой «четкой и твердой» женщиной. Не потому, что я думаю, что это правильно, а потому, что если ты женщина, тебе пока еще приходиться подстраиваться. Иначе тебя не выдвинут на повышение. Заклеймят как человека, с которым трудно работать. А все потому, что ты забудешь сказать: «Я думаю, что…» или «Я не уверена, но может быть…», вместо обычного «Я знаю, что это именно так».

Если мои сыновья имеют возможность просто высказывать свое мнение, то я понимаю при этом, что их сестра не всегда сможет делать это свободно. Поэтому я учу ее высказывать свое мнение, и уметь облекать его, при необходимости, в более мягкую форму. Это может пригодиться ей в тот момент, когда ей нужно будет доказать свою правоту не имея разрешения общества на прямолинейность, позволенную мужчине.

Параллельно я говорю сыновьям, что девочки могут говорить точно так же прямо и без обиняков, как и они сами. Девочки могут спорить с ними, говорить им, что они не правы, и это нормально — признать, что ты не прав, а девочка — права, извиниться, не быть заносчивым.

Все это я говорю и моей дочери, но осторожно. Это потому что мир будет достаточно жестко учить ее тому же. А вот от моих сыновей мир примет много того, чего женщинам не позволено, поэтому, если можно так сказать, я воспитываю мальчиков жестче. К сожалению, мне приходится говорить дочери о ее безопасности так, как я не говорю с сыновьями. Да, для них тоже есть риски и опасности и мы будем продолжать с ними говорить об этом по мере их взросления. Но с девочками по-другому (когда впервые к вам приставали как к женщине?) Ей надо будет очень рано «включать» осторожность.

Когда все изменится

Сегодняшний мир — место, в котором женщинам живется сложнее, чем мужчинам. Я стараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы приложить руку к позитивным изменениям в этом смысле. Но мир меняется медленно, для этих грядущих изменений нужно усиливать что-то в наших дочерях и одновременно смягчать — в сыновьях и наоборот.

И надо действовать по всем направлениям, включая соцсети, СМИ и культуру вокруг нас. Не всегда наряжать девочку принцессой, а мальчиков — рыцарями.Учить девочку, что она тоже вполне имеет право спасать людей, а сыновей — что их может спасти кто-то другой, в том числе женщина. 

 

15 ВАЖНЫХ советов от Юлии Гиппенрейтер по воспитанию

50 способов научить ребенка самостоятельности

 

Не знаю, правильно ли я делаю. Наверное, ни один родитель никогда не бывает всегда и полностью прав в выборе методов воспитания. Я просто думаю, что одинаковое воспитание мальчиков и девочек — прекрасная идея и в теории все выглядит прекрасно, но мне кажется, что на практике это не сработает, потому что мир вокруг нас движется по-другому. И я не хочу делать что-то, что хорошо выглядит только в теории, я должна создать противовес влиянию общества. А это значит — воспитывать девочку не так, как мальчика.опубликовано 

 

Автор: Алиша Ли Морган

 

Источник: womo.ua/nepriglyadnaya-pravda-pochemu-ya-vospityivayu-doch-ne-tak-kak-syinovey/

Мне было нужно, чтобы меня любили...

Поделиться



Хочу высказаться о безусловной любви и принятии ребёнка. Точнее, о том, чем может оборачиваться отсутствие оных. Так вышло, что эти понятия стали ключевыми для меня. Казалось бы: всё просто и на поверхности. На практике же…

У меня стандартное российское окружение из жителей крупного города. И в этом моём окружении никто не понимает ни безусловной любви, ни принятия ребёнка. Нет, на словах – да, естественно, мы так и любим, а как иначе; на деле же стандартное “советское” воспитание, основанное на наказаниях и поощрениях, направленных на формирование “правильного” поведения.





©Magdalena Berny 

Я тоже выросла в такой системе воспитания. Меня любили, по словам моей бабушки, очень. Я до 8 лет была единственным ребёнком в семье. В условиях этой всеобъемлющей любви я была идеальным ребёнком: я не хулиганила, не истерила, была вежливой и воспитанной, никогда не ныла, чтобы со мной поиграли (со мной, впрочем, и не играли никогда), не досаждала неудобными вопросами, не имела своих проблем (не потому, что их не было, а потому, что не рассказывала). И слушалась, даже когда родных не было рядом. Меня было легко и удобно любить.

Из методов воздействия моя мама применяла, пожалуй, одно – игнорирование. Поведение, которое не устраивало моих родителей, влекло то, что со мной не разговаривали, как будто меня нет.

Они любили меня через моё поведение, я со своим внутренним миром была им не интересна, точнее, они бы даже не поняли, о чём это я: между ребёнком и его поведением был знак равенства. Да и в голову им элементарно не приходило, что можно любить как-то иначе.

Эта модель передавалась поколениями. Они получили идеального ребёнка, вся идеальность которого базировалась на том, что все усилия были направлены на одно – получение любви.

Только сейчас, будучи уже взрослой тридцатипятилетней тётенькой, я осознала, как “искалечила” меня эта любовь. Обычная, стандартная, обусловленная любовь.

В возрасте 7 лет, когда мама ждала мою сестру, я мечтала о том, что вот будет у меня сестра, я буду для неё самой главной. Она будет меня любить больше всех. Вот это “любить больше всех” преследовало меня долгие годы: я билась над тем, что родители не любят меня больше всех. Вопрос всей юности: почему вы любите сестру больше, чем меня? Ведь я, в отличие от неё, “спортсменка, комсомолка”, я идеальна, я вся как вы хотите! Отец отвечал честно и просто: я не такая, как они, а сестра похожа на них и им понятна.

Я не могла дружить, если я не была единственной подругой, даже свекровь меня должна была любить больше второй невестки. Что уж говорить о таких мелочах, как погоня за “любовью” начальства и коллег – зеркало всех их мнений.

Все аспекты жизни подчинялись одному – мне было нужно, чтобы меня любили. Всеми способами, от всех людей, я пыталась заполнить этот бочонок “любви и принятия”. Но не выходило.

Ведь, если у тебя в детстве не было велосипеда, ты вырос и купил себе Бентли, велосипеда у тебя всё равно не было…

Когда родилась моя старшая, и я посадила с ней маму, чтобы самой работать, я устраивала истерики от ревности, что вот, наконец, тот, кто должен меня любить больше всех, а она предпочитает с бабушкой за руку идти. В тридцать лет меня трясло, а я не понимала почему. Теперь понимаю.

Вот такая длинная предыстория.





©Monika Koclajda

Сейчас у меня две дочери. Сложная старшая, которую мне (па-ба-ба-бам!) тяжело принять и безусловно любить. Она не такая, как я. И это чувство вины и ужас, что я творю с ней то же, от чего страдаю сама. И все мои сложности с ней упираются именно в это – в трудность принятия.

И младшая… Я не знаю, как это описать… Любить её – это как дышать. Легко. Безусловно. В каждый момент. Всё её существо. Хоть спящую, хоть в истерике. И принимать её. Это так просто. Это наслаждение.

А всё почему? А потому, что младшая, в отличие от старшей, эмпатична. Она чувствует меня и моё настроение. Она ласкова и контактна. Она не гиперактивна. Она любит меня. Больше всех. И это очевидно. Она заполняет мой внутренний горшок. Я как вампир: присосалась к ней.

Я люблю её за то, что она любит меня. По-моему, так быть не должно.
И я хочу третьего, чтобы и к нему присосаться…

И ещё хотела сказать о последствиях наказания игнорированием. Буквально недавно поняла. Я человек спокойный. Но я взрываюсь мгновенно, яростно и плохо контролируемо. Когда? Когда меня не слышат. Моих просьб. Моих рамок. Моих указаний. Всё то, что в детстве при игнорировании забивалось внутрь, прорывается.

 

Также интересно: Что вы увидите, оглянувшись назад? 

 Уважение к ребенку

 

Этот текст из разряда психотерапевтических – высказаться. Может, уляжется что в голове, потому что становится боязно от того, как моё родительское поведение может аукнуться.опубликовано 

© Анастасия

 



Источник: alpha-parenting.ru/2017/01/19/hochu-vyiskazatsya-o-bezuslovnoy-lyubvi-i-prinyatii-rebyonka/

7 ошибок родителей, которые мешают детям стать лидерами

Поделиться



Как мы уничтожаем будущее своих детей и как перестать это делать.

 

Эксперт по лидерству, автор психологических бестселлеров Тим Элмор за время своих исследований вывел типичные ошибки родителей, которые заранее программируют в детях неуверенность и ограничивают их шансы достичь счастья.

Элмор рассказывает об этих ошибках и о том, как перестать их совершать.





1. Мы не даем детям рисковать

 

Мы живем в мире, который на каждом шагу предупреждает нас об опасности. «Безопасность — это главное», думаем мы; мы боимся потерять своих детей и делаем все, чтобы их защитить. Да, это наша задача. Но мы изолируем их от здорового риска, и это оказывает противоположный эффект.

Европейские психологи обнаружили, что если ребенок не играет на улице, и родители не дают ему даже колено ободрать, то во взрослом возрасте он склонен страдать фобиями. Детям нужно не раз упасть, чтобы понять, что это нормально. Подросткам, вероятно, нужно расстаться с девушкой (парнем), чтобы прочувствовать эмоциональную зрелость, которой требуют долгие отношения.

Если родители устраняют риск из жизни детей, то мы, вероятно, увидим в наших новых лидерах высокомерие и низкую самооценку.

 

2. Мы слишком часто бросаемся на помощь

 

Сегодняшнее поколение молодых людей не выработало ряд навыков, какими обладали дети и подростки 30 лет назад, потому что взрослые врываются и сразу берут на себя их проблемы. Когда мы слишком быстро идем на выручку и окружаем детей излишней помощью, мы избавляем их от необходимости самим управляться с трудностями и решать проблемы. Это близорукий подход, который упускает из виду смысл лидерства: подготовить молодых людей к тому, чтобы справляться без помощи. Рано или поздно дети привыкают, что кто-то их всегда выручит и сгладит последствия неверных поступков. Но реальный мир функционирует совсем иначе, а значит, такое поведение не дает нашим детям стать компетентными взрослыми.





3. Мы слишком легко восторгаемся ими

 

Движение за укрепление самооценки началось еще с поколения бэби-бумеров, а в 1980-е оно пустило корни в школе. Сходите на школьный матч и вы увидите, что буквально каждый считается победителем. Каждый должен получить какой-нибудь приз. Это отношение, конечно, дает детям почувствовать себя особенными, но исследования показывают, что у этого метода есть побочные эффекты.Дети в конце концов привыкают, что родители — единственные, кто считает их гениями, даже когда все остальные молчат. Они начинают сомневаться в объективности своих родителей; поначалу все это выглядит приятно, но связь с реальностью разрывается. Когда мы слишком легко и охотно испускаем крики восторга и игнорируем неправильное поведение, дети учатся жульничать, преувеличивать и врать, избегать неудобной действительности. Ведь они не подготовлены ко встрече с ней.

 

4. Чувство вины не дает воспитывать лидерство

 

Ваш ребенок не обязан любить вас каждую минуту вашей жизни. Дети смогут справиться с разочарованием, но они не справятся с последствиями того, что их балуют. Говорите им «нет» или «не сейчас», пусть они борются за то, что они действительно ценят и в чем нуждаются. Мы как родители склонны давать им желаемое, когда вознаграждаем их, особенно когда детей в семье несколько. Когда у одного что-то хорошо получается, нам кажется несправедливым хвалить и награждать только его. Это нереалистичный подход, и он не дает нам показать детям, что успех зависит от наших собственных действий и хороших поступков. И не учите их, что за хорошей оценкой обязательно последует поход в магазин. Если ваши отношения основаны на материальных наградах, у детей не будет ни внутренней мотивации, ни безусловной любви к вам.

 

5. Мы не делимся собственными прошлыми ошибками

 

Нормальные подростки всегда хотят расправить крылья, попробовать что-то сами. Мы должны позволять им это, но это не значит, что мы не должны помочь им находить курс в этих бурных водах. Поделитесь с ними ошибками, которые вы допускали в их возрасте в похожих ситуациях, только говорите о них так, чтобы это помогло детям делать правильный выбор. (Избегайте «негативных уроков», связанных с курением, алкоголем, наркотиками и т.д.)

Кроме того, дети должны быть готовы к проколам и должны осознавать последствия своих решений. Расскажите, как вы себя чувствовали, когда у вас был похожий опыт, что вами руководило, и что вы поняли в итоге.

Мы не просто влияем на наших детей — мы должны быть лучшими образцами поведения.





6. Мы путаем интеллект, одаренность и влиятельность со зрелостью

 

Интеллект часто используется как показатель зрелости ребенка, и в итоге родители предполагают, что умный ребенок готов вступить в этот мир. Это не так. Некоторые спортсмены и молодые голливудские звезды, например, демонстрируют невообразимый талант, но все же попадают в публичные скандалы. Хотя одаренность и присутствует в одном из аспектов жизни ребенка, не делайте из этого вывод, что она проявляет себя и во всех других отношениях. Нет какого-то волшебного возраста, в котором дети обязательно становятся ответственными, нет и проверенных правил, когда именно ребенку нужно давать ту или иную свободу.

Но есть простой совет: наблюдайте за другими детьми того же возраста. Если вы видите, что они делают больше самостоятельно, чем ваши дети, возможно, вы откладываете время самостоятельности вашего ребенка.

 

7. Мы сами не делаем то, чего ждем от детей

 

Наша родительская обязанность — задавать образец для той жизни, которую мы хотим, чтобы наши дети прожили. Помогать им быть сильными, надежными и отвечать за свои слова и поступки. Нужно начать с полной честности в словах: «ложь во спасение» в конце концов вскроется и обличит вас.

Наблюдайте за собой: как вы делаете этический выбор в мелких ситуациях, когда другие могут это заметить — ведь ваши дети тоже могут увидеть это. Если вы, например, не халтурите и не мухлюете, они поймут, что и для них это неприемлемо. Покажите детям, как можно бескорыстно и с радостью выполнять волонтерскую работу. Меняйте других людей и места, где вы бываете, к лучшему, и ваши дети это заметят и сами начнут так поступать.





Почему все эти ошибки происходят?

 

Здесь играют роль и страх, и недостаточное понимание. Но главное — каждое поколение родителей обычно пытается компенсировать то, что сделало предыдущее поколение. Родители сосредоточены на «сейчас», а не на том, что будет потом. Они думают о счастье ребенка сегодня, а не о его готовности к завтрашней жизни. Это реакция на прошлое. Родители сегодняшних родителей зачастую слишком давили на них, готовя их к будущему: надо сберегать деньги, а не тратить; надо готовиться к пенсии. В ответ многие из нас решили, что главное — ценить настоящее. Так мы и делаем. Для многих, кстати, это привело к большим долгам и неспособности откладывать удовлетворение. Это, возможно, главная наша проблема. Но родители, которые способны думать не только о настоящем, но и о завтрашнем дне, добиваются большего.

 

Также интересно: Есть ли оно на самом деле правильное воспитание?  

Воспитание без стереотипов, или 5 любимых книг моего сына

 

Как остановиться и изменить свои действия к лучшему

 

Важно как можно лучше осознавать свои слова и поступки в общении с детьми, да и с другими людьми, когда дети рядом. Не просто устраивайте им хорошую жизнь, но обучайте, тренируйте их.

Вот с чего можно начать:

1. Обсудите те вещи, которые вам самим в детские годы стоило бы знать о взрослой жизни.

2. Позволяйте детям делать что-то, что их напрягает, и позволяйте им терпеть поражение.

3. Обсуждайте возможные последствия того, что они не освоят определенные дисциплины.

4. Помогайте им применять свои сильные стороны к реальным проблемам.

5. Готовьте для них проекты, которые требуют терпения и учат их откладывать момент удовлетворения.

6. Учите их, что жизнь — это выбор и компромиссы; что невозможно сделать все желаемое.

7. Давайте им (или имитируйте) взрослые задачи вроде оплаты счетов или заключения сделок.

8. Представляйте их потенциальным наставникам из числа ваших знакомых.

9. Помогайте им вообразить удовлетворительное будущее, а потом обсуждайте, что нужно предпринять, чтобы там оказаться.

10. Празднуйте вместе с ними их успехи на пути к самостоятельности и ответственности.опубликовано 

 



Источник: ideanomics.ru/articles/1754

Концепция покоя

Поделиться



Развитие происходит из точки покоя. Не является, в основном, результатом нашей деятельности, а происходит спонтанно и при благоприятных условиях. Почему это так важно?

Статья далась мне нелегко, у меня долго не получалось доступно изложить такой «взрослый», оторванный от жизни материал. Но она была очень нужна, чтобы стало ясно, почему нам так важно помогать нашим детям находить психо-эмоциональный покой, что делать и какие процессы приветствовать в их развитии. Надеюсь, я не буду очень запутана, по крайней мере я старалась быть понятной. 



 

В психологии развития есть одна очень важная и на первый взгляд парадоксальная концепция — концепция покоя. Звучит она так: развитие происходит из точки покоя. Не является (в основном) результатом нашей деятельности, а происходит спонтанно и при благоприятных условиях.

В наше время, когда главенствует девиз «если хочешь чего-то достичь — добивайся» довериться тому, что многие вещи от нас не зависят, что всё придёт в своё время — задача не из лёгких. Мы привыкли, что, чтобы достичь чего-то, нам нужно над этим работать. Мы работаем над собой, мы ставим и добиваемся целей, достигаем результатов, осуществляем планы, стремимся к вершинам. Вся лексика, касающаяся личностного роста пропитана глаголами, подразумевающими работу.

В советах по воспитанию детей — то же самое. «Как развивать детей одарёнными», «После трёх уже поздно», «Раннее развитие вашего малыша», «Чтение с пелёнок», «Как вырастить ребёнка умным и счастливым» —  поиск «раннее развитие детей» выдаёт 352 наименования книг.
 

Родители находятся под жёстким прессингом:

 

  • государственных институтов (надо успеть научить ребёнка пользоваться горшком, чтобы его могли принять в детский садик, надо успеть научить его читать и считать, чтобы он смог поступить в приличную школу. «Сейчас такой большой конкурс, чтобы попасть в детский сад, попасть в нужный детский сад, что трёхлетние дети проходят собеседование. Представьте, ребёнок сидит перед комиссией, которая с непроницаемым видом просматривает его анкету, перелистывает и говорит: «Как, и это всё?» «У тебя было целых 36 месяцев, и это всё, что ты сделал?» «Промотал первые шесть месяцев на грудном вскармливании, насколько я понимаю. Ты ничего не достиг, застрелись!». Но трёхлетний ребёнок не равен половине шестилетнего, это трёхлетний ребёнок.» — Кен Робинсон);
 

  • социальным («Как, ваш ещё не держит ложку?! не ходит?! не читает?», «А мы ходим на шахматы-музыку-танцы, а вы?»);
 

  • и собственного чувства неполноценности («Мы слишком мало им занимаемся, ребёнок вырастет глупым и никогда нам этого не простит!» «Нашему малышу недавно исполнился годик. Нам с мужем очень важно заниматься его развитием. Я обзвонила ближайшие к нам детские центры – везде принимают деток с полутора лет. Можно ли хоть что-то делать для развития ребенка в домашних условиях?»). 
Но что полезного в том, чтобы успокоиться, расслабиться, есть ещё такое хорошее старинное слово «упокоиться», которое сейчас употребляется только по отношению к усопшим, но раньше означало именно «войти в состояние покоя»? И что, вообще значит «войти в состояние покоя»?

Состояние покоя очень трудно описать, потому что не возможно сказать что мы делаем в покое, мы всегда будем рассказывать о том, что мы в покое не делаем: мы не прилагаем усилий, не стремимся довести себя до совершенства, ничего никому не доказываем, не подстраиваемся под чьи-то ожидания.

Покой, расслабление, отдых необходимы нашему организму на разных уровнях. 





Наше тело нуждается в покое. Дети растут во сне. Раны залечиваются во сне. «Чтобы хорошенько поработать, надо хорошенько отдохнуть.» Длительное физическое напряжение без отдыха приводит к болезням.

Наш мозг нуждается в покое. Это подтверждают нейрофизиологические исследования, но на бытовом уровне мы все знаем, что три дня, проведённые без сна, и у нас начнутся галлюцинации, наш мозг застынет и откажется воспринимать информацию.

Нашему разуму необходимы периоды покоя. Невозможно долго изучать очень сложный материал, поэтому между лекциями делаются перерывы. А перед периодом напряжённой умственной деятельности самое разумное — запланировать хороший отдых от неё же.

Понятно, что покой на уровне одной из систем организма, совсем не означает покоя на других уровнях. Наше тело может быть неподвижно и расслаблено, а наш ум при этом будет лихорадочно работать, при мозге, находящемся в относительном покое.

Нашей психике тоже необходим покой. На важности покоя для нормального протекания процессов психо-эмоционального развития я и остановлюсь подробнее.

Как я уже писала, процесс развития условно можно разделить на три вектора, по которым он происходит и которые очень тесно переплетаются. Интегративный процесс — когда ребёнок начинает взаимодействовать с другими людьми без потери себя, и без того, чтобы навязывать себя другим. Близость без потери индивидуальности. Процесс становления — когда ребёнок становится жизнеспособен, психологически независим, может существовать без привязанностей и нести за себя ответственность. Адаптивный процесс — благодаря которому мы учимся на своих ошибках, восстанавливаемся после психологических травм, изменяемся под воздействием обстоятельств, которые мы не в состоянии изменить.

 

Значение состояния покоя для интегративного процесса

 

Интегративное мышление — это способность единомоментно чувствовать конфликтующие идеи, испытывать когнитивный, эмоциональный диссонанс, дисгармонию. Когда мы принимаем мир и чёрным и белым одновременно — мы находим в этом точку покоя.

Часто, когда думают о покое, ошибочно принимают его за умиротворённость, за что-то удобное, комфортное, где можно находиться долгое время. Но покой, это не отсутствие внутреннего конфликта, это принятие конфликта. Мы не пытаемся работать над уничтожением внутренних противоречий, не пытаемся разделить мир на правильно и не правильно, а принимаем конфликт, принимаем наш внутренний хаос. Истинная точка покоя — распахнуть себя всем своим внутренним переживаниям, противоречивым импульсам, противоположным чувствам. Когда мы находим эту точку, мы становимся более сбалансированными, видим вещи в перспективе, перестаём зависеть от сиюминутных эмоций.

Успокоиться — это жить с вопросами, а не искать правильные ответы. Искать ответы — это работать, ограничивать поле своего восприятия ради достижения цели. В покое найдутся и ответы, но парадокс именно в том, что ответы находятся как бы сами собой. Самый ценный результат получается, когда к нему не стремишься любой ценой.
 

Значение состояния покоя для процесса становления

Конечная задача процесса становления — позволить индивидууму существовать независимо от его привязанностей, стать жизнеспособным отдельным существом.

Увидеть роль покоя в этом процессе очень легко, достаточно проследить за своим ребёнком. Когда вы в следующий раз обнаружите его полным энергии дерзновения, любопытства и наполненным этими прекрасными «Я сам», «Я могу», «Я сделаю», задумайтесь, а что предшествовало такому желанному всплеску креативности и самостоятельности? И вы увидите, что перед тем, как выйти исследовать мир, ребёнок занимает зависимую позицию и напитывается, заряжается вашей любовью.

Вы приходите с работы, и ваше чадо встречает вас в дверях, не давая снять пальто, поставить сумку и разуться. Он не просто обнимает вас, а буквально ввинчивается в вас, пытается слиться с вами. А после некоторого времени жарких объятий вдруг отталкивает вас, потому что вспоминает, что у него не дорисована картинка, или не достроен город из кубиков. Попробуйте теперь его удержать: «Ну дай же я тебя ещё потискаю!» — «Ну мама (папа), я должен идти, отпусти!». Ребёнок получил так необходимую ему близость, расслабился, и готов исследовать мир дальше.

Но прежде, чем ваша любовь сможет напитать ребёнка, он должен позволить, чтобы его любили, вверить себя вашим заботам, найти в вас успокоение. Доверить свою жизнь и благополучие заботам другого можно только из состояния покоя.

Довериться другому, это не так легко, как кажется. Я всегда поражалась, насколько мои дети мне доверяют, когда они прыгали ко мне в руки с двухметровых парапетов, без тени сомнения, что я могу их не поймать. Я всегда думала, а смогла бы я кому-то так довериться?

Доверие — вещь очень уязвимая. Как только вы доверяете себя кому-то, вы оказываетесь в ловушке. Во-первых, теперь не от вас, а от того другого зависит ваше благополучие, а во-вторых, теперь вас всегда будет преследовать экзистенциальный страх потерять этого человека.
 





©Magdalena Berny 

Значение состояния покоя для процесса адаптации

Адаптироваться, это измениться самому перед лицом обстоятельств, которые мы не в состоянии изменить, обрести покой в невозможности получить желаемое, позволить себе заполнить слезами пустоту от несбыточности мечты, принять свою боль от осознания того, что чем более независимыми мы становимся, тем более мы одиноки. Где-то между безуспешными попытками изменить ситуацию и приятием этой ситуации находится точка неподвижности, точка покоя.
 

Покой от усилий по поддержанию привязанности

Это, наверное, самое сложное — отказаться от работы над привязанностью. Я сейчас не имею в виду, что мы должны отступиться от усилий по укреплению привязанности с нашими детьми, наоборот, нам надо тщательно работать в этом направлении, чтобы дети могли расслабиться и успокоиться. Я говорю о наших собственных привязанностях.

Чем больше мы работаем над установлением и поддержанием привязанности, тем больше привязанность является результатом нашей работы, тем более уязвимо мы себя в этой привязанности чувствуем и не можем расслабиться.

Нас принимают, потому что мы красивы, богаты, знамениты, потому что мы умеем хорошо слушать или правильно говорить, потому что другие люди рядом с нами чувствуют себя могущественными, умными, сильными.

Когда мы прилагаем усилия к тому, чтобы нас любили, то их благосклонность и любовь — результат нашего труда, мы не уверены, что без этого нас бы пригласили существовать в их жизни. Мы можем достичь ошеломляющих успехов на пути достижения любви (люди — виртуозы в науке понравиться), но мы никогда не сможем достичь покоя в наших отношениях.

Чтобы по-настоящему удовлетворить свою нужду в привязанности, надо отказаться от работы над ней. И это невероятно сложная задача для нашей психики:

  • перестать подстраивать себя под ожидания других;
  • перестать играть роли и снять маски;
  • не стремиться произвести лучшее впечатление;
  • не представлять себя, как человека более любимого, более ценного, более важного;
  • перестать обманывать себя, занимаясь работой по установлению и сохранению близости;
  • позволить другим не любить нас, а себе разрешить жить громко, открыто;
  • разрешить остальным чувствовать и думать о нас то, что они хотят, чтобы они сами решали, желают они видеть нас в своём мире или нет.
 

Я не говорю о том, что надо всегда вести себя непосредственно и не скрывать собственное я. Но когда дело касается ваших привязанностей, то ваша старательная работа над ними будет оборачиваться против вас.

Многие люди всю жизнь живут, подстраиваясь под чужие ожидания, никогда не испытывая полного принятия себя. Ведь это очень тяжело, сказать нет всем своим маскам, разрешить себе быть не принятым. Часто страхи совершенно преувеличены, вы с удивлением обнаружите, что другие готовы принимать ваше «я» в гораздо более широком спектре, чем было до этого. Но чтобы обрести покой от работы над привязанностью, надо пройти эту критическую точку, точку неподвижности, когда вы осознаёте и принимаете возможность полного одиночества. Перед началом всегда будет конец. «Чтобы родиться, нужно умереть».

 

Также интересно: РАЗВИТИЕ происходит из точки покоя  

Куда приводят ожидания или попытка выжить из лимона томатный сок

 

Из своего опыта успокоения в работе над привязанностью, я могу выделить два момента: первый — это установление отношений с самим собой, понимание собственной ценности, понимание, а что есть «я», процесс долгий, во многом болезненный, но и радостный, когда ты откапываешь себя, как археолог на раскопках; а второй — это готовность остаться собой, именно достижение точки неподвижности, покоя в поиске привязанности, это как в прорубь с головой, однажды понимаешь, что ты такой как есть важнее того тебя, которого любят и принимают, и перестаёшь подстраиваться. Не лёгкий путь, но он доступен каждому. Хотя многие проживают жизнь, так никогда и не узнав, а какие они на самом деле, когда под маской нет лица.опубликовано 
 

Автор: Ольга Писарик

 



Источник: ponaroshku.ru/blog/kontseptsiya-pokoya/

Не лезь, не трогай, отвали!

Поделиться



Как-то осознавания случаются со мной все чаще где-то рядом с едой.

Вчера делали вареники с Васькой.

Сахар не трогай — рассыплешь. Ладно, так и быть — положи ложку. Ну вот, рассыпала (растяпа). Яйца я сама разобью (в уме — ты уронишь, скорлупу накидаешь в тесто). Вот муку можешь положить. Только смотри не рассыпь на пол. Вот! Рассыпала (откуда у тебя только руки растут). Катать я сама буду — испачкаешься. Режешь не так, неправильно. Надо резать вот на таком расстоянии, а ты что сделала...





В общем, так во многом. Часть из этого я не говорю, но имею в виду. И еле сдерживаюсь, чтобы не сказать.

Как-то так примерно мне все это и говорили в детстве. Реакции выстреливают сами собой, даже в ситуациях, которых раньше не было.

Считаю ли я объективно, что у дочки руки растут из задницы? Нет, не считаю. Даже наоборот. Все в порядке у нее с руками и с головой. Считаю ли я ее неумехой и желающей навредить, испортить? Нет. Она искренне хочет помочь, хочет делать как я. Хочет научиться.

И я очень хочу ей помочь, показать, быть проводником.

Но крышечку срывает и планочка падает. Срывает там, где и мне было очень больно. Потому что я не знаю, не умею по-другому. Со мной поступали так. И даже все эти «вырастешь, потом еще успеешь и стирать, и посуду мыть, и готовить — отдохни пока», — в моем случае были именно этим: «Ты не справишься, все испортишь, тебе ничего доверить нельзя, руки у тебя из задницы растут. Лучше отойди, я сама сделаю». Прям один в один.

Не давать ничего делать, гнобить и унижать — вот лучший способ навсегда отбить охоту делать что-либо вообще.

Сейчас, чтобы начать какое-то дело, особенно новое, я встречаюсь с кучей непонятной тревоги, паники. Я не начинаю, если не уверена, что смогу это сделать. Мне трудно начать что-то новое. Я лучше ничего не буду делать. Я выбираю ничего не делать, чтобы не столкнуться опять с тем, что руки у меня из задницы растут (только говорят это уже внутри моей головы).





Я пробую доверять дочке какие-то дела. Сначала, скрипя зубами, и буквально, заставляя себя не делать ей замечания и не прогонять за то, что не получилось.

Понимаю, что давая шанс ей справиться, я даю этот шанс и себе тоже.
Давая ей право на ошибку, я даю это право и себе.

Не отталкивая и не прогоняя ее, когда не получилось, я принимаю и себя в своем несовершенстве. Помогая справиться ей, я помогаю справиться и себе.

Эта маленькая девочка исцеляет маленькую девочку внутри меня.опубликовано 

 

© Жанна Ермашова

 

Также интересно:  Комплекс отличницы  

ЯД восприятия: как не допустить развития комплекса неполноценности

 



Источник: bloknot.live/ne-lez-ne-trogaj-otvali/

Взаимозависимость: тонкий баланс между родителями и сыном

Поделиться



Вместо того, чтобы выражать любовь словами, многие мальчики делают это через действие. Вместо того, чтобы говорить прямо о своей любви, мальчики используют «косвенные» способы передать свои чувства — делают что-то ради других или вместе с другими людьми.

Другой способ выражения любви, который расходится со стереотипными представлениями о мальчиках, — это их сильное чувство законности и справедливости.Мальчики часто жертвуют своими личными интересами, чтобы быть справедливыми по отношению к тем, кто им небезразличен. 

Мальчики устанавливают справедливость, пытаясь решить проблемы, принимая решения, и особенно — совершая смелые, решительные поступки. Девочки свое чувство справедливости выражают порой иначе: например, они говорят о своем возмущении со взрослыми или между собой.





 ©Adrian C. Murray 

Настоящие мальчики бережно относятся к девочкам.

При смешанном обучении мальчики поставлены в условия, когда им нужно бороться друг с другом за внимание девочек, и мальчики начинают вести себя так, как будто они не уважают девочек.В таких обстоятельствах они дразнят девочек, смеются над ними или хвалятся другим мальчикам своими связями с девочкам или женщинами.

Прессинг требования быть «крутым», «твердым», быть «со всеми» заставляет многих подростков и молодых мужчин прятать свои переживания, скрывать свою природную склонность к эмпатии, и вместо этого играть роль бездумного секс-хищника. Если мы уберем из жизни мальчиков это давление, я уверен, они почувствуют себя свободнее в выражении присущего им уважения к девочкам и женщина и своей потребности строить с ними близкие и глубокие отношения.

Если мы создадим «зоны комфорта», свободные от стыда и унижений, если мы дадим им понять, что их потребности и нужды не только допустимы, но достойны заботы — мальчики откроются нам с той стороны, о существовании которой мы и не подозревали.

Устанавливаем связь с мальчиком

Сила матерей

Матери помогают мальчикам стать мужчинами.

В противовес привычным общественным опасениям насчет близких отношений между матерью и ребенком, я выяснил, что, на самом деле, мальчики получают колоссальную пользу от материнской любви, особенно при том подходе «нестыдящего» родительства, который мы обсуждаем здесь как  способ развить лучшее в мальчике.

Я убежден, что, поддерживая мать, мы поддерживаем ребенка. И я считаю, что уверенные матери — это ключ к решению общественных проблем, касающихся мужественности, и к созданию нового кодекса настоящих мальчиков.

Материнская любовь не имеет ничего общего с изнеженностью, она, в действительности, делает мальчиков сильнее, эмоционально и психологически. Она не делает их зависимыми, а создает безопасный фундамент любви — связь, на которую мальчик сможет опираться всю свою жизнь, которая дарит ему смелость исследовать окружающий мир. И самое главное: отнюдь не делая мальчика «женоподобным», любящая мать играет ведущую роль в становлении его мужественности — самооценке и силе характера необходима уверенность в своей мужской самости. 

Двойные стандарты мужественности

В современном мире, старый Мальчишечий Кодекс ставит наших мальчиков перед двойными стандартами мужественности: с одной стороны,  мальчикам говорят, что они должны действовать жестко, «по-мужски», с другой стороны  — мы упрекаем их в том, что они недостаточно «чувствительны» и «заботливы». Мои исследования показывают, что лучший выход — это активная, смелая, сопереживающая мать, которая поможет мальчику примирить это противоречие между тем, каким он должен быть и как он должен/не должен себя вести. 

Мои исследования также показывают, что отсутствие близких отношений с любящей матерью ставит ребенка в невыгодное положение, когда речь заходит о свободе, уверенности, независимости, о мужчине, который любит себя, способен рисковать и выстраивать близкие отношения с людьми во взрослой жизни. 

В раннем детстве, как и в отрочестве, я считаю, что мальчики только выигрывают от того, что проводят время в теплой обстановке, созданной матерью и ее друзьями — в счастливом, обогащающем мире женщин.Словом, я сторонник подхода «как можно больше матери», особенно в то время, когда наше общество обычно настаивает на преждевременном отделении мальчика от матери.

Что делать матери? Мальчик будущего.

Матери, которые пытаются игнорировать гендерные стереотипы, оказываются в трудной ситуации. Обществу не терпится  сообщить им, что Мальчишечий Кодекс еще в силе и что матерям надо держаться в рамках закона. Будь то маленький мальчик, который бежит домой, плача о том, что сверстники дразнят его за его длинные вьющиеся волосы, подросток, который жалуется, что мамины альтернативные способы разрешения конфликтов не работают в школе или муж или другой член семьи, который умоляет ее прекратить эти попытки сделать мальчика «милашкой» — мать постоянно получает напоминания, что она должна подчиниться общественным представлениям о мальчиках и мужественности.

Многолетние психологически исследования подтверждают то, что все мы знаем: что чем больше любви маленькие дети получают от своих матерей, тем больше они уверены в себе как в индивидуальности. Материнская любовь помогает мальчику стать самодостаточным и пытливым.

Исследование за исследованием показывает, что маленькие дети, у которых близкие отношения с основным объектом привязанности — так называемые «надежно привязанные дети» — психологически более здоровы и сильны. Чем больше заботы получает ребенок, тем отважнее он может стать. Надежная привязанность к матери, заключает Магин Ганнэр из университета Миннесоты, работает как буфер против новых, пугающих ситуаций. А коллега Ганнэра Алан Строуф установил, что те, кто в детстве были близки к матери, развивают большую уверенность в себе, имеют более низкие риски возникновения психопатологий, лучше учатся в школе и формируют более высокую самооценку.

Но как, спросите вы, как мы изменим Кодекс? Что делать, когда я учу моего сына сочувствовать, а он приходит домой с разбитым носом?





 ©Adrian C. Murray 

Это, конечно, непросто, но многие матери находят способы сопротивляться кодексу и растить сыновей, которые одновременно близки со своими матерями и успешны в своем современном окружении.

Мудрая мать может помочь сыну встроиться в современную культуру естественно и безболезненно.

Аналогично, женщины научились добиваться успеха в ранее исключительно мужских областях, усвоив новые правила поведения, которым они подчиняются в определенных ситуациях, например, на работе. Когда женщина — глава банка, она не плачет на работе, но вполне может заплакать, если ее близкий друг разорился и не может расплатиться с долгами. Словом, женщины научились расширять свой эмоциональный репертуар и выбирать стиль поведения, адекватный ситуации. Мальчики, очевидно, тоже смогут.

Внутренние противоречия. Работа над своими представлениями о мальчиках





 ©Adrian C. Murray 

Порой не столько общество влияет на материнские представления, сколько ее собственные убеждения о том, что считать хорошим, здоровым, «мужественным» мальчиком. Порой самые прекрасные идеи о равенстве полов портят ее собственные неразрешенные противоречия. Мать может говорить, что она хочет, чтобы ее сын был чувствительным, но ее глубокие, иногда подсознательные желания рисуют его суровым атлетом. Так, женщина хотела бы иметь доброго, мягкосердечного мужа, но на свидание предпочла бы ходить с Реттом Баттлером.

Чтобы избежать этой болезненной дилеммы, я советую мамам заглянуть в себя и проверить свои представления о мужественности. Это исследование будет неполным, пока они не проанализируют свои собственные истории и не подумают о том мужчине, которые научил их тому, что такое мужественность — о своем отце. Если женщина выросла с молчаливым отцом (или его вообще не было), как это было принято, например, в 1950-е годы, она будет чувствовать себя некомфортно с экспрессивным мужчиной. И, бессознательно, она будет блокировать попытки своего сына выражать свои чувства.

Другая распространенная роль, которую часто играли отцы предыдущего пколения, — это одержимый папа, который обожает свою маленькую девочку и постоянно комментирует ее внешность, одежду, фигуру. Такая одержимость испортила многих женщин в нашей культуре, внушив им идею, что их самооценка зависит от их умения нравиться мужчинам. Такая мать может бессознательно флиртовать со своим подрастающим сыном, т.к. уверена, что это единственный способ общения с мужчинами.

Мама, которая отстраняется от отношений с мальчиком из страха, что они «неположенные», встречается чаще, чем сексуально озабоченная мама. Самые благонамеренные мамы чувствуют, что они не знают, как сохранить близость с мальчиками, особенно когда они входят в пубертатный период и вдруг начинают выглядеть как мужчины. Призрак Эдипова комплекса преследует даже самые здоровые отношения между матерью и сыном. А именно в это время мальчик жизненно необходима мать в качестве наставника, пока он проходит этот этап.

Большинство внутренних конфликтов может быть разрешено, я уверен, если мы как общество проясним наши ожидания и сформулирует, что означает сегодня быть мужчиной — чего мы на самом деле ждем от мальчиков и мужчин. Мой опыт консультанта показывает, что мы на самом деле не хотим, чтобы наши мальчики уезжали на другой конец страны, жили далеко от нас и никогда не звонили, хотя часть мифа о мальчиках является картинка, что мальчики должны пройти через некий «закаляющий» ритуал, героическую миссию, чтобы доказать свою храбрость и укрепить мужественность.

Эти легендарные образы мужчины-одиночки больше не актуальны. Мы живем в мире взаимозависимостей, и даже  лучшие управляющие крупных компаний, героические мужчины «слова и дела», тонут или выплывают в зависимости от своих способностей работать с людьми.





©Adrian C. Murray 

Взаимозависимость: тонкий баланс между родителями и сыном

Родителям нужно быть осторожными и не ставить свои собственные нужды и желания выше потребностей сына, не пытаться манипулировать его эмоциями.

Материнство (и отцовство) — это тонкий баланс мжеду поддержкой ребенка и позволением ему расти «по-своему». Лучший ориентир — сам ребенок.

Разные стили и языки любви: говорить vs делать

Контакт с мальчиками устанавливается через совместное действие.

  • синдром молчания. Прежде чем поделиться, мальчику надо помолчать. Первая реакция на стресс — побыть одному и «зализать раны». Не нужно обижаться на «оставь меня одного» и не пропустить момент, когда он готов.

  • можно учить мальчика «материнскому языку»: понемного учить его расширять свою способности говорить о чувствах (на своем примере, проговаривая свои чувства в разных ситуациях, параллельно демонстрируя, что негативные эмоции — это нормально, это у всех).

 

Секреты современного материнства: как сохранить контакт и подготовить его ко встрече с «реальным миром».

Говорите открыто о Мальчишечьем Кодексе.

Говорите о том, что вам нравится и что вам не нравится, обсуждайте двойные стандарты. Говорите с сыном и оставайтесь на его стороне.

Рассказывайте другим о проблемах Мальчишечьего Кодекса.

Учите своего сына мужественности, рассказывая о мужчинах, которых вы любите и объясняя, почему вы их любите.

Меняйтесь родительскими ролями.

Не всегда муж должен быть «дисциплинирующей» стороной, а женщина — заботящейся о тех, кому трудно. Когда каждый родитель играет нейтральную в половом отношении роль, это учит мальчика, что быть заботливым и сопереживающим  — это не «женское дело», а быть строгим и твердым — мужское. 

Когда ваш сын страдает, не стесняйтесь спросить его, хочет ли он об этом поговорить.

Не стыдите мальчика, если он отказывается говорить с вами.

Вместо этого дайте ему понять, что любите его, что это ничего, что он не хочет говорить с вами прямо сейчас, и что вы будете рядом, если он захочет поговорить позднее.

 



Родителям, которые кричат на своих детей...

Советские фильмы для детей

 

Уважайте его право на молчаливую отсрочку.

Если ваш мальчик ищет контакта, сделай все, что можете, чтобы быть с ним.

Экспериментируйте со  «связью через действие».

Не сдерживайте чувства.

Это прекрасно — говорить сыну о том, как сильно вы его любите. Это только сделает его сильнее. опубликовано 

Уильям Поллак «Настоящие мальчики» (William Pollack. Real Boys: rescuing our sons from the Myths of Boyhood). 

 



Источник: islandena.livejournal.com/31954.html#cutid1